157693 (767443), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Аналогичные сложности возникают и при исчислении практикующих верующих других этнических христианских конфессий и нехристианских религий. Проблема только усугубляется тем, что в общероссийскую выборку представителей этих религиозных движений попадает слишком мало и исследователи часто не выделяют данные по ним, а если выделяют, то достоверность полученных данных вызывает сомнения из-за их недостаточной репрезентативности.
Существуют лишь кое-какие данные в первую очередь региональных опросов об исламской религиозности, которые могут хоть как-то прояснить ситуацию. По данным Р. Мусиной, среди татар горожан совершают молитву дома - 8,4 %, посещают мечети- 4,3 %26. По данным Д. Фурмана, среди татар в Татарии ок. 20% верующих мусульман27
По данным, любезно нам предоставленным уполномоченным Карачаево-Черкесии Е. Кратовым, социологические опросы, проведенные по заданию республиканского правительства говорят, что не более 10% карачаевцев и черкесов - практикующие мусульмане.
Один из самых высоких уровней исламской религиозности социологи фиксируют среди дагестанских народов. Исследователь Энвер Кисриев, исходя из самых строгих критериев определения того, исполняет ли человек мусульманские обряды и знает ли основы Корана, делает вывод о том, что в Дагестане к числу «практических мусульман» относится «только 20 процентов взрослого мусульманского населения Дагестана, или округленно – около 200 тыс. человек»28. Действительно, упомянутый уже нами социологический опрос 1998 года среди студентов нескольких вузов Махачкалы показывает, что люди, назвавшие себя мусульманами обладает разной степенью «практической» религиозности. Лишь 28 процентов опрошенных смогли точно указать то направление ислама, к которому они принадлежат: к шиитам или суннитам. Кроме того, по данным социологов, при ответах на вопрос «какие вы знаете и насколько соблюдаете пять основных обязанностей мусульманина никто из студентов не вспомнил о догмате единобожия и закяте (обязательный налог для помощи бедным), только 16 процентов указали намаз (обязательную ежедневно 5-разовую специально установленную молитву), 19.3 процента вспомнили об уразе (пост) и 1.4 процента - о хадже (паломничестве в Мекку и Медину)29. В зависимости от критерия, применяемого при опросах считающих себя мусульманами, цифра «глубоко» верующих будет, естественно, уменьшатся. Однако, очевидно, что число «практикующих» мусульман в Дагестане, которые нерегулярно посещают мечеть и принимают участие в молитвах, намного больше, чем 20 процентов населения республики.
Помимо этого, значительное число представителей кавказских народов в ходе опросов подчеркивало необходимость участия в мусульманских обрядах: чеченцы (36%), аварцы (34%), даргинцы (43%) и ингуши (28%) 30. Эти цифры не означают, что именно таков процент «практикующих», так как участвовать время от времени в намазе могут и те верующие, которые на словах не придают большого значения «обрядности».
Не имея данных социологических опросов об остальных «исламских», «лютеранских», «католических», «буддистских» народах, обратимся к официальной статистике зарегистрированных религиозных организаций, которая может хотя бы в самой общей приблизительной форме прояснить ситуацию.
По данным Минюста РФ на 1 января 2004 г. зарегистрировано местных религиозных организаций31: Христиан
РПЦ 10767
Староверов 267
Католиков 235
Армянская апостольская церковь - 57
Протестантов 4232
из них:
пятидесятников 1460
баптистов и евангелистов 1571
АДС 620
лютеран 202
из них ЕЛЦ (т. е. лютеран-немцев 119)
методистов 98
Иудаистов 256
Мусульман 3397
из них в Дагестане 1,7 тыс.
Буддистов 180
Если бы представители всех религий имели одинаковые отношения со своими церквами, общинами, приходами, то мы могли бы простым арифметическим действием соотнести число практикующих верующих с числом зарегистрированных общин, на основе данных опросов о практикующих верущих РПЦ и числе приходов РПЦ. К сожалению, характер этих отношений весьма различен.
Перечислим те обстоятельства, которые следует учесть:
Во-первых, разные религии очень различно подходят к регистрации своих местных организаций, да и власти без проволочек регистрируют одних, но создают проблемы другим.
