Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

В отечественной психологии также разработан и принят этнический кодекс. Суть его состоит в том, что основополагающим принципом отечественной социальной психологии должен стать принцип гуманизма: обеспечение личностного роста, Самоактуализация «Я», приумножение общечеловеческих ценностей, то есть критерием оценки теории и социально-психологической практики обязан быть тезис: «Человек – мерило всех вещей». Однако при этом нельзя отрицать и сбрасывать со счетов роль политических, идеологических и экономических условий. Не стоит игнорировать и целый ряд положений, сформулированных К.Марксом и его последователями относительно детерминант, определяющих сущность социально-психологических явлений. Вместе с тем необходимо сказать о том, что в качестве методологии отечественной социально-психологической теорией более семидесяти лет выступала идеология, превратившаяся из когда-то живого учения в совокупность догм. Следствием псевдометодологии явилось искажение содержания и структуры социально-психологической теории. Так, вместо анализа реальной дифференциации общества изучалась только его классовая структура – рабочий класс, крестьянство и интеллигенция, а вместо исследования широчайшего спектра общностей – коллективы. В конечном счете, это привело к тому, что общество, в котором мы живем, оказалось неизученным.

Воинствующая и односторонне разрабатывающаяся методология привела к абсурдному разделению социальной психологии на буржуазную и марксистскую, в то время как следовало говорить о зарубежной и отечественной социальной психологии. Идеологическое разъединение социальной психологии повлекло за собой ограничения в области теории, создание деформированного и одновременно рафинированного, профильного психологического тезауруса, содержание которого свелось к формуле: «У них все плохо – у нас все хорошо».

В настоящее время набирает силу критическая социальная психология, пытающаяся подвергнуть коррекции идеологизированный понятийный аппарат, превратить описательную социальную психологию в обязательную, имеющую пусть развивающийся, но достаточно строгий понятийный аппарат, четко сформулированные задачи, которые она призвана решить, свою систему методов, продуманный порядок планирования и координации научных исследований.

Как ни парадоксально, но несмотря на обилие в недалеком прошлом публикаций по методологическим проблемам, отечественная социально-психологическая теория оказалась на своеобразном голодном пайке. Длительное соревнование за идеологическую чистоту в исследованиях породило в отечественной социальной психологии монополизм отдельных школ и направлений, выразившейся в однобоком взгляде на социально-психологические явления и факторы, определявшие их основные характеристики.

Подобные академические теории оказались мертворожденными. Ни одна из них так и не «заработала» на практике. Однако немало представителей этих псевдотеорий бросились в социальную практику и, забыв о принципах своих школ, занялись бизнесом. Понятно, что такая эклектика, основанная на механическом соединении различных теорий и практических приемов, дискредитирует социальную психологию как науку.

Таким образом, положение сейчас таково, что говорить об общей социально-психологической теории пока преждевременно. Она не имеет единой парадигмы. Ни одна из существующих социально-психологических теорий, если исходить из данного параметра, не может претендовать на этот статус.

Теории социальных институтов, организаций, групповой динамики, нейролингвистического программирования, психоаналитические, когнити­вистские, бихевиористские, психосинтетические, интеракционистские, теория гештальтпсихологии и другие не являются универсальной объяснительной моделью. Они носят частный характер и теоретически обслуживают только определенный круг социально-психологических явлений. Одни объясняют закономерности возникновения и протекания социально-психологических явлений, другие делают упор на раскрытие механизмов их взаимодействия, третьи обслуживают прикладные направления психологии: диагностику, консультирование и технику воздействия. Такое разделение сфер приложения этих теорий правомерно. Однако, к сожалению, факт специализации теории далеко не всегда учитывается, что приводит к курьезным последствиям.

Попытки придать какой-либо теории ранг общей, универсальной теории имели место, как в отечественной, так и в зарубежной социальной психологии. В данном случае имеются в виду деятельностный, стратометрический подходы, а также психоанализ и другие теории. Указанные теории имеют свой конкретный объект приложения. Вне этих границ они превращаются в квазитеории, надуманные, искусственные конструкции, которые их создатели пытаются наложить на все без исключения социально-психологические явления и объяснить их.

