Диссертация (1099264), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Ярким примером произвольной манипуляции являются методы представления информации в СМИ и в политических текстах. Факты преподносятся в определенном контексте, важен сам порядок изложения новостей, их повторяемость, сенсационность; используются такие категории как "всем известно, что" и "само собой разумеется", формирующие нужную точку зрения, смешиваются факты и их интерпретации (Аронсон, Пратканис, 2003, Кара-Мурза, 2003). Манипуляция осуществляется в том числе через вмешательство в неявное знание: введение новых понятий, использование оценочных категорий, адресация к стереотипам (Дружинин, 2005) Анализ речи позволяет обнаружить специфические грамматические конструкции: отрицание без отрицания, извинение без извинения, пассивный залог («были допущены ошибки»). Их общая цель – создать социально желательную видимость и скрыть неприятную реальность, уйти от ответственности.
§ 2.2.1. Исследования макиавеллизма
Психологическим понятием, позволяющим измерить манипулятивную направленность человека, выступает макиавеллизм. В.В. Знаков определяет его как
«черту, поведенческую установку, выражающуюся в использовании психологической манипуляции в качестве основного средства достижения своих целей, часто в ущерб интересам других субъектов» (Знаков, 2002).
Термин обязан своим происхождением итальянскому политику Никколо Макиавелли, написавшему трактат «Государь», в котором изложены основные принципы управления: в политике следует опираться на силу, а не на мораль, которой можно пренебречь при наличии достойной цели. Соответственно, феноменом макиавеллизма традиционно интересовались в сферах, связанных с политикой, экономикой (ведение бизнеса), управлением, а так же в антропологии и социальной психологии.
Макиавеллизм рассматривается как осознанный набор установок, влияющий, с одной стороны на постановку целей деятельности, а с другой – на выбор способов их достижения. Высокий уровень макиавеллизма связан с желанием добиться власти, удержать ее и расширить свое влияние (Zin, Ahmad, Ngah, Ismail, Abdullah, Ibrahim, 2011) в том числе манипулятивными средствами, поэтому большой интерес представляют исследования степени успешности макиавеллиста в реальных условиях построения карьеры. Изначально макиавеллизм представлялся характеристикой, обеспечивающей успешный карьерный рост, эффективное достижение целей и инициативность, чему способствовали рассуждения о биологических предпосылках жестокости и ее положительном эволюционном смысле (Jones, 2007; Nell, 2006). Напротив, неманипулятивное поведение оценивается как слабость, социальная некомпетентность, неумение добиться своего (Carlin, 2011).
Сформировался идеализированный образ макиавеллиста как чрезвычайно успешного человека, лидера (Further et al., 2011; Kohyar et al., 2010; Robins et al., 2001). По описанию Кристи и Гейс, высокие макиавеллисты амбициозны, умны, настойчивы, более коммуникабельны и убедительны независимо от того, говорят они собеседнику правду или лгут (Christie, Geis, 1970). Эти личности более целеустремлены и конкурентоспособны, направлены, прежде всего, на достижение цели, а не на взаимодействие с партнерами (Знаков, 2002). Макиавеллисты выбирают работу, прежде всего, с наибольшей зарплатой, индифферентны к экономической и социальной политике фирмы и избегают профессий, связанных с заботой о других (Zhang, Gowen, 2012; Jonason, Wee, Li, Jackson, 2014). Высокий уровень макиавеллизма кандидатов привлекал внимание компаний, ожидающих от работников прагматизма, эмоциональной дистанцированности и самостоятельного принятия решений (Carlin, 2011; Weber, 2007), а склонность к манипуляции в сочетании с низким нейротизмом, высоким психотизмом и экстраверсией обсуждались как предикторы успешного ведения бизнеса (Skinner, 1983).