РПЦ легко и с энтузиазмом регистрирует свои приходы даже на стадии организации (на которой они могут находиться довольно долго). Число реально функционирующих приходов РПЦ несколько (но не на много - на 2-5%) меньше, чем их зарегистрировано.
Старообрядцы традиционно не считают регистрацию для себя принципиально необходимой. Некоторые согласия принципиально ее отвергают. Реальное число старообрядческих общин в 2,5-3 раза больше, чем их зарегистрировано. Правда, громадное большинство их - малочисленны и состоят из стариков.
Католики часто испытывают затруднения с регистрацией общин. Реально существующие общины часто проходят регистрацию через несколько лет после возникновения. Кроме того, католики иногда вообще не регистрируют общины в селах и небольших городах, если они не имеют своего священника и окормляются регулярно приезжающим к ним священником из большой общины. В 2004 г. в России существует около 400-450 католических общин (зарегистрированных и незарегистрированных).
Протестанты (а конкретно, в первую очередь, пятидесятники и баптисты-евангелисты) имеют по разным причинам наибольшее число незарегистрированных общин. С одной стороны, власти протестантов не очень любят и не спешат регистрировать. С другой стороны, есть весьма многочисленные протестантские деноминации, принципиально отказывающиеся регистрироваться (Совет церквей евангельских христиан баптистов, насчитывающий чуть менее 2 тыс. общин, пятидесятническая Объединённая церковь христиан веры евангельской – около 500 общин). Пятидесятнические (и в меньшей степени другие протестантские) зарегистрированные общины, как правило, имеют незарегистрированные филиалы, часто со своим пастором. Число этих филиалов может достигать нескольких десятков. Фактически это самостоятельные «местные религиозные организации». Даже центральные органы пятидесятнических и баптистских союзов не имеют данных об этих филиалах и, естественно, никак их не учитывают. Таким образом, реальная численность протестантских общин может быть исчислена только приблизительно и зависит от квалификации эксперта. На наш взгляд реально функционирующих протестантских общин 8-9 тыс.
Ещё большую головоломку представляет собой исчисление реально существующих мусульманских общин. На большей части России общины, входящие в зарегистрированные союзы легко проходят регистрацию. Из-за соперничества двух основных мусульманских союзов –Совета муфтиев и ЦДУМР, эти два объединения, стремясь продемонстировать большую численность, часто регистрируют общины в небольших населенных пунктах не имеющие ни имамов, ни помещения для богослужения. Можно ли назвать все эти общины функционирующими - вопрос спорный. В то же время на Северном Кавказе власти, опасающиеся исламского экстремизма, часто отказываются регистрировать мусульманские общины, а некоторые, действительно, затронутые радикальными идеями и сами не хотят регистрироваться. В Чечне (и в меньшей степени в Дагестане и Ингушетии) много не регистрирующихся общин, причем речь идет не только о радикалах - патриархальное сельское мусульманское общество часто просто не видит нужды в регистрации. Учитывая все эти обстаятельства, общее число зарегистрированных и незарегистрированных мусульманских общин мы оцениваем в 4 тыс. (причем, на Северном Кавказе их больше, чем говорят данные Минюста, а на остальной территории России - меньше).
Иудаистские общины без затруднений проходят регистрацию, практически списки Минюста отражают реальную численность иудаистских общин, т. е. их 256.
При анализе численности буддистских объединений сложности возникают не только с тем, насколько этнический состав определяет реальную численность буддистов. Количество верующих трудно обозначить еще и потому, что в буддизме отсутствует представление об обязательной для каждого почитателя Будды религиозной практике. В то же время всех, кто заходит в буддистские дацаны, отнести к буддистам нельзя даже по критерию посещения богослужений, так как написать записочки о здравии и упокоении в дацан часто приходят и православные русские и те, кто параллельно исповедует шаманизм. Дхарма-центры обычно не регистрируются. Буддистское религиозное сознание, согласно самому буддистскому учению, могут иметь и люди, не имеющие связей ни с какими общинами. Поэтому мы вообще не беремся судить о численности буддистов на основании численности существующих общин.
Какие же выводы можно сделать о численности верующих различных религий и конфессий на основании анализа численности существующих «местных религиозных организаций»?
