186520 (746488), страница 14

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 14)

Категория залога тесно связана со структурой предложения. В ряде языков выступает система двух противопоставленных залогов — актива и пассива. Активом, или действительным залогом, называется такая форма гла­гола, при которой подлежащее соответствует действующему лицу («Рабочие строят дом»), а пассивом, или страдательным залогом,— такая, при которой подлежащее, напротив, соответствует объекту действия («Дом строится ра­бочими», «Дом строится», «Дом был построен» и т. п.) или — в неко­торых языках — также адресату (англ. «Не is given a book» 'Ему дали книгу').

Особое место среди глагольных категорий занимает грамматиче­ская категория вида, противопоставляющая друг другу разные типы протекания и распределения действия во времени. Так, в рус' ском и в других славянских языках противопоставлены совершенный вид (решил, взобрался), выражающий действие как неделимое целое (обычно действие, достигающее своего предела), и несовершенный вид (решал, взбирался), выражающий действие без подчеркивания его целостности, в частности направленное к пределу, но не достигающее его, действие в процессе протекания или повторения, непредельное (имел), общее понятие о действии и т. д. В английском языке противопоставлены конкретно-процессный вид (Progressive), например he is writing 'он пишет в данный момент', и общий вид—he writes ‘он пишет вообще'.

Будучи сказуемым, глагол всегда, как было отмечено, соотносится с «действующим лицом», а в известных случаях — и с другими «ли­цами» в предложении. Если соотнесенность с различными лицами выражается в самом глаголе тем или иным формальным различием, мы говорим, что глагол имеет категорию лица (в широком смысле, включая число, а также род и грамматический класс). На­личие глагольной категории лица иногда делает ненужным подлежа­щее (так, в пойду, пойдешь и так ясно, кто выполняет данное дей­ствие). При использовании же подлежащего глагол, имеющий кате­горию лица, согласуется с подлежащим в лице и числе.

Причастие совмещает свойства глагола и прилагатель­ного, представляют действие как свойство предмета или лица. Деепричастие совмещает свойства глагола и наречия. Дее­причастие называет действие как признак, характеризующий другое действие («сказал смеясь», «сидел ссутулившись»).

Наречие по его грамматическому значению определяют как «признак признака». Как отметил Потебня, наречие называет «признак... связуемый с другим признаком, данным или возникающим, и лишь чрез его посредство относимый к предмету» ². Так, в очень сладкий виноград, снаружи красивый дом, поезд шел быстро, железо накаляется докрасна существительные на­зывают предметы, прилагательные и глаголы — признаки предметов (данные — сладкий, красивый или возникающие — шел, накаляется), а наречия — признаки этих признаков. Наречия функционируют в предложении как обстоятельства, относимые к глаголу, к прилага­тельному, к неглагольным предикативам (он спозаранку начеку). Лишь реже наречие относится прямо к существительному (яйца всмят­ку, совсем ребенок). Для наречия характерно отсутствие каких-либо грамматических категорий (и соответствующего им формообразования), кроме кате­гории степеней сравнения (у качественных наречий).

Грамматическое значение имени числительного — зна­чение количества, представляемого как количество чего-то (пять столов, пять чувств) или же как абстрактное число (пятью пять — двадцать пять); как точно определяемое количество или как коли­чество неопределенное (много, мало столов).

Служебные слова образуют отдельную подсистему служебных частей речи, которая сильно видоизменяется от языка к языку. Могут быть выделены «морфологические» и «синтаксические» служебные слова. Первые участвуют в образовании аналитических форм. Это — предлоги (или послелоги), артикли, вспомогательные глаголы, слова степени (англ. more, most; фр. plus и т. д.), частицы типа русск. бы и т. д. К ним же примыкают и служебные слова, оформ­ляющие аналитические лексемы, например возвратное местоимение ряда языков как составная часть некоторых глаголов. Синтаксические служебные слова обслуживают словосочетания и предложения.

27. Синтаксис. Словосочетание и предложение.

Синтаксис определятся как грамматиче­ское учение о связной речи, о единицах более «высоких», чем слово. Синтаксис начинается там, где мы выходим за пределы слова или устойчивого сочетания слов, где начинается связная речь с ее сво­бодной комбинацией лексических единиц в рамках переменного сло­восочетания и предложения. Конечно, эпитет «свободная» не означает отсутствия правил. Комбинация лексических единиц осуществляется по определенным законам и моделям, изучение которых и составляет задачу синтаксиса.

Центральным понятием синтаксиса является предложение — основная ячейка, в которой формируется и выражается человеческая мысль и с помощью которой осуществляется речевое общение людей.

