149012 (731264), страница 9

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 9)

§1.Убийство, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершённое при превышении пределов необходимой обороны.

Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т.е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны.

В то же время превышение пределов необходимой обо­роны является действием общественно опасным. Преступным является убийство и нанесение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенные при превышении пределов необходимой обороны. Эти преступления действующее законо­дательство относит к преступлениям небольшой тяжести (ст. 15 ч. 2 УК РФ). Основанием для этого служит то, что при совершении подобных действий виновный, как и при необхо­димой обороне, руководствуется стремлением пресечь общес­твенно опасное посягательство на государственные или об­щественные интересы, на права и интересы личности. Нельзя не учитывать также, что лицо, подвергшееся нападению, находится в состоянии сильного душевного волнения и часто лишено возможности соизмерить средства защиты со средст­вами нападения.

Поэтому законодатель рассматривает превышение преде­лов необходимой обороны как обстоятельство, смягчающее уголовную ответственность (п. «ж», ч. 1, ст. 61 УК РФ ), а убий­ство и тяжкое или средней тяжести причинение вреда здоровью, совершённое при превышении пределов необходимой обороны, карается мягче (ст.ст. 108 ч. 1, 114 ч. 1 УК РФ ).

Давая юридический анализ состава преступлений, со­вершаемых при превышении пределов необходимой обороны, нужно установить, прежде всего, на какие интересы они посягают, т.е. определить объект преступления. Только с учетом особенностей объекта можно понять специфику пре­вышения пределов необходимой обороны, дать правильную квалификацию образующих такое превышение действий. Несмотря на большое значение вопроса об объекте преступ­лений, предусмотренных ст. ст. 108 ч. 1 и 114 ч. 1 УК РФ, данный вопрос в юридической литературе почти не ис­следовался. Лишь в некоторых работах кратко говорится о том, что объектом эксцесса обороны является «охраняемые правом интересы лица, совершившего посягательство на общественный или индивидуальный интерес¹ ». В.Ф. Кириченко считает, что объект рассматриваемых преступлений не имеет существенных особенностей².

Мы думаем, что прав И.С. Тишкевич, который полагает, что такое решение вопроса об объекте преступлений, со­вершаемых с превышением пределов необходимой обороны, не может способствовать правильному пониманию и примене­нию института необходимой обороны. Как известно, объектом всякого преступления, по уголовному праву, являются те или иные общественные отношения. При превышении пределов необходимой обороны виновный также посягает на определенный порядок общественных отношений. Законодатель предоставляет гражданам активно защищаться от общественно опасных посягательств, но это право, предоставляемое гражданам , не безгранично. Его содержание и пределы в основном установлены законом. В результате совершения посягательства, между посягающим, с одной стороны, или потерпевшим, или очевидцем посяга­тельства, дающими отпор посягающему, возникают определённые общественные отношения, которые регулируются правом и поэтому принимают характер правоотношений. Часто эти правоотношения имеют уголовно-правовой характер. Участники правоотношений имеют определенные права и обязанности.

Потерпевший или очевидец общественно опасного посягательства, решившие пресечь его своими силами, имеют право причинить посягающему определённый вред с соблюдением соответствующих правил. Вместе с тем, обороняющийся обязан не превышать пределы необходимой обороны, т.е. осуществлять оборону так, чтобы не было явного несоответ­ствия между защитой, характером и опасностью посягательства. Посягающий в свою очередь, обязан претерпеть при­чиненный ему вред при осуществлении необходимой обороны, как правовое последствие его общественно опасных дейст­вий и не вправе защищаться от контр нападения потерпевшего или иного лица, прибегнувшего к активной защите. Однако, посягающий тоже получает право на защиту, как об этом подробно говорилось выше в нашей работе, если обороняющийся превышает пределы дозволенной защиты. Таким образом, правовое положение посягающего оказавшегося объектом оборонительных действий «двойственно¹ ».

С одной стороны, его жизнь, здоровье, свобода, иму­щественные и другие интересы в определенных случаях выпадают из-под защиты уголовного закона, причем, основанием для этого служит совершение общественно опасного посягатель­ства. С другой стороны, жизнь и здоровье посягающего становятся объектом уголовно-правовой защиты, если оборо­няющийся в результате нарушения установленных правил осуществления права на необходимую оборону выходит за рамки дозволенной защиты, в связи с чем его оборонительные действия приобретают характер противоправного, общественно опасного посягательства.

Законодатель считает объектом противоправного превы­шения пределов необходимой обороны в одних случаях жизнь, в других - здоровье человека. Однако в отличие от других преступлений против личности, объектом рассматриваемых преступлений могут быть жизнь и здоровье не всякого лица, а лишь того, которое совершит общественно опасное посяга­тельство на охраняемые правом интересы.

