117232 (712751), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Тогда же Руцкого выбирают членом Верховного Совета, а затем - председателем Комитета Верховного Совета РСФСР по делам инвалидов, ветеранов войны и труда, социальной защите военнослужащих и членов их семей.

Оставаясь членом КПСС, Руцкой неожиданно становится критиком собственной партии, Верховного Совета СССР и даже Президента СССР. Так, в середине января 1991 г. он с трибуны III сессии Верховного Совета России в трехминутной, не по-парламентски яркой, речи обвинил Горбачева в организации Вильнюсских событий, называя также "преступниками" тех, "кто бросает 20-летних мальчишек с полными боекомплектами на подавление мирных демонстраций. Кто заставляет генералов брать на себя ответственность за кровавые злодеяния против собственных народов". Пророчески он спрашивал у депутатов: "Кто может гарантировать, что завтра мы не увидим танки на набережной Москвы-реки у Белого Дома?"

Затем вместе с пpочими несогласными Александp Руцкой убеждает Верховный Совет не принимать Указ Президента о совместном патрулировании (армии и милиции), подписывает в марте 1991 г. заявление членов Президиума ВС, "заступившихся" за Ельцина после выступления Светланы Горячевой на III Съезде народных депутатов. "Никак не мог взять в толк, - недоумевл Руцкой, - как можно на месте Горячевой и ее сообщников тут же не подать в отставку после злобного, не поддержанного большинством выпада против российского лидера?"

Анализ поименных голосований в Парламенте относил Александра Руцкого к типичным "радикальным демократам".

В то же время, по просьбе начальника Генерального штаба генерала армии М.Моисеева, Руцкой принял участие в Совещании по вопросам военной реформы и даже выступил с альтернативным докладом по реорганизации армейской авиации.

Он убеждает коллег, что "не учитываются уроки сокращений, проведенных в Хрущевское время.., когда было допущено немало нелепостей, которые потом пришлось оплачивать дорогой ценой". Резко выступает он и против предложений создавать республиканские армии. "Еще Дмитрий Донской, - заявляет депутат, - сек плетьми за попытки растащить армию по отдельным княжествам".

После избрания народным депутатом Руцкой не был демобилизован. "Я, - заявлял он, - откомандирован в распоряжение Верховного Совета".

Многие взгляды Руцкого в то время претерпели известную трансформацию, что в принципе легко объяснимо. "Помилуйте, - говорит он сам, - каким же надо быть твердокаменным, чтоб не пройти внутреннюю перестройку в наше время". Кругозор Александра Владимировича расширяется в академии ("офицер живет, как в клетке: гарнизон - аэродром - гарнизон - аэродром"). В академии же для него, рассказывал в июне 1991 г. Руцкой, "открытием стало знакомство с Кейнсом, идеи которого направлены на эффективное регулирование экономики".

Не странно поэтому, что в это время и об Андрее Сахарове он отзывается уже иначе: "Перед Сахаровым я преклоняюсь - это нравственно могучий человек... Мы, афганцы, не забудем, что он - единственный, кто поднял голос против войны, на которую нас послали".

О своих же коллегах-депутатах он был более строгого мнения. "У нас в Верховном Совете очень много болтунов, бездельников! - говорил Руцкой. - Только мой комитет выполняет поставленную задачу, меня хвалит Силаев, я достаю инвалидные коляски, я помогаю в решении судеб незаконно уволенных и обиженных офицеров". При этом совсем не лестно характеризовал Гавриила Попова, Сергея Станкевича и Анатолия Собчака и некоторых других. "А этот Лопатин - вообще... Я сколько раз говорил Ельцину - гоните вы его прочь, этого Лопатина",- таков образчик его высказываний. Примерно так же он говорил и о лидере "Щита" В.Уражцеве.

Партийная деятельность

Деятельность Александра Руцкого изначально тесно была связана с политикой, особенно с поли-тикой Коммунистической партии. Когда Старая площадь приняла решение о создании Российской компартии, Руцкой становится одним из активнейших членов ее руководства - с 1990 года он стал членом ее Центрального Комитета.

По мнению информированных политических наблюдателей, КП РСФСР так или иначе была обречена на раскол - в силу слишком больших противоречий, накопившихся к пятому году перестройки в "классе партократии". Но что виновником раскола станет не какой-нибудь либеральный "голубь", возмущенный экстремальным консерватизмом первого секретаря Ивана Полозкова, а одна из наиболее блестящих надежд коммунистической номенклатуры - этого не прогнозировал никто.

