156079 (735300), страница 9
Текст из файла (страница 9)
46Origenis Commentaria in Matheum, XII, 14.//0rigenes Werke, X. ed. E. Klostermann. Die greichischen chrisilichen Schriftsteller der ersien drei Jahrhunderte. Leipzig, 1935, 9828— 10026. Латинский текст Абеляра в сравнении с греческим содержит значительные добавления.
Если я не ошибаюсь, то из этих слов Иеронима ясно, что сказанное Петру и другим апостолам о власти связывать грешников узами вины или разрешать от нее должно скорее прилагать лично к апостолам, а не вообще ко всем епископам. Возможно (по крайней мере, на основании разъясненного самим Иеронимом), мы сможем понять эту [власть ] связывать и разрешать как ранее упомянутый приговор [о чистых или нечистых ], в общем виде дарованный всем. [При этом ] подразумевается,, что лишь те, кого сам Господь связал или разрешил, должны были выносить приговор и различать чистых от нечистых. Отсюда то же и у Оригена, который в комментариях к тому же месту из Матфея различает избранных епископов, заслуживших ту же милость, что была пожалована Петру: Те,— говорит он,—.кто домогается епископата, пользуются текстом: «Что свяжешь на земле»,— так, как будто кто-нибудь [из них], наподобие Петра, получил от Христа власть над ключами от Царства Небесного и чтобы тот, кто был связан ими, был бы и на Небе связан, а те, кто был разрешен ими, то есть получил отпущение, был разрешен и на Небе. Это нужно отметить, так как говорят они благо, правда, если и труды их таковы же, то есть заслуживают того, благодаря чему Петру и сказано: «Ты — Петр» (Мф. 16,18), то есть таковы, что на них может быть выстроена Церковь Христова, и врата ада не одолеют ее. В противном случае смешно говорить, что некто, связанный оковами своих грехов и таща грехи свои, как длинную вервь, а беззакония — как узду подъяремной телицы,— из-за одного только, что его называют епископом, обладает такой властью, что разрешенное им на земле было бы разрешено и на Небе или связанное на земле было связано на Небе. Итак, чтобы связывать или разрешать от греха другого, да будет сам епископ безупречен, достойным связывать или разрешать на Небе; да будет он супругом одной жены, благоразумным, целомудренным, наставленным, гостеприимным, восприимчивым, не пьяницей, не разбойником, но скромным, не сутяжным, не вожделеющим злата, хорошо управляющим своим домом, имеющим сыновей, воспитанных в совершенной чистоте. Если он таков, то не свяжет неправедно на земле и не разрешит бессудно, потому все, что он ни разрешит здесь, будет разрешено и на Небе; все, что он ни свяжет на земле, будет связано и на Небе; действительно, если кто-либо один, как я сказал, будет некоторым образом Петром и не возымеет того, что в том месте [текста] прилагается Петру, а вообразит, что сможет связывать так, как это было бы связано на Небе, и разрешать так, как это было бы разрешено на Небе, то он ошибается, не понимая смысла Писания, и из-за тщеславия своего предается на суд дьявола 46.
47Aurelii Augustini Sermo LXXXII, cap. 14, 7.//MPL, t. 38, col. 509.
48В смысле: разрешен от греха.
