73585 (702144), страница 3
Текст из файла (страница 3)
мер, фразеологизмы висеть над головой “ постоянно угрожать”. Соответственно растолковать посредством знаменательных слов в их свободном употреблении: висеть, голова. Следовательно, развернутое определение служит одним из существенных средств обнаружения семантической спаянности компонентов и выявления их внесистемных, внутрифразовых значений.
Семантическая целостность наиболее полно проявляется у фразеологизмов, возникших в результате метафорического переосмысления свободных словосочетаний такого же лексического состава: выбивать из седла.
В составе, например, фразеологизма брать быка за рога “смело начинать с самого важного” рог – не “костяной вырост на черепе некоторых животных”, а нечто другое, не содержащееся в смысловой структуре этого слова. Действительно, в слове рог различают, кроме названного значения, ещё другие: а) “музыкальный или сигнальный инструмент в виде изогнутой трубы с расширяющимся концом”; б) “острая торчащая часть чего-нибудь” (рог луны). Зачастую выявить собственное значение компонентов трудно или вовсе невозможно, что служит показателем высокой идиоматичности фразеологизма.
Важным признаком фразеологизма является его расчлененное строение, неоднословность. Так, фразеологизм стреляный воробей и свободное словосочетание голубое небо построены по одному образцу «прил.+сущ. в им. п.», являются разделительно-оформленными единицами и не отличаются друг от друга по своим внешним признакам.
Фразеологизм, как отмечалось выше, имеет незамкнутую, открытую структуру. Это означает, что он обычно всем своим составом, как одно неделимое целое, сочетается в речи со знаменательными словами (словом), составляющими фразеологическое окружение.
Этот фразеологизм семантически реализуется при подлежащем со значением отвлеченного предмета и при дополнении со значением отвлеченного предмета и при дополнении со значением лица. Вне окружения соответствующий фразеологизм трудно отличить от эквивалентного свободного словосочетания.
Одни признаки фразеологизма характеризуют его внутреннее содержание, а другие – его форму. Определяющими признаками служит семантическая целостность, раздельнооформленность состава, структурная связь со словом.
Многим фразеологизмам присуща экспрессивность. Тем не менее это свойство распространяется далеко не на все фразеологические обороты. Стилистически нейтральным оборотам не свойственна экспрессивность, например: во что бы то ни стало “обязательно”.
Компонент – это составная часть фразеологизма, представляющая собой семантически преобразованное слово. В семантическом отношении компонент – величина непостоянная, так как степень преобразования бывает неодинаковой: одни компоненты теряют какую-либо семантическую связь со словами свободного употребления (куры не клюют “очень много”), другие лишь частично сохраняют семантическую близость со словом (короче воробьиного носа “очень невелик”), третьи почти не несут какие-либо семантические потери (ср. находить общий язык “добиваться взаимного понимания”).
Компонент воспринимается как слово (семантически преобразованное) до тех пор, пока ему может быть однозначна приписано то или иное внесистемное (специфическое) значение. Например, в составе фразеологизма витать в облаках “бесплодно мечтать” компоненту витать легко присваивается внесистемное значение мечтать. Во всех остальных случаях компонент приходится рассматривать как такую составную часть фразеологизма, которая лишена словесных свойств, несоизмерима со словом.
Семантическое преобразование компонентов, их Деактуализация вызывает чаще всего метафорическим переосмыслением свободного словосочетания – объекта метафоризации. Метафоризация слова и словосочетания – явление качественно разного порядка. При метафоризации слова возникает новое переносное значение. Например, слово тюлень в переносном значении характеризует неуклюжего, неповоротливого человека. При метафоризации свободного слово - сочетания возникает фразеологизм, наделенный обобщенно-переносным значением; при этом компонен- ты в составе такого фразеологизма не приобретают переносного значения.
Фразеологизмы с обобщенно-переносным значением типа плевать в потолок “предаваться безделью” резко отличаются от таких словосочетаний, которые состоят из порознь переосмысленных слов.