Стартом к новым вершинам стал для Руцкого III Съезд народных депутатов РСФСР, на котором 31 марта 1991 г. была предпринята первая серьезная попытка сместить Б.Ельцина с поста Председателя Верховного Совета и не допустить возможности введения поста Президента Российской Федерации. Именно тогда прозвучало выступление Александра Владимировича Руцкого , заявившего, что Российская компартия не понимает происходящего в стране и пытается остановить демократические преобразования. Руцкой объявил о создании фракции "Коммунисты за демократию". В качестве ее лидера он заявлял, что фракция объединила 178 народных депутатов, однако в опубликованных списках оказалось всего 95 человек, лишь около 10 из которых входили ранее во фракцию коммунистов. Большинство же было "всевозможными российскими руководящими работниками, аппаратчиками, работающими на постоянной основе в комитетах и комиссиях ВС", как было заявлено органом ЦК КПСС газетой "Гласность". Первую консультацию членов фракции проводил беспартийный депутат В.Шейнис. 18 апреля заявление фракции появилось в газете "Куранты" и было названо противниками "законченной раскольнической программой, хорошо продуманной и ловко изложенной".

Спешно собравшийся пленум Курского обкома Компартии РСФСР осудил позицию коммуниста А.Руцкого, направленную на раскол депутатской группы "Коммунисты России". В вину депутату была поставлена и "попытка спровоцировать раскол КПСС". На пленуме вносились предложения и об исключении "отступника" из рядов партии. Курские ветераны обвиняли героя-полковника в "невыполнении обещания избирателям поддерживать КПСС" и обращались в городской Совет народных депутатов с ходатайством о лишении Руцкого звания "Почетный гражданин города Курска".

Тем не менее не было в России в то время другой организации, которая могла бы по вызванному к ней интересу соперничать с группой "Коммунисты за демократию". Мнение же Руцкого о компартии в то время было двойственным. КПСС он называл партией, "которую расстреливали и которая расстреливала".

Пленум ЦК КПСС, состоявшийся 25 июля, "раскольника" не тронул, но было, впрочем, не до него: Ельцин принял Указ о департизации в России, и выяснение отношений между "своими" было немыслимо: даже об отставке Горбачева не заикались, напротив, было сказано, что когда глава коммунистов по совместительству является Президентом страны, то это хорошо.

Руцкой идет на таран: 2-3 августа состоялась учредительная конференция Демократической партии коммунистов России (в составе КПСС). Выступавший на конференции Александр Яковлев (являвшийся в то время огромным авторитетом для Руцкого) пророчески и со знанием дела заявил: "Мы присутствуем при агонии большевистского наследия везде и во всем. Агонии мучительной и опасной. И мы еще не знаем наверняка, имеем ли дело с умирающим слоном или с раненым тигром, который гораздо опаснее здорового и сытого". Делегатов их противники встречали лозунгами типа: "Пламенный привет коммунистам-ельцинистам!" и "Да здравствует светлое капиталистическое будущее!". Остроумный политолог Михаил Малютин назвал руцкистов "Обществом "Волки за вегетарианство!", а ЦК компартии РСФСР уже 6 августа на своем пленуме сделал свой подарок отступникам, исключив из ЦК А.Руцкого вместе с его соратниками В.Липицким и Ю.Протасенко. Руцкой и Липицкий были исключены из КПСС "за действия, противоречащие Уставу КПСС и направленные на раскол партии". В тот же день первичная партийная организация Военно-политического управления ВВС подтвердила решение ЦК, также исключив "отщепенца" (по уставу следовало сделать наоборот). Из почти 50 коммунистов лишь 3 воздержались. Партийный стаж Руцкого в итоге составил 21 год. (Его жена вышла из КПСС за год до этого.)

Напоследок Александр Владимирович назвал КП РСФСР "ублюдочной", "марионеточной" партией и заявил, что никогда в нее не вступал и никогда ее не признает. А когда один из выступающих заметил Руцкому, что тот "игрушка в чужих руках", Руцкой напомнил, что он - вице-президент и по отношению к нему надо выбирать слова.

Многие наблюдатели оценили демарш Александра Руцкого как попытку реализации единственной для него возможности войти в "российскую элиту", имея в виду то, что без публичного сжигания за собой мостов демократическое общество его бы не приняло. Очень возможно, считали некоторые, что шаг этот был согласован с Ельциным.

Результат не заставил себя ждать: политический beau monde признает его своим: 2 июля ему разрешают подписать обращение "За объединение сил демократии и реформ" вместе с А.Вольским, А.Яковлевым, Г.Поповым, Э.Шеварднадзе, А.Собчаком, С.Шапошниковым, И.Силаевым и Н.Петраковым. Кроме того, что не менее важно, подписанты создали инициативный комитет "Движения демократических реформ" (ДДР).

