118176 (713327), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Наиболее значительной и яркой формой политического радикализма в России начала ХХ в. явилась политическая идеология большевизма, становление и формирование которой было непосредственно связано прежде всего с теоретической и практической деятельностью В.И. Ленина (Ульянова), а также его соратников по партии - Л.Д. Троцкого, Н.И. Бухарина, И.В. Сталина и др. Стержнем этой идеологии явилась идея осуществления пролетарской революции и установление диктатуры пролетариата под руководством большевистской партии, для членов которой революция стала "профессиональным делом" и которая сумела в октябре 1917 г., воспользоваться сложившейся в России исторической ситуацией для захвата власти.
Таким образом, отмеченные особенности эволюции отечественной политической мысли и общая характеристика ее основных направлений в XIX - начале ХХ вв. позволяют нам говорить о чрезвычайном многообразии, оригинальности и вместе с тем противоречивости различных идей, теорий и концепций, составивших пространство политической традиции в России.
2. Проблемы свободы личности, политической власти и государства в русской политической мысли XIX - начала ХХ вв.
Девятнадцатый век стал временем расцвета отечественной политической мысли, когда представители различных течений либерализма, консерватизма, революционного радикализма сформулировали и попытались дать ответы на наиболее острые для русского общественного сознания того времени вопросы: о соотношении личности и власти; об упорядочении государственного устройства и оптимальной форме правления; о путях социально-экономического развития и способах решения аграрного вопроса; о правовых гарантиях свободы индивида и роли интеллигенции в социальном процессе; об исторических судьбах России и ее отношениях с Западом.
"Дней Александровых прекрасное начало" (А.С. Пушкин) ознаменовалось прежде всего торжеством "правительственного" либерализма, представителем которого стал крупнейший в истории России государственный деятель, правовед и реформатор М.М. Сперанский (1772-1839). В его практической деятельности и политической философии, имевшей своими идейными истоками два мировоззрения - философию Просвещения и христианское вероучение, существенное место занимает идея эволюционизма и апелляция к разуму власти. Полагая, что несовершенства и несправедливости в обществе, а также неэффективность государственного управления, в котором царили, по его мнению, бюрократический произвол и деспотизм, могут быть исправлены с помощью разумного законодательства и нравственного просвещения власти, Сперанский верил в возможность положительного отклика верховной власти на предлагаемые реформы. Воплощающая разум и нравственность верховная власть должна предохранять общество от распада, создавать определенный баланс интересов и потребностей.
Для реализации этих идей М.М. Сперанским были разработаны и предложены на рассмотрение Александра I несколько конституционных проектов. К октябрю 1809 г. он представил в своем "Введении к уложению государственных законов" проект реформы государственной системы России, который воплощал принцип разделения властей при сохранении коренных устоев империи. Сперанский полагал, что "нельзя основать правление на законе, если одна державная власть будет и составлять закон и исполнять его". Суть его плана состояла в создании двухпалатного парламента с высшей палатой - Государственным советом и низшей выборной Государственной Думой, а также в строгом разграничении деятельности законодательной власти (четырехстепенной, избираемой на основании имущественного ценза Государственной думы), верховного судилища (Сената) и министерств. Особая роль принадлежала Государственному совету - законосовещательному коллегиальному органу, учрежденному в 1810 г. при императоре для согласования деятельности всех государственных структур. Помимо учреждения Госсовета и системы министерств, просуществовавших до 1917 г., остальные предложения Сперанского из этого плана реализованы не были. Вместе с тем несомненной его заслугой стало не только некоторое ограничение самодержавия и упорядочение системы государственного управления, но и тот факт, что именно Сперанский заложил основы формирования отечественной просвещенной бюрократии, кодификации Российского законодательства, реформирования государственно-церковных отношений и системы образования. Его концепция "истинной монархии", сочетающая единовластие и законодательное регулирование социальных отношений, уважение членов общества к закону и его верховному субъекту и хранителю - монарху, может рассматриваться как первый в условиях России всеобъемлющий проект правового государства с принципом разделения властей. Политическую же философию Сперанского можно в целом охарактеризовать как самодержавный либерализм, соединивший в себе характерные особенности политического менталитета эпохи феодализма и специфику политической культуры периода буржуазной цивилизации.