Специфика предложения по сравнению с «нижестоящими» языко­выми единицами заключается в том, что оно есть высказывание, оно коммуникативно. Это значит, что оно 1) соотнесено с опре­деленной ситуацией и 2) обладает коммуникативной установкой на утверждение (или отрицание), на вопрос или на побуждение к чему-либо. Коммуникативность предложения конкретизируется в синтак­сических категориях модальности и времени. Эти последние выража­ются в глагольных формах наклонения и времени, а также (особенно при отсутствии глагола) с помощью интонации, модальных слов, слов, обозначающих локализацию во времени.

По своей структуре предложения очень разнообразны. Они могут реализоваться с помощью одного слова (Пожар! Воды! Светает. Иду! Великолепно! Домой?), в частности аналитической формы слова (По коням! Буду рад!), но чаще реализуются с помощью более или менее сложного сочетания слов.

От слова однословное предложение внешне отли­чается интонацией. По содержанию же между словом пожар и одно­словным предложением Пожар! — громадное различие. Слово пожар есть просто название определенного класса реальных явлений (и соответствующего понятия), способное в речи обозначать и каждое отдельное явление этого класса. Предложение Пожар! — уже не просто название, а утверждение о наличии данного явле­ния, т. е. пожара, в данной конкретной ситуации, в данный момент времени, утверждение, сопровождаемое также теми или иными эмоциональными коннотациями и т. д. Аналогичным образом словоформа воды есть название известного вещества, постав­ленное в определенное отношение к другим словам потенциального контекста. Предложение Воды! есть просьба, требование, побуждение к реальному действию в данной конкретной ситуации.

Предложение, реализуемое сочетанием слов, чаще всего обладает предикативной структурой, т. е. со­держит либо предикативную словоформу («Солнце взошло», «Летят журавли», также с неглагольным предикативом «Здесь жарко»), либо, и без подобной формы, два четко соотнесенных главных члена — подлежащее и сказуемое (Он — студент университета'. Снег бел', Факт налицо). Всюду здесь уже сама конструкция свидетельствует о том, что перед нами предложение. И все же по-настоящему эти конструк­ции становятся предложениями благодаря интонации, с которой они произносятся (ср. «Солнце взошло» с повествовательной и «Солнце взошло?» с вопросительной интонацией).

Некоторые языковеды, подчеркивая различие между сочетаниями, содержащими предикативное слово, и сочетаниями, такого слова не содержащими, предпочитают обозначать термином «словосочетание» только последний вид сочетаний. Уместнее представляется однако, другая точка зрения: словосочетание определяется как любое соединение двух или более зна­менательных слов, характеризуемое наличием между ними формально выраженной смысловой связи. Сло­восочетание может совпадать с предложением или быть частью предложения, а предложение, как сказано, может реализоваться в виде снабженного той или иной интонацией словосочетания, ряда связан­ных между собой словосочетаний или отдельного слова (также отдель­ного знаменательного слова, сопровождаемого служебным, например Придешь ли?).

28.Синтаксические связи.

Синтаксической связью мы называем всякую формально выраженную смысловую связь между лексическими единицами (сло­вами, устойчивыми словосочетаниями), соединившимися друг с дру­гом в речи, в акте коммуникации. Обычно выделяют два главных типа синтаксической связи — сочинение и подчинение.

Примеры сочинительной связи слов: стол и стул; я или ты; строг, но справедлив. Для сочинительной связи характерна равноправность элементов, что проявляется в возможности переста­новки без существенного изменения смысла (хотя при союзах и, или первое место в сочетании обычно обладает большим «весом», чем второе: ср. жена и я — я и жена). При сочинении связанные элементы однородны, функционально близки; обычно не отмечается, чтобы один из них как-то изменял свою грамматическую форму под влиянием другого.

Примеры подчинительной связи: ножка стола, по­душка из пуха, пуховая подушка, читаю книгу, читаю вслух. Здесь отношения неравноправные: один элемент (ножка, подушка, читаю) является главенствующим, определяемым (в широком смысле), другой элемент (...стола, ...из пуха, пуховая, ...книгу, ...вслух) — под­чиненным, зависимым, определяющим, уточняющим значение первого.

Элементы здесь либо вообще нельзя поменять ролями (например, в читаю книгу, читаю вслух), либо нельзя поменять ролями без коренного изменения смысла (пух из подушки имеет другое значение,; чем подушка из пуха, ср. брат учителя и учитель брата). В русском и во многих других языках выбор грамматической формы подчинен­ного слова (если оно многоформенное) обычно диктуется формой или фактом наличия слова главенствующего. Впрочем, как мы уви­дим, маркировка подчинительной связи может даваться и в главенствующем слове. Некоторые лингвисты называют словосочетания с подчинительной связью синтагмами.