Перед социально-психологической теорией выдвигаются совершенно новые задачи, основные из которых следующие:

1. Теоретическое осмысление места и роли человека в изменяющемся мире; выявление социально-психологических характеристик личности, наиболее распространенных ее типов в современных условиях в целях разработки приемлемой ее модели.

2. Исследование всего многообразия отношений и общения, в том числе их деформации в связи с утверждением в нашем социуме новой системы ценностей и изменениями в формах собственности.

3. Выработка социально-психологического взгляда на природу государства, политики, экономики и общества на основе объективного анализа социальных институтов и общностей, их реального значения для личности.

4. Разработка теорий социальных конфликтов (политических, межгосударственных, этнических, криминальных и пр.).

5. Выработка теоретических основ социально-политических диагностики, консультирования и оказания помощи (психогигиена, социальная реабилитация, психопрофилактика, групповая психотерапия, тренинги, обучение и так далее). Наряду с необходимостью теоретического освещения названных проблем социально-психологическая наука не должна оставаться безучастной к решению проблем организованной преступности. Разработка признаков и организация борьбы с преступностью невозможны без обращения к социально-психологической теории. Последняя помогает разобраться в механизмах индивидуального, группового и массового преступного поведения, анализировать конфликты и забастовки, а также устанавливать психологические контакты, доверительные отношения с различными категориями населения, вести переговоры по освобождению заложников, оказывать воздействие в целях пресечения массовых эксцессов. Социально-психологическая теория позволяет также совершенно по-иному взглянуть на природу института наказания и выявить его потенциальные социореабилитационные возможности.

II. Социально-психологическая характеристика преступных общностей

1. Социально-психологическое понимание организованной преступности

С точки зрения социальной психологии преступность – это прежде всего социальное явление, возникающее в результате деформации социальных отношений, дисфункции социальных институтов и личности. Каждому типу политического режима соответствует определенный вид деформации социальных отношений институтов и общности.

Для тоталитарного режима, например, характерна изоляционная деформация, жестко-нормативная деформация социальных отношений («железный занавес», глобальный контроль). Дисфункция социальных институтов проявляется, в частности, в обязывании силовых структур вести политический сыск.

Переходному периоду соответствует хаос, который является максимально благоприятной средой для преступности.

Долгое время в отечественной литературе употреблялось просто понятие «преступность». При этом между понятиями преступности и общеуголовной преступности можно было смело ставить знак тождества.

С возникновением явлений, не укладывающихся в рамки представлений о преступности (общеуголовной) появилась необходимость в уточнении этого понятия, с тем, чтобы оно отражало признаки и классической, и современной преступности. Тогда в литературе появилось слово «мафия».

Первоначально российская организованная преступность получила освещение в США. У нас же проблема организованной преступности на практике была сведена к проблеме организованных преступных групп. Скорее всего, единой, централизованной в национальном масштабе преступной организации в России не существует, тем не менее, преступные группы, группировки – это не мафия.

По мнению ряда экспертов, мафия – это скорее обозначение метода определенной части преступных организаций, который включает в себя:

1. использование насилия или угрозы насилием;

2. структурированность, иерархическое построение группы, которой подчинены цели преступной организации: незаконному производству товаров и услуг;

3. обеспечение протекции со стороны властных структур, необходимой для непрерывного осуществления нелегальных операций.

В зависимости от функций выделяют следующие виды организованной преступности:

1. политико-социального характера. В данном случае основной целью преступного сообщества является не столько прямая материальная выгода, сколько поддержка или разрушение существующей социально-политической системы.

2. Группового характера. Основа существования этих организаций – специфический престиж, который дает сама принадлежность к организации.

3. Корыстного типа. Цель – извлечение материальной выгоды (грабеж, кражи, рэкет, мошенничество и другие).

4. Преступный синдикат, который с полным основание можно назвать мафиозным, так как используется метод мафии.

Основная цель организованной преступности – перманентное получение максимальной прибыли путем незаконного производства товаров и услуг с использованием насилия под прикрытием коррумпированных властных структур. Американские эксперты выделяют несколько этапов развития организованной преступности в России.

Первый этап связан с существованием «воров в законе» (20-50-е годы). Их деятельность можно охарактеризовать как корыстную преступность.

Второй этап охватывает 60-80-е годы. В это время появляются первые преступные синдикаты

Современный период характеризуется синдикализированной (мафиозной) преступностью.

