referat_Kant (735848), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Согласно И. Канту, чтобы нечто могло быть познано, оно должно быть помыслено. Непомысленная вещь никак не представлена в со­знании, и поэтому, конечно, не может быть познана. Идея И. Канта основана на различении понятий «помыслить» и «познать». Научно-теоретическое познание имеет дело с мыслимыми предметами. Тако­вы в первую очередь понятия математики и математического есте­ствознания. Как же человек мыслит нечто, чему нет прямых аналогов в чувственно воспринимаемом мире, например, «число», «сила», «мас­са», «точка», «добро», «справедливость» и др.? Для этого существует специальная способность. Мылитель называет ее способностью про­дуктивного воображения. Он хочет тем самым сказать, что теорети­ческое познание предполагает конструктивную деятельность созна­ния. Теоретик сначала мысленно конструирует нечто, а затем познает то, что уже помыслено. Так, сам И. Кант сначала сконструировал транс­цендентального субъекта, а затем описал его свойства. Открыватели математического анализа изобрели понятия математического преде­ла, функции, производной и т.д., а затем исследовали их свойства. Мыслимые и познаваемые вещи — это, с точки зрения И. Канта, феномены или явления. За явлениями стоят «вещи сами по себе», как они есть, или ноумены. Наукой познаются лишь феномены, а не ноу­мены, поскольку вещь сама по себе, во всей ее полноте, не может быть представлена в сознании. Теоретическое познание вещи самой по себе, вне конструктивной деятельности продуктивного воображе­ния, невозможно. Последний тезис вызвал множество кривотолков, особенно в русской литературе об И. Канте.

Дело, в частности, в том, что кантовское выражение, означаю­щее не более, чем «вещь сама по себе», было переведено весьма бук­вально и стало звучать глубокомысленно и непонятно — «вещь в себе». Только в издании «Критики чистого разума» 1994 г. оно наконец было исправлено на нормальный русский эквивалент немецкого «das Ding an sich» — «вещь сама по себе».Редакторы и переводчики этого изда­ния пишут: «Выражение... «вещь в себе» не только искажает кантовс­кое понятие, но в известной мере мистифицирует его. «Бытие (чего-то) само по себе» заменяется некоей таинственностью, непонятнос- тью, загадочностью, задуховностью и т.п., что не имеет ничего обще­го с учением Канта о «вещи самой по себе». И как бы ныне выраже­ние «вещь в себе» ни рассматривалось как (якобы) уже укоренившее­ся в сознании русского читателя и в русской интеллектуальной эли­те..., все же мы убеждены, что его необходимо заменить правильным и точным русским выражением «вещь сама по себе», ибо истина выше всяких предубеждений»1. Познание вещи самой по себе, то есть поку­да она не помыслена, невозможно.

Но, по И. Канту, вещь сама по себе непознаваема, кроме того принципиально, т.е. она не может быть представлена в сознании в пол­ном объеме. Мы познаем феномены, а не ноумены. Феноменальное зна­ние есть знание научное, поэтому точное, логичное, теоретическое. Это знание не обо всех, но только о самых существенных чертах, об общих закономерностях. Дальше этого наука идти не в состоянии. Вещи сами по себе остаются вне пределов ее досягаемости. Под вещами Кант пони­мает не только обычные вещи, но мир в целом. Мир в целом не позна­ваем средствами науки. Средствами науки не познаваем еще ряд объек­тов, которые мыслитель выделяет особо. Это Бог, душа и свобода. Они остаются принадлежностью интимного мира личности.

