5478-1 (723405), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Итак, мы перешли к картинам Ирины Слеповой. В отличие от своей коллеги, она – мастер профессиональный, одна из немногих современных живописцев, кто владеет такой сложной техникой, как пастель. Молодая художница воплощает незримый мир видений, снов, символов. Ее излюбленные цвета – розовый, голубой, золотистый; на многих картинах присутствует образ светоносных белых лучей, льющихся то из лотоса, то из третьего глаза призрачной женской фигуры. Жемчужные нити соединяют реалистично прописанное лицо с загадочными видениями. И почти везде мы видим россыпь мелких звездочек, мерцающих огоньков, разбегающихся в пространстве. Именно так в западноевропейской мифологии выдают свое присутствие dei minores – эльфы, сильфы, гномы. В основе этого представления лежит уподобление души (как человеческой, так и нечеловеческой) огню, так что мерцание искорок символизирует близость незримых духов. Художники-космисты регулярно пользуются этим образом как символом духа, пронизывающего материю, разумеется, интуитивно, независимо и друг от друга, и от содержания мифов.
Композиция многих картин И. Слеповой строится весьма примечательно: главный образ как бы парит в центре, а по бокам от него изображены горные хребты, задающие пространственное членение даже самого условного пейзажа. В центре нижней части картины нередко встречается изображение вод – озера, океана и т.п. Такая композиция чрезвычайно архаична, она известна исследователям шаманских бубнов, она лежит в основе построения буддийской иконы – тханки. Устойчивость изобразительной схемы объясняется тем, что здесь воспроизводится мифологема мировой оси, которая предстает воплощением сил блага, миропорядка в противовес хаосу. Мировая ось задает трехчастное вертикальное членение мира, что иконографически передается как разделение неба и земли горным хребтом, а нижний мир символизируют воды. Присутствие воды на мистических изображениях, будь то ритуальный объект или современная картина, объясняется еще и тем, что вода – стихия, повсеместно отождествляемая с женским началом, а также с мудростью.
Большинство героинь картин на нашей выставке – белого цвета. В мировой мифологии белый цвет является синонимом света, сияния, женской красоты, но также и смерти; он символизирует Богиню-Мать. В буддийской иконографии он устойчиво связан с милостивыми богами и богинями (гневные божества белого цвета единичны), применительно к богиням он обозначает абсолютную мудрость. С другой стороны, белый цвет является также синонимом невидимости, и в этом случае устойчиво связан с иконографической передачей всех незримых существ. Великолепной иллюстрацией всех этих представлений может служить картина И. Слеповой “Хранительница”.
На одной из картин мы видим женский лик под белым покрывалом. Покрывало – также атрибут Богини-Матери, которая представлялась обладательницей губительного для человека взгляда; не столько потому, что воплощала смерть (не эта черта доминирует в ее образе), сколько из-за опасности для человека слишком близко подходить к священному. На архаических изображениях Богиня-Мать предстает безликой или закрытой покрывалом; Н. Рерих именно так и воплотил ее образ как Матери Мира. И хотя И. Слепова не страшится взглянуть в глаза Великой Матери и не закрывает ее лицо, всё же покрывало остается.
Весьма примечательна картина “Дарите любовь”. Этическая идея воплощена абстрактно – и предельно мифологично: перед нами две женские руки, держащие сияющий цветок. Почему любовь передается через образ женских рук? Во-первых, в мифологическом мышлении мужское начало противопоставляется женскому как нечет и чет. Двоичность – универсальный способ передачи женского начала на знаковом уровне. В тибетской иконографии это видно на примере двойного изображения Тары – на большинстве картин богиня одновременно предстает в Белой и Зеленой ипостасях (заметим, что для всех других божеств появление нескольких их ипостасей на одной картине – явление несопоставимо более редкое). О том, что богиня Тара как таковая имеет черты Богини-Матери, писал еще Ю.Н. Рерих. Во-вторых, рука является одним из важнейших символов Богини-Матери, могущим заменять изображение целой фигуры. Итак, две женские руки – это субститут Богини-Матери, которая, как известно, является и богиней любви.
На многих картинах мы видим радугу. Этот образ очень популярен в живописи космистов; его мифологическое значение – мост между земным и надмирным. Самые яркие примеры радужных мостов – скандинавский Биврёст, ведущий в Асгард, царство небесных богов, и радуга как атрибут Грядущего Будды Майтрейи, который принесет людям новое Учение. Так же воспринимается радуга и за океаном – в культуре индейцев сиу. И в архаическом, и в религиозном, и в мистическом искусстве символ радуги остается неизменным – вход в мир высшего Духа открыт.
И самое последнее. Кроме всех прочих достоинств, картины этих художниц просто очень красивы.
Встает в памяти Блок. Дотошный исследователь может рассмотреть и это стихотворение с точки зрения универсалий, о которых шла речь (они там воплощены очень ярко); но мне хочется оставить рассуждения и просто отдохнуть душой, глядя на картины и вспоминя стихи:
Шлейф, забрызганный звездами,
Синий, синий, синий взор.
Меж землей и небесами
Вихрем поднятый костер.
Жизнь и смерть в круженье вечном,
Вся – в шелках тугих –
Ты – путям открыта млечным,
Скрыта в тучах грозовых.
Пали душные туманы.
Гасни, гасни свет, пролейся мгла...
Ты – рукою узкой, белой, странной
Факел-кубок в руки мне дала.
Кубок-факел брошу в купол синий –
Расплеснется млечный путь.
Ты одна взойдешь над всей пустыней
Шлейф кометы развернуть.
Дай серебряных коснуться складок...
Список литературы
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://venec.com/
