Нельзя, однако, не заметить, что в процессе фразеологизации не все словесные свойства компонентов равномерно и без остатка поглощаются общим значением фразеологизма: отдельные компоненты обладают особой предрасположенностью к передаче символического значения или к переходу в так называемые «потенциальные слова», некоторой части компонентов присуще внесистемное значение, многие компоненты в составе фразеологизма являются семантически до-
минирующими, оказываются смысловым центром и т.п. Наиболее прочно удерживается в составе грамматически господствующего компонента категориальное значение, но оно в силу своей абстрагированности при толковании фразеологизма не получает словесного воплощения.
Факты показывают, что в объяснительной части, отражающей семный состав толкуемого фразеологизма, компонентам нередко приписывается такое внесистемное значение, которое передается одним словом отвлеченного содержания.
Соответствующие компоненты семантически элементарны, их собственное (внесистемное) значение не поддается развернутому определению. В противопо -ложность этому слова свободного употребления имеют многосемную структуру,
вследствие чего их значение передается развернутым словосочетанием.
«Семантическое расстояние» между исходным словом и соответствующим компонентом может быть определено посредством развернутого толкования фразеологизма.
Взаимодействием свободного словосочетания с переосмысленным на его основе фразеологизмом создается внутренний образ, внутренняя форма фразеологизма, живущая в семантической структуре фразеологической единицы и во многом предопределяющая ее семантическую эволюцию. Внутренняя форма присуща лишь фразеологизмам, которые могут быть наложены на свободное словосочетание такого же лексического состава и на его фоне дают семантический и метафорический эффект.
Общее (целостное) значение таких фразеологизмов не выводится из значений компонентов (ввиду их деактуализации), а мотивируется внутренним образом (внутренней формой), которой подлежит расшифровке. Мотивировка и выводимость – явление различного порядка в области фразеологии.
Внутренняя форма участвует в образовании фразеологического значения, которое возникает в результате метафорического переосмысления того словосочетания, которое формирует внутренний образ фразеологизма, его внутреннюю форму. При этом именно образ, лежащий в основе такого фразеологизма, пред сказывает объект обозначения, т.е. несет своеобразную указательную функцию, иначе нельзя было бы говорить о мотивированности целостного значения.
Внутренняя форма, предопределяя семантическое развитие фразеологизма, сама по себе не способна выступать в качестве смыслоразличительного (дифференциального) признака фразеологического значения. Поэтому фразеологизм нельзя определить посредством тех слов, которые входят в словосочетание, образующее внутреннюю форму.
То обстоятельство, что внутренняя форма имеет словесную основу, а не компонентную, еще не означает, будто она (внутренняя форма) находится лишь на глубине «Совмещенной стадии», когда фразеологизм характеризует якобы двойным планом (буквальным и фигуральным) В действительности, однако, двойным планом отличаются лишь пословицы, а фразеологизмы лишены такой особенности: они не могут одновременно употребляться в буквальном и в переносном значении. При употреблении в буквальном значении фразеологизмы перестают быть самими собой, становятся качественно новыми образованиями – свободными словосочетаниями такого же лексического состава.
Основные типы фразеологических единиц в русском языке.
Необходимо пристальнее вглядеться в структуру фразеологических групп, более четко разграничить их основные типы и определить их семантические основы, их отношение к слову.
Несомненно, что легче и естественнее всего выделяется тип словосочетаний абсолютно неделимых, неразложимых, значение которых совершенно независимо от их лексического состава, от значений их компонентов и так же условно и произвольно, как значение немотивированного словазнака.
Фразеологические единицы этого рода могут быть названы фразеологически- ми сращениями. Они не мотивированны и непроизвольны. В их значении не никакой связи, даже потенциальной, со значением их компонентов. Если их составные элементы однозвучны с каким-нибудь самостоятельным, отдельными словами языка, то это их соотношение – чисто омонимическое.
Чисто внешний, формальный, хотя бы лексикологический подход к фразеологическим сращениям не достигает цели. Изолирование, единичное слово, известное только в составе идиоме и потому лишенное номинативной функции, не всегда является признаком полной смысловой неразложимости выражения. Например: дело не терпит отлагательства; совесть зазрила; мозолить глаза; мертвецки пьян и т. п.
