25817-1 (735088), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Что касается ассирийских сведений об астрологии, то здесь можно упомянуть, например, о дошедших до нас астрологических рапортах Надину и других ассирийских придворных астрологов. Некоторые из этих сообщений попали в руки Птолемея.47
Среди египетских источников имеется астрологический папирус из Венской национальной библиотеки, опубликованный Р. Паркером в 1959 г. Согласно Паркеру, текст, вероятно, был написан в правление Дария (521-486 гг. до н. э.). В тексте обсуждается значение солнечных и лунных затмений.48
Халдеи. Следует указать на различие между так называемыми «халдеями», которые были философами и астрономами (некоторые также астрологами), и племенем халдеев, которое жило на юге Вавилонии около Персидского залива. Во времена Навуходоносора халдеями как раз называли людей, живущих в этой южной области. Позднее именем «халдеи» стали обозначать класс жрецов, живущих в Вавилоне, которые занимались астрономией и астрологией.
Халдеи проявляли активность в астрологии уже при Персидских царях (539-331 гг. до н. э.).49 Диодор сообщает нам, что халдеи делали предсказания для нескольких царей, включая Александра, Антигона и Селевка Победителя.50 Плутарх сообщает в сочинении «Об Исиде и Осирисе»: «халдеи заявляют, что из планет, которые они именуют «богами-хранителями», две благоприятные, две неблагоприятные, а три другие средние и имеют отношение к обоим свойствам».51
Есть основания предполагать, что все цитаты, приписываемые «халдеям», восходят к одному сочинению или группе сочинений, написанных по-гречески, где в систематизированном и ясном виде были изложены астрономическое и астрологическое учение халдеев. Это сочинение было написано в начале эллинистической эпохи (между 320 и 170 гг. до н. э.). По-видимому, многие более поздние астрологические сочинения были написаны под влиянием этой основополагающей книги.52
А. Л. Чижевский (1897 – 1964)также отмечает, что своего пышного расцвета астрономическое знание достигло у халдеев. Они учили, что земные явления лишь отражают движение небесных светил, действие которых на Землю неодинаково… Древние греки и римляне, ознакомившись с халдейской мудростью, с величайшим почетом и удивлением отозвались об астрономических познаниях халдеев. Догмат о «всемирной симпатии» возник как результат мудрости халдейских астрологов, преломленный через призму первоначальной греческой философии и окончательно оформившийся в V и IV вв. до н. э.53 «…Чем более увеличивается сфера человеческого опыта, чем больше в науке накапливается фактов, свидетельствующих о влиянии среды на личность, на ее развитие и поведение, тем этот принцип астрологии приобретает в наших глазах все большее значение, как наивная и одновременно величайшая догадка древних об основных свойствах нашего мира, основанного на принципах монизма Космоса!» 54
В Греции астрологическое учение стало распространяться только со времен Александра Македонского. Здесь то и возник догмат о «всемирной симпатии» - основном свойстве мира, связывающем узами все предметы и явления Вселенной. Учение Гераклита (о том, что в человеческой душе живет и действует тот же огонь, который сияет в далеких звездах) и Эмпедокла значительно содействовало научному обоснованию догмата всемирной симпатии. Учение Эмпедокла о четырех стихиях, дополненное Аристотелем, становится одной из важнейших аксиом астрологического знания. Наконец, теория «излияния» Эмпедокла, согласно которой предметы влияют даже на далеких расстояниях один от другого и человек может воспринимать излияния звезд, послужила руководящим принципом астрологии.55
Из Греции астрология проникает в Рим. «Божественная сила звезд в умах римлян признавалась несомненной(!)… Звезды были для них не только знаками, по которым можно было судить о наступлении благоприятного времени для того или иного дела, но они воздействовали и на интимную жизнь человека, влияя на его душу и тело».56
Чижевский указывает на то, что в астрологию верили Вергилий (70 до н. э. – 19 н. э.), Проперций (ок. 50 – ок. 15 до н. э.), Овидий (43 до н. э. – ок. 18 н. э.), охотно излагавшие ее в своих сочинениях; историк Тацит (54 – 130), полагавший, что в астрологии есть зерно истины и что она уже дала явные доказательства своей правдивости в различные времена; Сенека (ок. 4 до н. э. – 65 н. э.), признававший влияние планет и звезд на жизнь человека; стоик Посидоний (135 – 51 до н. э.), ставший подлинным философом астрологии; Клавдий Птолемей (ок. 90 – ок. 160), посвятивший ей свое второе главное произведение, и другие.57
Влияние астрологии распространилось и на христианских мыслителей. Так, Ориген (185 – 253), доказывает, что звезды не бывают созидательницами человеческой судьбы, а лишь ее предвестницами…58