49 Sancti Gregorii papaе I Homiliarum in Evangelia Liber • II. Homilia XXVI, 5.//MPL, t. 76, col. 1200A—1201B.
Итак, Ориген в полном согласии с разумом ясно показывает, что полномочия, пожалованные, как мы говорили, Петру, были уступлены не всем епископам, но только тем, кто подражает Петру, стремясь не к высокой кафедре, а к достойным заслугам. Действительно, кто следует своей собственной воле и отвращается от воли Божией, ничего не может иметь против справедливости Божественного правопорядка (rectitude), а так как они действуют неправедно, то и на Бога могут переложить неправедность, изображая дело так, будто Он совершил нечто, как бы подобное тому, что сами они суть. Сам же Он живо возражает и серьезно угрожает им, говоря: в своей неправедности ты подумал, что Я такой же, как ты. Изобличу тебя и представлю пред глаза твои [грехи твои]. У разумейте это, забывающие Бога (Пс. 49, 21,22). Действительно, о ком же больше нужно говорить, что он пренебрегает Богом, искажая смысл передаваемых слов, как не о том, кто присваивает себе такую власть, как бы говоря, что Божественная сентенция о связывании и разрешении людей (subiectus) касается его власти и зависима от его решения; так что, будучи неправедным, он предполагает, что может изменить высшее правосудие Бога, как будто бы он мог тех, кого пожелает, сделать виновными или невинными. Против подобной презумпции возражает самый великий доктор Церкви Августин, знаменитейший среди епископов, говоря в 16-ой проповеди по поводу слов Господних: Ты начал брата своего держать за откупщика; ты связываешь его на земле, но подумай лучше, как праведно укрепить его, ибо праведность разрушает неправедные узы 47. Также и блаженный Григорий ясно утверждает и убеждает на евангельских (dominica) примерах, что церковная власть не может связывать или разрешать, если она уклоняется от беспристрастного отношения к праведности и не согласуется с Божьим судом. Отсюда — то, что сказал он в 25-ой гомилии по поводу Евангелия: Часто случается, что место судьи занимает тот, чья жизнь меньше всего сообразна этому месту; и часто случается, что он либо осуждает невинных, либо, связанный сам, разрешает других. Вдохновляемый часто собственной волей при разрешении или связывании врученных ему, он не испытывает заслуг их поступков, отчего бывает, что, действуя по своему капризу, а не ради морального блага своих подопечных, он сам себя лишает власти связывать и разрешать. Часто случается, что пастырь по отношению к одному из ближних своих руководствуется ненавистью или расположением. Но не могут достойно судить о своих подопечных те, кто в делах подопечных повинуются своему или чужому мнению или расположению. Так же [сказано] и у пророка — он умерщвляет души, которые не должны умереть, и оставляет жизнь душам, которые не должны жить (Иез. 13,19). Естественно, осуждая праведника, он умерщвляет не умирающего, а пытаясь уберечь от наказания виновного, он оживляет не предназначенного к жизни. Следовательно, нужно взвесить все казусы и тогда лишь применять власть связывать и разрешать. Нужно видеть, какова вина и каково раскаяние, за нею последовавшее, дабы пастырский суд (sententia) разрешил от греха тех, кого посетило и отметило милосердие Всемогущего. В таком случае разрешение настоятелей истинно постольку, поскольку соответствует решению Судии. Именно это означает воскрешение того, кто был мертв четыре дня; оно-то ясно и доказывает это, ибо Господь сначала позвал умершего и дал жизнь, говоря: Лазарь! иди вон (Ин. 11,43), и только затем тот, кто вышел живым из могилы, был распеленут 48учениками. Ученики развязывают того, кого Учитель только что воскресил из мертвых; ведь если бы они развязали Лазаря еще мертвым, то обнаружили бы больше зловония, нежели добродетели. Это рассуждение заставляет нас обратить внимание на то, что в силу пастырского авторитета мы должны развязывать тех, о ком знаем, что Создатель наш дал им жизнь, милосердием воскресив их; оживление, конечно, происходит до свершения правосудия, что мы признаем одной лишь исповедью в грехах. Потому никоим образом самому мертвецу не сказано: «оживи», но — «иди вон», как если бы кому-либо из умерших в грехе было ясно сказано: «изгони вон, через исповедь, то, чему ты небрежением своим позволил спрятаться у себя внутри». Итак, пусть «выйдет вон», то есть пусть грешник исповедует свой грех. Ученики vie да развяжут выходящего вон, то есть пастыри Церкви да отведут от него кару, так как он не постыдился исповедаться в содеянном. Я еще: пусть кого-то и связал пастырь справедливо; его приговоров, обращенных к толпе, нужно, однако, бояться, чтобы тому, кто находится в его окормлении, не было бы навязано решения, обязывающего его к искуплению на основании чужой вины.49
Там же: Тот, кто находится под рукой пастыря, да убоится быть связанным праведно или неправедно. И не следует легкомысленно отрицать суд пастыря над собой, дабы не совершить нового греха гордыни из страха порицания, даже если он был связан неправедно..
50 Воаможно, имеется • виду Карфагенский собор 419г.— С. Н.
Из этих речений (dictum} Григория и на основании свидетельства Божественного авторитета ясно, что сентенция епископов не имеет никакой цены, если она не сообразуется с Божественной справедливостью, по слову Пророка: И бесславите Меня пред народом Моим за горсти ячменя и за куски хлеба, умерщвляя души, которые не должны умереть, и оставляя жизнь душам, которые не должны жить (Иез. 13,19). Такие епископы будут лишены причастия судом других иерархов, ибо они дерзали неправедно отлучать от Церкви своих подопечных. Потому Африканский собор в 210 правиле постановил: Пусть епископ никого не лишает причастия по легкомыслию, и пока сам епископ не причастит отлученного, этому епископу не будет причастия ни от одного другого епископа, чтобы епископ был более внимательным, не высказываясь против кого-либо, не пытаясь убедить на других примерах50.
