Диссертация (792373), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Сочинение это состоит из 124 статей, среди которых есть и исторические повествования, и бытописания, и анекдоты, и целые международные трактаты с дополнительными к ним документами, ноты европейских дипломатов Порте, донесения ее агентов и послов, статистические таблицы и пр. Сочинение начинается с истории праведных халифов, краткого перечня мусульманских династий, затем автор переходит к истории Крыма, описывает ряд государственных учреждений, хозяйство и быт ханства, а также населяющих его ногайцев.
Автор труда — османский чиновник, современник некоторых из описываемых событий. Несомненно, он имел доступ к османским архивам. В.Д. Смирнов склонялся к тому, что автором сочинения был дефтердар Шериф-эфенди, хотя и не исключал, что им мог быть и некий Кесби-эфенди (упоминаемый Джевдет-пашой как автор некой «историйки»).
В части о ранней истории ханства текст обнаруживает явное знакомство с хроникой «Теварих-и Дешт-и Кипчак» Абдуллы б. Ризвана. В частности, пассаж о 12 сыновьях Хаджи-Гирея «годных на ханство» совпадает почти дословно. Оба текста содержат характерную описку: Хаджи-Гирей, согласно сведениям «Теварих-и Дешт-и Кипчак» Абдуллы б. Ризвана и анонимного сборника В.Д. Смирнова, умер в 880 г.х., т.е. в промежуток времени между 7 мая 1475 г. и 25 апреля 1476 г. Эта дата Абдуллы б. Ризвана и анонимной истории Крыма безусловно неверна. Ее наличие является искажением из 870 г.х. (24 августа 1465 — 12 августа 1466). Причем описка эта была в источнике «Теварих-и Дешт-и Кипчак», ведь эта дата приведена в обоих списках словами, а не цифрами. Следовательно, или сам Абдулла ошибся, переводя цифры в слова, или за него это сделал его источник. В последнем можно предположить существование таквима с датами смерти и правлений крымских ханов. В обоих текстах сходно описаны обстоятельства османского завоевания Южного берега Крыма.
Другой отрывок — описание Дешта. Он присутствует и в «Исправлении истории царей» Хюсейна Хезарфенна. Понятно, что источником для этого пассажа «Сборника» не мог быть текст «Теварих-и Дешт-и Кипчак»: там последовательность столиц Дешта несколько иная. Кроме того, судя по характерной описке, протограф «Сборника» был иным (обе рукописи «Теварих…» дают правильное чтение). Текст Хезарфенна явно ближе к этому отрывку «Сборника». Поскольку и «Теварих-и Дешт-и Кипчак», и Хезарфенн указывают своим источником Хафиза Мухаммеда Ташкенди, следовательно, весь этот абзац принадлежит, видимо, его «Истории».
Глава X («Османизированные» истории) разделена на два параграфа.
§ 1 посвящен анализу сочинения «Суть историй» Абд ал-Гаффара Кырыми. Он происходил из крымского рода Ширин, был известен как поэт, автор переводов с арабского, комментариев к сорока хадисам, а также некого сборник по вопросам фикха; служил секретарем дивана при хане Каплан-Гирее I (1712–1714 гг.). Рукопись сочинения хранится в Сулейманийе (библиотека Эсада-эфенди №. 2331). По охвату событий сочинение представляет собой всеобщую историю от сотворения мира до современных автору событий. Части этой всемирной истории, относящиеся к Золотой Орде и Крымскому ханству, были опубликованы в 1924–1925 гг.
В Институте рукописей Научной библиотеки НАН Украины им. В.И. Вернадского сохранился список так называемой «Краткой истории», датированный в колофоне 1840 г. Киевская рукопись на л. 121об.–130 содержит другой текст о предыстории и первых ханах крымской династии, который начинается заголовком «Рассказ о Кебек-хане сыне хана Токтамыша». О его наличии в литературе не упоминалось, а сам отрывок не был отождествлен с каким-либо историческим сочинением. Между тем, как показал диссертант, этот текст представляет собой выписку из «Умдет ат-теварих» Абд ал-Гаффара Кырыми от времени правления хана Кепека до Мухаммед-Гирея б. Менгли-Гирея и противостояния Ислам-Гирея с беком Баки.
Среди своих источников Абд ал-Гаффар упоминает как арабских и персидских историков, так и османов — Нешри, Лютфи-пашу, Мустафу Али и Хезарфенна. Большое место в этом произведении уделено Чингизидам и особенно истории Крыма. Говорится о происхождении крымских ханов, далее — об истории полуострова от принятия османского господства в 1475 г. до 1125/1739 г., т.е. от правления Менгли-Гирея до ханствования Селямет-Гирея. В основу некоторых сведений в сочинении «Суть историй» легли данные «Тарих-и Дост-султан» Утемиш-хаджи б. мауланы Мухаммеда Дости: в двух текстах очень много параллелей.
