Диссертация (1098064), страница 34
Текст из файла (страница 34)
Такимобразом, переживание «я», отражающее склад человеческой души конкретноисторической эпохи, подключается к «ядерным элементам», составляющимпредставление о «Человеке» в той или иной культуре. Условно говоря, в отличие158от внелитературной ситуации, когда в идеале различным «жизненным мирам»соответствуют разные типы переживаний (Ф.Е. Василюк), для субъекта в лирикелюбое «реалистическое переживание» становится «переживанием ценностным».Собственно, в этом и заключается вечный гуманизм поэта, его стремление найтиоправдание жизни.
В плане выражения лирическое переживание «внутри»стихотворения тесно связано с композицией образов и хронотопом, за пределами– раскрывается с помощью повторяющихся образов и мотивов, а также благодарясоположению произведений в циклах и книгах стихов.Лиризмпоследнихстолетийотражаетособенностипереживания,исходящие из «творческого ядра личности» автора (М.М. Бахтин) [Бахтин М.М.1979; с.
371], однако он не может быть тождественен содержанию мыслей ичувств поэта, потому что искусственен в самой своей инструментовке. Какправило, лирическое начало произведения конкретизируется, наполняетсясодержанием в тесном взаимодействии с пафосами, закрепившими за собойидейно-эмоциональную доминанту, сюжетные ходы, мотивно-образные формулы.Из известных видов пафоса (героика, трагизм, драматизм, ироническое,сатирическое, элегическое, сентиментальное, идиллическое) к лиризму тяготеет«драматическая» группа. В европейской традиции переживание, привлекающеевнимание поэтов, имеет ярко выраженный модус конфликтности, основанный наонтологической непримиренности природного и человеческого начал, а также напротиворечии, возникающем в результате расхождения между представлениямилюдей о «вечных» ценностях и способах достижения общественного блага.Древняя связь лиризма с религиозным переживанием проявляется в умении поэтаустановить глубинную связь между познанием и страданием.В целом, лирику присущ принцип обновленного видения, преодолениеинерции известных форм-«носителей» переживания в пользу усложненияпсихологического аспекта лиризма и его инструментовки.
На материалеевропейской и отечественной лирики до XVIII века обычно исследователи пишутолирическойзаряженноститогоилииногожанра,эмоциональностистилистических формул и поэтических приемов, однако в последующем периоде159отмечаются существенные изменения, связанные с формированием лирическогосознания. Писатели начала ХХ века обращаются к специфическому содержаниюжизни личности, которая соприкасается с миром вещей не непосредственно, асквозь призму «внутреннего человека» (И.Ф. Анненский).
Сознание какспонтанный, естественный процесс исключается. В художественной форме поэтыстремятся осознать само сознание. Открывая ум и душу современника,пребывающего одновременно в двух реальностях – «жизни» и «сознания», авторысоздают неклассические формы лиризма.160ГЛАВА 2. «ТИХИЕ ПЕСНИ» И «КИПАРИСОВЫЙ ЛАРЕЦ»И. АННЕНСКОГО: ЛИРИЗМ МЫСЛИЛиризм Анненского является оригинальным творческим проявлениемнераздельности интеллектуальной и эмоциональной жизни автора, сознательной ибессознательной сторон его души. Источником «бесконечной интимности» (В.Розанов) поэта является его реальный духовный опыт мучительного осознаниясебя в мире и мира в себе.
Анненскому был сродни интеллектуальный лиризмДостоевского, пропустившего через себя много разных идей и создавшего«психологическое чудо», особый «тон», о котором В. Розанов писал: «<…> в нембыло немножко «души мира», частица которой конечно есть «и во мне», есть онав «каждом» [Розанов В.В. 1995; с. 533, 535].
В творчестве ДостоевскогоАнненский обнаруживает феномен, который, на наш взгляд, может бытьосмыслен на материале его собственной поэзии, – символизм сознания.Думается, для понимания индивидуальной формы лиризма Анненского,диалектической природы его символа необходимо обратиться к проблеме связисемантического мира человека с физическим, неразрешимо волновавшейфилософов, психологов и естествоиспытателей на протяжении прошлого века. Вопределенной степени итоговым можно считать суждение исследователя В.В.Налимова («Спонтанность сознания: Вероятностная теория смыслов и смысловаяархитектоника личности», 1989): «<…> между материальным миром и миромсемантическим существует более глубокая, если хотите, – интимная, несхватываемая нами связь.
