186958 (768576)
Текст из файла
О когнитивной лингвистике и семантике термина «когнитивный»
E.G. Кубрякова
Как всякая новая парадигма научного знания, когнитивная парадигма в лингвистике пробивает себе дорогу не без сопротивления, и если в специальной литературе выступления против нее редко носят открытый характер, то критические нападки на нее на разного рода встречах, круглых столах и конференциях встречаются гораздо чаще. В целом такое положение дел вполне понятно: всегда проходит какое-то время, прежде чем новая парадигма знания утвердится и найдет своих сторонников. Тем удивительнее, что уже и сейчас в области когнитивной лингвистики работает так много ученых, и уже сейчас можно было бы назвать немало интересных работ, свидетельствующих о том, что у нас складывается своя собственная школа когнитологов.
Поскольку к настоящему времени когнитивная лингвистика представлена в мире несколькими мощными направлениями, каждое из которых отличается своими установками, своей областью анализа и особыми процедурами анализа, а поток зарубежных исследований, выполненных в когнитивном ключе, по-прежнему не иссякает, наличие термина "когнитивный" в составе многочисленных с ним словосочетаний еще не означает по сути дела, что соответствующая работа выполнена в рамках когнитивной парадигмы и, тем более, того, что сам этот термин понимается тождественным образом.
Подобное положение дел осложняется, несомненно, и тем, что сама когнитивная наука, под эгидой которой возникла когнитивная лингвистика, все больше дробится не только на разные школы, но и на разные когнитивные науки - когнитивную психологию, нейронауки, антропологию и т.п. Разными учеными даются разные определения понятию "когнитивный" и здесь, а в появившихся "Введениях" в разные когнитивные науки его объяснения связываются, конечно, и с тем, в какой конкретной науке он используется, и какой конкретно группой ученых он характеризуется.
При быстром развитии всех современных наук и даже всех парадигм научного знания тридцать-тридцать пять лет их существования в XX веке - срок немалый и даже за этот короткий период фактические изменения в том и в другом достаточно существенны. Менялись частично и исходные допущения когнитивной науки, и сферы ее интересов, и конкретные ставящиеся в ней задачи, а все это вместе взятое не могло не отразиться и на облике когнитивной лингвистики.
Взяв, например, знаменитую книгу А. Пейвио (середина 80-х гг.) о двойном кодировании знаний в голове человека (образном и вербальном), мы могли бы удостовериться в том, что сам вопрос о том, как представлено знание в ментальном лексиконе, - это по-прежнему важнейшая проблема всей когнитивной науки. И все же вряд ли мы могли бы согласиться с тем, что проблема ментальных репрезентаций - это и сегодня центральная проблема всей когнитивной науки (см. Paivio 1986: 3-4). Но меняются цели когнитивной науки, меняется частично и содержание характеризующего ее термина.
Приведем еще один пример. Стремясь отразить, как происходит развитие ребенка, психологи до 60-х гг. ориентировались, прежде всего, на изучение мышления и выделение в становлении ребенка разных этапов осуществляемой им предметно-познавательной деятельности. С появлением когнитивной психологии и распространением взглядов на человека как обладающего особой когнитивной системой, служащей обработке и переработке информации, ее хранению и т.п., ракурс рассмотрения того, как протекает умственное развитие ребенка, тоже изменился. И здесь первоначально акцент делался на том, как формируются у ребенка ментальные репрезентации мира и в каком виде они существуют в его сознании; но постепенно под когнитивным развитием ребенка (cognitive development) начинает пониматься более широкий круг явлений, связанных с овладением ребенком средствами и способами обращения с информацией, со становлением самой когнитивной системы со всеми такими ее составляющими, как восприятие, воображение, умение рассуждать и решать проблемы и т.