XIX в., как писал впоследствии писатель-декабрист Бестужев-Рюмин, взошел над Россией "не розовой зарею, а заревом военных пожаров", прежде всего Отечественной войны 1812 г., которая не только обострила патриотические чувства русского народа, но и наполнила социально-политическую обстановку новыми проблемами, волновавшими передовых людей того времени. "Детьми 1812 года" считали себя представители декабристского движения, оказавшего значительное влияние на русскую политическую мысль XIX в.
Будучи неоднородным в идейно-политическом плане (первая декабристская организация "Союз спасения", созданная в 1816 г., раскололась позднее на две новых тайных организации - более радикальное Южное общество во главе с П.И. Пестелем и более умеренное Северное общество, руководимое Н.М. Муравьевым), движение декабристов тем не менее исходило из общих демократических идеалов Просвещения и неприятия существовавших социально-экономических и политических условий бытия России того времени, прежде всего, самодержавия и крепостного права. Расхождения же внутри этого движения относились преимущественно к форме государственного устройства и пути будущего развития России, иллюстрацией чего служит содержание программных проектов, разработанных лидерами декабризма - "Русской правды" П.И. Пестеля и "Проекта конституции" Н.М. Муравьева.
Разногласия между Пестелем и Муравьевым по вопросу государственного устройства заключались в различных выводах относительно будущего развития России: если Муравьев выступал за буржуазную конституционную монархию, устроенную по федеративному принципу (по образцу Североамериканских Штатов), то Пестель ратовал за революционное учреждение республиканского правления в форме представительной демократии по принципу унитаризма, т.е. единства и неделимости России. Критика проекта Муравьева развивалась Пестелем и по другим направлениям. Например, он выступает против поощрения возникновения "аристокрации богатств", т.е. буржуазии, посредством вводимого Муравьевым имущественного ценза для избрания в общегосударственные органы, отстаивая в свою очередь гражданское и политическое равенство всех граждан, а также свободу печати и вероисповедания. Разрабатывая свой аграрный проект, Пестель акцентирует внимание на том факте, что освобождение крестьян не должно свестись к дарованию "мнимой свободы", способной вызвать последующую пауперизацию крестьянства, поэтому его проект решения земельного вопроса изначально вводил смешанный тип землевладения, предполагавший разделение всей земли на две части - общественную и частную. Все эти моменты позволяют исследователям считать "Русскую правду" самым радикальным проектом буржуазного переустройства крепостной России, созданным декабристами.
В условиях реакции, наступившей после подавления восстания декабристов, П.Я. Чаадаев (1794-1856) в своих знаменитых "Философических письмах" поставил проблему о несоответствии величия России ничтожеству ее обыденного существования. Причины экономической отсталости и духовного прозябания России он видел в "выпадении" ее из всеобщей истории, в ее религиозном и национально-культурном партикуляризме, возникшем как следствие принятия православия. Именно Чаадаеву русская общественная мысль обязана постановкой проблем, ставших для нее сквозными на последующие десятилетия. "И многое из того, что передумали, перечувствовали, что создали, что высказали благороднейшие умы эпохи - Белинский, Грановский, К. Аксаков, Ив. и П. Киреевские, Хомяков, потом Самарин и др., - отмечал Д.Н. Овсяннико-Куликовский, - было как бы ответом на "вопрос", поднятый Чаадаевым". Вызов, брошенный Чаадаевым, получил развитие в полемике между славянофилами и западниками о путях развития России, определившей общественный и духовный климат российского общества в 40-50-х гг. XIX в. Главным вектором этой полемики стала оппозиция "Россия-Европа", которая позднее приобрела и более глобальный смысл: "Восток-Запад".