Наш автор был современником и очевидцем многих описываемых им событий: принимал участие в Прутской кампании (1711 г.); в карательной экспедиции против черкесских племен на Кубани.
§ 2 посвящен анализу труда султана Халим-Гирея (1772-1823) «Розовый куст ханов» («Гюльбун-и ханан»). Свое сочинение Халим-Гирей завершил в 1226 г.х. (1811 г.), но напечатано в первый раз оно было только в 1870 г. Текст второго издания, подготовленный Арифзаде А. Хильми Кырыми в 1327/1909 г., по сравнению с первым сильно искажен. Издание 1909 г. подверглось не только упрощению с точки зрения языка (он был значительно изменен, для того чтобы быть понятным крымскому читателю начала XX в.), но и сокращению, поэтому авторским его считать нельзя.
Во введении Халим-Гирей перечисляет восемь крымскотатарских историков, сочинениями которых он пользовался, а также упоминает и «других». Среди первых «Семь планет» Сейида Мухаммеда Ризы; сокращение последнего труда Хурреми-челеби; не названная по имени «История хана Сахиб-Гирея» Кайсуни-заде; сочинение Абд ал-Гаффара Кырыми. Особенно интересно, что Халим-Гирей среди источников «Розового куста» называет и Абд ал-Вели-эфенди, вероятно того же, который упомянут Сейидом Мухаммедом Ризой. А также некий сборник Шейха Мухаммеда. Еще один загадочный источник Халим-Гирея — Абд ал-Джалиль-эфенди Кефеви.
Образцом для написания своего труда автор называет сочинение Ахмеда Таиба Османзаде «Хадикату-л-вюзера». Его же, как образец, использовал и Абд ал-Гаффар Кырыми; этот образец заключается в перечислении хронологического порядка правлений ханов. Так и Халим-Гирей представляет историю ханства в виде царствований ханов от Хаджи-Гирея (ок. 1426–1466) до Бахт-Гирея, хана Кубани (1789–1792), т.е. обнимает период в 366 лет.
В традиционном стиле османской историко-биографической прозы Халим-Гирей описывает родственные отношения ханов, период их взросления и воспитания (часто среди черкесских племен, бесленей), службу в различных должностях (наследника-калги), набеги на «неверных», государственные деяния, отношения с соседями, а в заключении еще время кончины и место погребения. Как правило, он дает также информацию об отношениях ханов с учеными-современниками, поэтами, дервишами, часто указывает на вакфы ханов, благотворительность, рассказывает об их строительной деятельности. Работа Халим-Гирея в значительной степени опиралась на коллективную семейную память, предания, возможно, сочинения и бумаги некоторых родственников, также оказавшихся в Румелии. У данного автора практически отсутствуют критические высказывания по отношению к ханам: он в значительной степени идеализировал прошлое своей страны (что, конечно, объяснялось его положением изгнанника).
Текст «Розового куста ханов» существовал также в нескольких рукописях: ялтинской (судьба которой диссертанту неизвестна), и двух сохранившихся парижских. Соотношение этих списков с печатным текстом еще предстоит выяснить. Сочинение Халим-Гирея было переведено, вернее, переложено на фарси. Рукопись под названием «История татарского владычества в Крыму» сохранилась в Национальной библиотеке Исламской Республики Иран, № 1227/3. К сожалению, самостоятельной ценности данный текст не имеет, поскольку в изложении событий зависит исключительно от труда Халим-Гирея в его первой редакции. Можно предположить, что перевод был сделан или с какой-либо рукописи Халим-Гирея, или непосредственно с издания текста 1870 г.
