121147 (765776), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Первый вопрос является чисто финансовым. Для ростовщиков, компрадоров, рантье (капиталистов в собственном смысле) он фактически совпадает с постоянной и единственной заботой о самовозрастании финансового капитала. Для пролетариев и поденщиков он совпадает с постоянной заботой о хлебе насущном в его денежном выражении. В терминах римского права «компрадорское мировоззрение» выражается формулой do ut des, т.е. «даю (деньги), чтобы и ты дал». При этом в контексте самовозрастания капитала речь идет прежде всего о процентном капитале.
Пролетарское мировоззрение выражается формулой facio ut des, т.е. «делаю, чтобы ты заплатил». Впрочем, в качестве резерва пролетарский тип homo juris всегда имеет возможность вступить в бартерные отношения в рамках своего же класса: facio ut facias, т.е. «делаю, чтобы и ты сделал».
Как ни парадоксально, но именно пролетарское мировоззрение служит связующим звеном между первым и вторым кардинальными вопросами частного права. Дело в том, что во втором вопросе («что ты умеешь делать?») заключена предпринимательская шкала ценностей. Однако данная шкала объемлет как собственно предпринимательскую формулу do ut facias, т.е. «даю (деньги), чтобы ты сделал», так и пролетарскую формулу facio ut des, т.е. «делаю, чтобы ты заплатил». Первая формула охватывает отношения предпринимателя и наемных рабочих, а вторая — служит основой взаимоотношений между самими предпринимателями.
Между указанными ростовщической (или в современную эпоху - компрадорской), предпринимательской и пролетарской моделями homo juris всегда остается возможность для развития антагонизмов. Как бы то ни было, исходя из принципа взаимности в частноправовых отношениях самым ущербным субъектом этих отношений является тип ростовщика или компрадора. Отсюда предпринимательский и пролетарский типы homo juris являются естественными союзниками в борьбе против всех представителей компрадорского и ростовщического капитала.
Этот союз тем более настоятелен, что засилье ростовщического и компрадорского капитала в контексте частного права означает следующее: и предприниматели, и наемные рабочие вынуждены действовать в рамках резервной пролетарской формулы «facio ut facias» («делаю, чтобы и ты сделал»). Данное обстоятельство, впрочем, не устраняет внутреннего противоречия частноправовых отношений как отношений социальных. Их формально-юридическая симметричность, т.е. обязательное наличие, по крайней мере, двух контрагентов (активного и пассивного субъектов), лишь формализует и, следовательно, консервирует действительное неравенство. Право здесь, как и везде, лишь удерживает в цивилизованных рамках неэквивалентный обмен, присущий большинству коммерческих трансакций. Необходимость этих формально-юридических рамок объясняется тем, что без них диспропорции социальных трансакций стали бы нетерпимыми.
Внутренняя конфликтология универсальных прав
Внутренняя конфликтология универсальных прав в отличие от уже рассмотренной внешней означает разлад внутри человека между абсолютными ценностями Человеческого, с одной стороны, и субъективными устремлениями индивида, с другой. Внутренние конфликты также могут быть двух типов:
1. Сознательные конфликты возникают, как правило, между велениями буржуазных свобод и велениями общественного долга. Такой разлад возникает, когда человек в некоторых аспектах своего бытия стремится соответствовать минимальным критериям Человеческого, причем не только по объективным, но и субъективным причинам (например, желая сохранить респектабельный вид). В других же, потаенных аспектах существования он выбирает «путь Зверя», т.е. путь абсолютного эгоизма, агрессивности, бесчеловечности. Данный конфликт, скорее рано, чем поздно приводит к личной катастрофе. «Внутренний Зверь» так или иначе пожирает «внешнего человека». При этом физическая смерть либо совпадает с этой катастрофой, либо непосредственно следует за ней. Данный тип людей можно назвать «юридическими самоубийцами».
2. Бессознательные конфликты возникают, как следствие постепенной личной деградации, которая для самого носителя конфликта часто малозаметна. В какой-то момент по внешним признакам (например, по отношению к себе окружающих) такой человек начинает смутно ощущать внутренний разлад между воспоминанием (в платоническом смысле) о человеческом предназначении и актуальностью своего скотоподобного прозябания. Как ни странно, сам факт этого разлада является некоторым залогом будущей ресоциализации такого юридического инвалида (архетип блудного сына).
