Диссертация (1100887), страница 33
Текст из файла (страница 33)
Вы говорите – энергию. Энергия основана на любви. А любовь неоткуда взять,приказать нельзя. Вот я полюбила эту девочку, сама не знаю зачем» (там же,276).Анна понимает, что это занятие неискреннее по отношению к собственной дочери и сыну. Однако в её положении ей ничего больше не остается делать. «Я ничего не могу делать, ничего начинать, ничего изменять, ясдерживаю себя, жду, выдумывая себе забавы – семейство англичанина, писание, чтение, но все это только обман, все это тот же морфин» (там же, 282).Энергию любви она сохранила только к сыну, которого не перестаетсильно и нежно любить и надеется ещё, что ей отдадут его: «И он [Облонский] вспомнил то робкое, жалостное выражение, с которым Анна, отпускаяего, сказала: "Все-таки ты увидишь его. Узнай подробно, где он, кто при нем. 155 И, Стива...
если бы возможно! Ведь возможно?» (там же, 304). Глазами еёбрата мы видим повзрослевшего Сережу, которому воспоминания о материпричиняют боль и страдание.« – А ты помнишь мать? – вдруг спросил он……Оставьте меня! Помню, не помню... Какое ему дело? Зачем мне помнить? Оставьте меня в покое! – обратился он уже не к гувернеру, а ко всемусвету» (там же, 306).В последних главах романа перед самоубийством Анна в разговоре сВронским снова появляется тема материнства. Потеря сына наиболее остроощущается главной героиней на фоне охлаждения Вронского к ней. ЛюбовьАнны к Сереже контрастирует с её холодным и безразличным отношением кдочери Вронского, что замечает Долли, приезжая в Воздвиженское.
ВМоскве Анна, чтобы найти себе какие-то занятия, взяла к себе в воспитанницы девочку-англичанку. Уязвленный Вронский, не видя любви Анны к егодочери, укоряет её за фальшь: «Мне неинтересно ваше пристрастие к этойдевочке, это правда, потому что я вижу, что оно ненатурально» (там же, 320).Вспоминается эпиграф к роману: вот оно, «воздаяние». Предполагается, что полноценная семья сложится у Кити и Левина, но об этом читательможет только догадываться.Роман построен на контрастах и параллелях.
Две сюжетные линии связывает сеть ассоциаций и сравнений. Особенно это очевидно в конце, где после смерти главной героини роман не кончается. Эту особенность великогопроизведения не хотели замечать издатели романа, упрощая его смысл пополитическим соображениям. Так, редактор «Русского Вестника» М. Н. Катков отказался печатать восьмую часть романа из-за иронического изображения Толстым просербского движения.
Читателям же объяснил свою позициюиначе: «В предыдущей книжке, под романом «Анна Каренина» выставлено:“окончание следует”. Но со смертью героини, собственно, роман кончился.По плану автора следовал бы ещё небольшой эпилог, листа в два, из коегочитатели могли бы узнать, что Вронский, в смущении и горе после смерти 156 Анны, отправляется добровольцем в Сербию и что все прочие живы и здоровы, а Левин остается в своей деревне и сердится на славянские комитеты и надобровольцев»237.Это нелепое объяснение побудило Л. Толстого вместе со Н.Н. Страховым написать ответное письмо в «Московские ведомости» (не отправлено),где заметка Каткова была спародирована оригинальным образом: «Это мастерское изложение последней, ненапечатанной части “Анны Карениной” заставляет пожалеть, зачем Редакция Р.В. [занял] в продолжение трех лет занимала так много места в своем журнале [и так долго томила своих читателей] этим романом. Она могла бы с такою грациозностью и лаконичностьюрассказать и весь роман [так:] не более как в 10 строчках [Была-де одна дамаи она] [бросила] [ушла-де от мужа и т.д.
Но, полюбив другого, она стала всёна него сердиться и бросилась под вагон. Кроме того, был Левин, которыйженился на одной девице и прижил сына. Он с своим семейством все времябыл здоров]»238. Даже в этом ироническом пересказе упомянут «здоровый»Левин – центральный герой романа, наряду с Анной.
На отказ печатать восьмую часть романа отреагировал А. Фет, отмечая важность в композиции романа двух равноправных линий, их взаимодополняемость: «Но понимают лиэти мудрецы, что “Каренина” без эпилога не корова без хвоста, а змея безхвоста, то есть без необходимой части организма, без чего она неполна и непонятна» (письмо Толстому от 3 авг. 1877 г.)239. 237Русский Вестник. 1877. № 5. С. 472.Проект письма Толстого по поводу заметки Каткова об окончании «Анны Карениной» [июнь-июль, 1877]// Переписка Л.Н. Толстого с Н.Н. Страховым. С.