п. Центральным становится вопрос о роли языка во всех этих процессах, о его врожденности или же приобретаемое™ во время научения. В то же время отмечается, что сам термин "когнитивная система", как, впрочем, и термин "информация" (т.е. термины, ключевые для описания всего процесса развития ребенка!), используются без точного определения того, что ими обозначается! (ср. McShane 1991: 9). У многих специалистов складывается впечатление, что термин "когнитивный" выступает как размытый и что по этой причине он зачастую "пуст" (ср. Фрумкина 1996: 55). Встречаются и еще более неожиданные утверждения. Рассуждая о вкладе когнитивной лингвистики в современное языкознание, В.Б.Касевич подводит итоги своего анализа, заключая, что разработанные здесь подходы и результаты, хотя и обогащают языкознание, "никак не создают ни нового объекта (точнее, предмета) исследования, ни даже нового метода" и что поэтому "правомерно полагать, что когнитивной лингвистики не существует (подчеркнуто В.Б.К.) - уже потому, что не существует некогнивной (пси-хо)лингвистики" (Касевич 1998: 20). Мне бы хотелось настоящей работой подчеркнуть ОБРАТНОЕ: когнитивная лингвистика, конечно, существует (как существует и некогнитивная - например, структурная), а в ее рамках складывается и особое понимание интересующего нас термина, который и превращаясь в многозначный, не становится, тем ййэягвзнеёь1'ш^Ежам»братить внимание и на иные оценки самой когнитивной лингвистики у нас и за рубежом. Так, характеризуя теорию и метод в лингвистике конца XX века как свидетельства "мятежа" и "переворотов", П.Б. Паршин в качестве одного из них (как наиболее показательного) приводит в пример именно когнитивную лингвистику. В ней, - подчеркивает автор, - и это "может считаться основой ее определения - в качестве модельных конструктов выступают когнитивные структуры и процессы, будь то когнитивные структуры типа фреймов (М. Минский), к нуждам лингвистики это понятие было адаптировано Ч.Филлмором), идеализированной когнитивной модели (Дж. Лакофф) или ментальных пространств (Ж. Фоконье); 21А мерного наброска (Р. Джакендофф); семантико-грамматических суперкатегорий наподобие конфигурационной структуры, динамики сил, распределения влияния, "цепции" и т.д. (Л. Талми); комплексных многоаспектных конструкций (в специальном значении этого термина, предложенном Ч.Филлмором и П. Кейем); когнитивных операций типа правил концептуального вывода (Шенк 1980) или же особого уровня изучения интеллектуальных систем - постулированного А. Ньюэллом отличного от символьного 'уровня знаний" (Newell 1982)" (см. Паршин 1996: 30-31). Я нарочно привела эту развернутую формулировку, чтобы показать, что когнитивная лингвистика не только реально СУЩЕСТВУЕТ, но и характеризуется исключительно широким кругом изучаемых проблем, притом - при всем их разнообразии - рассматриваемых в рамках единого подхода и единых теоретических установок.
Приведу еще один фрагмент общей оценки когнитивной лингвистики1. "Если посмотреть на когнитивную лингвистику не со стороны того, что стимулировало ее появление (изучение мышления и познавательной деятельности, когни-ции), а с точки зрения ее предметного места в системе языковых уровней языка, то обнаружится, что она в целом занимается исследованием содержательных параметров языка. Это области когнитивной семантики, пространственной семантики, фреймовой семантики. Это изучение категорий и категоризации, концептов и концептуализации, метафоры и ме-тафоризации, референции, информационных аспектов речевой деятельности (выдвижение, активация, фигура-фон), ментального языка и др." (Правикова 1999: 37-38). Еще важнее, что в этой же работе автор правильно указывает на то, что "в отечественном языкознании когнитивная лингвистика имеет отчетливую линию своего развития. Если в зарубежной лингвистике когнитивное направление возникло в связи с изучением различных типов обыденных семантик, то в нашей стране когнитивные идеи были высказаны, на наш взгляд, в связи с исследованиями в области номинации.... В этой теории рассматривалась взаимосвязь языковой формы и языкового содержания на семасиологическом и ономасиологическом уровнях" (Правикова 1999: 39-40).
