Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

(Оно) импульсов. Нарастание этих импульсов сопровождается напряжением, чувством «неудовольствия», уменьшение — ре­лаксацией, чувством «удовольствия.» «Я,— считает Фрейд,— Стремится к удовольствию в старается избежать неудовольствия!.

Супер-Я развивается из Я и является судьей и цензором его деятельности и мыслей. Это хранилище выработанных общест­вом моральных установок и норм поведения. Фрейд указывает на три функция супер-Я: совесть, самонаблюдение, формироване идеалов.

В качестве совести супер-Я судит, ограничивает, запрещает вли разрешает сознательную деятельность. Самонаблюдение воз­никает из способности супер-Я (независимо от Оно и Я) оцени­вать деятельность. направленную на удовлетворение потребности, Формирование идеалов связано с развитием самого супер-Я, Иногда неправильно отождествляют супер-Я с поведением одного из родителей. «Супер-Я ребенка,— подчеркивает Фрейд,— в действительности конструируется не по модели его родителей, а по модели супер-Я его родителей».

Основная цель взаимодействия всех трех систем; Оно, И и супер-Я — поддерживать или (при нарушении) восстанавливать оптимальный уровень динамического развития душевной жиз­ни, увеличивая удовольствие и сводя до минимума неудоволь­ствие.

От напряжения, испытываемого под воздействием различных сил (внутренних, внешних), Я оберегает себя с помощью таких защитных механизмов, как вытеснение, отрицание, рационали­зация, реактивные образования, изоляция, проекция и регрессия.

Фрейд обобщил эти идеи, изложив их вместе со своей теорией психоаналитического лечения в первой серии лек­ций по «Введению в психоанализ» (1916 — 1917). Очень важным моментом в психоаналитическом лече­нии является то, что Фрейд назвал «перенесением». Пере­несение основано на том, что во время лечения пациент не только вспоминает события своего прошлого, но, что более важно, переносит на врача те чувства, которые он испыты­вал к людям из своего прошлого, много значившим для не­го, — чаще всего к родителям. Он ведет себя с врачом так, как он вел себя с родителями. Переживание и воспроизве­дение первоначальных невротических реакций дают паци­енту возможность коррегировать их. Вновь проживая про­шлые события, взрослый пациент имеет возможность пре­одолеть какие-то травмирующие события или эмоции детства; его взрослый опыт помогает ему разрешить те эмо­циональные трудности, которые в детстве оказались для него непреодолимыми.

Тем не менее главный тезис Фрейда был в том, что для того, чтобы излечить, необходимо, чтобы состоялось воспоминание о прошлых событиях и проникновение в смысл этих событий. Принципиальная цель психоанализа состоит в том. утвер­ждает Фрейд, «чтобы усилить Я, сделать его более независимым от супер-Я. расширить поле его восприятия и усовершенство­вать его организацию, чтобы оно могло освоить новую порцию Оно».

Пионеры психоанализа

Последователи

Карл Абрахам (1877-1925)

Абрахам родился в Бремене. Учился психиатрии в Германии и был принят затем на ра­боту в госпиталь в Бургельпли.

До занятий медициной Абрахам увлекался философией и лингвистикой, что ему весьма пригодилось позднее в работе с психоанализом. Его интересы в этой области отлича­лись большой широтой: деменция прэкокс, раннее младен­ческое сексуальное развитие, маниакально-депрессивные состояния, кастрационный комплекс женщины, антропо­логические исследования, взаимоотношения психологии сновидений и мифологии.

Наиболее значительный вклад Абрахама в эту область относится к проблеме формирования характера. Он сопо­ставил оптимистический, легкий, так называемый ораль­ный характер со все контролирующим, властным, «аналь­ным» характером, дав классическое описание их, извест­ное нынче любому образованному человеку. Его основопо­лагающая работа о влиянии ранних прегенитальных за­креплений на формирование характера настолько вошла в плоть и кровь современной психиатрии. Наиболее существенный его вклад в теорию касается ранних фаз психосексуального развития, в особенности детских оральных и анально-эротических проявлений, что помогло Фрейду оформить свою теорию либидо. Его глубокие замечания по поводу мифоло­гических сюжетов, использование символов сновидений как ключа к пониманию этих сюжетов оказали влияние как на других психоаналитиков.

Абрахам написал один из первых психобиографиче­ских очерков, основанных на применении психоанализа. Это был очерк о художнике Сегантини, уроженце итальянской Швейцарии. Все его работы, включая и исследо­вание психологии траура и меланхолии, развили идеи, высказанные Фрейдом, и в этом смысле Абрахам был ис­тинным учеником-последователем; при этом он обнару­жил чрезвычайно тонкое интуитивное понимание бессоз­нательных процессов и очень высокие способности к на­блюдению и обоснованию.

Эрнст Джонс

Родившийся двумя годами поаже Абрахама — в 1879 г. — в маленькой деревушке в Уэльсе. Эрнст Джонс прошел со­всем другой путь к психоанализу, нежели его среднеевро­пейские коллеги. Получив медицинскую степень в 1900 г.. он посвятил себя неврологии. Джонс всегда интересовался общественными проблемами и. как он писал в автобиографии, «понял, что ни одну человеческую проблему, особенно социальную, нельзя решить успешно, не зная досконально биологической природы человека. Обладая исключи­тельными интеллектуальными способностями, удивитель­ной настойчивостью и уверенностью в своих силах.