121. Все поправки и переделки Толстого набраны курсивом, а зачеркнутые им или Страховым слова заключены в прямые скобки. Окончательный текст письма идругой черновой вариант см.: Толстой Л.Н. Полн. собр. соч. (Юбилейн.): В 90 т. М., 1953. Т. 62.
С. 329-331.239Толстой Л.Н. Переписка с русскими писателями. Т. 1. С. 478.238 157 ЗаключениеНа основании проведенного исследования можно сделать следующиевыводы. Как и в большинстве романов 19 века, в «Анне Карениной» широкоиспользуются, в различных сочетаниях, все основные композиционноречевые формы, при этом стилеобразующей композиционной единицей можно считать эпизод с включением диалога персонажей (современники Толстого часто называли такие эпизоды и в «Войне и мире», и в «Анне Карениной»«сценами», восхищаясь искусством детализации изображения). 158 Также в романе, наряду с эпизодами-сценами, очень важное место занимают эпизоды-интроспекции, раскрывающие внутренний мир главных героев, помогающие понять авторскую концепцию благодаря лейтмотивнойструктуре, параллелизмам и контрастам в передаче внутреннего монологаили несобственно-прямой речи героя.
Особым видом интроспекции можносчитать сновидения героев, то есть изображение измененных состояний сознания. В «Анне Карениной» они образуют систему, скреплённую повторяющимися мотивами. Как уже показано в ряде литературоведческих работ240,эпизод – это относительно самостоятельная, вычленяемая из текста частьпроизведения, где представлен некий ход в развитии внешнего и/или внутреннего действия, не меняется состав основных участников, соблюдаетсяединство времени и места действия.
Поэтому эпизоду нетрудно дать рабочеезаглавие, например: «Кити и Левин в Зоологическом саду», «Свидание Анныс сыном», «Каренин дает урок Сереже» и др. При этом границы эпизода могут не совпадать с членением текста романа на главы. Художественное времяв эпизоде приближено к реальному (насколько, конечно, это возможно в эпосе, где есть речь повествователя). Полярной формой является сообщение (резюме), нередко «умещающее в одной фразе события многих лет»241.Чередование эпизодов и сообщений сближает «Анну Каренину» с романами его современников, в частности с романами И.С. Тургенева.
Однакосоотношение форм в «быстрых» (у Тургенева) и медлительных (у Толстого)романах различно. В романах Тургенева сообщения о прошлом и будущемгероев, или предыстории и эпилоги, занимают очень большое место. Крометого, чередование эпизодов-сцен и эпизодов-интроспекций, в которых преобладает монолог героя, переданный, как правило, прямо и подробно, отличает роман Толстого от других русских романистов 19 века. Например, Тургенев не так часто использует форму внутреннего монолога или несобствен 240См.
в особенности: Сергеева Е.Е. Эпизод в драматическом и эпическом произведении («Дмитрий Самозванец» и «Василий Шуйский» А.Н.Островского, «Война и мир» Л.Н.Толстого). Автореф. дис. на соис. к.уч. ст. канд. филол. наук. М., 2007.241Тодоров Цв. Поэтика // Структурализм: «за» и «против».
М., 1975. С.28. 159 но-прямой речи для изображения диалектики души, а включает в повествование такие композиционно-речевые формы, как дневник героя или письмо, атакже форму «рассказанного эпизода» или монтаж небольших сцен.Нарративная стратегия, используемая в романе «Анна Каренина» отличается большим разнообразием за счет таких единиц, как итеративы (описание повторяющегося события, характеристика отношений между героями,длящаяся какой-то отрезок времени), описания статичных предметов, эллипсисы, а также сообщений и умолчаний (эллипсисов).
Используя эти приемы, Толстой применяет разные вариации темпа повествования, что способствует ощущению максимальной реальности происходящего и направляетвнимание читателя в нужную сторону.Но для композиции «Анны Карениной» характерна еще одна особенность: автор часто объединяет эпизоды в циклы, что связано и с сюжетноймноголинейностью этого романа, и с ведущим принципом поэтики Толстого– принципом контраста. Термин «цикл» применяется в литературоведении19–21 вв. к группе произведений, часто разножанровых, образующих некоетематическое, смысловое единство, говоря иначе, это «произведение произведений»242. Единство цикла обычно подчеркнуто общим заглавием («Сумерки» Е.А.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
