Диссертация (1101195), страница 41
Текст из файла (страница 41)
Тот факт, что значение неоднократногоповторения отсутствует в целом ряде типов контекстов (предложения сотрицанием, общий вопрос и ответ на него, а также предложения безотрицания, в которых речь идет об однократном действии), она объясняеттем, что глаголы типа хаживал не являются специализированными формами225для выражения этого значения: хотя значение кратности действительно«имплицитно присутствует» в большинстве контекстов без отрицания, оновообще свойственно глаголам НСВ [Пожарицкая 1991: 91].
Основным же,инвариантным, значением таких глаголов в севернорусских говорахС. К. Пожарицкая называет общефактическое, «безотносительное к егорезультату и не локализованное во времени (прошедшем)» [Пожарицкая1991: 92]. Позднее она уточняет трактовку семантики подобных глаголов,сформулировавеекакзначение«прекращеннойхабитуальности»[Пожарицкая 2015: 172]. В. А.
Плунгян также высказывал предположение,что суффиксы таких имперфективов могут быть интерпретированы как«специализированныепоказателихабитуальностиили“прекращеннойхабитуальности”», указывая на неточность применения термина «итератив»по отношению к глаголам типа хаживал, поскольку «итеративная семантика,по всей вероятности, ни в каком из этих образований не являетсядоминирующей» [Плунгян 2011: 305]1.Основным для глаголов типа хаживал в севернорусских говорахпризнаетобщефактическоеисследовательзначениеподчеркивает,чтоиО. Г.
Ровнова.действиеПриэтом«характеризуетсянеопределенностью во времени», а прямое дополнение при таких глаголахимеет неопределенную референцию: «имеется в виду не конкретный,“именно этот”, объект, а обобщенный» [Ровнова 1993: 17]. Примеры, вкоторых глаголы типа хаживал называют повторяющиеся действия, висследованном О. Г. Ровновой вологодском говоре «занимают весьмаскромное место», и значение многократности является там контекстнообусловленным, равно как и указание на давность действия [Ровнова 1993:18, 19 – 20; Ровнова 1998: 403]. Важным для нас оказывается выводисследователя о том, что характер употребления глаголов типа хаживал в1На то, что значения многократности в контекстах, содержащих глаголы типа хаживал,«может и не быть», одним из первых указывал еще А. А.
Потебня [Потебня 1941: 84].226изученном говоре «соответствует языковой ситуации старорусского периода,как она представлена в памятниках деловой письменности» [Ровнова 1993:19].Проанализировав употребление глаголов типа хаживал в говоред. Тавреньга Архангельской области, И.
В. Бегунц соглашается с наличием уних общефактического значения и предлагает видеть их специфику вобозначении нелокализованной во времени ситуации: если «обычные»глаголы НСВ в общефактическом контексте могут называть действия,соотнесенные с конкретной точкой на временной шкале, то имперфективы,образованные от основ НСВ, называют действия, имевшие место по крайнеймере однажды в течение некоторого периода времени.
«Обычные» глаголыНСВ и глаголы типа хаживал могут быть соотнесены, таким образом, санглийскими Past Simple и Present Perfect (И. В. Бегунц, устное сообщение).Очевидно, что, несмотря на значительное число исследований, вопроссемантики глаголов типа хаживал как в современных говорах, так и впамятниках XV – XVII вв. по-прежнему не решен.
Неясны также причиныпоявления этих специфических образований и их неравномерной утраты вразличных русских говорах.В задачи настоящего исследования входит описание особенностейфункционирования имперфективов типа хаживал в былинах и их семантики,атакжесопоставлениеихсдиалектнымматериаломиданнымиисследованных памятников.Поскольку меньше всего сведений об употреблении вторичныхимперфективов в южнорусских говорах, для сравнения привлекаются такжетексты южнорусских былин, записанные в начале XX в., то естьприблизительно в то же время, что и исследуемые севернорусские былины.Кроме того, как и ранее, мы будем обращаться к текстам сказок.227III.