Джонс уже занимался некоторое вре­мя психиатрией. За год до отъезда он прошел специальный аспирантский курс по психиатрии в Мюнхенской клинике Крэпелина, где он изучал невропатологию у Алоиза Альцхеймера (1864 — 1915) и диагностику у самого Крепелина. На обратном пути в Англию он остановился в Цюрихе, где и встретился с Юнгом, первым психоаналитиком на его пути. Приняв пост, предложенный ему в Торонто, он вновь поехал на континент для полугодовой стажировки. Посетив Юнга в Цюрихе, он принял затем участие в пер­вом психоаналитическом конгрессе в Зальцбурге, где и по­знакомился с Фрейдом. Фрейд произвел на него огромное впечатление своим интеллектом. На этом же конгрессе он вошел в круг психоаналитиков и понял, что свое будущее он свяжет с психоанализом.

За эти годы Джонс познакомился со многими ведущи­ми американскими психиатрами и нашел, что они гораздо восприимчивее к идеям психоанализа, чем его английские коллеги. В Англии в то время на высоте была неврология. а психиатрия почти не развивалась, считаясь каким-то не­существенным придатком неврологии. В Америке все было наоборот: неврология не вызывала особого интереса. Помимо биографии Фрейда лучшими работами Джонса считаются его очерки, касающиеся по большей части прак­тического применения психоаналитических идей в области литературы, искусства, антропологии и фольклора. Джонс был высоко эрудированным человеком, и эти очерки, на­писанные великолепной прозой, проникновенные и тон­кие, доказывают, что психоаналитический подход углубля­ет наше понимание не только исходных, примитивных, но и самых утонченных и сложных результатов деятельности человеческого мозга. Более узкие, специальные работы Джонса были посвя­щены в основном прегениталъной фазе развития личности; в этой области он уступал по уровню лишь Абрахаму.

Джонс умер от сердечного заболевания в 1958 г., вско­ре после завершения монументальной трехтомной биогра­фии Фрейда.

Шандор Ференци

Ференци (1873 — 1933) — самый близкий из друзей Фрейда ив протяжении двадцати пяти лет — был. пожа­луй, наиболее оригинально мыслящим среди первых пси­хоаналитиков. Это была теплая и яркая личность, обладавшая неотразимым обаянием и непосредственностью, чего так часто лишены психиатры, сохраняющие отстраненное отношение к своим пациентам и постепенно делающие это свойство своей второй натурой.

Все эксперименты Ференци основывались на интуитив­ной убежденности, что изменений в личности пациента не­возможно добиться одним лишь истолкованием, то есть по­ниманием истории возникновения симптомов; Ференци. напротив, пытался в процессе лечения усилить эмоцио­нальную вовлеченность пациента в собственные пережива­ния.

Пожалуй, наиболее серьезным его вкладом в теорию психоанализа было предположение, что совершенно необя­зательно воскрешать забытые воспоминания для измене­ния невротического образа мыслей и чувств.

Отступники

Заметным событием в жизни Фрейда был отход от него его ближайших учеников и соратников Адлера и Юнга, не принявших его концепцию пансексуалиама.

Алфред Адлер

Адлеровская психология, признавая бессознательное, не придает ему столь большого значения, допуская его в той мере, в какой фактор, лежащий вне пределов сознания пациента, предопределяет его чувство неполноценности.

Адлер заслуживает весьма почетного места в истории психоанализа и психоло­гии, ибо он возвестил появление важных тенденций в этой области. Он одним из первых утвердил два главных принци­па психосоматической медицины: изначально присущую ор­ганизму уязвимость жизненно важных органов и важность внутреннего взгляда индивида на неисправность своих фун­кций. В 1908 г. Адлер подчеркнул значение агрессии, счита­ющейся сегодня одним из основных человеческих свойств, с которыми приходится иметь дело клиницистам. Эти идеи определили систематиче­ские исследования по психологии «Я» 30 — 40-х годов. Адлер одним из первых стал рассматривать взаимоотношения врача и па­циента как важный фактор, помогающий индивиду пре­одолеть многие из своих проблем. К тому же нынче многие психоаналитики признают, что наблюдается немало случа­ев, когда пациент более озабочен символическим обозначе­нием его сексуальной несостоятельности, нежели букваль­ной угрозой в отношении половых органов. Наконец, нужно отдать должное Адлеру за то всесто­роннее влияние, которое он оказал на педагогов, адвока­тов, воспитателей. Комплекс неполноценности, мужской протест, значимость социального вклада — все это практи­ческие идеи, оказавшие большую помощь профессиона­лам, имеющим дело с проблемами человека.

