137961 (724197), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Мифологический орёл - представитель верхней зоны космоса - имеет солярное значение и ассоциируется с самим солнцем и даже считается его повелителем. Глава богов Юрюнг Айыы Тойон часто выступает в образе орла. Пернатый хищник связан с верхней частью, с вершиной мирового дерева. По своей архаичности мифологический орёл может потягаться с аллегорическим образом оленя. Культ орла в традиционной культуре якутов чрезвычайно развит и уступает разве что культу коня, который появился позже.

I.4. БЕЛЫЙ КОНЬ

Среди якутских племён и родов до XVII в. наиболее многочисленными были кангаласцы. По численности они превосходили все остальные племена и роды, проживавшие в бассейне Средней Лены (Долины Туймаады). По своему хозяйственному укладу помимо разведения крупного рогатого скота, охоты, рыболовства и собирательства они занимались коневодством. Оно стояло у них на первом месте. Их предки - кочевники разводили лошадей. Это во многом определило мировоззрение этого этноса. Культ коня являлся, пожалуй, чуть ли не самым значимым в культуре якутов. Главнейший бог, демиург - создатель Вселенной часто видится в облике белого жеребца.

Вплоть до XX в. лошадь в жизни якута имела большое значение: табуны лошадей были мерилом богатства; лошадь как транспортное средство использовалась даже далеко за полярным кругом; жеребячье мясо и внутренности употреблялись в пищу; из кобыльего молока приготовлялся кумыс, а шкура, грива и хвост использовались как материал для изготовления одежды, различные вещей и предметов быта; из копыт в древности нарезали пластины для доспехов и т.д.

Множество ритуальных предметов украшено элементами коня (голова, копыта и т.д.). Во время весенне-летнего торжества природы якуты приносят свой самый драгоценный дар - коня белой масти - величайшему Юрюнг Айыы Тойону. Жеребца выпускали на свободу: кровью нельзя было осквернить Творца, устраивать в его честь кровавые жертвоприношения. С этого дня этот жеребец становился священным. Никто не мог причинить ему вред. В случае, если он попадал в беду, ему необходимо было оказывать помощь.

В духовной культуре, в олонхо, из всех животных лошадь занимает одно из главных мест. Богатырский конь является обязательным спутником героя, помогает своему хозяину советами, спасает в случае опасности, он умеет летать и говорить на человеческом языке.⁹⁸ В олонхо богатырский конь рождается для подвигов и заранее определен богами тому или иному герою: “В те незапамятные времена // Повелел Дьесегей - создатель коней, // Чтобы близ человека конь вырастал, // Чтобы другом он человеку стал.”.⁹⁹ Богатырский конь наделён силами волшебства: “Эй назначенный мне судьбой, // Хозяин мой удалой, // Чего испугался ты? // // В огнях, в громовых, // В облаках Дьесегей // Пролетающий над землей, // С небесных пастбищ меня пригнав, // Такой мне давал наказ: // Если твой // Наездник-тойон // В чужих краях в беду попадет // И страх на него нападет, // Ты ему тогда послужи, // Сокровенное слово скажи...”.¹⁰⁰

Конь в олонхо является полноправным героем со своей собственной историей. Например, конь Суордаайы Скакун, проигравший скачки, с обидой говорит победителю Вороному, который, чтобы его не узнали во время состязаний, принял другое обличие: “А ты, на грани блестящих небес // Стоя рожденный конь, // Летающий громовой стрелой // Скакун Вороной! // Хоть в чужом обличье // Явился ты, // Хоть в обманном образе ты неказист, // Но я тебя сразу узнал! // Ведь мы когда-то // Вместе с тобой // Паслись, росли // На привольных лугах // Солнечных пределов айыы... // // В табунах Дьесегей, // Бога коней, // В косяке Кюре Дьесегей Хотун - // От Большого Небесного Жеребца, // Мы близнецы родились! // Мы выношены утробой одной, // Мы выкормлены одним молоком... // Так неужто // Ты не узнал меня? // // Ты зачем огненным // Дыханием своим // Спину мою // Спалил до костей, // На крестце могучем моем // Толстые мышцы прожег // До округлых // Почек моих? // Ты зачем // ...Пустил меня скакать впереди // И, напирая грудью потом, // Гнал меня, // Передышки мне не давал, // ...Перегон для меня // Непосилен был, // Пересохла жидкость // В суставах моих! // Обижен я на тебя! // Не увижусь больше с тобой! // Не прибегу // Скакать и играть // Рядом с тобой // На небесный луг, // ...Так, негодуя, Жалобно ржа, Все дальше небесный конь улетал.”.¹⁰¹