В 1999 г. в серии исследований по когнитивной лингвистике (Cognitive Linguistics Research) выходит специальный том, посвященный основаниям когнитивной лингвистики, диапазону ее проблем и методологии (см. Cognitive Linguistics: Foundations, Scope and Methodology 1999), в отдельных публикациях которого крупнейшие современные когнитологи подводят итоги ее разработкам, а также намечают пути развития когнитивной лингвистики. Статья Р. Ленекера так и называется: "Оценивая значимость когнитивного направления" (см. Langacker 1999), и в ней и круг проблем, характерных для этого направления (с. 17), и неправомочность и несправедливость его критики по целому ряду обстоятельств (с.20); перечисляются главные методологические принципы когнитивизма (с. 23 и ел.). Но главное, что здесь защищается, - это положение о том, что именно когнитивно-функциональные соображения о любых изучаемых явлениях языка дают гораздо больше, по сравнению с формальным описанием тех же явлений.
По сути дела, о том же пишет и В. Крофт (Croft 1999), подчеркивая исключительную ценность когнитивных данных в типологических исследованиях языка. Но особенно высокую оценку когнитивизму дает Ж. Фоконье: "поразительную успешность" его он связывает с тем, что "по всей вероятности (здесь) впервые начали связывать подлинную науку о конструировании значения и его динамику", и что хотя в когнитивной лингвистике разделяется старый как мир взгляд на язык как на орудие (формирования и передачи) значения, все ее методы и результаты совершенно новы (Fauconnier 1999: 96-98).
Нельзя упомянуть, наконец, и о последней монографии Дж. Лакоффа и М. Джонсона (Lakoff, Johnson 1999), где подчеркивается, что когнитивная наука и когнитивная лингвистика бросают вызов всей западной философии и ставят под сомнение многие ее постулаты, демонстрируя огромный прорыв в сфере познания человеческого разума и главных механизмов его ментальной деятельности.
Полагая вместе с другими когнито-логами, что главное развитие когнитивной (или же когнитивно-функциональной, когнитивно-дискурсивной) парадигмы мы будем наблюдать в начале следующего века и что с этим развитием будет связано возрастающее влияние самой лингвистики на другие фундаментальные науки, мы считаем тем более важным разъяснять уже сейчас подлинный смысл этой науки, а, значит, и смысл того прилагательного, которое выделяет эту лингвистику из всего круга других "лингвистик".
Примечательно, что и на последней встрече когнитологов в Стокгольме летом 1999 г. Б. Петере подчеркивал необходимость решения этой задачи - разъяснения семантики термина "когнитивный", - хотя ему и кажется, что в сочетании "когнитивная лингвистика" прилагательное имеет скорее идентифицирующее, нежели дескриптивное значение (Peeters 1999: 52).
Хотела бы отметить также, что в момент составления и написания "Краткого словаря когнитивных терминов" нам и в голову не приходила мысль о том, чтобы посвятить термину "когнитивный" отдельную статью: предполагалось "по умолчанию" (by default), что смысл его вполне ясен благодаря трактовке тех терминов, в составе которых он принимает на себя главную функциональную нагрузку. В настоящее время, однако, ситуация действительно изменилась (ср., например, появление рядом с ним термина "концептуальный" в значениях, близких "когнитивному", но в то же время далеко ему не тождественных). Иными словами, наступило, по всей видимости, время, когда рассматриваемый нами термин должен получить отдельное объяснение.
В этой статье я не излагаю ИСТОРИЮ термина, - я лишь стремлюсь продемонстрировать некоторый диапазон его современного употребления, а также исключить как "неправильные" те случаи использования, которые мне представляются недостаточно оправданными и которые никак не могут считаться общепризнанными. Это, во-первых, отождествление его с термином "обыденный"2, - при возможном подчеркивании внутри ряда концептов, из которых слагается представление о том, что есть КОГНИЦИЯ, концепта обыденного познания (см. также ниже). Это, во-вторых, отождествление его и разъяснение его через приравнивание прилагательного "когнитивный" прилагательному "нейрологический", т.е. полученный в ходе применения нейроло-гических наблюдений и экспериментов (так, например, в Peeters 1999). Это, наконец, в-третьих, такое употребление термина, при котором он лишается реального содержания и выражает одно только желание использовавшего его автора следовать моде или соответствовать по тематике наиболее престижным направлениям своего времени (такое употребление, безусловно, бессодержательно и делает сам термин действительно "пустым".