Следует отметить, что синдром «юридического инвалида» необязательно является характеристикой только явных маргиналов и/или люмпенов. В той степени, в которой внешне респектабельный человек, является носителем самосознания маргиналов и люмпенов, в этой же степени он может приобрести и синдром «юридического инвалида». Так, «внутренний человек» (т.е. скрытый от глаз «человек страдающий») преуспевающего сутенера может находиться в еще более плачевном состоянии, чем «внутренний человек» маргинала на последней стадии личной деградации.
Однако сильное нравственное потрясение может либо вернуть «юридического инвалида» в низший ранг сообщества услугоносителей (подобно тому, как пришел в себя Евангельский блудный сын), либо может оказаться последним нравственным событием. В этом случае «юридический инвалид» становится «юридически усопшим». Он уже не способен ни различать, ни чувствовать разницу между Добром и Злом.
Вместо заключения
Критерием человечности является правоспособность, которая, в свою очередь, по Иерингу, означает обязанность перед самим собой. «Юридические инвалиды» и «юридически усопшие» не ощущают такой обязанности. Отсюда они не испытывают потребность в реализации социальных обязанностей, ибо социально ориентированное поведение всегда триалистично и предполагает
1) необходимость выполнения адресных обязанностей в отношении некоторых других,
2) необходимость выполнения безадресных обязанностей или долга перед обществом вообще:
3) необходимость выполнения обязательств перед самим собой.
Кстати, конфликтогенностъ универсальных прав является нормальным способом их реализации. Таким образом, плох ни конфликт сам по себе, а характер конфликта. Другими словами, следует различать конструктивные и деструктивные конфликты ценностей. Например, нормальный услугоноситель может отдать предпочтение третьей ценности социально-ориентированного поведения и, следовательно, избрать стратегию «врастания в Человеческое в себе самом» («путь монаха»). Неизбежно при этом две другие ценности социально-ориентированного поведения будут подчинены избранной стратегии. Во внешнем проявлении обязанность перед самим собой часто требует минимизации диффузных (случайных) социальных контактов и соответствующих адресных обязательств, а также порой радикального сокращения объективных возможностей реализации долга перед обществом («путь юродивого»).
Услугоноситель, какую бы из трех основных стратегий социального поведения он ни избрал, готов и умеет жить в условиях постоянного конфликта. Что же касается «юридических инвалидов» и тем более «юридически усопших», то они страдают как раз хронической конфликтофобией. Они не способны удержать и направлять неизбежный конфликт ценностей как внутри, так и вовне себя, поэтому этот конфликт подавляет и, в конечном итоге, уничтожает их человеческие характеристики.
Система прав человека представляет собой принципиальное единство прав и обязанностей не только в том общеюридическом смысле, что каждый человека является носителем прав лишь поскольку в других отношениях он является носителем юридических обязанностей. Принципиальное единство прав человека означает (в духе Иеринга), что каждый человек обязан бороться за свои права и управомочен удерживать свои обязанности.
Услугоноситель (как субъект права par excellence) преодолевает дуалистическую природу буржуазного субъекта правоотношений. Если последний попеременно выступает, то как носитель прав, то как носитель обязанностей, то первый всегда реализует свое право как обязанность, а обязанность — как право.
Парадокс основных прав заключается в том, что их универсализм не следует понимать номинально. С одной стороны, универсализм требует, чтобы основные права являлись правами «всех» и, причем, любых «всех». С другой стороны, основные права — это всегда права, реализованные при непосредственном усилии конкретного индивида. Отсюда, как уже отмечалось, возможность конфликтов внутри основных прав, во-первых, между универсальным международно-правовым каталогом, в котором все права являются равноценными, с одной стороны, и национальными, конституционно-правовыми каталогами, в которых могут отдаваться предпочтения лишь некоторым универсальным правам в зависимости от характера цивилизации и/или национальной доктрины, с другой. Во-вторых, конфликты возможны и внутри национальных каталогов, например, между каталогом прав титульной нации и каталогами меньшинств, входящими в данное государство. В-третьих, возможны, так сказать, и латентные локальные конфликты между системами ценностей отдельных меньшинств, которые актуализируются, как правило, лишь в более грубой форме этнических конфликтов.
В условиях такой многоступенчатой конфликтологии наименее значимыми являются все опосредованные и/или промежуточные каталоги основных прав, поскольку именно на этом уровне основные права человека выступают в наиболее идеологизированной форме. Тут уместно выдвинуть следующую гипотезу: чем компактнее и, следовательно, однороднее, сообщество, тем легче система его социальных ценностей укладывается в масштаб универсального каталога, декларированного на уровне международного права.