Конь, символизирующий небесного бога. В преданиях кангаласских якутов на первом Ысыахе Эллэй произносил благословение алгыс, посвящённое Юрюнг Айыы Тойону. Во время проведения обряда выпал крупный дождь.¹⁰² С подобным эпизодом перекликается якутская легенда «Шаман Эргис», в которой говорится, что, когда служитель культа айыы по имени Эргис проводил Ысыах, то на середине неба появилось белое облако, из которого показывался бог лошадей Дьёсёгёй (у некоторых кангаласских племён Дьёсёгёй приравнивался Юрюнг Айыы Тойону) в образе белого жеребца и громко ржал. После этого выпадал снег и тогда год был урожайным.¹⁰³ На Ысыахе сразу после благословения Юрюнг Айыы Тойону главный исполнитель обрядов посвящал благословение алгыс Дьёсёгёю.¹⁰⁴

Как видим, жеребец наделён оплодотворяющими функциями. В легенде, записанной в 1886 г. в Баягантайском улусе В.Л. Серошевским, сообщается о том, что бог сначала сотворил коня, от него произошёл полуконь-получеловек, от него родился человек.¹⁰⁵ В олонхо «Сын лошади Аталами Богатырь» расказывается об одинокой лошади, которая родила человека.¹⁰⁶ Таким образом, в сотворении человека принимает участие конь.

В олонхо дерево-космос Аар Кудук Мас - это коновязь демиурга. Коновязь в архетипе помимо того, что это космос или мировое дерево, одновременно ещё и фаллос божественного жеребца, как элемент отцовского начала. Схожее представление существовало в Элладе, где космос представлялся в виде гигантского фаллоса.

В ритуальной символике якутов вторым по значению после коновязного столба Тойон сэргэтэ (с навершием из трёхглавого орла) является сэргэ с навершием их четырёх голов лошадей, смотрящих на четыре стороны света. Подобная комзжзиция из четырёх голов лошадей перекликается с центрально-азиатским “сенегровым колесом” на оленьем камне из аймака Дзавшан (берег оз. Айринг-нур), также состоящим из четырёх голов коней, только расположенных в вихревом движении и считается символом солнца, а кони - его инкорнациями. Следует упомянуть, что у индоиранских племён колесо - это тоже символ солнца.¹⁰⁷

Навершия коновязных столбов у якутов могут иметь разные количества лошадиных голов. То же самое можно сказать и о “сенегровом колесе” ранних кочевников степей Евразии. Так, например, на оленном камне из с.Константиновка Николаевской области имеется крупное изображение свастики из шести голов коня.¹⁰⁸ Четыре головы лошади, смотрящие по четырём сторонам света, могут означать четыре положения небесного светила: первая - восход, вторая - зенит, третья - закат, а четвёртая - надир, ночное солнце, невидимое за горизонтом. Если смотреть на эту композицию сверху, то получается крест в круге. Простейшая форма колеса имеет четыре линии под прямым углом. Отсюда символика креста, первоначально связанная с культом солнца. Например, слово ragio одновременно означает спицы колеса и лучи солнца. Производные от этого слова: радиус - круг и радиация - излучение. Колесо очень рано начало отождествляться с солнечным диском.¹⁰⁹

Погребение с конём. Как постоянный спутник человека конь сопровождал умершего в потусторонний мир. У якутов конь стал обязательным элементом погребального обряда. В традиционной культуре погребальный обряд, как часть представлений о загробной жизни, является наиболее консервативным и менее подвержен изменению. Именно поэтому данный обряд представляет особый интерес, он помогает реконструировать прошлые религиозные представления.

У якутов до XVIII в. сохранился погребальный обряд для представителей своей аристократии. Четырёхугольная яма с внутренней, одностенной или двустенной бревенчатой камерой, внутри которой помещалась колода с покойником, сверху устанавливалось внутреннее перекрытие - навес, покрывавшееся берестяными полотнищами. Сопроводительный инвентарь состоял из личных вещей, оружия и чаши. Вместе с хозяином на тот свет его сопровождал раб, а также лошади в отдельной камере или поблизости от могилы хозяина. Сверху над могилой вместо насыпи устанавливался чардаат - надземный деревянный низкий двускатный сруб. Вокруг могилы сооружали деревянные коновязные столбы сэргэ, увенчанные макетами белых коней или их шкурами. А начиная с XIX в. - просто коновязные столбы без лошадиных шкур или иной их имитации.¹¹⁰

Данная конструкция погребения восходит к раннему средневековью. В 921- 922 гг. на р.Волге побывал арабский путешественник Ахмед ибн Фадлан. Он описал похороны тюркского (гузского) кагана. По его сведениям, умершего погребали в грунтовой могиле, которая напоминала дом, туда же складывали различный инвентарь, а в руку усопшего давали деревяннуо чашу с набидом. Затем там его сжигали и сооружали над ним навес. Сверху всё засыпалось землёй. Возле могилы на деревянных стойках водружали шкуры лошадей. В их представлениях, лошади должны были переправить кагана в мир богов.¹¹¹