Однако данные об успешности макиавеллистов противоречивы: исследователи в Гонконге показали, что работники с низким уровнем макиавеллизма добиваются больших карьерных высот, тогда как высокие макиавеллисты больше
удовлетворены своей работой. Ливанские исследователи не обнаружили никаких связей с удовлетворенностью, но показали, что высокие макиавеллисты лучше планируют свою карьеру, ставят более четкие цели и достигают их, в то время как низкий уровень макиавеллизма скорее мешает этому (Karkoulian et al., 2010).. Американские психологи установили, что высокий уровень макиавеллизма банковских служащих связан с меньшей удовлетворенностью работой и ощущением, что они уже достигли карьерного «потолка». При этом никакой связи с уровнем дохода не обнаружено (Corzine, Buntzman, 1999). Разные результаты могут быть обусловлены различиями в корпоративных культурах: гонконгская и американская банковские системы жестко структурированы, что снижает эффективность макиавеллистов в целом (Karkoulian et al., 2010).
Успешность макиавеллиста в организации связана со степенью ее устойчивости и консервативности: при благоприятных условиях и неограниченных корпоративных ресурсах эффективность высокого макиавеллиста снижается, поскольку доступны обычные способы достижения целей. Но в условиях ограничений ресурсов и нестабильности ситуации макиавеллисты имеют возможность применить свои стратегии и, тем самым, преуспеть (Corzine, Buntzman, 1999; Kuyumcu, Dahling, 2014; Whitaker, 2011).
Исследовательское отношение к макиавеллизму изменилось: высокие риски, связанные с бесконтрольным использованием природных ресурсов и краткосрочными, ориентированными на быстрое обогащение стратегиями компаний, привели к необходимости строить экологические и экономические отношения на основе этических принципов и взаимной ответственности. Исследования этического компонента в предпринимательской деятельности, маркетинге, экологии показали, что макиавеллизм как выраженная форма эгоизма отрицательно коррелируют с просоциальным поведением, например, с заботой об окружающей среде (Swami et al., 2009, 2010).
Было введено особое понятие «этического лидерства»: это, во-первых, управление, основывающееся на нормативных принципах, а во-вторых, создание в коллективе атмосферы доверия и взаимной ответственности. Высокий уровень макиавеллизма у руководителя снижает эффективность его деятельности, поскольку
декларируемые принципы вступают в конфликт с собственными методами лидера (Den Hartog, Belschak, 2012). Макиавеллизм отрицательно коррелирует с желанием делиться знаниями внутри компании, усиливая, таким образом, непродуктивную конкуренцию между сотрудниками (Chung, 2008). Макиавеллисты склонны к постановке краткосрочных, ситуативных целей (самоутверждение и соперничество), не принимая в расчет долгосрочную перспективу (сотрудничество, повышение эффективности коллектива) и ориентированы на развитие собственной карьеры в ущерб командному развитию, организации совместной работы и практике супервизии (Zettler, Friedrich, Hilbig, 2011).
Другим важным фактором стало повышение социальной ответственности компаний, обеспокоенность этическим имиджем. С одной стороны, это важно для привлечения потенциальных сотрудников и обеспечения их лояльности (Zhang, Gowen, 2012), а с другой – повышает кредит доверия клиентов особенно в областях, связанных с экспертной оценкой (например, аудит), где эксперт должен быть и выглядеть честным и надежным специалистом (Shome, Raon, 2009). Подобные проблемы породили множество исследований роли макиавеллизма в формировании и функционировании организационной культуры, в частности – уровня морального сознания работников разного ранга (Shome, Raon, 2009).
Особенно плодотворной моделью исследования стала ситуация выбора (моральные дилеммы, оценка вероятности и т.д.), позволяющая оценить прямой и опосредованный вклад макиавеллизма в процесс принятия решения. Показано, что наряду с полом, уровнем идеализма и морального релятивизма макиавеллизм влияет на отношение студентов к обману, тогда как возраст, успеваемость, расовая принадлежность – нет (Saulsbury et al., 2011). Низкий уровень макиавеллизма, наоборот, положительно связан с более аккуратным, морально обоснованным выбором стратегий поведения в бизнесе и повседневной жизни (отрицательное отношение к обману, лжи или к утилитарной позиции по отношению к другому), предполагая внимание к вопросам этики и морали (Bartels, Pizarro, 2011; Malinowski, 2009; Pandey, Singh, 1986).
