3747-1 (696461), страница 2
Текст из файла (страница 2)
На первом рисунке Бидлоо изобразил “План своего сада”.(37) Усадьба располагалась на прямоугольном участке левого берега Яузы, слева от госпиталя, между рекой и Лефортовской слободой. Она объединяла в один комплекс хозяйственную и жилую зоны, имела две главные композиционные оси: центральную продольную аллею, идущую от Солдатской слободы к берегу Яузы, и поперечную, связывающую малые и парадные ворота, обращенные к госпиталю. Бидлоо поместил на этом листе подробную экспликацию, единую для всех рисунков. Соединение в одном комплексе хозяйственной, жилой и развлекательной зон, типично для загородных бюргерских усадеб Западной Европы.(38) Об этом пишет и сам Бидлоо: “Мое искусство и наука полезны и тем и другим. Одно есть рассуждения, наблюдения, идеи, другое - украшение, напоминающее о прошлом. Все это может успешно поддерживать умение хозяйствовать, так успешно и существенно в человеческой жизни, созданной самим Богом, соединяя пропитание с удовольствием, а данный нам вкус, будучи врожденным практически у всех людей, от дворянина до фермера, располагает нас к жизни в деревне.”(39)
Второй рисунок воспроизводит вид усадьбы в перспективе с птичьего полета.(40) В композиции усадьбы отсутствует принцип жесткого соподчинения - коттедж хозяина располагается в нижней левой части жилого ансамбля, на поперечной оси у малых ворот. Центральная ось, начинаясь от Солдатской слободы, заканчивается у реки своеобразным павильоном. Пространство сада организовано боскетами, образующими коридоры, залы, кабинеты и лабиринт, внутри которых устроены газоны, орнаментальные клумбы, фигурные водоемы с подпорными стенками, расставлены статуи, беседки и скамейки.
Третий рисунок изображает “Вид сада и соседнего госпиталя на фоне Немецкой слободы и Лефортовского дворца”.(41) Стилистика этого сооружения явно тяготеет к формам голландского классицизма. Известно, что деревянное здание госпиталя сгорело в 1721 году(42) и было выстроено заново на каменном фундаменте “как прежде было”.(43) Это прямоугольное в плане сооружение с пятигранным выступом в центре, увенчанном граненым куполом с люкарнами и золоченой статуей “Милосердия” - здесь располагалась больничная церковь “Обновления храма Воскресения Христова”- и небольшими ризалитами по краям фасада. Единственное средство архитектурного обогащения - пилястровый поэтажный ордер, которым оформлены выступающие части объема здания. Архитектурное решение госпиталя в полной мере соответствует раннему петербургскому стилю 1710-х годов.
На 12 рисунках запечатлены отдельные виды усадьбы.
Дом-коттедж был прост и функционален.(44) Он срублен из бревен, обшит только с парадной стороны, крыт тесом. Перед вестибюлем в доме устроена небольшая лоджия и пространственное крыльцо-портик тосканского ордера.
Планировка коттеджа незатейлива: в средней части расположен вестибюль, из которого осуществляется вход во все внутренние помещения - гостиную, спальню, кабинет, кухню и комнату прислуги. Убранство комнат(45) характерно для Голландии XVII века - гладкие, обшитые тесом стены, картины и шандалы на них, резная мебель, типичная для бюргерского интерьера; на кухне - огромный очаг и полки с посудой. Глядя на эти интерьеры, сделанные голландцем сообразно своим вкусам и национальным традициям быта, понимаешь в какой степени конкретными были про голландские вкусы Петра I.