В свою очередь, погребение с конём и детали конструкций древнетюркских курганов обнаруживают параллели с более ранними эпохами. Характеристику наиболее раннего погребения кочевников оставил античный историк Геродот, описавший похороны скифского царя. Тело умершего было захоронено в большой четырёхугольной грунтовой яме. Внутри ямы помещалась камера, внутри камеры - перекрытие, которое сверху засыпалось землёй. Вместе с мёртвым царём погребали вестника, конюха, повара, виночерпия, наложницу, а также коней и первенцев от других домашних животных и т.д., в том числе золотые чаши. Сверху над могилой делали большую насыпь. Спустя год после похорон убивали 50 самых красивых коней и 50 человек. Вокруг надмогильной насыпи ставили деревянные стойки и ободья, поднимали удавленных всадников и лошадей.¹¹²

Помимо описания похорон скифского царя Геродотом, имеются археологические материалы погребений скифо-сакских курганов от Сибири до Причерноморья. Особенно знамениты пазырыкские курганы в Горном Алтае. Возможно, что появление скифо-сакской культуры в Южной Сибири (Горном Алтае) относится ко второй половине VIII - VII вв. до н.э.¹¹³

Пазырыкские курганы скифов - это поистине грандиозные сооружения. Глубина могильной ямы, ориентированная по сторонам света, достигала более 6 м, площадь - в среднем около 40 м². Внутри ямы делался сруб из толстых брёвен с одинарными или двойными стенами. Сруб ставился на пол из толстых плах. Бревенчатый потолок при двустенной камере делался двойным. Он покрывался берестяными полотнищами и сверху засыпался грунтом. Берестой, в некоторых случаях полосками оклеивали колоды-саркофаги. Над могилой делали насыпь высотой от 1,75 до 3,75 м, площадью от 24 до 58 м.¹¹⁴

В ходе работ археологических экспедиций 1980-1990-х годов на территории Горного Алтая были исследованы памятники позднескифского (Шибинского) этапа пазырыкской культуры (могильники: Бике I, Айрыдаш III, Ороктой, Ороктой-Экэ, Усть-Эдиган и др.). На основе данных планиграфического и сравнительного анализа наблюдения над погребальной обрядностью был систематизирован археологический комплекс позднескифского времени Горного Алтая и были представлены решения вопроса о возможности генетической преемственности пазырыкской и булан-кобинской культур.

В результате сравнительного анализа обеих культур, ещё раз подтверждён вывод Д.Г. Савинова, Ю.Т. Мамадаева и других исследователей, что булан-кобинская культура сформировалась на местной, т.е. пазырыкской основе. Пазырыкское население продолжало жить на территории Горного Алтая вплоть до рубежа эр. В эволюции погребального комплекса пазырыкской культуры на Шибинском этапе (III-I вв. до н.э.) присутствуют элементы старой скифской и новой хунно-сарматской культур.

Изменения в погребальной обрядности ранних кочевников в сторону упрощения надмогильных и внутренних сооружений, а также расположения умерших и сопроводительных захоронений коня и инвентаря, начавшееся ещё в раннескифское время было результатом как внутренней эволюции так и внешних импульсов. Предположительная датировка позднего этапа таштыкской археологической культуры VI в.¹¹⁵ Политические события в Центральной Азии на рубеже II-I вв. до н.э. не привели её культуру к полному исчезновению. Она вступила на качественно новую ступень и продолжила своё дальнейшее развитие в булан-кобинской культуре гунно-сарматского облика.¹¹⁶

Многие исследователи кочевнических культур евразийских степей обратили внимание на сходство и даже идентичность многих элементов таштыкской (I в. до н.э. - V в. н.э.) и забайкальской (хуннской) культур, особенно в обряде захоронения. Это - наличие в могильных ямах срубов, в которых помещались колоды. На поверхности - невысокие надмогильные сооружения.¹¹⁷ Более того, анализ всего комплекса этнокультур кочевников (от хуннского времени до эпохи средневековья), показывает, что их генезис восходит к культуре ранних кочевников. Когда же после скифо-сакских и хунно-сарматских племён в степях появились тюрки, консервативный погребальный обряд во многом не изменился. Аналогичное внутреннее устройство могил - внутреннее перекрытие (навес над покойником) прослеживается в погребениях алтайских тюрков VI-VIII вв.¹¹⁸

Конечно, конструктивные детали надмогильных сооружений у самих саков и у древних тюрков были различны. Так например, погребения среднего пазырыкского этапа на Алтае (VI- начало II в. до н.э.) различаются деталями погребального обряда и инвентаря.¹¹⁹ Тем более это касается скифо-сакских курганов на всём протяжении степей от Центральной Азии до Причерноморья. Внешний вид курганных насыпей ранних кочевников на грунтовой поверхности в зависимости от ландшафта сооружался из разного материала: в Причерноморье - из земли, в Горном Алтае - из камня. Данные различия в надмогильном сооружении произошли без видимых изменений в идеологии. Это как раз тот случай, когда различия в приёмах захоронения не означала изменения в идеологии. Погребальный обряд в Степи во многом сохранялся и в последующие периоды. В эпоху средневековья погребальный обряд кочевников, обитавших на всей территории от предгорий Алтая до Дуная, в определённом смысле даже поражает необычайным единообразием.¹²⁰

Характеристики

Список файлов реферата