ref-21381 (709901), страница 7

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

Если мы хотим, чтобы будущее поколение людей было лучше и гармоничнее нынешнего, мы с сегодняшнего дня должны начать осознанное движение к оздоровлению общества.

Первым шагом могло бы стать формирование общественного мнения, на основе научных достижений перинатальной психологии, согласно которому общество в целом и каждый его член в отдельности ответственны за жизнь и здоровье (психическое и физическое) каждого зачатого человека. Можно предположить, что формирующееся общественное мнение позитивно отразится на частоте прерываний беременности, и будет способствовать улучшению психического и соматического здоровья не только детей, но и родителей.

4. Психологическое сопровождение родительства

Родительство и воспитание родителей

Можно выдвинуть ряд гипотез относительно сущности родительства как сложного многогранного явления. Родительство можно рассматривать:

• биологический, социокультурный и психологический феномен;

• социальный институт, объединяющий в себе два других института — отцовство и материнство;

• деятельность родителя по уходу, материальному обеспечению, воспитанию и обучению ребенка;

• этап в жизни человека, который начинается с момента зачатия ребенка и не заканчивается после смерти ребенка;

• как бытие, состояние, пребывание человека в положении родителя;

• объективный факт происхождения ребенка от конкретных родителей, удостоверенный записью о рождении в органах загса;

• субъективное ощущение человека себя родителем;

• кровное родство между родителем и ребенком; осознание родителями родственной связи с детьми. На наш взгляд, вполне приемлемо выделять характеристики родительства по определенным критериям:

• по форме: материнство и отцовство;

• по структуре семьи: родительство в полной семье с двумя родителями; в неполной семье с одним родителем, в материнской семье;

• по степени родства: биологическое родительство (родители, воспитывающие ребенка, являются родными для него); социальное родительство (ребенка воспитывают приемные родители); «смешанный» тип родительства (в этом случае приемным является только один из родителей, со вторым же ребенка связывают кровные узы).

Исследуя феномен родительства, мы имеем дело прежде всего с двумя разными, но взаимозависимыми явлениями — отцовством и материнством.

Традиционная модель половой дифференциации, подчеркивающая «инструментальность» мужского и «экспрессивность» женского поведения, покоится в первую очередь на разделении внесемейных и внутрисемейных, а также отцовских и материнских функции.

Биосоциальный подход утверждает, что врожденные свойства формируют рамки, в которых происходит социальное научение, и влияют на то, насколько легко мужчины и женщины обучаются поведению, которое общество считает нормативным для их пола.

Поскольку отцовство и материнство коренятся в репродуктивной биологии, их соотношение нельзя понять вне связи с половым диморфизмом. Наблюдения за взаимодействием матерей и отцов с грудными детьми показывают, что материнская игра — своего рода продолжение и форма ухода за ребенком. Отец и вообще мужчина предпочитает силовые игры и действия, развивающие собственную активность ребенка.

Специфика материнского и отцовского стиля отношений связана с такими предположительно врожденными чертами, как повышенная эмоциональная чувствительность, предрасположенность быстрее реагировать на звуки и лица у женщин; лучшее пространственное восприятие, хороший двигательный контроль, острота зрения и более строгое разделение эмоциональной и когнитивной реактивности у мужчин.

Как и другие аспекты полоролевой дифференциации, родительское поведение чрезвычайно пластично. Экспериментально доказано, что

психологически подготовленные отцы охотно любуются новорожденными, испытывают физическое удовольствие от прикосновения к ним и практически не уступают женщинам в искусстве ухода за ребенком. Это способствует и возникновению более тесной эмоциональной привязанности отца к ребенку; Предполагается, что чем раньше отец приобщается к уходу за младенцем и чем увлеченнее он это делает, тем сильнее становится его родительская любовь.

Понятие «материнский инстинкт» не следует воспринимать однозначно и буквально. Материнство эволюционирует с развитием человечества. Материнство женщины имеет меньше общего с материнским инстинктом, чем любовь — с половым.

Характерно, что многие народы различают физическое и условное, социальное родство применительно к матери. Так, у африканцев существует несколько разных терминов для обозначения материнства: «мать, которая родила», «мать, которая выкормила» и «мать, которая воспитала».

Проследив историю материнских установок на протяжении четырех столетий (XVII — ХХ вв.), исследователи пришли к убеждению, что материнский инстинкт — это миф. Они не обнаружили никакого всеобщего и необходимого поведения матери. Материнская любовь может существовать или не существовать, появляться или исчезать, быть сильной или слабой, избирательной или всеобщей. Все зависит от матери, от ее истории и от Истории.

