Диссертация (1101170), страница 20
Текст из файла (страница 20)
Для Николая Соседова череда этих внешнихсобытий проходит как фон его внутренней жизни, от этого теряется ощущениереальности и ритма времени. С другой стороны, незначительные и незаметныесобытия могли возбудить в герое огромный интерес и бурю эмоций ивоспоминаний; так одно мгновение могло захватить его сознание на несколькоСеменова С.Г. Русская поэзия и проза 1920-1930-х годов: Поэтика-Видение мираФилософия. – М.
: Наследие, 2001. С. 534.174Газданов Г.И. Вечер у Клэр // Собрание сочинений в 3 томах. – М.: Согласие, 1996. Т. 1. С.122.93173часов воспоминаний, а незаметная для других любая мелочь в окружающей жизнинаполняла его яркими, многогранными и долгими переживаниями.Конечно, было бы не очень справедливо говорить о каких-либо заметныхпараллелях или влияниях творчества Камю на Газданова: ведь повесть«Посторонний» (1942) увидела свет позже, чем роман Газданова «Вечер у Клэр»(1930). Как говорилось уже в предыдущем разделе работы о сходстве творческойманеры Пруста и Газданова, экзистенциальная идея и эстетика витали тогда в1920 – 1930-е годы в воздухе, под их влияние подпадала едва ли не всяхудожественная литература.
Это, можно сказать, было естественным результатомдвижения и развития литературы, и в этом убеждает Ю.Д. Нечипоренко: «Что жекасается до влияния Марселя Пруста и Альбера Камю на Газданова, то здесь мыможем иметь дело с общей атмосферой интеллектуальной жизни в Париже ХХ в.:так ветер одинаково треплет разные флаги»175.Наряду с идеями западноевропейской экзистенциальной философии иэстетикой, в романе Газданова присутствуют еще и элементы искусства началаXX века, идущие от традиций серебряного века, и самую заметную роль здесьиграет музыка.
«Самым прекрасным, самым пронзительным чувствам, которые якогда-либо испытывал, я обязан был музыке»176 – говорит герой-рассказчик передначалом своих воспоминаний о прежней жизни в России, лежа рядом с Клэр. Дляглавного героя «Вечер у Клэр» жизнь – это длинное путешествие, которое в путиобязательно сопровождается музыкой. В ней отражается внутренний мир НиколаяСоседова, движение его души и тела. Музыка представляет собой не только одиниз видов искусства, но еще и ключ к ранее неизвестному ему миру: «Очень частов концерте я внезапно начинал понимать то, что до тех пор казалось мненеуловимым; музыка вдруг пробуждала во мне такие странные физическиеощущения, к которым я считал себя неспособным» 177 . Герой тонко ощущаетразличные звуки, идущие не только от музыкальных инструментов, но и от самойНечипоренко Ю.Д.
Таинство Газданова // Возвращение Гайто Газданова: Научнаяконференция, посвященная 95-летию со дня рождения. – М.: Русский путь, 2000. С. 185.176Газданов Г.И. Вечер у Клэр // Собрание сочинений в 3 томах. – М.: Согласие, 1996. Т. 1. С. 47.177Там же. С. 47.94175природы, от животных, звуки человеческих голосов: «Я слышал (…) и шорохпеска, и гул трясущейся земли, и плачущий, ныряющий звук чьего-тостремительного полета, и мотивы гармоник и шарманки; и, наконец, ясно доходилдо меня голос хромого солдата» 178 . Здесь, совершенно верно отмечает А.В.Андреева, «музыка у Газданова соединяет в себе свойства живой звучащеймелодиииличеловеческогоголосаиуниверсальногоискусства,силы,гармонизирующей ''сырой'' жизненный материал в универсуме произведения.Возможности музыки в прозе Газданова созвучны как символистской, так иакмеистической поэтической традиции.
Такое понимание музыки еще разподтверждаетгенетическоеродствоеготворчествасхудожественнымиоткрытиями рубежа веков и ''серебряного века'' русской поэзии» 179 . Как у В.Брюсова, А. Блока, З. Гиппиус, А. Ахматовой и многих других мастеровсеребряноговека,музыкальностьпроникаетвхудожественныйстройгаздановского текста, влияет на ритмику речи повествователя и постановкусюжетногоразвития.Наиболееяркимпримеромздесьможетслужитьповторяющийся на протяжении всего романа «звон внезапно задержанной изадрожавшей пилы»180, который соединяет прошлое с настоящим, загробный мирс земным, жизнь до России и после, становится одним из важнейших связующихзвеньев произведения.Еще одна черта, объединяющая прозу Газданова с современным емуискусством начала XX столетия, с традициями серебряного века – это еевнутренний диалог с живописью 1910-1930 годов, ее выход в областьсюрреалистических «видений».
На страницах «Вечер у Клэр» нередко появляютсясцены, напоминающие работы авангардистов и неоромантиков начала XX века.Вспомним тот фрагмент, когда герой-рассказчик погрузился в мечтания о встречесо своей вечной любовью, с Клэр: она лежит в своей комнате на диване вТам же.
С. 101.Андреева А.В. Поэтика Гайто Газданова в контексте модернистской прозы первой половиныXX века: автореф. дис. … канд. филол. наук: 10.01.01 / А.В. Андреева; Яросл. гос. пед. ун-т им.К.Д. Ушинского. – Ярославль: 2013. С. 15.180Газданов Г.И. Вечер у Клэр // Собрание сочинений в 3 томах. – М.: Согласие, 1996. Т. 1. С. 49.95178179обольстительных позах. Вокруг нее «текут» различные «вещи»: и няня, и петух, илебедь, и Дон Кихот, и синяя река, и сам герой со своей няней. И внезапно геройвидит, как ноги Клэр «в черных чулках плывут по воздуху, как по воде, и тонкиежилки под коленями набухают от набегающей в них крови» 181 .