2. Глаголы типа хаживал в фольклорных текстахIII. 2. 1. Глаголы типа хаживал в севернорусских фольклорныхтекстахИмперфективы, мотивированные глаголами НСВ, в былинах почтивсегда встречаются в составе прямой речи, не участвуя, таким образом, впостроениинарративнойколичественномцепочки.отношенииОниосновнымзначительноповествовательнымуступаютвформам–настоящему историческому, прошедшему НСВ в событийном значении ипрошедшему СВ в значении конкретно-фактическом.ВОнежскихмотивированныхбылинахглаголамивстретилосьНСВ,всего26представленныхимперфективов,121примером.Большинство из них бесприставочные: бывать – 391, видать – 18, слыхать –11, говаривать – 8, едать – 6, пивать – 4, слыхивать – 3, хаживать – 3,езживать – 3, держивать – 2, плачивать – 2, езжать, живать, сыпа́ть (отспать), бивать, на́шивать, обедывать, учиваться, игрывать, пинывать,ранивать, видывать, стаивать, важивать.Приставочныхосновменьшинство–всего5глаголовв9употреблениях: выезживать – 3, приезживать – 2, попадывать – 2,вываживать, проезживать.
Приставочные глаголы требуют отдельногокомментария.Какужеотмечалосьвыше,однозначноопределитьпроизводящую основу для ряда таких образований часто невозможно. Так,производящей для глагола приставливать может оказаться и основа НСВ –приставлять, и СВ – приставить (вариативность суффиксов -а- и -ива-/-ывахорошо известна как в говорах, так и в древнерусских памятниках [Кузнецов1959: 256; Пожарицкая 1991: 88; Ровнова 1997: 174; Шевелева 2010: 204 –211]).
Далее объектом нашего исследования будут только те, глаголы,производящая основа которых однозначно характеризуется как НСВ,спорные случаи мы рассмотрим отдельно.1Указывается число употреблений в рассмотренных текстах.228Сказки, записанные в том же регионе, а также на территориисовременнойВологодскойобласти,содержат11глаголовв45употреблениях, в том числе один приставочный: видать – 23, бывать – 8,слыхать – 3, едать – 3, пивать – 2, видывать, живать, езжать, сыпа́ть,плачивать (от платить), прохаживать.Как видно из приведенного списка, в текстах представлены все трисуффикса имперфективации – -а-, -ва-, -ива-/-ыва- – при некоторомчисленном превосходстве последнего. Главный критерий в данном случае –мотивированность глагола НСВ другим глаголом НСВ, а не СВ, как приобразовании вторичного имперфектива.Легко заметить, что в обоих типах источников особое место занимаютглаголы бывать, видать и слыхать. Если учесть, что на остальные глаголы вбылинах приходится 53 примера, а в сказках – всего 11, становитсяочевидным, насколько значительной оказывается доля этих трех лексем.Кроме того, в памятниках XII – XVI вв.
употребление этих глаголов, понаблюдениям М. Н. Шевелевой, обладает рядом особенностей, отличающихих от «нормальных» глаголов типа хаживал. В частности, основы, откоторыхониобразованы,неотносятсякНСВ,аявляютсянеохарактеризованными по виду, сами же глаголы бывать, видать(возможно, также и слыхать) в памятниках начинают фиксироваться раньшеобычных имперфективов от основ НСВ [Шевелева 2012: 151; Шевелева 2016:в печати]. В связи с этим кажется оправданным рассматривать их отдельно.Анализ семантики и функционирования глаголов типа хаживал вфольклорных текстах предполагает, с одной стороны, определение того, какони соотносятся со значениями давнопрошедшего, «преждепрошедшего» имногократности, которые предлагаются на роль инвариантных для этихобразований в работах диалектологов и историков языка, а с другой – какиекомпоненты семантики отличают глаголы типа хаживал от «обычных»глаголов НСВ.229III.