В 80-е годы большая часть населения вступила в отношения патронажа и клиентетизма (от слова «клиент») для получения дефицитных товаров и услуг. Расхищение государственной собственности, подпольный бартер «черного рынка», удовлентворение потребностей за счет теневой экономики стали нормой.

В России сложились две принципиально различающиеся между собой точки зрения по отношению к борьбе с организованной преступностью.

Согласно одной точке зрения с ней можно бороться на основе уголовного и процессуального законодательства. Приверженцы другой считают, что этого делать нельзя, так как организаторы преступных деяний уходят от уголовной ответственности, поскольку сами не совершают конкретных преступлений. Поэтому нужен специальный закон об организованной преступности.

Более того, формируется мнение, что мафия максимально адаптирована к рынку и выполняет позитивную функцию в российском обществе, являясь механизмом регуляции взаимоотношений в преступном мире.

В настоящее время действующие на территории России преступные сообщества являются фактором социально-политической и экономической жизни страны.

Можно выделить следующие основные направления деятельности этих сообществ:

1. В сфере экономики – легализация незаконных капиталов, активизация преступной деятельности в кредитно-финансовой системе, нецелевое использование кредитов и бюджетных средств, рост числа преступлений, связанных с контрабандой материальных ценностей, продажа оружия, наркотиков, драгоценных металлов.

2. В сфере политики – политизация преступных сообществ (продвижение «своих» депутатов во властные структуры, формирование групп давление и лоббирования интересов).

2. В сфере международных отношений – интеграция российских преступных сообществ в мировую преступность

Преступность не может быть без преступлений. Однако преступление – явление относительное. Оно не всегда соотносится с опасными действиями. Все зависит от базы оценки, юридической нормы, которая может быть стандартизированной с точки зрения международного права, а может быть идеологизированной, деформированной, выражать интересы узкой социальной группы.

Преступление как юридический факт – это действия, которые содержат состав преступления и признаны таковыми в судебном порядке.

Однако с точки зрения философии, психологии, этики преступление – это факт не только юридического, но и психологического, нравственного порядка, который характеризуется чувством вины, позитивной ответственности независимо от того, дана ли этому событию юридическая оценка. Такой подход к оценке преступления для юристов неприемлем: они исходят из презумпции невиновности. Вина может быть установлена лишь в судебном порядке.

Преступление (за исключением отдельных случаев) – это исход внутреннего, межличностного, вплоть до социально-политического конфликта. Можно сказать, что преступление – это конфликтный способ удовлетворения потребностей, достижения целей.

Особенности конфликта с позиций права обобщает и изучает юридическая конфликтология. Наиболее полно правовой аспект выражен в тех конфликтах, которые возникают и развиваются в связи с объективно существующими противоречиями между двумя или несколькими правовыми нормами, относящимися к одному и тому же предмету. В строгом смысле под юридическим конфликтом следует признать любой конфликт, в котором спор так или иначе связан с правовыми отношениями сторон и, следовательно, субъект, либо мотивация его поведения, либо объект конфликта обладает правовыми признаками, а конфликт влечет за собой юридические последствия.

Помимо конфликтологии для объяснения преступного поведения используют и другие теории – социально дезорганизации, анатомии, субкультуры насилия и т.д.

С точки зрения социальной дезорганизации объяснение предрасположенности людей к преступлениям и правонарушениям надо искать в ослаблении общин, социального контроля, в упадке городских районов, а не в каком-то особом складе людей, которые там живут.

Преступность бывает незначительной в обществе, где развиты чувства человеческой солидарности и социальной сплоченности и социальной сплоченности. Когда единство социума разрушается, а изолированность его членов увеличивается, преступность возрастает. Общество оказывается в состоянии аномии, то есть беззакония, отсутствия правовых норм.

По мнению Мертона, аномия – это крушение системы регулирования индивидуальных желаний, в результате чего личность начинает хотеть больше, чем она может добиться в рамках данной социальной структуры. Аномия – это полнейшее расхождение между декларируемыми цивилизаторскими целями и социально структурированными путями их достижения.

Изложенные социологические и социально-психологические теории преступности по существу не столько являются теориями преступности как таковой, сколько раскрывают ее природу, причины.

К сожалению, в литературе практически не разводятся понятия «механизм» и «причины» преступности.

Характеристики

Список файлов реферата