Если ни нападения, ни его угрозы не было, то не может быть речи о превышении необходимой обороны, ибо невозможно превысить то, чего не существует. В подобных случаях действия виновного рассматриваются как умышленное пре­ступление.

Так, Кузькин вечером, когда магазин был уже закрыт, хотя там и находились продавцы, пытался войти в него, чтобы приобрести спиртные напитки. Лайкина, охранявшая магазин, не пустила Кузькина. Между ними возникла перебранка. Кузькин грубо ругался, настойчиво требовал, чтобы его пустили в магазин. Лайкина крикнула: «Уйди, застрелю!», тут же выстрелила в Кузькина и убила его.

Поскольку ни Лайкиной, ни магазину, который она охраняла, никакой опасности со стороны Кузькина не угро­жало, у Лайкиной не возникало право на необходимую оборону, и, следовательно, она не могла превысить её пределы. Поэтому Лайкина осуждена за умышленное убийство¹.

Из Уголовного кодекса следует, что с внешней стороны уголовно наказуемым превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства (ч. 3, ст. 37 УК РФ), повлекшие смерть посягающего, либо причинение ему тяжкого или средней тяжести вреда здоровью.

Таким образом, объективная сторона эксцесса обороны слагается из действия, в котором с внешней стороны выра­зилось превышение пределов необходимой обороны, его общественно опасного последствия (смерти, тяжкого или средней тяжести причинения вреда здоровью), причинной связи между действиями и результатом наступивших последствий.

При практическом применении закона о необходимой обороне встречаются вопросы, не урегулированные законодательством. Так, уголовное законода­тельство до принятия УК 24 мая 1996 г. устанавливало ответственность не за любое при­чинение вреда при превышении пределов необходимой обороны, а лишь за убийство и причинение тяжкого или менее тяжких телесных повреждений. В то же время в практике имели место случаи причинения при превышении пределов необходимой обороны тяжкого телесного повреждения, по­влекшего смерть посягателя. Суды, поскольку иное не было предусмотрено законом, квалифицировали подобные действия по ст. 105 или ст. 111 УК РСФСР. И причём, как указывает В. Козак, при аналогичных обстоятельствах совершения преступлений, действия, причинившие при защите от напа­дения, тяжкие телесные повреждения, от которых нападавшие скончались в больнице, разными судами квалифицировались по разному².

Нам представляется, что такие решения судов не соответствовали диспозициям ст. ст. 105 и 111 УК РСФСР. Бесспорно, причинение тяжкого телесного повреждения, повлекшего смерть посягавшего, при превышении пределов необходимой обороны весьма схоже с действиями, подпада­ющими под признаки ст. ст. 105 и 111 УК. Однако оно не может квалифицироваться по этим статьям, так как по своим объективным (наличие причинной связи между нанесе­нием тяжкого телесного повреждения и наступившей смертью) и субъективными признакам ими не охватывается. Кроме того, указанные действия по степени обществен­ной опасности менее тяжкие по сравнению с убийством при превышении пределов необходимой обороны и более тяжкие, чем причинение тяжкого телесного повреждения с превышением пределов необходимом обороны.

Рассматриваемый вопрос не был урегулирован также при принятии Уголовного кодекса РФ 24 мая 1996 года, где в ст. 108 ч. 1 предусматривает уголовную ответственность за убийство, совершённое при превышении пределов необходимой обороны, а ст. 114 ч. 1 за причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при умышленных действиях, явно не соответствующих характеру и степени общественной опасности посягательства.

В судебной практике и литературе высказаны разные суждения о возможности признания преступлением причинения посягающему легкого телесного повреждения и имущественного вреда, если они явно не соответствовали характеру и опас­ности посягательства. Авторы учебника «Советское уголовное право» (Общая часть. Изд. МГУ, 1969) считают, что пре­вышение пределов необходимой обороны может выразиться и в причинении лёгких телесных повреждений и в уничтожении имущества. Такие действия, по их мнению, следует квалифи­цировать как преступления против личности либо против собственности ( ст. ст. 112, 126, 149 УК¹ ).

Другие авторы придерживаются иной точки зрения, считая, что поскольку в Особенной части УК союзных республик был дан исчерпывающий перечень преступлений, нака­зуемым может быть лишь то превышение пределов необходимой обороны, которое указано в законе. Нам думается, что последняя точка зрения наиболее правильна. Что же каса­ется возможности покушения в этих преступлениях, то здесь нет единодушия. Одни учёные считают, что покушение на преступления, предусмотренные при превышении пределов необходимой обороны невозможно из-за особенности необходимой обороны или субъективной стороны преступлений².