<…> между ними нельзя проводить жесткойразграничительной линии» [Налимов В.В. 1989; с. 227]. Анненский интересовалсяпроблемой способности человеческого сознания осуществлять индивидуальные«переходы» от ощущения к пониманию, совершать превращения «материальногомира» в «семантический» с помощью коллективных представлений, получившихобобщение и распространение в мифологии, науке, искусстве. Поэт заметил, чтопроцесс этот практически необратим: вещь, становясь принципом или понятием,замещается в нашем сознании своим семантическим отражением, «двойником»,161который получает самостоятельность и безграничную власть. Овеществляя идеи,превращаявещи в материю сознания,Анненский в своемтворчествепредпринимает попытку освобождения внутреннего мира «я» от каких бы то нибыло «абсолютов» [Анненский И.Ф.
2003; с. 44].Одним из первых об интеллектуальной подоплеке поэзии учителя написалН.С. Гумилев: «У него не чувство рождает мысль, как это вообще бывает упоэтов, а сама мысль крепнет настолько, что становится чувством, живым до боли<…>» [Гумилев Н. 1923; с. 27]. Спустя полвека исследовательница И.В. Корецкаяопределила смысл лиризма Анненского как «сущностный» [Корецкая И.В. 1975;с. 231]: по ее мнению, у поэта обнаруживается интенсивное тяготение к«всеобщему», собственно личностное, интимное переживание не столькоконкретных эмоций в различных вариациях и сцеплениях, сколько воссозданиечерез них самого момента нравственного переворота.В процессе эволюции лирического творчества 1900-х годов (выделим дваэтапа: от «Тихих песен» – к «Кипарисовому ларцу») Анненский настойчивопытается освоить сферу коллективного переживания, являющегося неизменнымисточником антиномий (движение / покой, конечное / бесконечное, случайное /закономерное и проч.) для индивидуальных «семантических миров».
В статье«Что такое поэзия?» (1903) он писал: «<…> новая поэзия ищет новых символовдля ощущений, т. е. реального субстрата жизни, и для настроений, т. е. той формыдушевной жизни, которая более всего роднит людей между собой, входя впсихологию толпы с таким же правом, как в индивидуальную психологию»[Анненский И.Ф. 1979; с. 206].
Статья была наброском вступления к первой книгестихов «Тихие песни» (1904), в которой лирическая ирония автора подчеркиваетантиномичность понимания и конфликтность сфер «сознания» и «жизни».В «Кипарисовом ларце» (1910) Анненский развивает проблему диалектикисвободы и необходимости в процессе человеческого мышления, для чегоакцентирует внимание на соотношении рационального и бессознательного впереживании лирического субъекта. По справедливому замечанию Г.В. Петровой,«для поэта бессознательное оказывается некой формой хранения природного,162исторического и культурного опыта человечества <…>» [Петрова Г.В.
1996; с.31]. Оно выступает в качестве полноценной составляющей индивидуальногосознания, которое собственно и наполняется «бессознательно» усвоеннымикультурными схематизмами и подавленными с их помощью природнымиинстинктами («Трилистники»). Углубление и расширение интеллектуальногоконфликта выражается в появлении аллегорических, гротескных и дажеабсурдных картинок («Складни»). Символом центральной части являетсясознание современника, «сделавшего собою» переживания поколений людей,надорванногоинтеллектомиотгородившегосяотприродысамоценныммироощущением. В условно-фантастической форме Анненский представляеттрагическое столкновение в сознании человека интенций свободы и добра. Пословам Л.А.
Колобаевой, «быть самим собой невозможно без того, чтобы неприносить страдание другому. Столкнулись два высших в понимании Анненскогозакона жизни: закон свободной личности и закон добра. Это столкновениеостается в его поэзии не разрешенным» [Колобаева Л.А. 1977; с. 23]. Человек напротяжении истории существования сознания, следуя порывам ума и зовуинстинкта, выстраивал обе линии поведения, которые трагически сошлись влирическом «я» поэта, развившем в себе способность представлять образ образа ипереживать переживания.
В «Разметанных листах» автор ищет выхода за границупонимания, исследует буквально «край», границу, на которой наиболее активновзаимодействуютсферыматериальногоидуховного,коллективногоииндивидуального. Таким образом, индивидуальная форма лиризма Анненскогоосновывается на его представлении о процессах ощущения и понимания:эмоциональное переживание внешней жизни опосредуется «готовыми» смысламии антиномиями сознания субъекта.В этом интенсивном«переживаниипереживания» заключается принципиальное отличие поэзии модерниста началаХХ века от лирики мысли Лермонтова, Баратынского, Тютчева.Вслед за Уитменом («Листья травы», 1-ое изд.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
