117322 (765573), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Очевидная враждебность самому историческому существованию России, беззастенчивое повторение наиболее предвзятых и абсурдных инсинуаций из британской и польской эмигрантской публицистики, сделала эту работу Энгельса первой стратегической мишенью для Сталина, когда он начал осторожно ревизовать марксизм. Сталин начал идеологическую коррекцию антирусских аспектов ортодоксального большевизма с хитроумного разгрома этой работы в письме членам Политбюро ЦК от 19 июля 1934 г. "О статье Энгельса "Внешняя политика русского царизма", напечатанном затем лишь в мае 1941 года - перед самым нападением Гитлера. В этот момент сербы уже держали славянскую оборону, а русским надо было срочно поднимать национальный дух и любовь к отечеству, подточенную червем интернационализма.
Сталинский опус - удивительный образчик макиавеллизма, когда виртуозно жонглируя марксистскими постулатами, цинично и иезуитски воздавая должное гениальности "основоположников", Сталин камня на камне не оставил на энгельсовых обличениях России как "последней твердыни общеевропейской реакции". Сталин также весьма тонко уличил Энгельса в существенном игнорировании и замалчивании англо-германского антагонизма, смеси проанглийской антирусской позиции и вульгарного немецкого национализма.
Тезис об агрессивности России и ее главной роли в провоцировании мировой войны с целью захвата Константинополя также подвергся уничижительной критике, надо сказать, весьма исторически аргументированной, в русле которой был дан широкий анализ главных противоречий между ведущими европейскими интересами. Энгельс же утверждал, что "вся опасность мировой войны исчезнет в тот день, когда дела в России примут такой оборот, что русский народ сможет поставить крест над традиционной завоевательной политикой своих царей"! Эта фраза еще раз красноречиво свидетельствует, что весь пафос революции, выросший на Западе, был прямо нацелен на Россию.
Тот факт, что интерпретация русской истории у апологетов имперской и буржуазной Европы полностью совпадала с таковой у главных идеологов мировой революции свидетельствует о том, что революция готовившаяся против России - тоже проявление мирового Восточного вопроса. Это подтверждает проницательность слов Тютчева о главном противоречии Европы - противостоянии революции и России. Но этот идеологический аспект "Мирового Восточного вопроса" был сильно размыт геополитическими и конкретно-историческими противоречиями между великими державами, которые рождали меняющиеся коалиции и формировали узко понимаемый Восточный вопрос.
* * *
Берлинский конгресс 1878г. стал вехой, которая впервые объединила все западноевропейские силы целью сократить значение русской победы. Именно против России Европа впервые проявила себя как единое политическое целое. Против России, не взявшей ни пяди территории балканских народов и оплатившей своей кровью независимость славян, единым фронтом встали титаны европейской дипломатии - Андраши, Солсбери, Бисмарк, Дизраэли. Но последовавший этап международных отношений в целом неуклонно вел к разделению "европейского концерта". С точки зрения стадий Мирового восточного вопроса в его самом широком значении - это не был новый этап. На нем противоречия между самими западноевропейскими державами, по-прежнему были не меньшими, чем с Россией, что порождало опять формирование коалиций, где Россия была участницей.
Становилось ясно, что Германия в случае неизбежного конфликта России с Австрией по балканским делам поддержит Вену. Отношения России с Геpманией стали ухудшаться, что всегда поощряется англосаксонскими интересами и всегда приводит к несчастью в Евpопе. Австро-германский союз 1979 года стал роковой вехой, началом оформления коалиций, которые в дальнейшем столкнулись в Первой мировой войне. Германия дорого заплатила за этот маневр Бисмарка, так как этот договор лишь привел к провалу главной цели самого Бисмарка - изоляции Франции. Прямым следствием этого стало в 1993 г. соглашение России и Франции.
Одновременно Австрия перестает питать всякие иллюзии в отношении своего сближения с Англией по балканским делам, что сделало даже возможным возобновление союза тpех императоров в июне 1881 года, который пpедупpеждал возможность англо-туpецкого соглашения и появления английского флота в Чеpном моpе. Еще в 1880 г. Горчаков писал, что "ничто не мешает ей (Англии) занять и самый вход в Дарданеллы, т.е. запереть нам Черное море, когда ей угодно". Договоp был хрупок, он держался до тех пор, пока не проснутся вновь австро-русские противоречия, лишь временно приведенные к балансу в 1878г., пока Восточный вопрос вновь не обострился. Это не замедлило, и пpедтечей мировой войны стала чеpеда кризисов на Балканах - Боснийский кризис 1907-1908 гг. и Балканские войны 1911-1912гг.