3. Основные черты этического учения И. Канта

И. Кант убежден, что этика может существовать не только как совокупность назиданий, советов, заповедей, подкрепленных авто­ритетом Священного Писания. Именно такой была современная ему христианская этика. По И. Канту, этика может быть построена как точная наука. Этические истины должны быть обоснованы самостоя­тельно, независимо от истин веры. Это значит, что И. Кант утвержда­ет автономию нравственности от религии. Основным мотивом для философа служит следующий. Религия разнообразна. Даже в пределах христианства существует множество конфессиональных направлений: римский католицизм, православие, разнообразные протестантские учения. Однако нравственность, если она претендует на то, чтобы в действительности быть таковой, должна быть универсальной, обще­человеческой. Она не должна зависеть от конфессионального разно­образия, как не зависят от него истины математики и естествознания. Построить этику по образцу науки — значит создать учение об уни­версальной общечеловеческой нравственности. Обратим внимание, что попытку построить этическое учение по образцу наиболее строгой из наук — математики — до И. Канта предпринял Б. Спиноза. В знамени­том трактате «Этика» Б. Спиноза выводит аксиомы, теоремы, леммы и т.д. совершенно так же, как это имеет место в эвклидовой геометрии. И. Кант не идет по пути внешнего подобия. Научная этика сходна с математикой и естествознанием в главном — ее истины должны быть необходимыми и всеобщими. А значит, они должны опираться на ес­тественный свет человеческого разума, как на него опирается наука. Единство самосознания проявляется в том, что человек не может жить, находясь в противоречии с самим собой. Поскольку человек разумное существо, он способен сохранять единство собственного « В этике И. Кант развивает следствия из декартовского cogito, так же как он делал это в учении о познании. Одним из таких следствий является разумное постоянство воли. Личность не распадается, сохра­няет тождество сама с собой, поскольку способна поддерживать и] направлять свою волю. Из разумного постоянства воли следует, что! жизнь самосознающей себя личности подчиняется правилам, которые каждый индивид устанавливает для себя самостоятельно. Здесь мы встречаемся с важнейшей частью кантовской этики — учением об автономии личности. Автономия в данном случае понимается в смысле! буквального перевода с греческого — «самозаконность». «Дай себе за-1 кон», — призывает Кант. Иначе говоря, жизнь разумной личности! невозможна без того, чтобы не следовать некоторым самостоятельно! установленным правилам. Таким правилом может быть, например,! «не брать в долг», которому следовал он сам. Но подобного рода пра-1 вила не безусловны. Это правила благоразумия. Они зависят от харак-1 тера человека, от обстоятельств его жизни и многого другого. Тем не! менее они выступают в качестве императивов, т.е. повелений. Условных императивов может быть бесконечное множество. Однако есть и| императив безусловный — правило, одинаково обязательное и прием-f лемое для всех людей, поэтому общеобязательное. Всеобщее правило поведения, или категорический императив, может быть построено так же, как правило математики, т.е. быть чисто формальным. Катего­рический императив тем самым выражает понятие безусловного и всеобщего долженствования. Он столь же естествен, как закон приро­ды, он может быть одинаково воспринят и мною, и другим человеком. И. Кант формулирует категорический императив: поступай лишь со­гласно тому правилу, следуя которому ты можешь вместе с тем (без внутреннего противоречия) хотеть, чтобы оно стало всеобщим зако­ном1. Или, другими словами: поступай так, как будто правило твоей деятельности посредством твоей воли должно стать всеобщим зако­ном природы. Расшифровывая это правило, И. Кант получает оконча­тельный вывод: поступай так, чтобы человечество и в твоем лице, и в лице всякого другого всегда рассматривалось тобою как цель и никогда только как средство.

Кантонский категорический императив формулирует принцип безусловного достоинства личности. С этой точки зрения, человек не может быть принесен в жертву ни так называемому «общему благу», ни светлому будущему. Высшим мерилом отношений между людьми с позиций категорического императива является не чистая полезность, а значимость личности. Глубинный смысл категорического императи­ва в его всеобщности (универсальности); будучи отнесен лишь к кругу лип, ограниченному по какому-либо признаку, он теряет свое значе­ние. Единственное и достаточное его основание — человек как разум­ное существо. Он покоится на признании важности тех свойств и при­знаков (прежде всего разума), по которым все люди могут быть отне­сены к единой категории рода человеческого.

