Диссертация (1101219), страница 20
Текст из файла (страница 20)
Женские имена и отчества в роли обращения последовательно приобретаютформу вокатива только в чешских переводах:Ирина,слышишь?Феликса убили!Irino, slyšíš? Felixezabili!Ср.: польский перевод(И. Левандовска,В. Домбровский)Ireno, słyszysz? ZabiliFeliksa!Тише, МарьяФранцевна, тише,голубчик…Marjo Francevmo,uklidněte se, drahá…Proszę się uspokojić, paniMario, proszę się uspokojić…оригиналчешский перевод(А. Моравкова)108МаргаритаНиколаевна, вы обязаныунять вашудомработницу!MarkétoNikolajevno, vašípovinností je poručitslužebné!Małgorzato Nikołajewna,panijestobowiązanaprzywołać do porządku swojąpomoc domową!Пропустите,Павловна.Pusťte je, SofiePavlovno.Zofio Pawłowna, proszęprzepuścić.СофьяВ польских переводах звательная форма (как для женских, так и для мужскихимён) употреблена непоследовательно, безотносительно экспрессивной функцииобращения:Леночка, я взял билет на Аиду.польский перевод(И. Левандовска, В.
Домбровский)Lenoczka, kupiłem bilet na Aidę.Милая, милая Леночка!Kochana, najmilsza Lenoczko!Здравствуй, Анюточка...Dzień dobry, Aniutko…Анюта, милая <…>Aniuta, kochanie!оригиналСовпадение формы вокатива с формой номинатива в следующих случаяхсоздаёт впечатление непоследовательности употребления женских имён взвательной форме в сербском языке. Однако такое совпадение заложено в системесклонения существительных женского рода, где окончание -о в форме вокативасистематически приобретают двусложные имена с акутовым ударением – в другихсловах гласный в окончании, за исключением отдельных случаев, не меняется[Mrazović 2009: 273]:оригиналИрина, слышишь? Феликса убили!Тише, Марьяголубчик…Францевна, тише,Маргарита Николаевна, вы обязаныунять вашу домработницу!Пропустите, Софья Павловна.сербский перевод (М.
Чолич)Ирина, чуjеш ли? Феликса су убили!Тише, Мариjаголубице…Францевна,тише,Маргарита Николајевна, морате даобуздате вашу кућну помоћницу!Пустите их, Софија Павловна.109Но: – Венера! – плаксиво отвечалборов <…>– Венеро! – плачљивимодговори вепар <…>гласом– Фрида! – пронзительно крикнулаМаргарита.– Фридо! – продорно jе викнулаМаргарита.Примечательно, что в переводе романа «Мастер и Маргарита» на украинскийязык в сравнении со всеми остальными рассмотренными переводами отмеченонаиболее систематическое функционирование форм вокатива:– Іване! – знічено шепнув Берліоз.– Ні, Фаготе, – заперечував кіт, – бал має свій чар і розмах.Ти чуєш, Пілате? – І тут Каїфа грізно підніс руку: – Прислухайся,прокураторе!– Ага! Дуже приємно, громадянине Канавкін, отож?– А, здоровенькі були, Миколо Івановичу, – сумовито сказала Марґарита, –добривечір вам!Пропустіть, Софіє Павлівно.Исключения составляют однокомпонентные женские имена:– Фріда! – пронизливо гукнула Марґарита.– Венера! – плаксиво відповідав кнур <…>.Наиболее схоже такое функционирование вокатива с отмеченным в польскомпереводе.
Вероятно, система обращения, характерная для польского речевогообихода, была активно воспринята украинским языком и служит ориентиром дляукраинской этикетной системы не только в устной и письменной речи носителейязыка, но и в системе литературного текста, включая переводной текст.3.2. Морфологические свойства фамилии в принимающем языкеСущественную особенность категории фамилии в славянских языкахпредставляет её исконная способность к образованию от мужского имени форм110женского рода и множественного числа, для чего служит особая системаформантов. Такие формы встречаются в ряде современных славянских языков,однако в настоящее время зачастую представляют собой несистемное явление ивоспринимаютсяпреимущественнокакпринадлежностьразговорнойилиархаичной речи.1.
Специфическая славянская форма множественного числа фамилий,образующаяся при помощи исконного общеславянского форманта со значениемсобирательности форманта -овц(и) / -ovc(i), распространена в словацком и отчастив южнославянском (македонском, сербском) речевом обиходе и аналогичнаисконной модели образования форм множественного числа некоторых терминовродства (ср.
макед. дедо – дедовци [Lunt 1952: 30]). В переводах И. Изаковича иМ. Такачовой названиям семей Беломут, Кванты, Петраковы, Турбины, Лисовичисоответствуютсловацк.Belomutovci,Kvantovci,Petrakovovci,Turbinovci,Lisovičovci. Существенно то, что в словацком языке формы множественного числапо данной модели образуются только в том случае, когда производная формаимеет значение ‘семейство’ (или семантически сближающееся с ним: так,словообразовательно эквивалентному таким формам названию группы лицпетлюровцысоответствует тяготеющее ккатегорииимени собственногооформленное с заглавной буквы именование Petľurovci < Petľurа).
В тех случаях,когда речь идёт об отдельных лицах, не связанных между собой родством,употребляется обычная форма множественного числа существительных (а неприлагательных, как в русском языке), та же, что и при склонении имённарицательных:оригиналВ числе других задержанными накороткое время оказались <…> троеВолодиных <…>польский перевод(И.
