71260 (700178), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Дворцы императоров, дома знати были богато декорированы мозаикой и фресками, украшавшими пол, стены, потолки. Они изображали привычные для античности сцены сельской жизни, охоты, различных зверей. Фрески изобиловали сценами, “прославлявшими победы императоров над варварами, развлечения василевсов” [297, с. 92]. В светском искусстве еще долго сохраняется скульптура, которая в ранний период представляет нам портреты императоров, чиновников, а иногда поэтов, философов.

В Византии постепенно сошел на нет театр, поскольку античные трагедии и комедии сменились представлениями жонглеров и мимов, а церковь предавала анафеме многие зрелища. Но благодаря церкви получила свое развитие музыка, включенная в религиозный ритуал.

Литературная жизнь Византии, хоть никогда не затухала, дала миру не так много значительных авторов. Здесь сказывалось и то, что одни литераторы склонялись к горестным размышлениям о бренности всего земного, другие — сохраняли традиции античности, но “новое пронизано осязаемым присутствием старого, даже старое не остается самим собой” [155, с. 272]. Христианское мировоззрение, его устремление к внутреннему миру человека проявляется в размышлениях о жизни, оставленных выдающимся богословом, философом и поэтом VI века Григорием Назианзиным:

Кто я? Отколе я пришел? Куда направляюсь? Не знаю.

И не найти никого, кто бы наставил меня.

Может быть, одним из первых в византийской культуре он говорит об измене, предательстве друзей и учеников, интригах среди церковнослужителей:

Горька обида. Если ж уязвляет друг —

Двойная горечь. Если ж из засады бьет —

Тройная мука. Если же брат по вере твой —

Скрепись, душа. Когда же иерей, — увы,

Куда бежать, кого молить, как вытерпеть?

(Пер. С. С. Аверинцева)

И сам поэт, и его соподвижники вызвали настоящий всплеск поэтического искусства в Византии. В византийской поэзии складывается исповедальный жанр, раскрывающий психологический настрой автора или лирического героя. Чаще всего это были действительно автобиографические стихи, как, например, у поэтессы IX века Касии. Это была девушка необыкновенной красоты и ума, предназначенная в невесты императору Феофилу. Его смутил и испугал глубокий ум красавицы, и она от обиды и позора удалилась в монастырь. Ее стихи полны горького чувства, насмешки над глупцами:

Как страшно выносить глупца сужденья,

До крайности ужасно, коль в почете он...

Когда невежда умствует — о боже мой,

Куда глядеть? Куда бежать? Как вынести?

Гораздо лучше с умными делить нужду,

Чем разделять богатство с невеждами и дураками...

(Пер. Е. Э. Липшиц)

Не остаются забытыми эпическая поэзия, жанр гимна и эпиграммы. Проза Византии выработала и совершенно новый жанр — жанр жития, повествования о жизни, страданиях, благочестии святых, мучеников за христианскую веру. В ранний период существования Византии героем жития был чаще всего христианин, терпящий гонения от языческих правителей. Позже героем становится благочестивый монах, которого преследуют противники его благочестия: иконоборцы — в соответствующий период истории Византии, разные демоны или мирские искушения. В житии обычно рассказывается о родителях, детстве, праведной жизни, чудесах, которые сопровождали его существование. Ему непременно свойственны все христианские добродетели, долготерпение, доброта, умение сочувствовать чужим страданиям.

Большую роль в византийской литературе играли разного рода систематизированные обзоры предыдущей литературы, чаще всего античной, которая никогда не отвергалась абсолютно. Например, патриарх Фотий создал труд “Мириобиблион” (“Множество книг”), где он анализирует и дает краткие аннотации творчества 280 античных авторов, пересказывает или цитирует некоторые из них. Эта книга тем более ценна что многие античные источники, утраченные по разным причинам, дошли до нашего времени лишь благодаря Фотию. Другой автор X века Симеон Метафраст (Пересказчик) составил сборник житий святых, обработав текст в соответствии с новыми нормами языка и канонами церкви.