Вообще говоря, слово "когнитивный" в значении "познавательный" или "соответствующий познанию" встречалось уже давно в философской литературе (см. ФЭС 1983: 263), и в ней не заменялось такой калькой, как "познавательный", т.е. правильно считали, что указанные понятия разошлись. Поскольку этот термин существовал в психологии еще до появления когнитивной психологии, в русском языке его нередко переводили, считая, что его значение - типичное значение относительного прилагательного (т.е. 'относящийся к познанию') и, конечно, в этом значении, как и в значении 'относящийся к процессам познания', он часто используется и сейчас. Но с созданием когнитивной психологии, которую определяли как "изучение ментальных процессов" (ср. Ellis, Hunt 1993: 2 и ел.) и с исследованием многих новых аспектов этих процессов, происходящих в голове человека, да и в связи с новыми подходами к рассмотрению самих процессов (восприятия, внимания, запоминания, мышления и т.д.) как характеризующих МЕНТАЛЬНУЮ деятельность человека, термин "когнитивный" значительно обогащается3. "Когнитивная теория, - подчеркивает Рэй Джакендофф в своей знаменитой книге, выдержавшей чуть ли ни семь изданий - .. .это исследование ментальной информации", т.е. информации, хранящейся в ментальном лексиконе ВНУТРИ мозга и составляющей базу человеческого сознания (ср. Jackendoff 1993: 35; первое издание книги - 1983 г.).
Поскольку и в когнитивной науке как таковой в фокусе влияния оказываются МЕНТАЛЬНЫЕ СУЩНОСТИ, термин "когнитивный" начинает использоваться как синоним терминам и "ментальный", и "внутренний", "интериори-зированный", и "умственный", "мыслительный", и в известном смысле такое употребление не может считаться "неправильным" (ср. все эти термины в сочетании со словами состояние, операция и пр.). А поскольку естественно рассмотрение всех когнитивных процессов как ПСИХИЧЕСКИХ (а отсюда - тоже как интериоризованных в его сознании), нередко отождествление всех перечисленных нами терминов, т.е. их понимание как обладающих признаками "семейного сходства". Но как только в конкретном эксперименте или же исследовании термины эти надо развести, это происходит без всякого труда, - понятно, какую именно сторону явления МОЖЕТ охарактеризовать и выделить каждый их них. Во всяком случае, "когнитивный" осмысляется в его прототи-пических значениях.
Образующим второй круг значений может быть признано значение, связывающее термин-прилагательное с мотивировавшим его источником, т.е. существительным "когниция", по поводу которого тоже следует высказать несколько соображений. Кажется не случайным, что при наличии в русском языке слова "познание" наряду с ним было введено и транслитерирующее англ, cognition "когниция", ибо указанные слова, казалось бы, фактические синонимы, на самом деле обозначают разные сущности. Ключевое для всей когнитивной науки понятие когниции относится, прежде всего, к познанию ОБЫДЕННОМУ, КАЖДОДНЕВНОМУ, так сказать, непосредственному, важному для взаимодействия человека с миром его обычной жизни.
Характеристики
Тип файла документ
Документы такого типа открываются такими программами, как Microsoft Office Word на компьютерах Windows, Apple Pages на компьютерах Mac, Open Office - бесплатная альтернатива на различных платформах, в том числе Linux. Наиболее простым и современным решением будут Google документы, так как открываются онлайн без скачивания прямо в браузере на любой платформе. Существуют российские качественные аналоги, например от Яндекса.
Будьте внимательны на мобильных устройствах, так как там используются упрощённый функционал даже в официальном приложении от Microsoft, поэтому для просмотра скачивайте PDF-версию. А если нужно редактировать файл, то используйте оригинальный файл.
Файлы такого типа обычно разбиты на страницы, а текст может быть форматированным (жирный, курсив, выбор шрифта, таблицы и т.п.), а также в него можно добавлять изображения. Формат идеально подходит для рефератов, докладов и РПЗ курсовых проектов, которые необходимо распечатать. Кстати перед печатью также сохраняйте файл в PDF, так как принтер может начудить со шрифтами.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
