R_KREML (710425), страница 7
Текст из файла (страница 7)
Колокольня Воротилова была типичным произведением русского барокко в его провинциальной трактовке , с характерной свободной пропорциональных соотношений в ордерных построениях , некоторой тяжеловесностью форм и вместе с тем с прекрасным силуэтом . Из чертежа колокольни видно , что она ни в чем не походила на существующую сейчас .
Будь колокольня Воротилова построена 10-15 лет назад , вероятно , она полностью ответила бы вкусам и запросам рязанского общества . В конце же 1780-х годов она явилась анахронизмом и не могла быть возведена в городе , который перестраивался в соответствии с требованиями классицизма . На ее чертеже имеется надпись , что сооружение было остановлено за несогласием г.г. Рюмина и Мальшина , которые были главными вкладчиками строительства .
Второй проект соборной колокольни не попал в архивы епархиального ведомства , остался , вероятно , у Рюмина и впоследствии затерялся . Несомненно , однако , что он принадлежал руке опытного зодчего. Составлен он был в соответствии с общими принципами архитектуры раннего классицизма , возможно , кем-либо из сподвижников Казакова . На основе это проекта был построен в 1797 г. первый ярус существующей колокольни .
Архитектурные формы ее первого яруса отвечают и обычным пропорциям зданий классицизма и общим приемам трактовки форм этого стиля . К числу недостатков может быть отнесена излишняя утонченность колонн , по сравнению с грузностью массива стен , не ослабленной даже помещенными в них глубокими нишами .
В конце 18 в. возникли большие деформации в Успенском соборе , и все накопленные средства ушли на его укрепление . Строительство колокольни прекратилось .
В 1816 г. Рюмин снова внес 10 тысяч рублей на ее постройку , теперь уже опять по новому проекту . Эти чертежи , очевидно , также остались у Рюмина , так как в архивах их нет . Имеются косвенные указания в одном из описаний Николо- Радовицкого монастыря , где Русско в это время давал проект для рязанской колокольни . Проведенный в одном из недавно опубликованных исследований анализ доступных сведений доказал авторство Русско в проекте колокольни Успенского собора этого периода .
В колокольне Русско классицизм предстает в своей зрелой стадии , чем в проекте, по которому строился первый ярус . Пропорции колонн, антаблемента , арок и других элементов здесь уже значительно более каноничны и совершенны. Найдены правильные соотношения между ордерными членениями и массивом стен, весь ярус лишен грузности и приземленности. Прием парных колонн усилен раскреповками антаблемента и аттика, на котором, вероятно, должны были быть венчания . Это оживляет решение и придает ему парадность, а строгость пропорций и сдержанность общего рисунка , как и конструктивная логика такого приема, не позволяют выдвигать здесь обвинения в "барочных тенденциях". Выстроенная по этому проекту на всю высоту колокольня была бы выдающимся произведением русского классицизма. Таким образом, "мастер каменный" Иван Францевич Русско (Русшко) предстает как крупный и талантливый архитектор .
По проекту Русско был возведен лишь второй ярус колокольни. Дальнейшее ее строительство прекратилось за отсутствием денег . В1830-х г.г. архитектор Биндеман предложил свой чертеж достройки колокольни с частичным изменением второго яруса, где он предлагал заменить коринфские колонны на конические. Высота ее была предложена около 66 м. , причем собственно здание без венчающей части должно было быть около 49 м. В этом проекте Биндеман проявил себя как зрелый мастер ампира. Его замысел интересен, но лишен силы проекта Русско , который сумел придать второму ярусу крупный, столичный, петербургский масштаб , блеск и выразительность .
Проект Биндемана не был принят, и вслед за тем начался целый конкурс проектов на достройку рязанской колокольни. В 1835 г. Комиссия проектов и смет Главного управления путей сообщения и публичных зданий, в обязанности которой входило рассмотрение этих предложений , выдвинула свое предложение, возможным автором которого был архитектор Висконти . По этому предложению второй ярус разбирался, колокольня предлагалась пяти ярусной , с сохранением ее общей первоначальной высоты, а ее архитектура приобретала откровенно ампирный характер . Это предложение не получило поддержки в Рязани, где жертвователи не соглашались с уничтожением уже построенного второго яруса .