Она вдругоказалась в небе, летит над городом вместе со всеми своими «текущими вещами»,вокруг них «город, за городом поля и леса, за полями и лесами – Россия; заРоссией, вверху, высоко в небе, летит, не шевелясь, опрокинутый океан, зимние,арктические воды пространства»182. Такое яркое, необычное описание ссюрреалистическими «видениями», по мнению А.И.
Чагина, вызывает прямуюассоциацию со знаменитой картиной «Над городом» М. Шагала 183, который почтиодновременно с Газдановым оказался в Париже. Возможно, что в этом описанииотражаетсясамоезаветноежеланиеюногописателя:встретитьсвоювозлюбленную после долгой разлуки и вместе с ней лететь на крыльях счастья надродной землей, точно так же, как все это изображено на картине великогохудожника-авангардиста XX века. И Шагал, и Газданов в своих произведенияхсоздают мир волшебных воспоминаний и снов, стараются погрузить зрителей ичитателей в сон наяву, в свои сюрреалистические видения и фантазии. Только тамони могут быть самими собой, делают все, что хотят. И только там они едины всвоем порыве любви.Тем не менее, помимо счастья и радости, любовь приносит с собой и боль, иразочарование, особенно когда о любви размышляет человек, прошедший такойдуховный путь, как Газданов или его герой.
В возникающей у Газданова«шагаловской» картине с летящей Клэр есть момент, заставляющий особозадуматься о ярких чертах сюрреализма в прозе писателя. Вспомним об одном изхарактерных элементов сюрреалистического письма, строящегося на принципе«ошеломляющего образа», – о мотиве отдельного, независимого существованиячастей человеческого тела; о стоящей за этим мотивом традиции (Гоголь,Там же. С. 90.Там же.183Чагин А.И. Гайто Газданов – на перекрестке традиций // Гайто Газданов в контексте русскойи западноевропейских литератур.
– М.: ИМЛИ РАН, 2008. С. 13-14.96181182Лотреамон, Маяковский и др.). У Газданова этот мотив бросает страшный отсветна картину с летящей Клэр. Читаем дальше фрагмент о полете: «И опять я виделбледное лицо, отдельно от тела, и колени Клэр, словно отрубленные чьей-торукой и показанные мне»184.
Такая зловещая сцена с образом отрубленной головы,отмечает А.И. Чагин, явно сродни появившимся лет на десять раньшестихотворениям Н. Гумилева «Заблудившийся трамвай» и В. Ходасевича«Берлинское» 185 , ярко воплотившим в себе черты катастрофического сознания,живущего в русской литературе тех лет – в этих двух стихотворениях герой вполете сюрреалистического видения видит свою отрубленную голову.
В этом жеконтексте возникают и газдановские образы «бледного лица отдельно от тела» и«отрубленных колен». Здесь герой с большой силой предчувствует, что егосчастье с Клэр в любой, даже самый светлый момент, даже когда он чувствуетсебя на седьмом небе, может быть жестоко разрушено.Выясняя связь между двумя прекрасными произведениями Шагала иГазданова, отмечая в них черты искусства нового времени, стоит обратитьвнимание еще на одну весьма важную деталь – их цветовую гамму: в обеихработах доминирует синий цвет. Традиционно этот цвет ассоциировался с небом,с морем, с некой мистической, магической силой, он был тесно связан с тайнами,со Святым Духом. Разные оттенки синего цвета по-разному влияют наподсознание человека: если темно-синий может вызывать беспокойство, волнениеи печаль, то, становясь светлее – передает покой, умиротворение и счастье.Именно за такое уникальное свойство его полюбили символисты и авангардисты.Начиная с XX века в изобразительном искусстве художники стали активноиспользовать в работах больше синего цвета, чем прежде.
На картине «Надгородом» Шагала на первый план выдвигается фигура самого летящегохудожника вместе с его любимой женщиной Беллой, одетой в нарядное синееплатье. Их полет изображен на фоне серо-синего неба, под ними – спящий городГазданов Г.И. Вечер у Клэр // Собрание сочинений в 3 томах.
– М.: Согласие, 1996. Т. 1. С. 90.Чагин А.И. Гайто Газданов – на перекрестке традиций // Гайто Газданов в контексте русскойи западноевропейских литератур. – М.: ИМЛИ РАН, 2008. С. 14.97184185Витебск, покрытый серыми, синими, красными и зелеными игрушечнымидомиками.В романе «Вечер у Клэр» Газданова тоже наблюдается заметное авторскоепредпочтение к синему цвету. В одной из волнующих сцен он пишет: «Я лежалрядом с Клэр и не мог заснуть; и, отводя взгляд от ее побледневшего лица, язаметил, что синий цвет обоев в комнате Клэр мне показался внезапнопосветлевшим и странно изменившимся. Темно-синий цвет, каким я видел егоперед закрытыми глазами, представлялся мне всегда выражением какой-топостигнутой тайны – и постижение было мрачным и внезапным и точно застыло,не успев высказать все до конца; точно это усилие чьего-то духа вдругостановилось и умерло – и вместо него возник темно-синий фон.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