Болгарский кризис 1885-1886 годов, провозглашение воссоединения обеих Болгарий не сулили России исполнения ее чаяний, поскольку к этому моменту австрийская политика привела к переориентации Болгарии, которая в правление Фердинанда Кобургского была окончательно вовлечена в орбиту австро-германской политики. То же произошло с Сербией, которая пошла даже на заключение неравноправного договора с Австрией, который практически устанавливал над ней протекторат, но санкционировал "расширение южных границ Сербии". Началась сербо-болгарская война.
В это же время обостряются франко-германские отношения, а после неустойчивых временных поворотов окончательно возобладало и резкое усиление англо-германского соперничества. Общее течение к окончательному выделению австро-германских интересов привели в итоге к оформлению Антанты через англо-французское соглашение 1904 г. и русско-английское соглашение 1907 г.
Разделение "европейского концерта" на два блока проявилось и в борьбе за преобладание на Балканах. Экспансия германских интересов привела к конце 1910-х годов к серьезному влиянию их в Турции. Россия не могла спокойно взирать на то, как строится стальная колея, по которой можно будет подвозить оружия и войска из Константинополя или даже из Германии прямо к армянскому нагорью. Одновременно стало заметным неукротимое стремление Австро-Венгрии полностью подчинить себе балканских славян. Хотя ограниченность возможностей и прямые ошибки русской политики позволили Австро-Венгрии укрепить свое влияние в Сербии и Болгарии в 80-90-х годах через своих ставленников - короля Милана в Сербии и Стамбулова в Болгарии, бесперспективность упования на Запад в силу очевидной враждебности германского блока славянским интересам становилась все более ясной.
После смены династии Сербия круто повернула в сторону России. Это побуждало Австрию реализовать давние прожекты - включить захватом сербские области Балкан в Габсбургскую империю при перестройке ее на принципах триализма или федерализма. Это направление возглавил наследник престола эрцгерцог Франц-Фердинанд. Если бы австро-германским планам на Балканах и Малой Азии было суждено сбыться, весь огромный потенциал этого региона и его стратегическая ценность были бы поставлены на службу германского блока.
Турецкая революция, которая, можно считать, была победой Англии, побудила Австро-Венгрию поспешить с давно вынашиваемым планом в уверенности, что дерзкий захват Боснии и Герцеговины сойдет с рук, прежде всего со стороны ослабленной поражением в русско-японской войне и революцией России, о которой Министр иностранных дел Эренталь высказался: "Я знаю Россию как собственный карман. Она, безусловно, не пойдет на войну". В значительной мере этот план удался. Дипломатия Извольского, пытавшегося умиротворить Австрию, компенсировать требования аннексии уступками Вены в других балканских проблемах оказалась ни перспективной, ни почетной.
Турция вынуждена была в итоге подписать с Австрией соглашение 1909 г. Захват Боснии наносил удар по исторической законной задаче сербского народа - объединению в едином государстве. Она потребовала хотя бы автономии для Боснии и раздела Ново-Пазарского санджака для установления между Сербией и Черногорией общей границы, которая препятствовала бы продвижению Австрии на Юг. Сербия призвала Россию на помощь, которая уже более решительно потребовала международной конференции держав - участниц Берлинского Конгресса. Однако мнение России и Извольский, дипломатия которого была почти дезавуирована Государем, уже не имели авторитета. После ультиматума о немедленном нападении Австрии на Сербию, Россия вынуждена была сдаться и признать захват Боснии и Герцеговины.
Боснийский кризис стал одним из важнейших этапов на пути развязывания первой мировой войны. Репетицией к ней стали Балканские войны, результатом второй из них стали раздел части территории Болгарии, были уничтожены ростки более широкого единения славян против западных держав, дальнейшая ориентация Болгарии на Германию и ее блок.
Таким образом, на Балканах сфокусировались опять важнейшие международные противоречия. Для Берлинского штаба было ясно, что вовлечь Австро-Венгрию в войну можно лишь через Балканы. В Лондоне поняли, что использовать Россию против германских интересов, можно лишь шантажируя судьбой славян и угрозой ее черноморским позициям. Но в интересах всех западных держав как и всегда было не допустить в стратегическом районе проливов и Средиземноморья образования крупного самостоятельного славянского православного государства вне их контроля.
