Диссертация (1101170), страница 16
Текст из файла (страница 16)
(…) Молодое поколение не получившейся эмигрантской литературывсецело усвоило готовые литературные и социальные принципы старшихписателей эмиграции, принадлежащих в своем большинстве к дореволюционнопровинциальной литературной школе. (…) Только чудо могло спасти это молодоелитературное поколение; и чуда – еще раз – не произошло. Живя в одичавшейЕвропе, в отчаянных материальных условиях, не имея возможности участвовать вкультурной жизни и учиться, потеряв после долголетних испытаний всякуюсвежесть и непосредственность восприятия, не будучи способно ни поверить в75какую-то новую истину, ни отрицать со всей силой тот мир, в котором оносуществует, – оно было обречено»146.Слова эти принадлежали Гайто Газданову – одному из самых яркихпредставителей того самого молодого поколения первой «волны» русскойэмиграции, чье имя уже было известно среди эмигрантов как имя автора многихрассказов, романов «Вечер у Клэр» и «История одного путешествия», осетина попроисхождению,воспитанноговтрадицияхрусскойкультуры.Егодописательская биография вместила детские годы в России, учебу в кадетскомкорпусе, участие в Гражданской войне в рядах Добровольческой армии, а потомэмиграцию – калейдоскоп чужих городов: Константинополь, София, Шумен, инаконец, Париж.
В эмиграции Газданову пришлось пройти суровую школуборьбы за выживание. Ему даже случалось неделями ночевать в метро и вподземных переходах. В поисках заработка он освоил немало профессий:портовый грузчик, мойщик в локомотивном депо, сверлильщик на автозаводе,частный репетитор по русскому и французскому языкам, и, наконец, ночнойтаксист. Задумываясь об этом богатом опыте черной работы, понимаешь, откуда уГазданова такие пессимистические взгляды на развитие русской эмигрантскойлитературы.Статья Газданова вызвала большой резонанс в эмигрантской среде.
С нимвступили в серьезную дискуссию старшие и младшие эмигранты. С однойстороны, младшее поколение по понятным причинам с пониманием встретилостатью Газданова. В отклике на данную публикацию В.С. Варшавский в статье «Опрозе ''младших'' эмигрантских писателей» поддержал точку зрения Газданова поповоду небытия молодой эмигрантской литературы 147. Считалось, что Газдановсумел показать ту пропасть, тот непреодолимый барьер, который существовалмежду старшими и младшими писателями.
С другой стороны, резкие критическиесуждения высказывали старшие мастера: М.А. Алданов, В.Ф. Ходасевич, М.А.146Газданов Г.И. О молодой русской эмигрантской литературе // Современные записки. 1936. №60.Варшавский В.С. О прозе «младших» эмигрантских писателей // Современные записки. 1936.№ 61.76147Осоргин, Г.В. Адамович, причем многие из них не раз писали на эту тему впечати. Ходасевич жестко критиковал статью Газданова, считая, что автору«просто хотелось ''отмежеваться'' от ''вырождающейся'' европейской культуры ипоказать себя незаинтересованным в делах эмиграции» 148.
Осоргин указал ошибкуГазданова в том, что «нельзя, попросту – не стоит искать новых утвержденийтолько путем уничижения старых» 149 . Адамович с сочувствием откликнулся настатью Газданова, но все-таки назвал ее «гимназической писаревщиной» 150 .Писатели старшего поколения признавали, что в настоящее время молодаяэмигрантская литература находится в очень тяжелом положении. В отклике нагаздановскую статью Алданов писал, что бедность «не в каком-либо фигуральном,духовном смысле слова, а в житейском, самом обыкновенном» 151 смысле являетсяодним из решающих препятствий на пути развития молодой литературы и, каквезде и всюду, в эмиграции существует «моральное давление среды», однако еслисравнить с видом давления в Советской России, «многие из нас, несмотря на всютяжесть, все моральные и материальные невзгоды эмиграции, не сожалели, несожалеют и, вероятно, так до конца и не будут сожалеть, что уехали избольшевистской России.
Эмиграция – большое зло, но рабство – зло еще гораздохудшее»152. С позицией Алданова согласилось большинство писателей старшегопоколения эмиграции.Сегодня, с достаточно большой уже исторической дистанции мы можемосмыслить эту особую страницу истории русской литературы несколько иначе.Газданов действительно предвидел дальнейший спад творческой деятельности врусском Париже – вскоре, перед второй мировой войной, его прогноз будет уженевозможно опровергнуть.