Значительный интерес представлял проект архитектора К.А. Тона , который сумел поставить на два существующих этажа третий, достигнув единства общей композиции . Добавлять четвертый ярус или шпиль Тон так и не решился Б так как вызывала опасения ненадежность грунтов , уже едва не приведшая к катастрофе самого собора. Н.И. Воронихин , ставший к тому времени губернским архитектором Рязани и академиком архитектуры, обратил внимание рязанского архиепископа на то , что проект Тона не отвечает градостроительным задачам, а в известной мере и особенности грандиозного Успенского собора . Вследствие этого архиепископ возбудил ходатайство , чтобы "для большей благовидности и красоты городу, и дабы более соответствовала она высоте собора" сделать на колокольне четвертый ярус и шпиль . Проект взялся составить губернский архитектор .
Воронихин сделал проект всей четырехъярусной колокольни . Он нашел остроумное решение задачи, вполне соответствовавшее новейшим достижениям строительной техники того времени . Он предложил сделать четвертый ярус не из камня, а из железа. На своде третьего яруса был основан сложный металлический каркас, на котором монтировался шпиль. Вокруг этого основного каркаса, на высоте четвертого яруса, крепился дополнительный для стен, сделанных из листового железа. Из листового железа на отдельном каркасе были выполнены и стволы колонн, и их детали. Общая высота колокольни со шпилем и крестом получилась 75,5 метров, то есть на четыре с лишним метра больше, чем у Воротилова и в остальных проектах, и почти на 29 метров больше, чем по проекту Тона, что уже вполне удовлетворило жителей Рязани. В натуре колокольня за счет увеличения шпиля была сделана еще выше и достигла высоты 83,2 м.
Тема архитектурного решения была подсказана, безусловно, мастерским эскизом Тона. Он, по существу, полностью повторил третий ярус, как его замыслил Тон, и затем еще раз использовал тот же мотив, в несколько уменьшенных пропорциях, для четвертого яруса. Шпиль Воронихин задумал, пользуясь как аналогией, шпилем Коробовского Адмиралтейства в Петербурге, каким он был показан на чертеже Захарова, вероятно, известном Воронихину еще по Академии, то есть с перехватом внизу. Однако, если в проекте тона благодаря удачным пропорциям все три разнородных этажа сливались в единую, внутренне увязанную композицию, то у Воронихина первый ярус воспринимается как своеобразный пьедестал для остальных трех. Впрочем, достичь иного решения можно было только при уменьшении высоты колокольни, за счет переработки пропорциональных соотношений этажей, чего Воронихин, разумеется, не хотел.
Колокольня Рязанского Кремля - замечательное произведение искусства. В ней удивительно уже то, что, хотя она строилась, как средневековые соборы, в течение жизни нескольких поколений, ее общая композиция сохранила единство и цельность выражения. Исключительно велико ее градостроительное значение, которое сравнимо со значением колокольни Ивана Великого для Москвы или построек Коробова и Захарова для Петербурга. В постановке и композиционном построении колокольни сказались великие архитектурные традиции древней Руси. На основе этих же традиций сооружена колокольня Рождественского монастыря Суздаля, выстроенная в память Отечественной войне 1812 года.
Рязанская колокольня выкрашена как и собор в красный и белый цвета, что еще более подчеркивает их связь. Судя по прекрасному силуэту, умело найденному соотношению с собором и хорошо прорисованным деталям, проект колокольни принадлежит опытному зодчему. Ее нижний ярус выдержан в тосканском ордере. Сквозь арку, находящуюся в центре яруса, виден портал собора. На срезанных углах пилонов этого яруса помещены полукруглые ниши, предназначавшиеся для скульптуры. Они увенчаны легкими сандриками- фронтончиками. Второй ярус обработан спаренными коринфскими колоннами и представляет собой в плане квадрат, в то время как два верхних яруса являются цилиндрами. Они также украшены коринфскими колоннами. Скульптуры ангелов в третьем ярусе дополняют пластическое убранство колокольни. Отлично найдены пропорции шпиля, который был позолочен во время последних реставрационных работ, после чего «петербургский» стиль колокольни стал особенно ощутим.
СПАССКИЙ МОНАСТЫРЬ
БОГОЯВЛЕНСКАЯ ЦЕРКОВЬ
Богоявленская церковь Спасского монастыря возведена около 1647 г. (известно, что в 1647 г. В ней был устроен Покровский придел). Это очень эффектное и красивое здание, в котором зрительно противопоставлены две четкие геометрические формы: куб четверика церкви и восьмигранная пирамида ее колокольни. Контрастность сочетания пирамиды шатра колокольни с кубом воспринимается здесь особенно остро потому, что пирамидальность шатра подчеркнута его относительно небольшой высотой, а кубичность- отсутствием рядов кокошников на ее кровле и изысканной утонченностью ее глав (сами главы относятся к I- ой пол. ХVIII в.)