Видные представители славянофильства (И.В. Киреевский, А.С. Хомяков, К.А. Аксаков, Ю.Ф. Самарин и др.) исходили в своих выступлениях из идеи самобытности России. По их мнению, самобытность исторического пути России определяется наличием в ее социальной практике уникального образования - крестьянской поземельной общины, отсутствием традиций классовой (сословной) борьбы, и наконец, православием как духовно-мировоззренческой доминантой русского народа. Идеализируя допетровскую Русь и резко критически относясь к реформам Петра I, славянофилы выступали против усвоения Россией элементов западноевропейской культуры, прежде всего, западноевропейских форм политической жизни. И вместе с тем, высказывались за развитие национальной промышленности, банковского и акционерного дела, строительство железных дорог и другие социально-экономические проекты. Параллельно ими выдвигались такие требования как создание и развитие влиятельного общественного мнения, устранение цензурного гнета, установление гласного суда, отмена телесных наказаний и смертной казни, освобождение крестьян с наделом земли посредством выкупа, но при обязательном сохранении общины.
С точки зрения представителей славянофильства, российская государственность в отличие от европейской основана не на завоеваниях, а на добровольном признании власти. Если в основе западной государственности лежат насилие, рабство и вражда, то в основе русского государства - добровольность, свобода и мир (К.С. Аксаков). "Призвание варягов" заложило основы двух начал, существующих и действующих почти независимо друг от друга: "земли", т.е. народа, предоставляющего государству всю полноту власти и не вмешивающегося в его дела, и государства, обладающего абсолютной властью в сфере политики, призванного защищать народ от внешних врагов и обязующегося воздерживаться от вмешательства в жизнь "земли". За народом сохраняется полная свобода внутренней жизни и мысли, за государством - полная свобода в сфере политической жизни. Оценивая русский народ в целом как безгосударственный и аполитичный, славянофилы не считали, что он лишен творческой инициативы: эта инициатива направлена, по их мнению, не на достижение "внешней правды" путем насилия, а на поиск "внутренней правды" через верность исконным ценностям общинного бытия и самосовершенствование духовной жизни на основе православия. При этом наилучшей формой политической власти для России с учетом ее самобытности объявлялось самодержавие, построенное по принципу "царю - силу власти, народу - сила мнения". Иные формы государственной власти (конституционная монархия, республика), так или иначе вовлекая народ в политическую жизнь, совращают его с пути "внутренней правды" и формируют вместо живого народа "государственную машину из людей" (К.С. Аксаков).
Славянофильство, представляющее собой один из вариантов консервативной утопии, оказало тем не менее впоследствии большое влияние на развитие теории и практики русского либерализма: например, земская реформа - одна из важнейших реформ 60-х гг. XIX в. - в определенной степени была результатом пропаганды славянофильских идей. С другой стороны, в пореформенный период под непосредственным влиянием этих идей сложились такие направления отечественной мысли как неославянофильство (Н.Я. Данилевский) и почвенничество (Ф.М. Достоевский, Ап. А. Григорьев, Н.Н. Страхов).
Представители западничества (В.Г. Белинский, Т.Н. Грановский, А.И. Герцен, Н.П. Огарев, В.П. Боткин и др.), выступившие открытыми оппонентами славянофильства, ставили те же вопросы, что и славянофилы, но решали их с противоположных позиций. Признавая, в отличии от славянофилов, положительный смысл реформ Петра I, западники идеализировали западноевропейскую культуру и считали ее образцом для России. Ее будущее связывалось с усвоением достижений европейской либеральной цивилизации, ее социально-экономических и политических институтов (частной собственности, парламентаризма и др.). При этом часть западников (Грановский, Боткин и др.), отвергая революционный путь развития, исходила из возможностей реформирования российской действительности сверху в рамках конституционной монархии.
Другие представители этого направления (Белинский, Герцен, Чернышевский), встав на позиции революционного демократизма, разрабатывали социалистические концепции, в рамках которых обосновывалась идея о необходимости синтеза западной социалистической идеи с особенностями русских народных устоев и традиций. Путь России к социализму рассматривался, прежде всего, через превращение крестьянской общины в ячейку будущего социалистического общества (концепция "русского социализма" Герцена). Реализацию своих политических и социально-экономических идеалов представители революционного демократизма предлагали осуществить в ходе крестьянской революции и выступали за учреждение демократической республики, основанной на принципах народовластия и свободы личности. Но крестьянская реформа 1861 г., проведенная по типу "революции сверху", подорвав разночинскую веру в скорую крестьянскую революцию, тем самым сделала очевидным политический утопизм революционной демократии.
