56352 (762710), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Видя разрастание очага напряжённости и стремясь восстановить хрупкое равновесие на Дальнем Востоке, СССР предложил подписать Тихоокеанский пакт коллективной безопасности, но США и другие страны Запада отвергли эту идею. В целях защиты своих границ СССР продолжал развивать двусторонние отношения с Китаем. Китайская сторона стремилась связать СССР обязательством оказать прямую военную помощь в случае новой японской агрессии, что не устраивало советскую сторону. 7 июля 1937 г. Япония вновь начала военные действия с Китаем, это сделало китайскую сторону более сговорчивой и 21 августа 1937 г. был подписан советско-китайский договор о ненападении. Результатом этого стала возросшая советская военно-экономическая помощь Китаю. В течении двух лет в Китай было направлено более 3,5 тыс. советских военных советников, СССР предоставил Китаю несколько кредитов, общим объёмом в 250 млн. американских долл., китайская армия получила 1235 самолётов, 1600 артиллерийских орудий, более 14 тыс. пулемётов, значительное количество боеприпасов, горючего, техники.
Ещё один очаг военной опасности стал складываться в Европе, на западных границах СССР. В 1933 г. в Германии установился диктаторский режим А. Гитлера. Свою главную миссию фашистский фюрер видел в захвате жизненного пространства на Востоке и уничтожении коммунизма. Вместе с тем, его первые шаги на посту канцлера Германии могли создать иллюзии, что новое немецкое руководство не возражает против сохранения партнёрских отношений со своими соседями. В марте 1933 г. Гитлер заявил о готовности продолжить линию Рапалло в отношениях с СССР. В качестве реального шага нацистским правительством был ратифицирован советско-германский пакт, подписанный ещё в 1931 г., но не ратифицированный властями Веймарской республики. Одновременно с этим в Германии активизировались военные приготовления, Германия вышла из Лиги Наций, в ней разворачиваются массовые преследования коммунистов и других прогрессивных деятелей.
Начиная с лета 1933 г. советско-германские отношения начинают ухудшаться. В июне 1933 г. последовало адресованное Германии заявление советского руководства о том, что продолжавшееся 10 лет военное сотрудничество двух государств с сентября 1933 г. будет прекращено. За этим последовало сокращение сотрудничества и в других областях, в том числе в экономике. В дальнейшем агрессивность германской стороны по отношению к СССР начинает усиливаться. В январе 1934 г. Германия заключает пакт о ненападении с Польшей, отдельные положения которого могли трактоваться как направленные против СССР. Становилось очевидным, что антикоммунизм Гитлера являлся не только фактором идеологии, но и лежал в основе реальной политики нового германского руководства. Стремясь не допустить военных конфликтов непосредственно у своих границ, СССР предложил германской стороне выступить с совместным заявлением об обоюдной заинтересованности в сохранении независимости государств Прибалтики, но это предложение не нашло понимания, что было с озабоченностью встречено в Москве.
Совпадение экспансионистских планов Германии и Японии, стремившихся к расширению своих территорий за счёт СССР, вело к постепенному сближению между двумя странами-агрессорами. 25 ноября 1936 г. между ними в Берлине было заключено соглашение, получившее название Антикоминтерновского пакта. В тексте соглашения, подлежащем публикации, провозглашалась необходимость противостоять распространению в мире коммунистического влияния. Однако к официальному договору между Германией и Японией прилагался секретный дополнительный протокол, в котором цели агрессоров обозначались более конкретно. В нём главным врагом фашистских государств назывался уже не Коминтерн, а Советский Союз, обсуждались согласованные действия на случай войны одной из договаривающихся сторон с СССР. В 1937 г. к Антикоминтерновскому пакту присоединилась Италия, образовалась «ось» Берлин—Рим—Токио, своим остриём направленная против Советского Союза и на завоевание мирового господства.
«Коллективная безопасность» или «умиротворение»?
