ref-21381 (709901), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Испытуемые из выборки женщин, не готовых к материнству, имеют более высокие следующие показатели: оберегание ребенка оттрудностей, страх причинить ребенку вред, зависимость ребенка от матери. Они больше ощущают свою «жертвенность» по отношению к ребенку, чаще испытывают раздражение и избегают общения с ним, больше указывают на невнимательность мужа и необходимость посторонней помощи в воспитании.

В целом для женщин, готовых к материнству, характерны:

- повышенное внимание со стороны мужа (42%) и чрезмерное стремление к товарищеским отношениям с ребенком (42%);

- остальные показатели методики PARI находятся в пределах средних значений, что является наиболее благоприятным для данной методики.

Для женщин, не готовых к материнству, характерны:

- ощущение самопожертвенности в роли матери, ограниченность интересов женщины рамками семьи, неудовлетворенность ролью хозяйки дома;

- большое количество супружеских конфликтов и «безучастность» мужа, его невключенность в дела семьи; необходимость посторонней помощи в воспитании ребенка;

- стремление к чрезмерному обереганию ребенка от трудностей и сверхавторитету родителей, повышенный страх причинить ребенку вред;

- предрасположенность к нетоварищеским отношениям с ребенком;

- склонность не подавлять сексуальность, агрессивность ребенка, нежелание ускорять его развитие и способствовать его активности.

Механизм формирования психологической готовности к материнству

Традиционная функционально-ролевая согласованность супругов, их внимательность друг другу, неконфликтность в общении способствует позитивному принятию ими своих родительских функций: самостоятельности в воспитании, отсутствию строгости и раздражительности по отношению к ребенку, отсутствию ощущения «мученичества» в выполняемой роли родителя. В дальнейшем это выражается в стремлении к демократическим отношениям с ребенком, учете его субъективных качеств, потребностей, стремлений, желаний, некоторой самостоятельности в принятии решений. Все перечисленное, на наш взгляд, является благоприятными факторами для психического развития ребенка, приобретения им положительного коммуникативного опыта (одной из предпосылок готовности к родительству), сохранения и развития доброжелательных и внимательных отношений между супругами и создания благоприятного психологического климата в семье в целом.

Полученный нами фактор гиперопеки рассматривается в контексте особенностей данной выборки. Все испытуемые в настоящий момент только ожидают ребенка, и стремление заботиться о нем, представление о его беззащитности и необходимости родительского ухода контроля, удовлетворения потребностей ребенка, которые он не может осуществить на данном этапе своего развития, являются, на наш взгляд, оправданными.

По результатам проведенного нами исследования в целом можно сделать следующие выводы:

В выборке женщин, готовых к материнству, преобладают:

• мобилизирующие компоненты психоэмоционального состояния: психическое спокойствие, стремление к действию и активность;

• образ матери принимающей, отзывчивой, способствующей развитию и обучению ребенка, разделяющей его самостоятельную ценность;

• повышенное внимание со стороны мужа и чрезмерное стремление к товарищеским отношениям с ребенком;

• гиперопека, учет субъективности ребенка, демократичность в отношениях с ним; принятие родительских функций, традиционная функционально-ролевая согласованность супругов.

Для выборки женщин, не готовых к материнству, характерны:

• демобилизирующие компоненты психоэмоционального состояния: психическое беспокойство, подавленность и депрессия, удрученность и тоскливость, страхи и опасения;

• невыраженность таких качеств, как принятие, отзывчивость и стремление к развитию ребенка. Кроме того, прослеживается сверхценность ребенка (желание посвятить ему жизнь, отдать всю себя, чрезмерно опекать). Вероятно, это связано с удовлетворением потребности в объекте привязанности, стремлением уйти от собственных проблем в мир ребенка;

• ощущение самопожертвенности в роли матери, ограниченность интересов женщины рамками семьи, неудовлетворенность ролью хозяйки дома;

• большое количество супружеских конфликтов и «безучастность» мужа, его невключенность в дела семьи; необходимость посторонней помощи в воспитании ребенка;

• стремление к чрезмерному обереганию ребенка от трудностей и сверхавторитету родителей, повышенный страх причинить ребенку вред;

• предрасположенность к нетоварищеским отношениям с ребенком;

• стремление не подавлять сексуальности и агрессивность ребенка, нежелание ускорять его развитие и способствовать его активности;

• негативное представление о родительстве, эмоциональная неустойчивость в воспитании, переживание неразделенной родительской ответственности, игнорирование ребенка либо гиперопека.