Другие занимают противоположную позицию, признавая допустимым покушение на убийство при превышении пределов необходимой обороны, исходя из общего правила о возможности покушения на преступление при прямом умысле. А пре­ступление, предусмотренное ст. 105 УК РСФСР, по их мнению может быть совершено и с прямым умыслом¹. Такого же мнения и А.А. Пионтковский². Указанная позиция представляется правильной.

Немаловажным является также вопрос о форме вины при превышении пределов необходимой обороны. «Умолчание закона о форме вины, - как правильно отмечал А.Н. Трайнин, - не снимает вопроса о вине, а лишь требует тщательного выяснения мысли законодателя, для установления необхо­димой для данного состава формы вины³ ».

Н.Н. Паше-Озерский считает, что «преступление, явив­шееся результатом превышения пределов необходимой обо­роны ... может быть совершено не только умышленно, но и по неосторожности⁴ ».

Профессор А.А. Пионтковский считает, что убийство в результате превышения пределов необходимой обороны совершается всегда умышленно⁵. В литературе было высказано мнение и о том, что «с субъективной стороны преступления, совершаемые в результате превышения пре­делов необходимой обороны, могут быть только по неосторожности⁶ ».

Авторы комментария к уголовному кодексу Российской Федерации под редакцией Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева полагают, что субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 108 ч. 1, ст. 114 ч. 1, характеризуется виной в виде прямого или косвенного умысла. Виновный осознает, что обороняясь от общественно опасного посягательства, сам совершает противоправные деяния, предвидит возможность или неизбежность причинения смерти посягающему и желает либо сознательно допускает её наступление или относится к этому факту безразлично. Умысел здесь всегда внезапно возникший.

Причинение посягающему при отражении общественно опасного посягательства смерти, тяжкого или средней тяжести вреда по неосторожности не может влечь за собой уголовной ответственности. Состав преступления в таких случаях отсутствует⁷.

Как нам кажется прав И.С. Тишкевич, который считает, «что при решении вопроса о том, какая форма вины требуется для привлечения к ответственности за деяния, совершённые при превышении пределов необходимой обороны, нужно исходить не из формально-логического толкования закона, а из общих принципов уго­ловного права и служебной роли института необходимой обороны.

Если в случаях причинения другому лицу вреда, не связанного с защитой от общественно опасного нападения, мы вправе требовать от виновного должной осмотрительно­сти и её отсутствие рассматривается как основание для вменения в вину причинения потерпевшему смерти, телесных повреждений по неосторожности, то в отношении оборони­тельных действий такой подход был бы неправильным¹ ».

Согласно ст. 20 ч. 1 УК, уголовная ответственность за причинение смерти, тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны наступает с 16 лет (по УК РСФСР наступала с 14 лет), как и за другие убийства и умышленные телесные повреждения. Думается, что в уголовное законо­дательство изменения внесены обоснованно, т.к. практически случаи возбуждения по ст. ст. 105 и 111 УК РСФСР, лиц в возрасте 14 -15 лет почти не встречались. И это понятно, подростки в возрасте 14 -15 лет ввиду отсутствия у них жизненного опыта, умения быстро ориентироваться в сложной неожиданно возникшей обстановке, не в состоянии разобраться в характере и степени опасности посягательства и правильно решить вопрос о том, когда и в каких пределах можно защищаться. Сложившаяся практика привле­чения к уголовной ответственности за рассматриваемые преступления с 16 лет была закреплена в законе.

§2. Отграничение преступлений, совершаемых в состоянии сильного душевного волнения от преступлений, со­вершенных при превышении пределов необходимой обороны, либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление.

В судебной и следственной практике часто возникают значительные трудности в отграничении убийства либо тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, причинённого при превышении пределов необходимой обороны от причинения тех же последствий в состоянии внезапно возник­шего сильного душевного волнения, вызванного противозакон­ными действиями потерпевшего, так как между этими преступ­лениями имеется много общего.

Во-первых: и при превышении пределов необходимой обо­роны, и в состоянии физиологического аффекта причинение вреда вызвано противоправными действиями потерпевшего.

Во-вторых: закон предусматривает, что оба преступле­ния могут быть совершены другими лицами, а не только ли­цом, подвергшимся насилию.

В-третьих: вред может быть причинен как во время со­вершения противоправных действий потерпевшим, так и после окончания их.

В-четвертых: конечная цель обоих преступлений одна - причинение смерти, тяжкого или средней тяжести вреда здоровью.

Характеристики

Список файлов реферата