Карл Густав Юнг

Карл Густав Юнг родился в 1875 г. в Кессвиле, малень­кой швейцарской деревушке, в семье священника рефор­мистской церкви, увлеченного классическими науками и изучением Востока; дед и прадед Юнга по отцовской линии были врачами. До девяти лет Юнг был единственным ре­бенком, одиноким и нелюдимым. Впоследствии, уже буду­чи взрослым, он придавал большое значение сновидениям и событиям своего детства. Отец с шести лет стал обучать его латыни, и к моменту поступления в Базельскую гимна­зию он был намного впереди своих сверстников; в гимна­зии он проводил долгие часы в библиотеке, погруженный в старинные книги. В девятнадцать лет юный библиофил прочел у Эразма Роттердамского «Volatus atque non vokatus deus aderit» («Призываемый или нет, Бог присутствует всегда»), он включил эти слова в свой экслибрис, а позже велел высечь их на каменной арке над входной дверью сво­его дома.

В «Метаморфозах I» Юнг ссылался на множество источников с целью провести параллель между фантазиями древних, выраженными в мифах и легендах, и «схожим мышлением детей» . Юнг сделал неожиданный вывод, что мышление «имеет исторические пласты» , содержащие «архаический умственный продукт», который обнаруживается в психозе в случае «сильной» регрессии. Он доказал, что если символы, используемые веками, схожи между собой, то они «типичны» и не могут принадлежать одному индивиду. В этой цепи выводов лежит зерно центральной концепции Юнга а коллективном бессознательном.

Отто Ранк (1884-1939)

Труды Ранка стилистически трудны, кроме того, он да­ет очень мало историй болезни для подтверждения своих клинических наблюдений. Он, как и Адлер, свел всю пси­хологию к упрощенной монолитной системе; в то же время некоторые из его положений оказались чрезвычайно полез­ными для психиатрии, в особенности положение о том. что ребенок должен осознать свое собственное существование как нечто отдельное от матери.

Ученые, о которых шла речь в этой главе, — Адлер, Юнг и Ранк — чувствовали себя скованными тесными рамками теории Фрейда, поэтому они стремились реализо­вать свой собственный творческий потенциал. В процессе этой реализации они неизбежно избавлялись от направля­ющего влияния Фрейда. Каждый внес свою лепту в психо­анализ, и каждый нашел свою собственную нишу. Адлер открыл свой «жизненный стиль». Юнг — «душу», а Ранк — «творческое самовыражение»; но будет все-таки справедли­вым заметить, что их поздние философские размышления настолько далеко отошли от неукоснительного, скрупулез­ного соблюдения принципа систематических научных на­блюдений, что это до некоторой степени подпортило тот вклад, который они могли внести и внесли в психоанали­тическую мысль. По нашему мнению, Фрейд, напротив, даже и в поздних своих философских трудах редко отсло­нялся от научной ориентации.

ФИЛОСОФСКИЕ ГОРИЗОНТЫ

Экзистенциализм — сугубо европейское послевоенное явление — это выражение общей ориентации на проблемы собственного существования в мире. Это направление диа­метрально противоположно бихевиористскому. Экзистен­циализм возвеличивает самосознание — осознание собст­венного существования — как основной человеческий опыт. Почему же это философское направление, провоз­глашенное в прошлом веке Сереном Кьеркегором (1813 — 1855) и Фридрихом Ницше (1844 — 1900), вновь возро­дилось в последние несколько десятилетий? И какое отношение имеет все это к психиатрии? Похоже, что данная философская тенденция — одно из многих проявлений разочарования европейского человека в его направленном вовне интересе к физическому миру и в тех ценностях, которые вдохновляли его со времен Возрождения. Две миро­вые войны, неизбежно породив и социальный, и экономи­ческий. и духовный крах, вызвали не только оппозицию тем, кто был у власти, но и общий идеологический протест против ценностей и убеждений, которые, по мнению лю­дей, привели к катастрофе. Наука стала естественной ми­шенью этого протеста, поскольку человек интуитивно чув­ствовал. что мир. в котором он живет и который рушится, — это продукт развития науки и техники. Популярность эк­зистенциализма показывает, что человек повернулся спи­ной к миру, который он очень старательно изучал и которым столь успешно повелевал, призвав на помощь дости­жения науки последних трехсот лет. Психоанализ есть научное проявление интровертивного интереса к самому себе; экзистенциализм — это философская сторона того же явления. Вот почему за последние два десятилетия многие европейские психиатры приняли догмы экзистенциализма в качестве своей ориентации. Наиболее известным амери­канским представителем экзистенциальной школы являет­ся Ролло Мей. редактор издания, вышедшего под названи­ем «Экзистенциальность: новое измерение в психиатрии и психологии».

Трудно установить, что же отстаивает психиатр-экзи­стенциалист, кроме того, чтобы к каждому пациенту под­ходили с точки зрения его собственных проблем, или, по их терминологии, «его собственной вселенной». Такая по­зиция, разумеется, не отличается от принципов психоана­лиза. Экзистенциалисты, однако, считают, что, поскольку психоанализ делает упор на технические приемы и правила и строго придерживается теоретических формулировок, он неизбежно становится жертвой собственных догм, утрачи­вая интерес к отдельной личности. Экзистенциалисты на­зывают это «методолатрией», обожествлением технических приемов.

Характеристики

Список файлов реферата