Левандовска, В. Домбровский)Na kratšíčas zaistili <…> trochVolodinov <…>111Попались в разных местах, крометого, девять Коровиных, четыреКоровкина и двое Караваевых.Okrem toho v rozličných mestáchchytili deviatich Korovinov, štyrochKorovkinov a dvoch Karavajevov.оригиналсербский перевод (М. Чолич)Средивасвладимировцы,константиновцы, алексеевцы, орлы ихни разу еще не видали от них сраму.МеђувамасеналазеВладимировци,Константиновци,Алексеjевци, њихови орлови jош нисудо сада посрамљени.В то же время для македонского языка значение имён, образующих формымножественного числа по данной модели, непринципиально: ср. в том жеконтексте Володиновци, Коровиновци, Коровкиновци (однако в том же рядуследует транскрибированная форма Караваеви вместо ожидаемой *Караваевци).Аналогичноесловообразовательноезначениеимеетродственныйприведённому формант -ов(и) / -ow(ie), который в современном польском языкеслужит для образования форм множественного числа как терминов родства,должности, профессии(syn – synowie, profesor – profesorowie), такипринадлежности к народности, нации и семейству [Тихомирова 2006: 51].
Этотформант также является общеславянским (ср. образец изменения односложныхнарицательных существительных в македонском и сербском языках: град –градови, воз – возови [Lunt 1952: 29; Симић 2002: 133]). В переводе Т. УрошевичпредставленаформамножественногочислаКвантовифамилииКвант,образованная, вероятно, по аналогии с упомянутой в том же контексте фамилииХустови:оригиналУ Хустовых хлынуло с потолка и вкухне, и в уборной. Наконец, у Квантовв кухне обрушился громадный пластштукатурки с потолка <…>.македонский перевод (Т. Урошевич)Каj Хустови водата потече одтаваницата во куjíата и вотоалетот. Наjпосле, во куjíата наКвантови се урна огроно парче одтаваница <…>.112Рассмотренныетекстыпереводовпозволяютвыявитьвариативностьупотребления исконных форм принадлежности применительно к фамилиям всовременномформантовречевомобиходе.принадлежностиРусскийформу:языкНай-Турсыдемонстрирует(притомчтолишённуювсистемелитературного языка подобные фамилии не имеют форм словоизменения) – еёвоспроизводят переводы: Най-Турсови / Naj-Tursovi – Naj-Tursovci:оригиналА я, Алёша, кНай-Турсам ходил<…>2.Характернойприсоединениекчешский перевод(А.
Моравкова)словацкийперевод(И. Изакович)сербский перевод(М. Чолич)Byl jsem u NajTursových, Aljošo<…>Vieš, bol somu Naj-Tursovcov,Aľoša <…>А jа сам, Аљоша,код Наj-Турсовихбио <…>чертойфамилиямзападнославянскойприобразованииантропонимииформявляетсяженскогородадополнительного притяжательного суффикса -ov(á). В польском языке даннаяособенность принадлежит скорее архаичной и разговорной речи [Тихомирова2006: 168], в то время как в чешском и словацком эта закономерность до сих порсвойственна литературному языку и соблюдается в том числе ипривоспроизведении русских женских фамилий при художественном переводе.Возникает так называемое «одомашненное», адаптированное называние.
Оподобных случаях в связи с переводами на чешский, где действует тот жепринцип, писал Ю. Молочковский: «Правильно <…> поступают чехи, когдафамилии русских женщин «Кузнецова», «Разумова» передают в своём тексте как«Кузнецовова», «Разумовова», а не транскрибируют их механически. Ибо хотя и вих языке может существовать Разумова, но для них это дочь или жена Разума, а неРазумова. <…> Как видим, буквалистское стремление к соблюдению внешнихсоответствий и здесь вносит путаницу, а не ясность» [Молочковский 1962: 220].113СоответственнопредставленныевпереводчикамипроизведенияхоформленыМ.А. Булгакова:женские(Муся)фамилии,Форд,(ЮлияАлександровна) Рейсс, Поклёвкина, Покобатько – чеш.
(Musja) Fordová, (JulieAlexandrovna) Reisová, Klovakinová, Pokobaťková, словацк. (Musia) Fordová,(JúliaAlexandrovna) Reissová, Poklevkinová, Pokobaťková, и т.д. При назывании двойнойфамилии формант прибавляется к обеим её составляющим: Тальберг-Турбина –чеш. paní Talbergová-Turbinová, слов. pani Taľbergová-Turbinová; Семейкина-Галл– чеш., словацк. Semejkinová-Gallová. Исключением не являются даже те случаи,когда исходная фамилия уже оканчивается на -ov и при образовании формыженского рода возникает фонетический повтор: Лендрикова – чеш. Lendríkovová/ словацк.
Lendrikovová; Рубцова – чеш., словацк. Rubcovová; Лапшённикова – чеш.Nudlovová, словацк. Lapšennikovová. Более того, в отдельных случаях суффиксацияизбыточна: имя Ида Геркулановна Ворс в словацком варианте выглядит как IdaHerkulanovna Vorsovová, то есть фамилия Vors сначала была наделенахарактерным для фамилий суффиксом со значением принадлежности -ov(*Vorsov), а затем суффиксом -ov(á) – показателем принадлежности к женскомуроду (Vorsovová).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