4. И. Кант и либерализм

Кантовское учение об автономии личности оставило неизглади­мый след в истории западной культуры. Вместе с идеями других мыс­лителей Нового времени оно легло в основу западного либерализма. Либерализм— учение, берущее в качестве основного приоритета права и свободы личности. Отметим основные черты западного либерализма. Во-первых, он покоится на представлении о человеке как с существе разумном. Это означает не только то, что такой человек способен от­крывать и усваивать истины науки, но и то, что и он обладает разум­ным постоянством воли. Будучи предоставлен сам себе, такой человек уж во всяком случае не будет сознательно разрушать собственную личность. Следуя декартовскому cogito, он будет стремиться сохра­нить разумную целостность своего «я». Если это так, то для него по­нятно и естественно аналогичное стремление другого. Во-вторых, ра­зумный человек устремит свою энергию не на разрушительные, а на созидательные цели — ведь самое существо разумности ему подсказы­вает, что разрушение не в его интересах. В-третьих, в обществе само­стоятельных и свободных людей, обладающих разумом, установится острое соперничество между индивидами. Но это соперничество будет не разрушать общественное целое, а укреплять и усиливать его. Каж­дый будет стремиться разумным (целесообразным) путем реализовать свои интересы. Совокупность усилий отдельных индивидов даст в ка­честве итога мощный импульс для плодотворного развития общества в целом. В-четвертых, перед лицом опасности, угрожающей всем или многим людям, разум всегда подскажет способ, как избежать угрозы. Разумные люди всегда в состоянии найти пути взаимных компромис­сов так, чтобы не умалить достоинства человека как разумного суще­ства. В-пятых, общество в целом, прежде всего в лице государства, не может нарушать достоинства личности, рассматривая ее только как средство достижения государственных целей. Либерализм — это тен-аснцня к ограничению вмешательства государства в жизнь граждан. Государство не вправе также опекать своих граждан, подобно тому как родители опекают малолетних детей. <<Правление отеческое,— пи­шет И. Кант, — при котором подданные, как несовершеннолетние. не в состоянии различить, что для них полезно или вредно... Такое правление есть величайший деспотизм». С точки зрения либерализма между гражданами и государственной властью отнюдь не обязательна любовь, но необходим и достаточен минимум взаимного доверия. В-шестых, для либерализма важна не только частная собственность сама по себе (значение частной собственности не подвергается сомнению), а автономия частной собственности от государственной власти. Либе­рализм резко отрицательно относится к такому положению, когда причастность к политической власти обеспечивает выгодные позиции в присвоении собственности, а значит, власти экономической. Кон­центрация двух видов власти в одних руках способствует произволу по отношению к большинству населения, делает его право на частную инициативу только формальным, ничем реально не обеспеченным. Поэтому в либеральных концепциях предусматриваются меры к недо­пущению или, по меньшей мере, ограничению возможностей исполь­зования выгодных позиций в государственном управлении или в струк­турах политической (партийной) власти для личного обогащения,

Таковы принципы либерализма, у истоков разработки которых стоял И, Кант вместе с другими мыслителями (особая заслуга принад­лежит английскому философу Д. Локку).

Западный либерализм — мощное и влиятельное идейное течение. Он пустил глубокие корни в сознании западного человека. Во многом он реализовался в практике, благодаря чему западное общество при­обрело особый динамизм, позволивший ему по многим параметрам выйти в лидеры мирового сообщества. Однако прямой перенос прин­ципов либерализма в регионы с иной (незападной) культурой и тра­дициями сталкивается со множеством трудностей. Это свидетельству­ет о том, что либерализм на Западе подпитывается всем комплексом условий западного образа жизни, а не одной либеральной теорией В число таких условий входит вся западная (прежде всего западноев­ропейская) культура во всем многообразии ее исторических проявле­ний. В отсутствие необходимого комплекса условий либерализм <• по­висает в воздухе». Именно это и происходит при попытках претворить его в жизнь в регионах с отличными от западных культурами и тради­циями. Поэтому применение принципов либерализма, например в России, требует чрезвычайной тщательности и внимания ко многим деталям как самой теории либерализма, так и к особенностям рос­сийского общества, сформированным историей1. Сказанное не умаля­ет значения либерализма, прежде всего той высокой оценки достоин­ства личности, которая присуща теории либерализма.

Характеристики

Список файлов реферата