В связной речи синтаксические связи взаимно переплетаются, причем подчинение используется шире и играет более существенную роль в организации высказывания, чем сочинение.

Синтаксической функцией данной единицы (слова, устойчивого словосочетания) называется отношение этой единицы к тому целому, в состав которого она входит, ее синтакси­ческая роль в предложении или в переменном словосочетании. Име­ются в виду функции членов предложения, а также вставных элемен­тов речи (вводных слов, обращений) и т. д. Способы фор­мального выражения синтаксических связей и синтакси­ческих функций:

А. Выражение синтаксических связей и функций с помощью форм слова, т. е. морфологическим путем. Сюда входят: 1) со­гласование, 2) управление.

1. Согласование состоит в повторении одной, нескольких или всех граммем одного слова в другом, связанном с ним слове. Сюда относится согласование сказуемого с подлежащим в русском и многих других языках, например: Я читаю. Ты читаешь. Она поет, Мы работаем и т. д. (в глаголе повторены граммемы лица и числа, содержащиеся в подлежащем); Он читал. Она писала. Они работали, Книга оказалась интересной, Книги оказались интересными (в сказу­емом повторены граммемы рода и числа) и т. д. Согласование широко используется как средство выражения определительных связей, причем граммемы определяемого (господствующего) слова повторяются в определяющем. В русском языке в этом случае повторяются граммемы рода, числа и падежа: новая книга, новую книгу, о новой книге, новые книги и т. д. Особое использование согласования наблюдается при замене слова-названия словом-заместителем, например «Брат купил книгу. Она оказалась интересной» (повторение в слове-заместителе граммем рода и числа).

2. Управление состоит в том, что одно слово вызывает в связанном с ним другом слове появление определенных граммем, не повторяющих, однако, граммем первого слова. Управление широко используется как средство выражения подчинительных связей. Таак, переходный глагол требует в русском и во многих других языках постановки дополнения в винительном падеже («читаю книгу. другие разряды глаголов управляют другими падежами без предлогов — дательным («радуюсь весне»), родительным («добиваюсь результатов», «лишился покоя», «хотел добра»), творительным («шевелю губами», «казался счастливым») и различными предложными сочета­ниями («бороться против пошлости», «участвовать в концерте и т. д.). Постановки зависимых от них слов в определенных падежах и с определенными предлогами требуют и другие слова — существительные (ср. «жажда знаний», «исключение из правила»), прилага­тельные («полный сил», «довольный покупкой», «склонный к авантю­рам»), наречия («наравне со мной»), неглагольные предикативы («было жаль беднягу»). Свои особенности управления имеют (в частности, в русском и других славянских языках) отрицательные предложения (ср. пишу стихи — не пишу стихов).

Б. Выражение синтаксических связей и функций с помощью аранжировки (порядка слов). Различаются следующие случаи.

1. Соположение (т. е. постановка рядом) того, что связано по смыслу, выражение смысловой связи слов через их позиционную близость. Когда соположение оказывается единственным средством обозначения синтаксической связи, его называют позиционным примыканием. Ср. в русском языке примыкание наречия: "Он громко спорил, долго не соглашался, но наконец уступил»; «Очень старательный, но неопытный»; «Старательный, но очень неопытный» ^и т. д.; в английском— примыкание прилагательного-определения к существительному: an English book 'английская книга', a sweet smell 'сладкий запах', red. roses 'красные розы'.

2. Тенденция к закреплению определенных мест в предложении за определенными членами предложения наблюдается во многих языках, однако там, где члены предложения четко разгра­ничены морфологическими средствами, тенденция эта может посто­янно нарушаться. Именно такова картина в русском языке: рядом с наиболее привычным «прямым» порядком слов (подлежащее — гла­гол — дополнение) широко представлена инвер­сия, или «обратный» порядок в разных вариантах. Например, не только Отец любит дочку, но еще пять разновидностей: Дочку любит отец. Отец дочку любит. Дочку отец любит. Любит отец дочку и Любит дочку отец. Но иногда и в русском языке роль порядка слов в разграничении членов предложения оказывается решающей, на­пример, если у существительных, выступающих в качестве подлежа­щего и дополнения, именительный падеж совпадает с винительным: Мать любит (любила) дочь. Весло задело (заденет) платье. Бытие определяет сознание. Мотоцикл обгоняет (обогнал) грузовик и т. д. Во всех этих предложениях ни окончания падежей, ни согласование глагола не указывают, которое из двух существительных является подлежащим. Только порядок слов заставляет нас понимать первое существительное как подлежащее, а второе — как прямое дополнение.

Характеристики

Список файлов реферата