«За средневековый период астрология создает ряд теорий – теорию жилищ, теорию зкзальтаций и депрессий, теорию аспектов, теорию терминов и пр. Основное стремление их – найти регулятивы для оценки влияния всех планет на человека и его дело…».59 В продолжение всего средневековья, пишет Чижевский, астрология своею практической стороной поддерживала в обществе интерес к астрономическим наблюдениям. Наибольший расцвет астрологии мы видим в Западной Европе в XIII, XIV и XV столетиях. При дворах европейских государей астрология процветает как самостоятельное научное знание, несмотря на оппозицию многих просвещенных противников, например Савонаролы (1452 – 1498), Пико делла Мирандолы (1463 – 1494) и др. Во многих университетах астрологии отводили почетное место, а в Болонье и Падуе существовали отдельные кафедры астрологии(!).60
Увлечение астрологией охватило королей и владетельных князей того времени: Карла V, Рудольфа II, Карла IX, Генриха IV, Фридриха II, Луизу Савойскую, Екатерину Медичи и многих других. Много выдающихся людей в то время распространяли и проповедовали астрологическое учение. Среди них Теофраст Бомпаст, иначе Парацельс, Кардано (1501 – 1576), Нострадамус (1503 – 1566). Последним крупнейшим астрологом того времени считается Жан Батист Морен (1583 – 1656).61
История астрологии, как пишет Дейн Радьяр62, – это история трансформации отношения человека к Природе (как внешне-чувственной, так и внутренне-человеческой). То, что обыкновенно называют астрологией, есть порождение определенной фазы развертывания отношения сознательного Эго человека к природе. Сейчас начинается новая фаза: придание нового смысла поведению людей и событиям их жизни стало более фундаментальным и вместе с тем прагматичным. В астрологии наиболее значительно выражается практическая жизненная философия. Если философия рассуждает о жизни и человеке, то астрология во все века характеризует, прямо или косвенно, глубочайшее качество того, как человек в действительности относится к жизни.
Астрология, получившая распространение сейчас, почти полностью основывается на трактате александрийского астролога Клавдия Птолемея – «Тетрабиблосе» 63. Астрология Птолемея – это продукт восточно-средиземноморской культуры, поэтому понять ее можно лишь в свете интеллектуализма этой культуры, который наложил отпечаток почти на все стороны европейского мышления. Но если мы хотим понять живую сущность астрологии, нужно углубиться в жизненные основы древнего человечества.
-
Анимистическая стадия.
Древнейший период становления астрологии можно назвать анимистическим. Анимизм – это вера в одушевлённость природы. Первобытный человек живёт ещё в лоне природы. Вся его жизнь – это опыт одновременно и психологический и физиологический, ибо он вряд ли способен отличить объективное от субъективного. Он настолько един с природой, что остаётся постоянно погружённым в её явления. Леви-Брюль использовал для описания подобного процесса психологического отождествления с предметами термин «мистическая причастность».
«Наиболее непосредственным и наиболее ярко выраженным фазисом является собственно фетишизм, преимущественно заключающийся в том, что всем внешним телам приписывается жизнь, существенно аналогичная нашей, но почти всегда более энергичная. Поклонение небесным светилам характеризует наиболее возвышенную ступень этой первой теологической стадии…».64
Древние люди, как и современные дикари, всегда рассматривали природу как часть общества, а общество - включённым в природу и зависящим от космических сил. Для них природа и человек не противостоят друг другу, а потому им и не должны соответствовать два различных способа познания.
Возникновение мифологии. Природа, как внешняя, так и внутренняя (что неразличимо для первобытного человека), представляет собой хаос существ, которые действуют и взаимодействуют, вызывая трепет ужаса и благоговения. Скоро, однако, у человека зарождается некое ощущение причинности; оказывается, определённые факты всегда следуют один за другим. Теперь он даёт наименования не только вещам, но и отношениям между ними. Причём, единственное отношение, которое он знает по личному опыту, - это отношение кровного родства. Так создаётся мифология, в которой природные силы сочетаются браком и производят потомство; оформляются представления об иерархии этих сил.
На анимистической стадии развития человек всё соотносит с собой, со своими страхами и желаниями. Отношения с вещами он проецирует на сами вещи, которые тем самым становятся овеществлёнными образами его впечатлений. То, что пугает, должно быть каким-то страшным существом, то; что доставляет радость, должно быть существом прекрасным. В этом смысле вся жизнь человека психологична, т.к. он живет в мире, населенном проекциями его собственных переживаний, хотя сами эти переживания целиком физиологичны и биологичны.