Исследование реальной ситуации морального выбора, проведенное на модели принятия решения о дефиците бюджета, показало, что несмотря на представление о
макиавеллистах, как менее эмоционально вовлеченных и более устойчивых в достижении цели, они легче соблазняются возможностью получения краткосрочных выигрышей (Hartmann, Maas, 2010). Подтверждением высокой ориентации на мнение окружающих стало исследование просоциального поведения (анонимных или публичных благотворительных пожертвований): высокие макиавеллисты склонны жертвовать большие суммы в присутствии других людей, тогда как при высоких показателях просоциальной направленности зависимость от ситуативных факторов снижается (Bereczkei, Birkas, Kerekes, 2010). Принятие решения макиавеллиста в значительной степени обусловлено желанием произвести впечатление, сформировать у других благоприятный образ, что, возможно, указывает на некоторую полезависимость. Подвергается сомнению не только моральная устойчивость макиавеллистов, но и качество их суждений в ситуации неопределенности. Показано, что при излишней уверенности в себе (завышенной самооценке своих результатов по сравнению с другими участниками) высокие макиавеллисты склонны давать менее реалистичные, дисперсионные прогнозы (Jain, Bearden, 2011).
Из обзора исследований макиавеллизма в контексте профессиональной деятельности можно сделать несколько выводов:
-
Показан вклад макиавеллизма в принятие решений в ситуации неопределенности на неклинической выборке. К характеристикам этого выбора можно отнести преобладание краткосрочных целей (в основном, связанных с получением личной выгоды) над долгосрочными, ситуативность и нереалистичность оценок, высокую ориентацию на мнение других.
-
Изучение этого феномена несвободно от моральной оценки исследователей: отношение к манипуляции как к недопустимой, снижающей эффективность компании стратегии поведения влияет на сам дизайн исследований и ставит этические проблемы.
-
Данные об успешности макиавеллистов достаточно противоречивы и отражают внутреннюю неоднородность явления, а также влияние особенностей культуры в целом и организационной культуры конкретной компании в частности.
§ 2.2.2. Клинические и субклинические исследования макиавеллизма
Макиавеллизм все чаще рассматривается как субклиническое и
«пограничное» между нормой и патологией поведение. Особенно ярко это выразилось во включении его в Темную Триаду наравне с нарциссизмом и психопатией (Jones, Paulhus 2010a, b, 2011; Paulhus et al., 2002; Petrides, Vernon, Schermer, Veselka, 2011; Rauthmann, Will, 2011). Paulhus, Williams предположили, что эти три черты объединяют: а) предпочтение краткосрочных отношений долгим; б) скептицизм и цинизм и в) манипулятивные тактики поведения (Fehr et al., 1992; Jones, Paulhus 2010b). Ряд параметров объединяет макиавеллизм с психопатией (как первичной, так и вторичной): это неудовлетворенность близкими отношениями (Ali, Chamorro-Premuzic, 2010b), импульсивность и агрессивное поведение (Jones, Paulhus, 2011), общее эмоциональное обеднение (Mchoskey, 1998) и нарушения эмпатии (Ali et al., 2009). Последнее может выступать как ключевой фактор всей Темной Триады (Егорова, Ситникова, 2014).
Подтверждением дефицита регуляции, как фактора происхождения макиавеллизма, служат клинические исследования изменений личности при поражениях лобной коры больших полушарий. У пациентов с болезнью Паркинсона нарушение функций контроля связано с высокими балами по шкале Макиавеллизма и с циничным отношением к людям, а не с уровнем образования или продолжительностью болезни (McNamara, 2007). Такая же картина наблюдается при бредовом расстройстве (Brüne et al., 2008). Связь лобной симптоматики с высокими баллами по шкале макиавеллизма позволяет предполагать, что в склонности к манипуляциям непосредственную роль играет снижение контроля над собственными действиями.















