29624-1 (735200), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В-четвертых, философия оправданно искала и ищет связь между телом человека и его страстями, переживаниями, психическими состояниями, мыслями, характером, волей, поступками - тем, что раньше в философии именовали его “душой”, а в наше время чаще называют “психикой”.
Бытие отдельного человека - непосредственно данное диалектическое единство тела и духа. Функционирование тела тесно связано с работой мозга и нервной системы, а через них - с психикой, с духовной жизнью индивида. Работа духа в известном пределе зависит от здоровья тела человека. Недаром пословица гласит: в здоровом теле - здоровый дух. Однако пословица верна далеко не всегда, что, видимо, не требует специальных доказательств. Хорошо известно и то, сколь велика бывает роль человеческого духа в поддержании жизни немощного или больного тела.
Один из примеров тому - жизнь И. Канта. Родившийся хилым ребенком, немощный телом философ прожил 80 лет благодаря тому, что хорошо разобрался в особенностях своего организма, строго придерживался разработанных для себя режима, диеты и умел воздействовать на свою психику. На жизнь Канта благотворно повлияло также то обстоятельство, что он увлеченно трудился, был и в жизни верен проповедуемым в книгах высочайшим ценностям духа и нравственности.
Человек для самого себя - не только первая, но и “вторая природа”. Мысли и эмоции - важнейшая сторона целостного бытия человеческого индивида. В традиционной философии человека нередко определяли как “мыслящую вещь”. Это имеет свои оправдания - и именно на уровне первых предпосылок анализа человеческого бытия. Непосредственно человек, действительно, существует как отдельная вещь, которая мыслит.
Р. Декарт был одним из тех, кто участвовал в полемике вокруг понятия “мыслящая вещь”. Он, по собственным его словам, “не отрицал, что для того, чтобы мыслить, надо существовать...”. Когда же Декарт утверждал: “я мыслю, следовательно, я существую” (соgito ergo sum), то он уже переводил спор о бытии человека в другую плоскость. Он ставил вопрос о том, что важнее для понимания специфики человеческого бытия: то, что человек существует (подобно любой другой вещи, среди других вещей), или то, что благодаря мышлению (понимаемому Декартом в широком смысле) человек способен размышлять о самом факте своего существования, то есть становиться мыслящей личностью.
В-пятых, и это особенно характерно для марксистской философии, специфика человеческого бытия рассматривается не только в плане объединения тела и духа. Не менее важно для философии то, что существование человека как вещи в мире природы (именно мыслящей и чувствующей вещи) было одной из первых предпосылок, побудивших людей к производству и общению. Конечно, это была не единственная предпосылка, ибо, взятая в отдельности, она еще не объясняет возникновения производства. Но между фактом существования человека как природного живого тела с естественными потребностями и возникновением производства и общения людей имеется диалектическая взаимосвязь. А это значит, что между бытием человека в качестве природного тела и социальным бытием также существует диалектическое единство.
Непосредственно существуя как природное тело, человек, как мы видели, подчиняется законам существования и развития конечных, преходящих тел. Вместе с тем законы развития и потребности тела но полностью, не однозначно воздействуют на бытие человека.
Можно сказать, что особенность человеческого существования состоит в возникновении специфической, уникальной для живой природы, “нежесткой” и неуниверсальной детерминации бытия человека со стороны его тела. Нежесткость проявляется в таких, например, фактах, как способность человека регулировать, контролировать свои фундаментальные потребности, удовлетворяя их не в простом соответствии с повелениями природы, а в пределах и формах, определяемых обществом, историей, собственной волей и самосознанием индивида. Неуниверсальность же состоит в том, что многие действия человека, которые могли бы определяться (и иногда определяются) своего рода эгоизмом телесных потребностей, очень часто регулируются другими мотивами - духовно-нравственными, социальными. Наиболее ярко это проявляется в жертвенных поступках, но не только в них.
Существование человека - не внеприродное, но и не только природно-телесное. Специфика его состоит в соединении - пересечении, взаимодействии - трех относительно разных бытийственных измерений.
Реально существует отдельный человек, прежде всего как данная мыслящая и чувствующая “вещь” (тело). Это первое измерение человеческого существования. Но одновременно человек существует как индивидуальная особь, принадлежащая к виду Ноmo sapiens и взятая на данном витке его развития, эволюции мира. Тут - второе измерение бытия человека. Человек существует и как социально-историческое существо (третье измерение его существования). Все три измерения человеческого существования, взятые в единстве,- исходные характеристики бытия человека.
Мы уже говорили о преходящем характере бытия индивида, но поскольку жизнь его связана с жизнью рода, то для каждого из индивидов, живущих сейчас на Земле, есть место на едином гигантском “генеалогическом древе” человечества, идущем от самых первых человеческих существ, а через них - от животных предков человека и т. д. Каждое преходящее существование включено, таким образом, в необозримую историческую цепь человеческого бытия и цепь бытия природы, в эволюцию социального мира и образует одно из звеньев социально-исторического бытия.
Человеческое бытие - реальность, объективная по отношению к сознанию отдельных людей и поколений. Люди существуют до, вне и независимо от сознания каждого отдельного человека. Но бытие людей отнюдь не абсолютно независимо от сознания, от духа, ибо является комплексным и уникальным единством природного, вещественного и духовного, индивидуального и родового, личностного и общественного. Каждый из нас - реальность для самого себя. Мы существуем, а вместе с нами реально существует наше сознание.
Каково же место и значение бытия человека в целостном единстве бытия? Это очень важный и актуальный вопрос. Было немало философских идей и концепций, общий смысл которых: человек - не более чем песчинка в необозримом мире. Даже бытие человеческого рода рассматривалось лишь как “краткий” эпизод в безграничной длительности мира. Но сегодня все энергичнее актуализируются другие идеи (их выражают не только философы); миллион лет, столетия и даже десятилетия жизни человека и человечества - важные “мгновения”, ибо они включены в уникальный “человеческий эксперимент”. Люди не просто существуют в мире, но способны особенно мощно (в том числе и пагубно) влиять на мир и на самих себя. Но они же способны познавать собственное бытие и бытие как таковое, испытывать тревогу за “судьбу бытия”. Поэтому человек может и должен осознавать свою противоречивую роль в единой системе бытия и исполнять ее с величайшей ответственностью. Еще тревожнее стоит вопрос об ответственности каждого человека за судьбы человечества, за бытие человеческого рода и человеческой цивилизации, за планету Земля, и раз надежды возлагаются на духовное величие и разумность людей, то особенно важно осмыслить духовное как особое бытие.