Солнце и Луна. Солнце и Луна известны как носители света. Свет и жизнь нераздельны, ведь темнота и ночь очень часто несут с собой смерть. Солнечный свет разгоняет страх, даёт возможность видеть вещи ясно. Таким образом, Солнце - великий источник жизни; Луна же скрывает тайну. Она растёт и уменьшается, освещая землю своим неверным светом, переменчивым и таинственным. Вместе с тем, скоро обнаруживаются фазы Луны, и по её циклам устанавливается чувствование периодичности и времени. «Духов» лучше всего вызывать при её свете, возбуждающем воображение. Луна становится магической силой, силой всех таинственных ритуалов.
Тотемизм. По отношению к Солнцу и Луне, а позже, вероятно, и к самым ярким звёздам человек на анимистической стадии испытывает какую-то неясную тождественность. Он чувствует их как живых существ, стремится ко всё большему единению с ними, стремится преисполниться их сущностью. Это почитание звёзд (или, скорее, отождествление себя со звёздами) соответствует культуре тотемов. Тотемами чаще всего являются животные (медведи, орлы, олени), но ими могут быть и звёзды, и даже облака или горы. Тотемические культуры ещё существуют у так называемых примитивных племён Африки, Америки, Австралии, Океании, и знакомство с ними, видимо, поможет лучше понять значения древней астрологии на анимистической стадии развития.
В те времена главным было не движение небесных тел, как позже, а особое жизненное качество, которым обладает каждое из небесных тел.
Таким образом, уже на анимистической стадии человек ощущает связь событий с небесными светилами, пронизанность мира единым принципом жизни, что во многом связано с выделением циклов, общих для всего живого. На основании противопоставления Солнца и Луны он приходит к выводу о глобальности действия принципа полярности мужского и женского начал. Многообразие проявлений мира сводится к нескольким основным первоначалам. Уже на этом этапе формируются представления о мистической значимости чисел и магической силе имён; на небе выделяются участки (созвездия), имеющие индивидуальную мифологему; появляются зачатки восприятия мира как иерархической системы. При этом, все указанные особенности мироощущения были характерны для подавляющего большинства ранних культур, о которых имеются достаточные сведения. Иначе говоря, все основные астрологические представления сформировались уже в каменном веке. Таким образом, мы вправе сделать вывод о том, что уже в доклассовом обществе сознание человека было «астрологичным» , и представления современной науки о древнейшем происхождении «космического мироощущения» вполне обоснованны.
2) Виталистическая стадия.
С точки зрения витализма, жизнь - это всё, ею проникнута каждая сущность, любая субстанция. Это всеобъемлющий океан энергии, в котором всё, что есть, движется и существует. Такое миропонимание возникает, когда человечество до некоторой степени уже преодолело первобытный страх перед природой, когда пройдено то, что Д. Радьяр символически назвал «джунглями», и человек становится скотоводом или земледельцем. «Материальные предметы, наконец, лишаются навязанной им жизни, мистически переносимой на различные вымышленные, обыкновенно невидимые существа, беспрерывное активное вмешательство которых становится отныне прямым источником всех внешних, а затем даже и человеческих явлений» 65. Иными словами, это первая стадия приручения, «одомашнивания» природы. Она становится «домом», и в этом доме жизнь протекает в величественной смене времён года, фаз Луны, разливов и спадов Нила или иных больших рек, чьи воды обеспечивают плодородие.
Анимизм открывает человека как существо, отчаянно пытающееся преодолеть страх путём отождествления с пугающим объектом или с сохраняющими его жизнь огнём и светом, стремящееся умилостивить зло, принося жертвы. В противоположность анимизму, витализм предполагает, что хотя бы небольшая часть природы - как внешней, так и внутренней - завоёвана и используется; что достигнута определённая надёжность, какая-то безопасность.
Однако эту прирученную часть природы нужно заботливо беречь, охранять от зла, делать плодородной. И нужно не только охранять, но и производить. Враги ещё есть, но они нападают не столько на самого человека, сколько на его собственность; вопрос собственности приобретает главное значение. Жизнь человека зависит от сохранения собственности и увеличения её плодородия. То же относится и к внутренней сущности человека. Одна часть его существа – «душа» – культивирована, то есть взращена сознательной, рождающей идеи и знания. И сознание следует беречь, охранять от возможного вторжения злых сил «бессознательного» - так сказать, от «внутренних джунглей».
Жизнь на этой стадии – это сила, которая может быть и доброй и злой. Зная законы ее циклических приливов и отливов, действуя с ними в гармонии, человек способен создать магические орудия, привлекающие жизненную силу.