Перед домом, через аллею, был устроен прелестный цветник с декоративными клумбами и скульптурой. В саду жили экзотические животные - павлины, олени и т. д.(46)
От портика открывался вид на триумфальные ворота, которыми Бидлоо оформил выход из усадьбы к госпиталю. Он установил в своей усадьбе те самые ворота, проект которых с приветствием и пояснительным текстом преподнес Петру I в 1709 году по случаю победы под Полтавой.(47)
От триумфальных ворот в перспективе главной поперечной аллеи слева виднелся портик хозяйского дома, а на переднем плане возникали виды двух парковых водоемов.(48)
Правый пруд имел форму квадрифолия, был вписан в центральное нишеобразное пространство лабиринта, образованного боскетами. Здесь стояла статуя богини Дианы.(49) Левый пруд был удлиненной формы, его торец декорировала подпорная стенка, над которой располагалась смотровая площадка.(50) С нее открывался вид на гладь водоема, Яузу и Немецкую слободу. Здесь, как видно на рисунке, могли устраиваться чаепития и другие увеселения.(51)
Рядом с этим прудом на берегу Яузы по оси центральной аллеи стояла уникальная по форме и конструкции беседка, которую Бидлоо называет летним домом или павильоном. Это крестообразное в плане строение, опиравшееся на одну опору и высоко поднятое на уровнем земли. Вероятно, такое положение постройки было связано с предохранением ее от весенних паводков. С четырех сторон ее оформляли открытые веранды, ко входу - со стороны главной аллеи вели ступени - террасы. Павильон явно предназначался для созерцания окрестных видов: панорамы реки, силуэта Немецкой слободы, Преображенского, Семеновского, а также ансамбля самого парка. Голландец изобразил в интерьере летнего домика женщину, сидящую за мольбертом, как бы намекая на это.(52) От павильона открывался вид на главную аллею усадьбы и часть парка, примыкающую к реке. Справа виднелся буленгрин, по периметру обсаженный отдельно стоящими деревьями. Слева - задний фасад хозяйского дома, с сильно выступающим объемом средней комнаты.(53)
На главной аллее в конце перед хозяйственным двором Бидлоо устроил круглую площадку, “окруженной прелестной оградой и очень высокими елями и липами, вокруг которых можно гулять.”(54) Она была непосредственно связана с пространством хозяйственного двора и возможно предназначалась для катания на лошадях - верхом и в колясках.(55)
За малыми воротами, вне усадьбы стояли на лугу овин и молотильня и открывался вид на панораму Семеновского.(56)
Перед нами усадебный ансамбль, возведенный профессиональным голландским врачом Николаем Бидлоо, который был приглашен в Россию Петром I и прожил здесь всю оставшуюся жизнь. Он умер в 1735 году и до последних дней возглавлял, организованный им госпиталь. Следовательно, с 1710 по 1735 гг. Бидлоо мог со своей семьей проводить свободное время в этой усадьбе.
Архитектурный стиль Бидлоо в полной мере отражал устойчивые реалии голландской архитектуры второй половины XVII столетия - ее приверженности классицистической палладианской линии и традициям французского садово-паркового искусства до ленотровского периода(57), приспособленным к масштабу бюргерского заказа. Анализ композиционных особенностей усадьбы Бидлоо и архитектурной стилистики, спроектированных им сооружений позволяет признать творческие дарования голландского врача и вслед за Пером I поставить его в один ряд с практиковавшими тогда зодчими.
Коллекция рисунков Бидлоо расширияет представления о событиях московской архитектурной практики Петровской поры и дает новый материал для дальнейших исследований вкусовых и эстетических предпочтений, проявлявшихся в сфере архитектурного заказа в 1700 - 1720-е годы.
В заключении - слова Николааса Бидлоо, свидетельствующие о том сколь большое значение придавал автор искусству садов: “Мы не видим монархов, отрекающихся от трона, консулов и генералов, отказывающихся от своего знатного положения, весьма образованных и мудрых людей, бросающих свою беспокойную жизнь и свои достижения, т. к. это выглядит не практично и не умно, но более разумным представляется мне искать отдых от всех этих забот в деревне - вот одно из главных доказательств необходимости садов.”(58)
Список литературы
Рихтер В. История медицины в России. Т. 3, М., 1820, стр. 96-102; Чистович Я.А. История медицинских школ в России. СП б., 1883, стр. 51-60; Алелеков А. Н. История Московского военного госпиталя в связи с историей медицины в России. М., 1907, стр. 13-159; Мирский М.Б. Медицина в России. XVI-XIX века. М., 1996, стр. 21-26; Яровинский М.Я. Здравоохранение Москвы. 1581-2000 гг. М., 1988, стр. 12-13; Орбин Н.А. Н. Бидлоо и его наставления. // Бидлоо Н.Л. Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре. Пер. с лат. к. фил. А.А. Содомора. М., 1978, стр. 370-461.
Рихтер А. История медицины в России. Т. 3, М., 1820, стр. 100.
Алелеков А. Н. История Московского военного госпиталя в связи с историей медицины в России. М., 1907, стр. 76-77.
Исторический очерк и обзор фондов рукописного отдела библиотеки Академии наук. Вып. 1, М.-Л., 1956, стр. 419.5
О спектаклях в московском госпитале несколько раз сообщает Ф.В. Бергхольц - Дневник камер-юнкера Ф. В. Бергхольца. Ч. 2. М., 1902, стр. 247; Там же, ч. 3, М., 1903, стр. 7.
О пьесах, написанных учениками госпиталя см.: Пьесы школьных театров Москвы. Ранняя русская драматургия (XVII - первая половина XVIII в.). М., 1974, стр. 256-313, 506-513.
Дневник камер-юнкера Ф. В. Бергхольца. Ч. 2. М., 1902, стр. 195.