Осознание нараставшей опасности новой мировой войны, побудило руководство СССР выступить с инициативой создания международной системы предотвращения агрессии. Активным сторонником “нового курса” советской дипломатии на сближение с демократическими государствами Запада стал новый нарком иностранных дел Литвинов. В его выступлении 29 декабря 1933 г. на IV сессии ВЦИК СССР были сформулированные основные положения доктрины «коллективной безопасности», с которыми теперь Советский Союз намеривался выступать на международной арене. В докладе Литвинова прозвучала готовность СССР к нормализации отношений с любым государством, заинтересованном в поддержании мира, а так же стремление советской стороны к укреплении Лиги Наций и других международных механизмов, способных превратиться в надёжный заслон на пути сползания человечества к войне.
Новые инициативы, выдвинутые советской стороной, позволили серьёзно укрепить международный престиж СССР. 18 сентябре 1934 г. тридцатью девятью голосами против трёх Советский Союз был принят в Лигу Наций. Принципиальное значение имело, что при приёме его в Лигу Наций СССР настоял на соблюдении его государственных интересов: все разногласия, прежде всего относительно долгов царского правительства, были решены в пользу нашей страны. В том же 1934 г. Советский Союз был признан Чехословакией и Румынией.
Важнейшей победой советской дипломатии в эти годы явился прорыв в советско-французских отношениях. Ещё в 1933 г., во время визита в Париж Литвинова, Франция предложила СССР заключить двустороннее соглашение, что стало ярким свидетельством возросшего престижа СССР на международной арене. Соответствующий договор о взаимопомощи сроком на пять лет между двумя странами был заключён 2 марта 1935 г. Чехословакия, которая так же опасалась роста в Германии милитаристских настроений, заявила о желании заключить с СССР аналогичный договор. Его подписание состоялось16 мая 1935 г. Особенностью договора стала включённая в него оговорка, по которой обязательства СССР и Чехословакии об оказании помощи друг другу вступали в силу только в том случае, если на стороне страны, подвергшейся агрессии выступала так же и Франция.
Советско-французский и советско-чехословацкий договоры о взаимопомощи могли бы составить каркас общеевропейской безопасности. В день подписания советско-французского договора, состоявшегося мая 1935 г., правительства двух стран выступили с идеей заключения Восточного пакта, согласно которому стороны, подписавшие его, брали обязательства о ненападении и неоказании помощи агрессору. Советская сторона сообщила представителям Франции, что видит необходимым участие в Восточном пакте СССР, Франции, Польши, Германии, Чехословакии и тех стран Прибалтики, которые выскажут заинтересованность в этом. Но Германия вновь отказалась принять на себя конкретные обязательства по предотвращению военной угрозы в Европе и присоединиться к соглашению, а без её участия Восточный пакт превращался в фикцию.
Не способствовала укреплению мира и непоследовательность политики стран западной демократии. Как в самой Франции, так и в ещё большей степени в Англии, значительным влиянием пользовались силы, в большей мере заинтересованные в сближении с Германией, нежели с СССР. Милитаристские круги этих стран оказались словно загипнотизированы антикоммунистической риторикой германских фашистов и выражали полную готовность поверить декларациям Гитлера о его стремлении искать “жизненное пространство” для немцев на Востоке. Альтернативу советской доктрины “коллективной безопасности” они видели в политике “умиротворения” агрессора и переориентации его захватнических устремлений в сторону Советского Союза.
Подписав договор о взаимопомощи, Франция фактически отказалась подкрепить его военной конвенцией, в которой были бы определены конкретные условия и размеры предоставляемой помощи. Важным свидетельством готовности определённых кругов на Западе проводить политику “умиротворения” становится подписанный в июне 1935 г. англо-германский морской договор, благодаря которому Гитлер получал возможность увеличить свой флот более, чем в пять раз. Стремлением любой ценой избежать войны с Гитлером следует объяснить ту вялую реакцию стран Запада, которая последовала после введения 16 мая 1935 г. в Германии всеобщей воинской повинности и начала строительства новой немецкой армии. Ещё одним ударом по Версальской системе стала позиция занятая Лигой Нацией по отношению к агрессии, которую в 1935 г. совершила против Эфиопии фашистская Италия. СССР с трибуны Лиги Наций призвал международное сообщество оказать действенное воздействие в отношении агрессора, ввести против него режим санкций, но поддержки советское предложение не встретило. Более того, Лига Наций запретила поставки вооружений обеим воюющим сторонам, что было на руку Муссолини, поскольку итальянская армия была оснащена гораздо лучше эфиопской.
