Диссертация (1099094), страница 22
Текст из файла (страница 22)
Деси и Р. Райана, согласнокоторой самодетерминация (или автономия), компетентность и потребность во взаимосвязи сдругими людьми являются первостепенными психологическими потребностями, лежащими воснове внутренне мотивированной активности человека и обеспечивающими его оптимальноеразвитие (Дергачева, 2002). Под потребностью к автономии (являющейся наиважнейшей изперечисленных трех врожденных потребностей человека) авторы теории понимают стремлениесамостоятельноконтролироватьсобственныедействия,выступатьихинициатором;компетентность означает понимание того, как достичь различных внешних и внутреннихрезультатов и быть эффективным; достижение чувства связанности возможно благодаряустановлению надежной и удовлетворяющей человека связи с другими людьми (Гордеева,2002, с. 30; 2010). Если эти три базовые потребности личности удовлетворяются, у человекаформируется способность к самодетерминации, то есть «способность выбирать и иметь выбор»(Дергачева, 2002, с.
104). Ее противоположностью является «поведение-привычка, негибкоеповедение или поведение, контролирующееся эмоциями, которые препятствуют выбору игибкому использованию информации» (там же, с. 105). Эти два типа поведения, по Э. Деси иР. Райану, в свою очередь, перекликаются с выделенными нами двумя типами деятельностивыбора: субъектным и спонтанным выбором.Полученные нами данные о связи характеристик выбора с потребностью в ощущениивзаимосвязи с людьми и миром также можно рассматривать как эмпирическое подтверждениеположений теории жизнестойкости С. Мадди (2005), согласно которой люди, способные квыбору будущего, стремятся к продуктивному взаимодействию с другими людьми, взаимнойпомощи и поддержке, а также к расширению своего представления о мире и лучшемупониманию своих взаимоотношений с ним.Полученныерезультатыисследованиятакжеперекликаютсястеориейсамоэффективности А.
Бандуры, согласно которому убеждения в собственной эффективностиявляются наиболее существенным механизмом субъектности, то есть способности действовать(и выбирать) как субъект, исходя из глубинного ощущения себя (Леонтьев, 2000 б).86Интересно, что три из ряда использованных нами опросников, а именно шкалатолерантности к неопределенности, шкала удовлетворенности жизнью и шкала общей оценкисчастья, не обнаружили значимых связей с каким-либо из параметров субъективногоконструирования выбора.
Характерно, что все три опросника представляют собой достаточнокороткие одношкальные методики, но, поскольку они неоднократно доказывали своювалидность применительно к русскоязычным выборкам, мы не склонны объяснять полученныерезультаты ненадежностью использованных психодиагностических инструментов. Влияниепозиционного эффекта и времени тестирования на результатыисследования такжемаловероятно (опросники предъявлялись на разных этапах, шкала удовлетворенности жизньюи шкала общей оценки счастья – дважды). В свете всего вышесказанного, тем больший интересвызывает расхождение полученных результатов с данными многочисленных исследований, вкоторых подчеркивается связь различных аспектов выбора и принятия решения столерантностью к неопределенности (см., например, Stoycheva, Lubart, 2001; Чумакова, 2009;Корнилова и др., 2010; Леонтьев и др., 2011), Анализ данных привел нас к предположению, чтов текущем исследовании не было учтено важное условие, при котором связь толерантности кнеопределенности с качеством выбора становится выраженной.
Поскольку совладание снеопределенностьютребуетсявкритическихжизненныхситуациях,влияниеэтойхарактеристики на деятельность выбора может возрастать по мере увеличения субъективнойзначимости ситуации выбора (принятие же решения о том, участвовать ли в политическомголосовании городского масштаба, не было расценено большинством респондентов какличностно значимый выбор). Проверка этого гипотезы стала одной из задач второй серииэмпирического исследования (см. раздел 2.2).Обращаясь к отсутствию связи параметров СКВ с уровнем счастья и удовлетворенностижизнью, отметим, что эти данные, на первый взгляд, плохо согласуются с другим результатомнастоящего исследования: наличием позитивной связи между факторами СКВ и шкаламиопросника психологического благополучия.
Одним из возможных объяснений этого кажущегосяпротиворечия может быть то, что в центре внимания опросника психологического благополучиянаходятся условия, при которых переживание субъективного благополучия возможно(самопринятие, личностный рост, наличие целей в жизни и др.), в то время как два другихназванных опросника оценивают непосредственное ощущение счастья и удовлетворенностижизнью на момент исследования, то есть актуальное состояние респондента. Кроме того, вотличие от перечисленных параметров психологического благополучия, уровень счастья иудовлетворенности жизнью может выступать, скорее, не предпосылкой, а следствиемкачественно совершенного выбора, а также функцией от наличия выбора в жизни (см.
Inglehartet al., 2008).87Проведенный кластерный анализ позволил нам выделить две группы респондентов,значимо различающихся по всем параметрам субъективного конструирования выбора и многиминдивидуально-личностных характеристикам. Мы предположили, что обнаруженные различияв профилях СКВ указывают на существование двух разных типов деятельности выбора,названных нами субъектный и спонтанный выбор. Чтобы проверить это предположение, мыпоставили перед собой задачу проанализировать деятельность выбора в других жизненныхситуациях. Проверка гипотезы о том, что обнаруженные типы деятельности выбора могутвоспроизводиться в разноплановых ситуациях (в том числе – ситуациях различной значимости),атакжевыявлениедругихиндивидуально-личностныхпеременных,связанныхсособенностями конструирования выбора, стали направлениями нашей дальнейшей работы (см.разделы 2.2 и 2.3).882.2. Эмпирическое исследование индивидуальных особенностейдеятельности выбора в ситуациях высокой и низкой значимости22.2.1.
Материал, организация и методы второй серии эмпирическогоисследованияВ ходе настоящего исследования мы предприняли попытку дифференцировать жизненныевыборы по степени субъективной значимости. Задавая в качестве независимой переменнойстепень значимости выбора, а не тип самой ситуации (то есть конкретное содержание выбора),мы отталкивались от результатов первой серии исследования (см. раздел 2.1), показавших, чтосубъективное восприятие ситуации как более или менее значимой может быть различным уразных людей и зависит от индивидуальных особенностей деятельности выбора и общегожизненного контекста, в который тот или иной выбор включен.
Отдавая себе отчет в том, чтосубъективная значимость выбора представляет собой некий континуум, но не имея никакихинструментов оценки значимости и не доверяя прямым оценкам, мы сочли наиболее надежнымзадать измерение значимости выбора через определение двух крайних полюсов – т.н.«судьбоносный» (далее будем обозначать его как С) и «повседневный» (П) выбор.Цель второй серии исследования: изучение индивидуальных особенностей деятельностивыбора в ситуациях разной (высокой и низкой) значимости.Задачи второй серии исследования:1.Сравнить качественные и количественные особенности ситуаций выбора разнойзначимости (ситуации «повседневного» и «судьбоносного» выбора);2.Выявить и сопоставить индивидуально-личностные характеристики, связанные спараметрами субъективного конструирования выбора в ситуациях разной значимости;3.Проверить гипотезу о существовании различных типов деятельности выбора наматериале ситуаций высокой и низкой значимости.Основные гипотезы второй серии исследования:1.Выборы, совершаемые в ситуациях разной значимости, имеют различноетематическое содержание и различаются параметрами субъективного конструирования выбораи другими индивидуальными особенностями выбора (степенью сложности, эмоциональнойнасыщенностью, стратегиями, которые использует выбирающий, и др.);2Автор выражает большую признательность Ю.А.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