Традиции революционного демократизма 40-60-х гг. XIX в. нашли свое продолжение и развитие в идеологии и практике народничества. Сформировавшееся в России в постреформенный период народничество представляло собой не только определенный комплекс социально-экономических, политических и философских идей и концепций, но и политическое движение, объединившее в своих нелегальных организациях (крупнейшая из них "Народная воля", существовавшая с 1879 по 1883 гг.), прежде всего, представителей разночинской интеллигенции и студенчества. Логика развития этого движения, начавшегося с осуществления практики "хождения в народ", закономерно привела его представителей к практике террора и насилия одиночек, апогеем которой стало убийство императора Александра I (1 марта 1881 г).
В своих идейных установках народники исходили из общей идеи о возможности перехода российского общества к социализму посредством крестьянской общины, минуя стадию капитализма. Но в отличие от революционных демократов народничество делало упор не только на стратегии социальной революции, но и на конкретизации ее тактики (каким путем поднять народ на революцию?), а также более определенно высказывались относительно проблематики государственной власти и политической практики. Поэтому и расхождения между различными направлениями народничества наметились прежде всего в вопросах тактики и форм реализации социалистической идеи на российской почве. Общепринято выделять три основных направления в народничестве 60-70-х гг.: пропагандистское во главе с П.Л. Лавровым, заговорщическое ("русский бланкизм") во главе с П.Н. Ткачевым и анархистское, теоретиками которого были М.А. Бакунин и П.А. Кропоткин.
Главные идеи первого - пропагандистского - направления изложены в "Исторических письмах" П.Л. Лаврова (1823-1900), где им была предложена концепция "критически мыслящих личностей", претворяющих в своей деятельности субъективное начало истории: постигнув законы общественного развития, возвысившись над пассивной толпой, эти личности призваны двигать прогресс и возглавить исторической движение общества. В этом контексте Лавров напоминал интеллигенции о ее долге перед народом, которому она обязана своим положением, и призывал ее к работе в народе во имя его духовного и политического освобождения. Тем самым в качестве предварительного этапа в ходе подготовки социальной революции предлагался этап длительной социалистической пропаганды в народе. Отчасти эти идеи были реализованы в практике "хождения в народ", хотя позднее, особенно после убийства Александра II, Лавров изменил свое отношение к террору, признав его целесообразность.
Лидер второго, заговорщического, направления П.Н. Ткачев (1844-1885) вошел в историю народничества как русский бланкист, выступавший за тактику заговора и немедленного захвата власти. По его мнению, самодержавие не имело корней в обществе и для его свержения необходимо лишь хорошо организованное действие группы революционеров - заговорщиков ("революционного меньшинства"). Принимая как и все народники общину в качестве "краеугольного камня" будущего общественного строя, он считал необходимым после захвата власти трансформировать общину в коммуну на основе принципов обобществления собственности, коллективизации труда и его результатов, а также ратовал за введение общественного воспитания, уничтожение семьи, основанной на подчинении женщины. Политические идеи Ткачева вошли впоследствии в идейный арсенал большевизма, в политическое сознание В.И. Ленина.
Родоначальником народнического анархизма стал М.А. Бакунин (1817-1876), полагавший, что социальным представлениям русского народа, признающего над собой только власть общинного самоуправления, соответствует именно анархистский идеал. "Народ наш, - писал он, - глубоко и страстно ненавидит государство, ненавидит всех представителей его, в каком бы виде они перед ним не являлись". Но погрязший в нищете и невежестве, народ нуждается в помощи со стороны интеллигенции ("умственного пролетариата"), поэтому Бакунин призывал ее "идти в народ", стать "организатором народной революции", предлагая с этой целью создание инициативных групп из революционной, прежде всего учащейся, молодежи. Его критика государства в любых его формах основывалась на характеристике любой власти, организованной в систему бюрократического управления "сверху вниз" как антиобщественной и несправедливой. Отстаивая идею уничтожения государства, Бакунин противопоставляет ему свой идеал безгосударственного "анархического социализма", основанного на началах самоуправления в форме федерации общин.