Глава XI («Отражение исторической памяти в родословных и фольклоре») содержит три параграфа. «Записи генеалогии крымских ханов как источник по истории крымской историографической традиции», «Родословия бейских родов» и «Исторические дастаны». Традиция составления генеалогических и хронологических записей у тюркских народов восходит к глубокой древности и сохраняется вплоть до начала XX в. В золотоордынских юртах традиция составления родословий не только сохранилась, но и зачастую заменила собой историографию как таковую. Составлялись генеалогии и в Крымском ханстве. Помимо таких родословных отдельных представителей гирейского семейства существовали и списки последовательности правлений ханов. Автору диссертации удалось выявить три независимых списка правлений и иногда сроков жизни крымских ханов. Наиболее ранняя самостоятельная запись находится в составе рукописи из коллекции Лейденского университета (Cod. Or. 1548). Записи вводятся словом хиляфет, после чего следует имя хана, год его вступления на престол и количество лет (продолжительность) правления. Кроме того, схожие тексты сохранились в Матенадаране (Ереван) и Париже. Диссертант приходит к выводу, что лейденская и парижская хронологии крымских ханов — источники самостоятельные. На сегодняшний день можно утверждать, что они не являются сокращениями каких-либо известных нам крымских хроник. По жанру они близки к османским таквимам и, вероятно, представляют собой их крымскую разновидность21. Однако эти источники, скорее всего, не являются теми таквимами, которые упоминает в качестве своего источника Мухаммед Риза, ибо данные, отсутствующие в списках, имеются в тексте Ризы. О происхождении этих списков в отсутствие иных источников сейчас остается только гадать.
То, что такие краткие хронологии могли включаться в тексты исторических сочинений, доказывается несколькими примерами. В «Семи планетах» Сейид Мухаммед Риза не однажды употребляет словесные формулы, очень близкие текстам хронологий. Запись-генеалогия в рукописи Матенадарана (шифр Osm. 363) также не зависит непосредственно от известных нам историографических трудов и составлена по пока неизвестным нам источникам. Упомянутые хронологии — особый и весьма оригинальный жанр крымскотатарской историографии.
В главе XII (Несохранившиеся сочинения) предпринимается попытка перечислить некоторые из утраченных трудов по истории Крыма, известных нам по упоминаниям в источниках. Это, прежде всего, сочинение по истории Хафиза Мухаммеда Ташкенди, на которого ссылаются средневековые османские авторы и так называемая Хроника Тохта-бая (известная в пересказе Эвлии Челеби). Несмотря на то, что Эвлия пишет, что слушал «Хронику Тохта-бая», передача им ряда имен и топонимов наводит на мысль о том, что он почерпнул их из письменного текста. Скорее всего, перед Эвлией был общий с «Теварих-и Дешт-и Кипчак» источник, возможно написанный не на тюрки, а на арабском (вследствие этого ряд имен в нем переписчиком был искажен). Наиболее вероятным текстом, легшим в основу обеих «хроник», представляется сочинение Ибн Арабшаха. К несохранившимся сочинениям следует отнести и краткую историческую справку последнего крымского хана, Шахин-Гирея, предоставленную русскому резиденту Константинову. Этот текст, дошедший в пересказе, был основан не каком-то недошедшем историческом сочинении и краткую версию истории Крыма под властью кыятского бея Мамая (из этого текста мы узнаем имя, а вернее, почетное прозвище его отца — Хаджи). Данные этого источника были использованы для реконструкции происхождения Мамая. Это говорит о безусловной подлинности и аутентичности этого текста как источника по истории Крыма. В диссертации приведены также данные о других несохранившихся крымских исторических текстах.
В заключении подводится общий итог исследования, излагаются его основные положения. Всестороннее рассмотрение истоков и развития крымской историографической традиции позволило автору придти к ряду выводов.
В отличие от историографической литературы других постзолотоордынских государств, крымская историографическая традиция существовала непрерывно с XV почти до начала XX в. Рождение двора Гиреев в середине XV в. приводит к появлению собственной крымской, местной историографии, выросшей на золотоордынской, степной основе. События 1475 г., которые традиционно трактуются как установление османского протектората или вассалитета, приводит ко все усиливавшейся со временем османизации этой местной историографии, порой даже к простому перениманию османских образцов. Утрата государственности приводит к постепенному падению традиции, однако ее отголоски доживают до начала XX в. в виде 1) переработок старого материала, компиляций и редакций известных текстов (Халим-Гирей и его переделки); 2) фольклорных вариантов исторических хроник и описаний (дастаны); 3) откровенных фальшивок, созданных в эмигрантской среде с политическими целями («Теварих-и Дешт-и Кипчак»)22.
Одной из характерных особенностей, предшествовавших созданию местных повествовательных текстов и местной оригинальной историографической традиции, был процесс усвоения памятников письменной культуры, научной и литературной традиции мусульманского Востока как на языке оригинала, так и через перевод на местные языки. Другим источником сложения местной историографии была эпиграфическая традиция, сложившаяся на Крымском полуострове. Сходный процесс мы наблюдаем в Дагестане. Правда, в Крыму не сложилось оригинального жанра исторического рассказа — надписи-хроники, — который имел место в Дагестане.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