Но та литература, которая прошла все тяжести,трудности, лишения и страдания, она состоялась. Литература первой «волны»русской эмиграции, включающая в себя имена Набокова, Газданова, Поплавского,Ходасевич В.Ф. Книги и люди // Возрождение. 1936. 12 марта.Осоргин М.А. О «молодых писателях» // Последние новости. 1936. 19 марта.150Адамович Г.В. Современные записки, кн. 60-я. Часть литературная // Последние новости.1936. 12 марта.151Алданов М.А. О положении эмигрантской литературы // Современные записки.
1936. № 61.152Там же.77148149творчество других писателей молодого поколения, стала одной из самых яркихстраниц в истории не только русской, но и мировой литературы. Сам Газданов в1930-е годы уже в своем творчестве убедительно показал, что проблемылитературы в изгнании, споры о которых не утихали в ту пору, не препятствуюттворческому развитию даже нового поколения писателей, вставших налитературный путь лишь в эмиграции. Его первый роман «Вечер у Клэр»,написанный в 1929 г., был высоко оценен старыми мастерами, такими как Бунин,Адамович, Осоргин и многими другими, что заставляет сомневаться влитературном консерватизме «стариков» эмиграции. На самом деле, следованиерусской литературной традиции ни в коем случае не противоречит восприятиюновых веяний ХХ века, отразивших в себе опыт грандиозных историческихсобытий, открывших новые духовные горизонты русской и мировой культуры.Обращение к истокам русской литературы не противоречит и постижению опытаевропейской культуры, в рамках которой – не в малой степени – сформировалосьмировоззрение молодого поколения писателей-эмигрантов.«А между тем я читал иностранных писателей, наполнялся содержаниемчуждых мне стран и эпох, и этот мир постепенно становится моим: и для меня небыло разницы между испанской и русской обстановкой,» 153 – пишет Газданов в«Вечере у Клэр», вспоминая свои детские годы в далекой уже от него старой,утраченной России.
Как и его собратья Набоков, Поплавский, Берберова,Яновский и другие молодые писатели первой «волны» эмиграции, Газдановпришел в литературу в пору расцвета европейского модернизма. Он не тольконаследовал лучшие традиции русской классики, но еще и активно усваивалтворческий опыт западноевропейских мастеров.
«Автор ''Вечера у Клэр'' былхудожником, – отмечает А.И. Чагин, – рожденным на разломе эпох, пережившимисторическое потрясение, перевернувшее и его судьбу, и в произведениях своихон стремился к созданию новой литературы, отвечающей усложнившемусясодержанию эпохи. В его произведениях ясно дают знать о себе открытиярусского серебряного века, опыт русской и европейской культуры, литературы153Газданов Г.И. Вечер у Клэр // Собрание сочинений в 3 томах. – М.: Согласие, 1996.
Т. 1. С. 52.78первых трех десятилетий XX века» 154 . У Газданова в истоке поиска новыххудожнических путей было не только желание уйти от довлеющего опытастаршего поколения, потягаться с ним силами на равных, но и в большей степенижелание обрести язык, необходимый для выражения экзистенциального сознания.В литературной критике традиционно принято считать неоспоримымвлияние творчества Пруста, Толстого и Бунина на прозу Газданова. Имя Прустабыло названо сразу после выхода первого романа «Вечер у Клэр», который былпостроен, как отмечали многие его современники, по принципу «потокасознания».
На первый взгляд, это роман о таинственных перипетиях любви.Соответствуя читательским ожиданиям, роман открывается эпиграфом из«Евгения Онегина»: «Вся жизнь моя была залогом свиданья верного с тобой».История начинается в Париже. Главный герой – 26-летний русский эмигрантНиколай Соседов – рассказывает о веренице свиданий с его давней знакомой, сфранцуженкой Клэр. Именно тот вечер, завершающийся, как деликатно написалОсоргин в своей рецензии, «полным любовным достижением», дает толчокпотоку воспоминаний, восстанавливающих всю историю прежней жизни героя.Пытаясьосознатьзначительностьпроисходящего,Николаймысленновозвращается к событиям десятилетней давности в России, где произошла перваявстреча с Клэр, вышедшей вскоре замуж за другого.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