Особый интерес для византийских литераторов представляло собой бурное течение истории, обилие ее событий. Михаил Пселл создает особое произведение — “Хронограф”, в котором с особой тщательностью, со множеством красочных деталей изображает 100 лет существования империи. Эта книга впервые в византийской литературе описывает мир, в котором не аллегорические герои, но “живут, борются, страдают, любят живые люди с их страстями и пороками, высокими чувствами и низменными побуждениями; перед читателем проходит целая галерея порочных императоров, их жен и любовниц, мрачных временщиков, придворных интриганов, суровых полководцев... Оценки его всегда образны и ярки, но крайне субъективны, окрашены политическими пристрастиями, часто проникнуты иронией и злой насмешкой над ничтожными правителями империи и их клевретами” [297, с. 139].

Чем ближе Византия была к периоду завершения своей истории, тем заметнее в литературе становилось стремление к гуманизму в самых разных формах его проявления. С одной стороны, восточные влияния, усилившиеся в XI—XII веках, принесли в литературу жанр притчи, в которой изображены различные типы людей, наделенные индивидуальными чертами характера. Часто это истории о животных, которые существуют и действуют как люди (такова, например, “Повесть о четвероногих”). Впервые появляется жанр, который в западной литературе позже получит название “звериного эпоса”, где явно прослеживается стремление к справедливости, к праву на проявление своей индивидуальности, хотя все это чаще всего осуществляется в жанре сатиры, басни. Гуманистические тенденции связаны и с появлением любовных песен и стихов, иногда весьма фривольно звучащих. С другой стороны, в литературе усиливается ощущение безысходности, печали, выход из которого многие литераторы все-таки видят в совершенствовании нравственности, в образованности. Еще Кевкамен советовал своему сыну: “Когда ты бываешь свободен и не занят военными делами, читай книги исторические и церковные... Много читай и многому учись... Если не знаешь чего, спроси о том людей сведущих и не гордись. Ведь из-за этого, из-за нежелания спрашивать и учиться люди остаются невеждами” [297, с. 138].

Таким образом, византийская культура сложилась на стыке различных культур, составивших ее основание: развитые культуры греческой и римской античности, вполне сложившиеся культуры Востока и примитивные культуры различных племен, населявших огромные просторы империи. Объединяющим началом в этой пестроте выступили византийская государственность, опирающаяся на православное христианское мировоззрение, и греческий язык, обеспечивший осознание единой государственной целостности. Все эти факторы способствовали возникновению нового качества соединения восточных и западных тенденций в едином контексте византийской культуры, в недрах которой постоянно сохранялась античность. Возможностями живой связи с ее традициями мир обязан в какой-то мере именно Византии.

Главной особенностью всего пути византийской культуры была постоянная борьба между различными влияниями, между старым и новым, между высокой духовностью и жестким практицизмом. Влияние Византии на мировую культуру огромно. Несмотря на произошедший в XI веке разрыв между церковью Запада и Византией, между католичеством и православием, многие идеи, а особенно ереси, были восприняты на Западе. Такие западные еретики, как альбигойцы, катары и другие, прямо связаны с антифеодальными движениями Византии, Византийское искусство могло восприниматься различно, но элементы византийской архитектуры, иконописи можно встретить в искусстве Западной Европы, особенно сильное влияние культура Византии оказала на культуру России. Начиная от государственности, принятия православной религии и кончая строем церковного ритуала, архитектурным и иконографическим каноном, даже многими элементами быта, Россия как бы приняла наследство, оставленное ей византийской культурой.

Использованная литература

1. Мир культуры (Основы культурологии). Учебное пособие. 2-е Б95 издание, исправленное и дополненное.— М.: Издательство Фёдора Конюхова; Новосибирск: ООО “Издательство ЮКЭА”, 2002. — 712 с.

1 Фаэтон — божество солнца и света в римской мифологии.

Характеристики

Список файлов реферата