Точно так же грамматический архаизм может быть легко осмыслен при наличии соответствующей категории или соотносительных форм в современном языке; например: положа руку на сердце; сидеть сложа руки; средь бела дня; на босу ногу и т.п.
Грамматические архаизмы чаще всего лишь поддерживают идиоматичность выражения, но не создают его.
Основным признаком сращения является его семантическая неделимость, абсолютная невыводимость значений целого из компонентов. Фразеологическое сращение представляет собой семантическую единицу, однородную со словом, лишенным внутренней формы. Оно не есть ни произведение, ни сумма семанти - ческих элементов. Оно – химическое соединение каких-то растворившихся и сточки зрения современного языка аморфных лексических частей.
При этом семантическая не разложимость целого иногда сопутствует сох - ранение внешних грамматических границ между частями фразеологического сращения. Это своеобразный след былой лексической расчлененности словосоче -тания.
Семантическое единство фразеологического сращения часто поддерживается синтаксической нерасчлененностью или немотивированностью словосочетания, отсутствием живой синтаксической связи между его морфологическими компо -нентами.
Таким образом, фразеологические сращения являются только эквивалентами слов, они образуют своеобразные синтаксические составные слова, выступающие в роли частей предложения, либо целых предложений. Поэтому они подводятся под грамматические категории как целостные семантические единицы. Но полного параллелизма между грамматическими и лексическими изменениями их состава нет. Однако сохранение грамматических отношений между членами фразеологического сращения – лишь уступка языковой традиции, лишь пережиток прошлого. В фразеологических сращениях кристаллизируется новый тип составных лексических и синтаксических единств.
Если в тесной фразеологической группе сохранились хотя бы слабые признаки симатической раздельности компонентов, если хотя бы глухой намёк на мотивировку общего значения, то о сращении говорить уже трудно.
Таким образом, многие крепко спаянные фразеологические группы легко расшифровываются как образные выражения. Они обладают свойством потен -циальной образности. Образный смысл, приписываемый им в современном языке, иногда вовсе не соответствуют их фактической этимологии.
По большей части, это – выражение, состоящее из слов конкретного значения, имеющие заметную экспрессивную окраску. Например, положить, класть зубы на полку – в значении: голодать, ограничить до минимума самые необходимые потребности.
Понимание производности, мотивированности значения такого фразеологии -ческого единства связано с сознанием его лексического состава, с сознанием отношения значения целого к значениям составных частей.
Однако в этих сложных единствах возможны и такие элементы, которые являются упаковочным материалом. Они заменимы, тем более что фразеоло -гические единства не всегда образуют застывшую массу неотделимых элементов. Иногда части фразеологического единства отделяются друг от друга вставкой иных слов.
Таким образом, от фразеологических сращений отличается другой тип ус -тойчивых, тесных фразеологических групп, которые тоже семантически неделимы и тоже являются выражением единого, целостного значения, но в которых это целостное значение мотивированно, являясь произведением, возникающим из слияния значений лексических компонентов.
В таком фразеологическом единстве слова подчинены единству общего образа, единству реального значения. Подстановка синонима или замена слов, являющихся семантической основой фразы, невозможна без полного разрушения образного или экспрессивного смысла фразеологического единства. Значение целого здесь абсолютно неразложимо на отдельные лексические значения компонентов. Оно как бы разлито в них и вместе с тем оно как бы вырастает из их семантического слияния.
Фразеологические единства являются потенциальными эквивалентами слов, и в этом отношении они несколько сближаются с фразеологическими сращениями, отличаясь от них семантической сложностью своей структуры, потенциальной выводимостью своего общего значения из семантической связи компонентов. Фразеоло- гические единства по внешней, звуковой форме могут совпадать с свободными сочетаниями слов.
Фразеологическое единство часто создаёт не столько образным значением словесного ряда, сколько синтаксической специализацией фразы, употреблением ее в строго фиксированной грамматической форме.
Нередко внутренняя замкнутость фразеологического единства создается специализацией экспрессивного значения.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