51Перевод текста, заключенного в угловые скобки и отсутствующего в издании «Латинской патрологии» Миня, осуществлен по: Abaelard's Ethic»/Ed. D. E. Luscombe. Oxford, 1971.
(Окончена книга первая 51.
Начинается книга вторая.
В предыдущей книжечке нашей этики были приложены усилия [на постижение ] того, что необходимо для познания или исправления грехов, а сами грехи отличить от пороков, которые [так ] называются по противоположности добродетелям. Теперь же мне остается согласиться со [словом ] Псалмопевца: Уклоняйся от зла и делай добро (Пс. 34,27); обсудив, как нужно уклоняться от зла, мы должны обратить перо наше на то, что нужно, по нашему учению, для сотворения блага.
Благоразумие, то есть различение добра и зла,— скорее мать добродетелей, чем [сама ] добродетель. Это оттого, что распределение лиц относительно [их ] достоинства происходит на основании [требований ] времени или места.
52 Аристотель. Категории, 8b 30.
53 Там же, 8b 25— 41—9а 1—13.
54 Boet. Categ. Arist., col 240D— 241A.
55Аристотель. Категории, 8b 28—29.
Подобно тому, как мы отличили пороки от грехов, так же, по-видимому [необходимо от пороков отличить и добродетели ]. В противоположность порокам добродетели отличаются некоторым образом тем., что благодаря им мы снискиваем блаженство блага; последнее же заключается в благе послушания. В самом деле: как добродетели противоположны порокам, так и грех, называемый, собственно, небрежением Бога, вероятно, супротивен благу послушания, то есть воле, приуготовленной к покорности Богу. Волю, пожалуй, можно считать добродетелью [лишь ] иногда, поскольку, обретаемая в определенный момент, она не сразу становилась прочной и с трудом меняющейся 52,— как то можно сказать о добродетели. Ведь нельзя в угоду философам говорить о добродетели в нас, если нет наилучшего состояния духа, то есть [такого ] состояния духа, [который ] решительно [направлен ] на благо. То, чтб называется устойчивым или преходящим свойствами (habitus vei dispositio), Аристотель строго различил, [говоря ] о первом виде качества53. В [его ] учении эти качества, которые не врождены нам, но оказываются таковыми при нашем с ними соединении, называются устойчивыми или преходящими свойствами 54. Устойчивые свойства, поскольку они с трудом меняются,— это, как он утверждает, знания и добродетели55. Преходящие же — [это те свойства], которые, напротив, быстро изменяются. Если, следовательно, на этом [основании ] и можно назвать устойчивое свойство нашей добродетелью, то, по-видимому, не абсурдно [предположить ], что воля готова к покорности [лишь ] иногда, так как она быстро изменяется; прежде чем ее укрепят, ее никоим образом нельзя называть добродетелью, поскольку она — не устойчивое свойство.
56 Здесь трактат П. Абеляра обрывается. Неизвестно даже, был ли он завершен автором или же это — сохранившийся до наших дней его фрагмент.— С. Н.
Некоторые, однако, завершили жизнь, лишь намереваясь [обрести ] такую волю. Таких [людей ] ни в коем случае нельзя считать осужденными. Это о них мы читаем в книге Премудрости: Представляя, что он сотворен любезным Богу, он живым был пронесен мимо грешников. Он был уведен, чтобы злоба не помутила его разума или мятежное деяние не ввело в заблуждение душу его. Вскорости окончив жизнь, он преисполнился многого времени. Ведь возлюблена Богом была душа его. Из-за этого Он и поспешил увести ее от забот. Ибо много есть верных, у кого нет такой стойкости, чтобы могли они выдержать единоборства fagones/) мучеников, или тех, кто не легко переживал бедствия. Предвидя немощь их. Господь не дозволяет искушать их сверх того, что'они могут (I Кор. 10,13,), и не испытывает с помощью противников тех, кого считал малодушными и немощными. Те, кто не забывает благодеяний Его и по этой причине не обращается к Богу за малейшими милостями, настолько смиреннее существуют, насколько немощнее признают себя, они не могут быть отчуждены от любви Бога, к благостыням Которого не пребывают в неблагодарности, выказывая, что они должны Ему тем более, что более в подобных случаях получили от Него (Прем. 4, 10—11, 13—14) ...) 56.
Перевод с латинского и комментарий
С. С. НЕРЕТИНОЙ
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