Новые сведения о голландском периоде жизни Н. Бидлоо были введены в научный оборот сотрудником Лейденского университета Д. Виллимзе см.: Willimse David. The un known Drawings of Nicholas Bidloo, Director of the First Hospital in Russia. Voorburg, 1975, p. 11-25.
ГБЛ, отдел рукописей, ф. 344, № 440, л. 1. ( Дело о приеме доктора Бидлоо, бывшего потом архиатером и основателем госпиталя, 1702 февраля 13)
Голландская поэтесса Катерина Лескалле посвятила Бидлоо три стихотворения, в которых восхваляла его талант художника. См.: Willimse David. The un known Drawings of Nicholas Bidloo, Director of the First Hospital in Russia. Voorburg, 1975, p. 23.
ГБЛ, отдел рукописей, ф. 344, № 440, л.. ( Дело о приеме доктора Бидлоо, бывшего потом архиатером и основателем госпиталя, 1702 февраля 13)
Эти слова Н. Бидлоо написал в своем “Очерке, поясняющем рисунки моим детям и семье”. -См.: Willimse David. The un known Drawings of Nicholas Bidloo, Director of the First Hospital in Russia. Voorburg, 1975, BPL 2727 - 1,2.
Орбин Н.А. Н.Бидлоо и его наставления. // Бидлоо Н.Л. Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре. Пер. с лат. к. фил. А.А. Содомора. М., 1978, стр. 392.
Сытин П. В. История планировки и застройки Москвы. Т. 1, М., 1956, стр. 221-222, 372; Дубяго Е. Б. Регулярные сады и парки. Л., 1963, стр. 282-286; Евангулова О. С. Дворцово-парковые ансамбли Москвы первой половины XVIII века. М., 1969, стр. 37-39, 107-109.
Впервые три оригинала из этой коллекции, хранящейся в архиве библиотеки Лейденского университета, экспонировались в России в 1989 году на выставке “Голландцы и Русские. 1600-1917. Из истории отношений между Россией и Голландией см.: каталог выставки “Голландцы и Русские. 1600-1917. Из истории отношений между Россией и Голландией.” ГМИИ им. А. С. Пушкина. М.,1989, стр. 87, 88. До этого в 1979 году историками отечественной медицины был опубликован перевод рукописного труда Н. Бидлоо “Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре” - см.: Бидлоо Н.Л. Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре. Пер. с лат. к. фил. А.А. Содомора. М., 1978. Издание иллюстрировали репродукции четырех рисунков автора, которые были сделаны с факсимильного голландского издания “The unknown drawings of Nicholas Bidloo, director of the first hospital in Russia’’ составленного сотрудником Лейденского университета Давидом Виллимзе - Willimse David. The unknnown Drawings of Nicholas Bidloo, Director of the First Hospital in Russia. Voorburg, 1975.
Автор факсимильной публикации сообщил в предисловии, что коллекцию рисунков Николая Бидлоо подарила университету в 1966 году одна американская семья, предки которой были выходцами из Голландии. Однако, история ее более, чем двухсотлетнего, бытования осталась на сегодняшний день практически не известной.
Алелеков А. Н. Указ соч., стр. 101. К сожалению автор не дает отсылок на архив, в котором он нашел этот документ и только перечисляет все архивы и фонды, которыми он пользовался: московское отделение Архива Главного штаба, московский Архив Печатного двора, Архив Межевой канцелярии, Архив Министерства Юстиции см.: Алелеков А. Н. Указ соч., стр. IX.
Алелеков А. Н. Указ соч., стр. 102. Скорее всего данные документы хранятся в РГАДА в фондах Архива Министерства Юстиции, куда перешли дела монастырского приказа.
Письмо Н. Бидлоо от декабря 1722 года. РО БАН 1.1.21. Р. 1167, лл.1,2.
Бергхольц Ф. В. Указ соч. Ч. 2, стр. 214.
Чистович А. Я. Указ соч., стр. XXX. Исследователь не указывает архив, в котором хранился этот документ.
Поиски дачи для принца начались 17 мая, а переезд произошел 29 июня. Бергхольц Ф. В. Указ соч., ч. 2, стр. 154-171.
В 1722 году 8 сентября “начало морозить”, а 9 - выпал снег. Голштинский принц переехал в Немецкую слободу 28 сентября. - См.: Там же, стр. стр. 190, 191, 196.
Willimse David. Op. cit., BPL 2727 - 3.
Wendel Tassilo. Gartenkunst im Spiegel der Zeit. Leipzig, 1985, s. 132-133.
Исторический очерк и обзор фондов рукописного отдела библиотеки Академии наук. Вып. 1, М.-Л., 1956, стр. 419.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