1. Психологическая подготовка родителей к рождению ребенка

3.1. Развитие систем пренатального воспитания

Вопрос о том, является ли вынашивание воспитанием, то есть, происходит ли при этом опосредованное включение будущего человека в общество, в разные эпохи решался по-разному.

Первый этап в развитии пренатального воспитания — семейное пренатальное воспитание. Оно не было массовым, государственным, а осуществлялось сообразно потребностям малых сообществ, которые проверяли и отбирали супругов по физическим и нравственным критериям. Тем, кто не проходил испытания, запрещали вступать в брак.

Для древних цивилизаций значимость периода беременности была непреложной истиной. Египтяне, индийцы, кельты, африканцы и многие другие народы разработали свод законов для матерей, супружеских пар и общества в целом, которые обеспечивали ребенку наилучшие условия для жизни и развития. Более тысячи лет назад в Китае существовали пренатальные клиники, где будущие матери проводили период беременности, окруженные покоем и красотой. Здесь же была разработана система эмбрионального воспитания «Тай-кье». Индийская традиция Барака Самхита применяла прослеживание плода в течение третьего и четвертого месяцев, а начиная с седьмого — ежемесячно.

В дореволюционной России, особенно в северных регионах (Вологодская, Новгородская губерния), существовал свод правил и примет, регулирующих поведение беременной. Особую роль играла акушерка-повитуха или монахиня. Пренатальное воспитание состояло в передаче способов для саморуководства женщины во время беременности и родов, а также создавало некую временную общность и ставило женщину в особое положение в семье.

Bторой этап — медицинский — начинается в конце XVII века с открытием акушерских училищ. На данном этапе пренатальное воспитание прекратило свое существование как отдельная практика, на смену ему пришло родовспоможение с его собственным образом рождающегося человека как организма, лишенного переживаний. Родовспоможение стало обязательной практикой, через которую проходили все женщины. Прочие практики являлись факультативными. В частности, когда в 1940-х годах психоанализ проявил интерес к беременным, лишь немногие из них имели возможность и пожелали посещать психоаналитические сеансы.

В нашей стране, начиная с 1950-х годов репрессивный стиль пре- и перинатальных отношений воспроизводили и поддерживали школы будущей матери, которые открылись в этот период при каждой женской консультации. Эти школы ставили своей целью передачу знаний о внутриутробном развитии. Действительным результатом взаимоотношений женщины с врачом (до настоящего времени занятия в таких школах ведут врачи-гинекологи) являлись передача ответственности медицине, страх перед родами, утрата интуиции. Ребенок виделся как объект манипуляции. Поведение и чувства матери, направленные на будущего ребенка, складывались в соответствии со стереотипами общественного сознания, которые практиковали раннюю разлуку с ребенком и ранний переход к общественному воспитанию в детских садах и яслях. Интимные, индивидуализированные связи между матерью и ребенком не возникали, так как несли в себе угрозу тоталитарному воспитанию.

Постепенно в науке нарастает интерес к младенчеству, который перестает быть «куском кричащего мяса». Обнаружилось, что он имеет свою собственную психическую активность. Возникает кризис «медицинского этапа» пренатального воспитания. Возрождается нетрадиционная практика, в которой, прежде всего была восстановлена фигура пренатального наставника и сделан акцент на индивидуализированной связи его с будущей матерью.

Около 20 лет назад акушеры, психиатры и психологи многих стран Европы и Америки стали объединяться в Ассоциации перинатального воспитания, возник новый раздел науки о человеке — перинатальная психология. Она занимается изучением психической жизни плода и пытается найти ответы на следующие вопросы: когда начинается психическая жизнь плода, каково влияние матери на психику рождающегося человека, как влияет сам процесс беременности, родов и неонатальный период жизни на психику человека.

Основой перинатальной психологии является теория перинатальных матриц. Особенно много сделал для их изучения американский психиатр С. Гроф. По Грофу, перинатальные матрицы — это стойкие функциональные структуры («клише»), которые являются базовыми для многих (если не для всех) психических и физических реакций в течение всей последующей жизни человека. Учение о формировании матриц при беременности и в родах стало уже стройной теорией.