Католическое духовенство в каждом приходе обязательно создаёт сплоченную общину. Община эта разумеется гораздо меньше числа тех, кто посещает храм нерегулярно- от случая к случаю. Только в редких случаях эти общины превышают 500 чел.- во Владивостоке, Красноярске, Иркутске, Перми, Оренбурге. Всего таких крупных общин на всю Россию не больше двадцати. Приходы, существующие в крупных городах более 10-15 лет, чаще всего имеют общины в 200-500 человек. Но громадное большинство католических общин России насчитывает от 20 до 200 человек. Если использовать те же либеральные критерии при учёте практикующих католиков, которые мы использовали при подсчете православных, то следует учесть часть людей изредка посещающих католические храмы и не являющихся членами общин. Таким образом, практикующих католиков получится от 60 тыс. до 200 тыс.
Численность практикующих староверов, учитывая, что крупных, многочисленных общин у них буквально единицы, численность большинства не превышает 50 человек, составляет 50-80 тыс. человек.
Численность практикующих протестантов напрямую связана с числом зарегистрированных общин, т. к. (кроме двух лютеранских церквей, однако лютеране представляют собой среди российских протестантов сравнительно небольшое меньшинство) все остальные протестантские церкви не имеют заметного слоя людей, связанных с ними принадлежностью к культурной традиции.
Прихожанин евангельской церкви подпадает сразу под несколько критериев отбора –он осознанно исповедует основные принципы вероучения и посещает богослужения. Он придерживается культурно-политической позиции связанной с протестантизмом. Большинство церквей евангельского направления имеет фиксированное членство верующих, а поэтому по числу самих церквей можно определить примерное количество прихожан. 8-9 тыс. протестантских церквей, конечно, имеют весьма разную численность - от 20 до 2-5 тыс. чел. Однако, на наш взгляд, утверждение, исполнительного директора Российского объединенного Союза христиан веры евангельской (РОСХВЕ) Константина Бендаса, занимающегося религиозной статистикой, о том, что «протестантская община в среднем насчитывает порядка 300 человек»32 (), близка к истине, хотя и несколько завышена. Таким образом, численность практикующих протестантов в России может быть приблизительно оценена более чем в 1,5 млн. человек (из них не менее 60%- пятидесятники).
В оценке приверженцев иудаизма, безусловно, преобладает фактор идентификации себя со своей национальной верой, который однако не предполагает знания основ вероучения, исполнения религиозных обрядов и подчинения определенному духовному руководству. Если следовать рассуждениям раввина Пинхаса Гольдшмидта, то лишь около 70 тысяч евреев (30 процентов от общего числа евреев) хоть как-то вовлечены в культурную жизнь еврейских организаций. Что касается тех, кто следует основным правилам и установлениям иудаизма в своей жизни, то таких может быть на порядок меньше. Учитывая всю имеющуюся информацию, численность, собственно, иудаистов (т. е. евреев не просто связанных с еврейской религиозно-культурной традицией и организациями её формирующими, но при этом и верящих в Бога), не превышает 30-40 тыс. чел.
Численность практикующих мусульман целесообразно рассмотреть в отдельности по двум регионам –Северному Кавказу и остальной России, т. к. ситуация в этих двух регионах отличается принципиально. Более 2,5 тыс. общин (громадное большинство из них находятся в Дагестане, Чечне и Ингушетии) на Северном Кавказе не только в среднем более многочисленны, но и традиция (особенно среди сельского населения) верности мусульманской вере сильнее выражена. Среди коренного населения Дагестана, Чечни и Ингушетии при применении либеральных критериев подсчета большинство (70-80%) населения должно быть отнесено к практикующим мусульманам. Для Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии и Адыгеи эта цифра будет резко меньше- 20-30%. Итого на Северном Кавказе – около 2 млн.
В Поволжье и среди татарского и башкирского населения в остальной части России, а также среди эмигрантов-азербайджанцев уровень секуляризации ненамного меньше, чем среди русского населения. Это подтверждают и имеющиеся (хотя и недостаточно полные) данные опросов и, косвенно, имеющиеся данные о численности мусульманских общин. В лучшем случае практикующими мусульманами являются 10-15% этих «этнических мусульман». Итого в России вне Северного Кавказа – около 800 тысяч.
Итого практикующих верующих:
РПЦ – 3- 15 млн. чел.
Староверов – 50- 80 тысяч чел.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