Беспомощность западных государств по отношению к странам-агрессорам подтолкнула Гитлера на новые экспансионистские шаги. 7 марта 1936 г. германские войска вошли в Рейнскую зону, которая, в соответствии с условиями Версальского и Локарнского договоров, считалась демилитаризованной. Гитлер осуществил эту акцию, преодолевая сильнейшее противодействие собственных генералов, понимавших, что в случае ответных действий Франции, немецкая армия окажется в трудной ситуации. Но Гитлер точнее оценил политические настроения во французском руководстве и осознавал, что никаких ответных действий его демарш не вызовет. 13 марта 1938 г. Гитлер объявил об аншлюсе Австрии — её вхождении в состав “тысячелетнего” рейха. Этот вероломный акт получил фактическое признание правящих кругов Англии и Франции. Политики, оказавшиеся во главе стран западной демократии, предпочли прочному миру сепаратный сговор со странами агрессорами, надеясь их руками уничтожить своего главного геополитического противника — Россию–СССР.
Коминтерн и гражданская война в Испании
Одним из важнейших инструментов СССР на внешнеполитической арене в 1930-е гг. оставался Коммунистический интернационал. В это время политика Коминтерна не оставалась неизменной и приспосабливалась к общим потребностям советской дипломатии. После разгрома правой оппозиции в ВКП (б) и вплоть до установления в Германии фашистского режима Коминтерн переживал очередной период своего развития, для которого были характерны процессы радикализации рабочего движения и начало “сталинизации” зарубежных компартий. В условиях начавшегося в 1929 г. экономического кризиса у советского руководства возродилась вера в возможность революционного взрыва на Западе. Однако западный рабочий класс оказался расколот и не готов к совместным действиям. Социал-демократы стран Европы не видели принципиальной разницы между фашистской диктатурой и большевистским режимом, полагая, что большевизм даже опаснее фашизма, поскольку апеллирует к рабочему классу, тогда как социальной базой фашизма является мелкая буржуазия. Но непримиримость была характерна и для позиции коммунистов, которые третировали социал-демократов как “социал-фашистов” и заявляли о готовности были сокрушить власть буржуазии не только в форме фашистской диктатуры, но и в парламентской демократии.
Несогласованность и взаимное недоверие между коммунистами и социал-демократами упростили Гитлеру задачу захвата власти в Германии. Фашистские партии усилились во Франции, Польше, Финляндии, Прибалтийских и некоторых других странах. Осознание грозной опасности позволило Коминтерну осознать пагубность своей прежней позиции. Очередной период в развитии Коминтерна с 1934 г. по 1939 г. исследователи на Западе и у нас связывают с осуществлением Москвой тактики создания широких “Народных фронтов” в тех странах, где возникала угроза установления фашистских режимов. Официально новая линия была закреплена на проходившем в августе 1935 г. VII Конгрессе Коминтерна. Выступавший на нём видный болгарский коммунист Г. Димитров характеризовал фашизм как “открытую террористическую диктатуру самых реакционных, самых шовинистических, самых империалистических сил финансового капитала”. В борьбе с фашизмом было решено слить силы всего рабочего класса, крестьянства, городской мелкой буржуазии, прогрессивной интеллигенции. Не исключался компромисс с антифашистскими кругами буржуазии.
Новая политика Коминтерна дала свои плоды. Народные фронты, объединившие коммунистические, социалистические и леволиберальные партии возникли в Испании и во Франции. Однако закрепить достигнутый миролюбивыми силами успех не удалось. Так, во Франции, под давлением реакционных кругов, 21 июня 1937 г. вынужден был уйти в отставку возглавлявший правительство Народного фронта социалист Блюм, возникло новое право-радикальное правительство, отдельные члены которого были тесно связаны с гитлеровцами. Ещё драматичней события развивались в Испании. Демократические преобразования в этой стране были прерваны в июле 1936 г. военным переворотом во главе с генералом Франко.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