Напротив, государственно-правовые каталоги наименее уживчивы как друг с другом, т.е. по горизонтали, так и в отношении каталогов высшего и низших уровней, т.е. по вертикали. Именно государственно-правовой вид каталогов является, на наш взгляд, главным источником деструктивной конфликтологии универсальных прав, во-первых, в отношении слишком абстрактных ценностей, декларированных на уровне международного права и, во-вторых, в отношении каталогов меньшинств, т.е. каталогов реально действующих на уровне компактных относительно однородных сообществ.
Итак, основные права человека
1) могут быть лишь декларированы, но не могут действовать в качестве прав большинства,
2) различные меньшинства, напротив, при защите своих интересов часто успешно апеллируют к юридической фикции, т.е. глобальному человечеству как носителю универсальных прав человека и
3) действительная реализация этих прав всегда происходит на уровне отдельных индивидов, которые, однако, выступают не в качестве «самодостаточных робинзонов», а в качестве персоналистических агентов, наиболее адекватно представляющих ценности определенного микросообщества.
Список литературы
1. Бердяев Н.А. Философия неравенства. М.: ИМА-пресс, 1990.
2. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М.: Наука, 1990.
3. Гофф Ж.. Цивилизация средневекового Запада. М., 1992.
4. Камю А. Бунтующий человек. М., 1990.
5. Камю А. Миф о Сизифе:эссе об абсурде // Сумерки богов. М., 1989. С. 222.
6. Лосев А.Ф. Философия, мифология, культура. М., 1991.
7. Поппер К. Нищета историцизма. М., 1993
8. Руссо Ж.-Ж. Трактаты. М.: Наука, 1969.
9. Самосознание европейской культуры XX века / Сост.Гальцева Р.А.М., 1991. Ю.Соловьёв Вл.С. Сочинения. В 2 т. М.: Мысль, 1988.
11 .Сорокин П.А. Человек, цивилизация, общество. М., 1992.
12.Флоренский П.А. Имена // Опыты /Сост.Гулыга А.В. М., 1990. С. 351.
13.Homo juridicusMaTepnanbi конференции по юридической антропологии / Отв. ред. Н.И. Новикова, А.Г.Осипов. М., 1997.
14.Шекспир В. Комедии, хроники, трагедии. М.: Худ.лит., 1988.
15.Шпенглер О. Закат Европы. М.: Искусство, 1993.
16.Шубарт В. Европа и душа Востока. М.,1997.
17.Агоп R. Essai sur les libertes. Paris, 1965.
18.Baechler J. La solution indienne:Essai sur les origines du regime des castes. Paris, 1988.
19.Bruckner P. Le sanglot de 1'homme blanc:Tiers-monde,culpabilite,haine de soi. Paris, 1983.
20.Burckhardt W. Die Organisation der Rechtsgemeinschaft. Basel, 1927.
21.ChanteboutB. Droit constitutionntl et science politique. Paris, 1978.
22.Defois G.L. Occident en mal d'espoir. Paris, 1982.
23.Ehrlich S. Pluralism on and off course. UK, 1982.
24.Ferrarotti. R. The myth of inevitable progress- London etc., 1985.
25.Forsthoff E. Rechtsstaat im Wandel. Stuttgart, 1964.
26.Giovenale F. П tempo delle vacche magre. Firenze, 1981.
27Jellinek G. Allgemeine Staatslehre. Berlin, 1914.
28Jellinek G. Die Erklaerung der Menschen-und Buergerrechte. Muenchen etc., 1927.
29Jellinek G. System der subjektiven oeffentlichen Rechte. Tuebingen, 1919.
30.Jhering R. Der Kampf urns Recht. Wien, 1906.
31Johnson W. The future is not what it is used to be:Returning to traditional values in an age of scarcity. US, 1985.
32.Lahbabi M.A .Le monde de demain:Le Tiers-monde accuse. Casablanca, 1980.
33.Matteucci N. П liberalismo in un mondo in trasformazione. Bologna, 1972.
34.Parenti M. Power and powerless. N.Y., 1978.
35.Petrone G. II diritto nel mondo dello spirito. Milano, 1920.
36.Sorel G. Les illusions duprogres. Paris, 1908.
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://nostalgia.ncstu.ru
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