Остроту этого контраста выявляет и усиливает и целый ряд других контрастных сочетаний, смело задуманных и искусно выполненных зодчим: массивного, тяжелого, как бы литого четверика церкви и тонких, изящных, как бы фарфоровых барабанов ее главок с изысканным, ювелирным кружевом декора; ажурной, полной воздуха аркады звона колокольни и нависшей на ней тяжелой громады шатра; легких, почти не вступающих из тела шатра гуртов и тяжелых, пластично трактованных его слухов и т.д.
Шатровые колокольни, происходящие от шатровых храмов и шатров крепостных башен ХVI в., получили особенно широкое развитие в ХVII в. В Богоявленской церкви была применена эта новая архитектурная форма. Отказ от кокошников и завершение храма четырехскатной крышей тоже были новшеством для 1640-х гг. Один из первых примеров построек подобного рода, церковь замечательна, таким образом, не только совершенством своей композиции, но и новизной использованных в ней приемов.
К основному помещению Богоявленской церкви с запада примыкает ассиметрично расположенная относительно продольной оси, удлиненная, с центральным столбом, пониженная трапезная, в северо-западном углу которой построена колокольня. Церковь имеет очень широкую полукруглую апсиду. Размещение колокольни к северу от оси церкви имело, надо полагать, и композиционное значение. Именно благодаря выдвижению влево колокольня и получила такое интересное сопоставление с основным объемом церкви для проходящих по расположенной здесь раньше улицы горожан.
Смелые контрасты в противопоставлении частей здания, ювелирность отделки, тонко прорисованные детали роднят эту церковь с церковью св. Духа, построенной почти в тоже время. Вместе с тем известно, что в том же 1647 г. Василий Зубов надстраивал верх Архангельского собора, поврежденного пожаром. Здесь им также был использован прием завершения здания четырехскатной кровлей над рядом ложных закомар, превращенных в своеобразный развитой карниз стены. Не Василий ли Зубов строил и Богоявленскую церковь Спасского монастыря ? Если это так, то он предстает перед нами как один из талантливейших и крупнейших архитекторов Московского государства того времени.
На месте церкви Богоявления стояла раньше более древняя белокаменная церковь ХVI в. От нее сохранился подвал под трапезной и белокаменный северный портал, который строитель новой Богоявленской церкви с редким примером уважения к творчеству своего предшественника сохранил и реставрировал. Портал этот был закрыт во II пол. ХVIII в., когда вплотную к церкви была возведена существующая сейчас стена.
Необходимо отметить, что церковь Богоявления по мере надобности несколько раз перестраивалась, восстанавливалась, подновлялась. Финансовую помощь и поддержку в этих делах оказали:
-купец Иван Васильевич Осминин;
-статский советник Михаил Кириллович Васильев;
-надворная советница Аполлинария Осиповна Почтеннова;
-купец Федор Прокопьевич Филатов.
СПАСО-ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ СОБОР
Несколько южнее Богоявленской церкви стоит Спасо- Преображенский собор, построенный на рубеже ХVIII в. (закончен в 1702 г.)
Если епископские палаты, а отчасти и Богоявленская церковь отмечали собой зарождение черт нового стиля в русской архитектуре II- ой половины ХVII в., то Спасо- Преображенский собор характерен как памятник последних этапов его развития. Грандиозное здание отличается некоторой грузностью форм, предвещающей барокко. Его четырехскатная кровля- здесь уже установившаяся законченная архитектурная форма. Плоски, строго полуциркульные ложные закомары в пластике стены не играют никакой роли и являются лишь одним из элементов сложного завершения. Пучки колонн на углах почти лишены экспрессии нарышкинского стиля, и, скорее, способствуют впечатлению массивности самой стены. В украшении окон использованы, однако, характерные для нарышкинского стиля наличники, с их вычурным рисунком, и даже цветные, поливные изразцы, особенно в алтарной части. Центральное пространство собора перекрыто одним сводом, без столбов. Это один из самых больших сомкнутых сводов того времени (пролет 13 м. ) из числа тех, на которых поставлены главы. В плане Спасо- Преображенский собор представляет собой один большой зал с примыкающей к нему с востока апсидой, он увенчан одной главой.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