В это время за кулисами мировой дипломатии великих держав шла другая политическая работа с целью использовать Мировой восточный вопрос, мировую войну и революцию для иных целей. Когда Теодор Герцль посетил Россию и беседовал с министром Плеве, он прямо заявил - либо сионизм, либо революция, и даже пообещал призвать российских евреев воздержаться от революционной деятельности. Но еще более значительным были слова Макса Нордау, весьма авторитетной личности в общественном мнении, который выступил на шестом конгрессе Всемирной сионистской организации и дал перспективу: "Позвольте мне сказать несколько слов и показать вам ступеньки лестницы, которые поведут наше дело все выше и выше: Герцль, сионистский конгресс, английское предложение Уганды, будущая мировая война и мирная конференция, на которой с помощью Англии будет создана независимая еврейская Палестина". Эта перспектива реализована в небезызвестной Декларации Бальфура.
История завершения Первой мировой войны и подготовка программных документов к Парижской мирной конференции, наконец дипломатическая борьба вокруг самого Версальского договора, а затем начало его постепенного развала представляет сегодня гораздо больший интерес, чем можно было предположить двадцать - тридцать лет назад. В конце ХХ столетия в современных нам событиях уже совершенно откровенно действуют силы, которые впервые обнажились в начале века. Именно тогда на мировой арене были явлены до этого скрытые устремления к созданию некоего глобального механизма взаимоотношений в мире, который бы втягивал национальные государства в свою орбиту, незаметно подчиняя себе поведение суверенных государств крупным мировым силам, происхождение которых определить нелегко. Но именно к этим силам переходит руководство Мировым восточным вопросом. Эти силы становились вездесущи, и им больше уже нужны были не мировые войны, слишком дорогостоящие, но глобальные механизмы управления миром. Для этого нужны были соответствующие идеологии и личности во всех странах Европы.
Можно сказать, что пока шли сражения на полях Первой мировой войны, за кулисами разворачивался новый этап в Восточном вопросе, который уже проявился в работе сначала ради заключения Версальского мира, а затем ради его постепенного уничтожения. Очевидно, что в этом процессе происходило оформление англосаксонских интересов в качестве главного инструмента и проводника новых многосторонних механизмов, за которыми стоят крупные финансовые и не только финансовые силы, не тождественные этим англосаксонским странам. США, где формируется идейный и финансовый центр с глобальными устремлениями становятся после войны главным проводником и инструментом этих сил.
Имеются материалы, которые проливают свет на некоторые скрытые пружины американской политической жизни, обеспечившие избрание Вудро Вильсона на пост Президента США, а также сделавшие загадочную личность некоего полковника Хауза фактическим разработчиком всей американской мировой стратегии. Немало фактов свидетельствуют о наличии некоего общего круга политиков и деятелей по обе стороны океана, продвигавшего на посты определенных людей. Это либеральные политики кальвинистского происхождения были объектом серьезного влияния со стороны лидеров сионистского движения, деятелей Всемирного Еврейского Конгресса.
Полковник Хауз, выходец из Техаса, являлся не по чину слишком влиятельной фигурой в администрации Вильсона, исполняя роль советника президента по вопросам национальной безопасности. Уже в 1914 году он по собственному признанию стал назначать американских послов и заводить первые связи с европейскими правительствами в качестве "личного друга президента". Его издатель Сеймур писал: "Трудно найти в истории другой пример дипломатии, которая была бы столь чуждой ее общепринятым путям... Полковник Хауз, частное лицо кладет карты на стол и согласовывает с послом иностранной державы, какие инструкции следует послать американскому послу и министру иностранных дел этой страны". Хоуден, его доверенный, выражался еще яснее: " Во всем, что происходило, инициатива принадлежала Хаузу... Государственный департамент США сошел на положение промежуточной инстанции для воплощения его идей и архива для хранения официальной корреспонденции. Более секретная дипломатическая переписка проходила непосредственно через маленькую квартиру на 35-й Ист-стрит. Послы воюющих стран обращались к нему, когда хотели повлиять на решения правительства или найти поддержку в паутине трансатлантической интриги".
Сравним реакцию США и Англии на крах России 1917г. Когда революция в России свершилась, Хауз немедленно посоветовал Вильсону, что "ничего не нужно делать, кроме как заверить Россию в нашей симпатии к ее попыткам установить прочную демократию и оказать ей всеми возможными способами финансовую, промышленную и моральную поддержку". Это разительно отличалось от суждения Черчилля, воздавшего дань скорбного уважения русской трагедии. Сэр Уинстон Черчилль уже сам не принадлежал тому новому Западу, что стал если не практическим, то моральным союзником мировой революции.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