Например, до конца XVIII в. материнская любовь во Франции была делом индивидуального усмотрения и, следовательно, социально случайным явлением. Во второй половине XVIII в. она постепенно становится обязательной нормативной установкой культуры. Общество не только увеличивает объем социальной заботы о детях, но и ставит их в центр семейной жизни, причем главная и даже исключительная ответственность за них возлагается на мать.

Во второй половине XX в. явственно обнаружились тенденции, враждебные «детоцентризму». Социально-политическая эмансипация и все более широкое вовлечение женщин в общественно-производственную деятельность делает их семейные роли, включая материнство, не столь всеобъемлющими и, возможно, менее значимыми для некоторых из них. Современная женщина уже не может и не хочет быть только «верной супругой и добродетельной матерью». Ее самоуважение имеет кроме материнства много других оснований — профессиональные достижения, социальная независимость, самостоятельно достигнутое, а не приобретенное благодаря замужеству общественное положение. Некоторые традиционно материнские функции по уходу и воспитанию детей ныне берут на себя профессионалы. Это не отменяет ценности материнской любви и потребности в ней, не существенно изменяет характер материнского поведения. Однако повышение социально-педагогической эффективности семьи и семейного воспитания возможно только в рамках успешного сочетания материнства с активным участием женщин в трудовой и общественной деятельности. Таков трезвый реализм в понимании проблем и тенденций развития современного родительства.

О тесной близости и решающей роли матери в выхаживании и воспитании ребенка до пяти-семилетнего возраста единодушно свидетельствуют как этнографические, так и исторические данные. Роль отца всюду выглядит более проблематичной.

Можно ли считать неопределенность и диффузность отцовской роли следствием того, что отцовство отражает социальное господство мужчины, или это результат того, что отцовские функции «объективно» менее значимые и трудно описываемые?

И. С. Кон указывает, что обозначение и фактическое содержание отцовских и материнских ролей тесно связаны как с общим половым символизмом, так и с половой стратификацией, включая дифференциацию супружеских ролей, — статусы матери и отца невозможно понять отдельно от статусов жены и мужа.

У человека различие отцовства и материнства и специфический стиль отцовства зависят от множества социокультурных условий и существенно варьируют от культуры к культуре. К числу элементов, от которых зависит содержание отцовской роли, по мнению исследователей, относятся:

• количество жен и детей, которых имеет и за которых ответственен отец;

• степень его власти над ними;

• количество времени, которое он проводит в непосредственной близости с женой (женами) и детьми в разном возрасте, и качество этих контактов;

• то, в какой мере он непосредственно ухаживает за детьми;

• то, в какой мере он ответственен за непосредственное и опосредованное обучение детей навыкам и ценностям;

• степень его участия в ритуальных событиях, связанных с детьми;

• сколько он трудится для жизнеобеспечения семьи или общины;

• сколько ему нужно прилагать усилий для защиты или увеличения ресурсов семьи или общины.

Соотношение и значимость этих факторов зависят от целого ряда условий: преобладающего вида хозяйственной деятельности, полового разделения труда, типа семьи и т. д.

Как отмечает И. С. Кон, при всех кросс-культурных различиях, первичный уход за маленькими детьми, особенно младенцами, всюду осуществляет мать или какая-либо другая женщина (тетка, старшая сестра и т. п.). Физический контакт отцов с маленькими детьми в большинстве традиционных обществ незначителен, хотя в моногамных семьях с возрастом ребенка он увеличивается. У многих народов существуют строгие правила избегания, ограничивающие контакты между отцом и детьми и делающие их взаимоотношения чрезвычайно сдержанными, суровыми, исключающими проявления нежности. Культ мужчины всегда был культом силы и суровости, а «невостребованные», подавленные чувства сплошь и рядом атрофируются.

Мысль о слабости и неадекватности «современных отцов» — один из самых распространенных стереотипов общественного сознания второй половины XX в., причем этот стереотип является в известной степени транскультурным, он «перекидывается» с Запада на Восток, игнорируя различия социальных систем.

В частности, ученые и публицисты констатируют:

• рост безотцовщины, частое отсутствие отца в семье;

• незначительность и бедность отцовских контактов с детьми по сравнению с материнскими;

• педагогическую некомпетентность, неумелость отцов;

• не заинтересованность и неспособность отцов осуществлять воспитательные функции, особенно уход за маленькими детьми.

Из всех перечисленных элементов стереотипной модели «ослабления отцовского начала» единственной безусловной и грустной реальностью является рост безотцовщины, связанный в первую очередь с динамикой разводов и увеличением числа одиноких матерей. Абсолютное число и удельный вес детей, воспитывающихся без отцов, в большинстве индустриально развитых стран неуклонно растет. По демографическим данным, без участия отцов и отчимов воспитывается не менее одной пятой всех детей.