"Заявление десяти" было итогом попыток "отцов демократии" агонизирующего Советского Союза создать "суперпартию" на плечах Социал-демократической (СДПР), Республиканской (РПРФ) и Демократической (ДПР) партий России. "Младшие товарищи" это вовремя поняли, ответили травкинским отказом, и... "родила царица в ночь не то сына, не то дочь".

Спустя 3 недели - 23 июля Эдуард Шеварднадзе и Гавриил Попов попытались "посвататься" к "Демократической России". Но на эмоциональную речь московского мэра о наступающем фашизме младшие товарищи ответили доброжелательным отказом вновь.

Лишь Руцкой предложил 22 июля свои услуги, решив ввести в Движение демократических реформ "коммунистов за демократию". Однако его добротой не воспользовались - в президиум Движения Александра Владимировича не посадили. ДДР так и осталось "головой профессора Доуэля" - организмом без туловища.

Выборы Президента России

Новая фракция, в которую ушло более сотни российских депутатов-коммунистов, возникла в самое подходящее время прямо накануне периода чрезвычайных полномочий, которых потребовал Ельцин. Именно тогда у внимательно следящих за российским политическим пасьянсом наблюдателей закрепилось мнение о блестящем импровизационном даре Руцкого-политика, который, мало меняясь по существу, постоянно оказывался в центре интересов различных сил.

В субботу, 18 мая 1991 г. у полковника Руцкого был обычный рабочий день. Для выдвижения кандидатов в вице-президенты оставался 1 день. Все претенденты на самое высокое кресло уже сделали свой выбор. Не было партнера лишь у Бориса Николаевича Ельцина.

Существовало множество версий, назывались самые разные версии: Шахрай, Старовойтова, Бурбулис, Волкогонов. А Бакатин и Собчак якобы даже отказались от такой "чести". Будущий Президент неожиданно для многих выбрал Руцкого, шокировав тем самым радикальную часть "Демократической России".

Рассказывают, что свой поступок Борис Николаевич объяснял тем, что ему "нужен заместитель, чтобы правду мог в глаза сказать, не стесняясь, чтобы и поправить мог..." Руцкого приободрил: "Ничего. Будем вместе. Я поддержу. Сработаемся... Человек ты подготовленный, разбираешься в системах управления".

Рассказ о том, что Руцкой, расстерявшись, оправдывался перед Бурбулисом ("Гена, я тебе дорогу не перебегаю? Скажи, я откажусь"), маловероятен. Бурбулису некоторые приписывают идею выдвинуть Руцкого в вице-президенты. Но такая гипотеза тоже вряд ли заслуживает доверия.

Ни для кого не было секретом, что приближение Ельциным Руцкого было вызвано скорее всего прагматическими расчетами предвыборной тактики: герой Афганистана, коммунист-раскольник должен был привлечь к голосованию за Ельцина членов РКП, выступающих за реформы, работников ВПК, часть офицерства и... женщин (Руцкой занимал устойчивое первое место по популярности среди представительниц слабого пола, очевидно, срабатывало чеховское: "Мужчина без усов, то же самое, что женщина с усами"). Одновременно Ельцин показал избирателям, что сам он, хотя и не коммунист, бороться с коммунистами, придя к власти, не станет. Тогда это было важно.

Опыт совместной работы у дуэта уже был. С осени 1990 г. Ельцин возглавлял Фонд социального развития России "Возрождение", вице-президентом которого был Руцкой (лишь позже вице-президент сменит Президента. Имеется в виду, конечно, ситуация в Фонде). Александр Владимирович с уважением относился к Борису Николаевичу ("Такой огромный русский мужик"), которое пришло к нему после того, как Ельцин произнес свою речь на XIX партконференции.

Председатель Верховного Совета своих мнений о полковнике Руцком не оглашал, но следил за политическим взлетом истребителя.

В апреле в прессе появились даже заявления, что "Руцкому целесообразно выставить свою кандидатуру на нынешних выборах", так как "У Александра Руцкого есть потенциальные основания всерьез претендовать на высший российский пост".

Свою полезность кандидат в вице-президенты доказывал трудолюбием. Как некогда, во времена Курской кампании, он много ездил и за 1 месяц предвыборной борьбы посетил 11 областей России, в том числе сибирских, выступая по 3-4 раза в день. "Я искренне пропагандировал предвыборную программу Ельцина, - вспоминает Руцкой, - и она принималась людьми как программа надежды. Кто тогда мог представить, что эта программа так и останется фиговым листочком..."

Характеристики

Список файлов реферата