Акушерство всегда было и сегодня должно оставаться искусством, заключающимся не только в рождении ребенка без травм, но и — что не менее важно — физически и психически здорового. В свете теории перинатальных матриц одной из важных задач, стоящих перед обществом в целом и медициной в частности, является формирование и развитие перинатальной культуры, или культуры родительской (в самом широком смысле этого слова), которая поможет вырастить поколение духовно содержательное, относящееся к рождению ребенка как к естественному и радостному событию в своей жизни, а не как к процессу, требующему медицинского вмешательства.

Третий этап — «альтернативный» — начинается в 1962 г. с открытием первого Центра пренатальной подготовки. В настоящее время во всем мире действуют различные центры пренатальной подготовки, существуют разветвленные службы «естественного деторождения», которые предлагают юридическое, медицинское, тренировочное, психолого-консультативное обслуживание. В Англии действует около десяти, в США около тридцати таких организаций, в Дании, Голландии такая служба является частью официального государственного пренатального сервиса. Следует отметить Национальную ассоциацию пренатального воспитания во Франции, Общество биогенетического здоровья в США, Мистическую школу сознательного зачатия и беременности.

Воссоздание пренатальной культуры в России относится к 1982 году, когда И. Марковский прочел цикл лекций о водном рождении в клубе «Здоровая семья». Затем у него появились последователи — организация «Водное рождение», клуб здоровой семьи «Возрождение», творческий коллектив «Наутилус» под руководством М. Трунова, коллектив «Аква», директором которого стала Татьяна Саргунас. На сегодняшний день существует свыше десяти организаций, занимающихся в числе прочего пренатальным воспитанием. Кроме уже упомянутых, можно назвать следующие: «Аквамарина» (Москва), «Афалина» и «Кенгуру» (Ярославль), «Дельфа» (Тверь). Клуб «Воскресение» (Москва) строит пренатальное воспитание на основе православия, «Стихиаль» активно использует методы, восходящие к языческим культам народов Севера России и Карелии. Кроме того, большое внимание здесь уделяется проработке психологических проблем матери и отца.

Целями нетрадиционного пренатального воспитания являются:

1. Подготовка к естественному рождению с целью смягчения критического разрыва для матери и ребенка (к конкретным техникам относятся «лотосовое» рождение — без обрезания пуповины, прикладывание к груди сразу после рождения, ритм обстановки рождения, максимально приближенный к ритму внутриутробной жизни, и т. п.).

2. Развитие способности матери получать информацию о состоянии и поведении ребенка во время беременности (при помощи техник из арсенала различных духовных практик — через медитации, упражнения, музыку, манипуляции с освещением и т. п.— таким образом стимулируется имажинация будущего ребенка).

3. Целенаправленное формирование способности матери изменять свое эмоциональное состояние и передавать его ребенку.

4. Создание тесного контакта будущей матери с другими беременными и пренатальным наставником. Кафедра акушерства и гинекологии Волгоградской медицинской академии (Н. А. Жаркин, Н. Д. Подобед, Е. В. Александрина, А. Е. Мирошников) разработала методику подготовки семейных пар к родам с учетом формирования психических перинатальных матриц плода и развития родительской культуры.

По итогам исследования методы подготовки беременных к родам в женских консультациях были разделены на три группы:

1. Учреждения, где отсутствует единая методика, а подготовка сводится к ответам врача или акушерки на вопросы, возникающие у беременной, или советы почитать соответствующую популярную литературу по беременности и родам. К сожалению, подобной системой «охвачена» подавляющая часть всех беременных, состоящих на учете в женских консультациях города. Результатом такой «подготовки» являются эмоциональные и психологические срывы женщин в родах, высокий процент аномалий сократительной деятельности матки, приводящих к повышению частоты операции кесарева сечения и перинатальных потерь. Отсутствие установки на грудное вскармливание приводит к резкому сокращению периода лактации, следствием чего является повышенная заболеваемость детей первого года жизни. Так, по данным годового отчета и анкетированию, проведенному студентами и сотрудниками кафедры акушерства и гинекологии, за последние 2 года перинатальная смертность составляет 15,1% в 1997 г. и 14,5% — в 1998 г., материнская смертность соответственно — 26,7 и 56,2 на 100000 живорожденных. Младенческая (до 1 года жизни) смертность — 15,2% и 13,7%, заболеваемость новорожденных — 39,1% и 44,9%, процент первородящих (в среднем по городу) составил 72,3%.

Характеристики

Список файлов реферата