2. 1. 1. Рассмотрим вначале все глаголы, кроме бывать, видать ислыхать. В Онежских былинах они представлены 53 случаями; вбольшинстве контекстов мы находим формы прошедшего времени, еще вдевяти и двух случаях представлены соответственно формы действительногопричастия настоящего времени и страдательного причастия прошедшеговремени (к ним обратимся позднее). В рассмотренных севернорусскихсказках все 11 случаев представлены формами прошедшего времени.В обоих типах источников обычным контекстом для употребленияимперфективов, образованных от основ НСВ, является общефактический (невполне однозначны семь однотипных случаев употребления глаголаговаривать – о них скажем отдельно).Большинство составляют контексты общефактического отрицания – 20примеров в былинах и 6 в сказках, утвердительные контексты представленычетырьмя и двумя контекстами соответственно.
Приведем по одномупримеру:Зговорит стольний князь да Владимир-тот:– Какая-то наехала холопина боярская,Убил князя либо боярина <…>,А й с того он содрал платья цветныи,Ай сапожков зелен сафьян не держивал,Цветныих-то платьиуов не нашивал (Онеж., с. 509);<…> потом вси хвастают [на пиру], хто цим може. Он говорит,этот бедный-то: «Што, – говорит, – хвастать: я на лёв-зверя(=звере) езжал и то не хвастаю» (ССк, с.
231).Овопросительныхпредложенияхстоитговоритьтолькоприменительно к текстам сказок (3 примера), поскольку в былинах два почтиодинаковых контекста фактически представляют собой утвердительныевысказывания, поданные в форме риторических вопросов:Что ли ты по темну лесу да ведь не хаживал,Аль змеинаго ты свисту да не слыхивал? (Онеж., с. 547)230В сказках во всех трех представленных случаях обнаруживаем общиевопросы, например:«А што, земляк, – тебя не признаю – ты откуль? Какой? Как тебязовут?» – Сказал Васинька: «А прежде знавал Васиньку Варегина?» (СкАз, I,с. 341, Пермский край).Что касается примеров употребления глагола говаривать, то толькоодин контекст, содержащий два употребления, может быть прочитан вобщефактическом значении:Матушка Добрынюшке говаривала,Матушка Никитичу наказывала:– Ах ты душенька Добрыня сын Никитинич!Те не езди-тко на кору сорочинскую,Не топчи-тко там ты малыих змиенышов <…>.Мо́лодой Добрыня сын НикитиничОн не слушал да родители тут матушкиЧестной вдовы Офимьи Олександровной,Ездил он на гору сорочинскую,Топтал он тут малыих змеенышков <…>.Сам же тут Добрыня испроговорил:– Матушка Добрынюшки говаривала,Родная Никитичу наказывала [далее повтор] (Онеж., с.
130 – 131).Во всех остальных случаях представлен этот же эпизод (с той разницейлишь, что глагол говаривать может вводить реплики обоих персонажей),однако следующие за прямой речью глаголы, однозначно продвигающиеповествование (прошедшее НСВ в событийном значении и НИ), непозволяют нам исключить возможность прочтения глагола говаривать каксобытийное прошедшее НСВ, ср.:Добрынюшка-тот матушке говаривал,А Никитинич-тот родненькой наказывал:Ты зачем меня несчастного спородила!231Спороди́ла бы, родитель моя матушка,Обвертела бы мою да буйну голову, <…>А спустила бы во черное-то море во турецкое <…>.Отвечала тут родитель ёму матушкаА честна вдова Афимья Олександровна:– Я бы рада те споро́дитиА таланом-участью да в Илью Муромца <…>,Ты ста́тьи есть да других бог не дал,Других бог теби не дал да не пожаловал.Россердился тут Добрыня сын НикитиничНа родитель свою матушку,Скорешенько Добрынюшка на двор-тот шол,Седлает тут Добрынюшка добра коня <…> (Онеж., с.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