Остальные утверждения гораздо более проблематичны. Почему же людям кажется, что отцовский вклад в воспитание снижается?

Помимо других причин сказывается ломка традиционной системы половой стратификации.

В традиционной патриархальной семье отец выступает как

а) кормилец,

б) персонификация власти и высший «дисциплинатор»,

в) пример для подражания, а нередко и непосредственный наставник во в несемейной, общественно-трудовой деятельности.

В современной городской семье эти традиционные ценности отцовства заметно ослабевают под давлением таких факторов, как женское равноправие, вовлечение женщин в профессиональную работу, тесный семейный быт, где для отца не предусмотрено пьедестала, и пространственная разобщенность труда и быта.

Сила отцовского влияния в прошлом коренилась, прежде всего, в том, что он был воплощением власти и инструментальной эффективности. В современных условиях положение изменилось. Как работает отец, дети не видят, а количество и значимость его внутрисемейных обязанностей значительно меньше, чем у матери.

По мере того как «невидимый родитель», как часто называют отца, становится видимым и более демократичным, он все чаще подвергается критике со стороны жены, а его авторитет, основанный на в несемейных факторах, снижается.

Заметное ослабление поляризации мужских и женских, отцовских и материнских ролей и образов отражается и на воспитании детей.

Традиционный отцовский авторитет поддерживается не столько личными качествами отца, сколько его социальным положением главы семьи, тогда как фактическое распределение семейных ролей всегда было более или менее индивидуальным и изменчивым. Сегодняшняя культура скорее признает и закрепляет этот факт, видоизменяя традиционные социальные стереотипы, нежели создает нечто новое.

При исследовании феномена отцовства возникает множество вопросов:

1. Чем отличается современное положение и поведение отцов от традиционного?

2. Чем отличается современный стереотип, нормативный образ отцовства от традиционного?

3. Какова степень совпадения стереотипа отцовства и реального поведения, сегодняшних отцов?

4. Является ли степень совпадения стереотипа и реального поведения отцов «здесь и теперь» такой же, большей или меньшей, чем «там и прежде»?

5. Как связаны эти реальные и воображаемые различия с исторической эволюцией половой стратификации и стереотипов маскулинности и фемининности?

6. Каковы психологические последствия предполагаемых сдвигов в характере отцовства и материнства, как они влияют на личность и психологические качества ребенка?

Ослабление и даже полная утрата мужской власти в семье отражается в стереотипном образе отцовской некомпетентности. Подобный стереотип также не способствует поддержанию отцовского авторитета. Но главное то, что мужчина оценивается при этом по традиционно женским критериям. Речь идет о деятельности, которой отцы никогда раньше всерьез не занимались и к которой они социально, психологически, а возможно, и биологически плохо подготовлены.

По мнению И. С. Кона, традиционное разделение отцовских и материнских функций, как и других половых ролей, не является абсолютным биологическим императивом. Одинокие мать и отец могут успешно вырастить и воспитать ребенка. Одиноких отцов и одиноких матерей характеризует ряд общих особенностей: более ограниченная социальная жизнь, несколько более демократичный стиль семейной жизни и наличие определенных трудностей при вступлении в новый брак.

Наряду с этим у них есть свои специфические социально-психологические трудности. Одинокие отцы получают больше помощи со стороны друзей и родственников, зато у них сильнее, чем у одиноких матерей, суживается круг социального общения. Если одинокие матери испытывают трудности с дисциплинированием детей, то отцы озабочены недостаточной эмоциональной близостью с ними, особенно с дочерьми. Но хотя в обоих случаях неполная семья создает трудности (разного порядка), отсутствие одного из родителей не исключает возможности нормального развития ребенка и какой-то компенсации недостающего отцовского или материнского влияния.

Первые психологические и социологические исследования, убедительно показавшие значение отца как воспитательного фактора, были посвящены не столько отцовству, сколько эффекту безотцовщины. Сравнивая детей, выросших с отцами и без оных, исследователи обнаружили, что «невидимый», «некомпетентный» и часто невнимательный родитель на самом деле очень важен. Во всяком случае, его отсутствие весьма отрицательно сказывается на детях. Такие дети, особенно мальчики, труднее усваивают мужские половые роли и соответствующий стиль поведения, поэтому они чаще других гипертрофируют свою маскулинность, проявляя агрессивность, грубость, драчливость и т. д.

Характеристики

Список файлов реферата