42629 (687186), страница 6

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 6)

Таким образом, открывает рассказ описание интерьера – пивной, комнаты. При описании интерьера автор активно использует прилагательные although ill-contrived, smoke-blackened, low-pitched.

Затем художественное пространство новеллы еще более сужается: главные герои показаны сидящими посередине зала описанной комнаты, более того – за дубовым столом: «both elbows resting upon the large oaken table in the middle of the floor» .

После этого пространство начинает расширяться – герои рассказа выходят на улицу, скрываясь от погони: «Having accordingly disposed of what remained of the ale, and looped up the points of their short doublets, they finally made a bolt for the street» .

Улица несет героев к зачумленному кварталу: «It was by one of the terrific barriers already mentioned, and which indicated the region beyond to be under the Pest-ban, that, in scrambling down an alley» .

Наконец, они оказываются в эпицентре заразы: «They had now evidently reached the strong hold of the pestilence. Their way at every step or plunge grew more noisome and more horrible – the paths more narrow and more intricate. Huge stones and beams falling momently from the decaying roofs above them, gave evidence, by their sullen and heavy descent, of the vast height of the surrounding houses; and while actual exertion became necessary to force a passage through frequent heaps of rubbish, it was by no means seldom that the hand fell upon a skeleton or rested upon a more fleshly corpse».

Конечный пункт вынужденного путешествия героев – лавка гробовщика: «The room within which they found themselves proved to be the shop of an undertaker; but an open trapdoor, in a corner of the floor near the entrance, looked down upon a long range of wine-cellars, whose depths the occasional sound of bursting bottles proclaimed to be well stored with their appropriate contents. In the middle of the room stood a table – in the centre of which again arose a huge tub of what appeared to be punch. Bottles of various wines and cordials, together with jugs, pitchers, and flagons of every shape and quality, were scattered profusely upon the board. Around it, upon coffin-tressels, was seated a company of six».

Страшное зрелище предстало перед матросами. Автор описывает каждого из шести сидящих за столом – все это представляет художественное пространство произведения.

В качестве примера приведем описание субъекта, казавшегося председателем сообщества:

«Fronting the entrance, and elevated a little above his companions, sat a personage who appeared to be the president of the table. His stature was gaunt and tall, and Legs was confounded to behold in him a figure more emaciated than himself. His face was as yellow as saffron – but no feature excepting one alone, was sufficiently marked to merit a particular description. This one consisted in a forehead so unusually and hideously lofty, as to have the appearance of a bonnet or crown of flesh superadded upon the natural head. His mouth was puckered and dimpled into an expression of ghastly affability, and his eyes, as indeed the eyes of all at table, were glazed over with the fumes of intoxication. This gentleman was clothed from head to foot in a richly embroidered black silk-velvet pall, wrapped negligently around his form after the fashion of a Spanish cloak.–His head was stuck full of sable hearse-plumes, which he nodded to and fro with a jaunty and knowing air; and, in his right hand, he held a huge human thigh-bone, with which he appeared to have been just knocking down some member of the company for a song».

При описании собравшихся в этой лавке автор подчеркивает их расположение относительно друг друга. Для этого активно используются предлоги, наречия, существительные: «fronting the entrance», «оpposite him and with her back to the door», «at her right hand», «оver against her», «neхt tо him and the right hand of the рrеsident», «fronting him».

Внезапно Рангоуту и Хью Брезенту открывается правда, председатель этого сборища сообщает, что они находятся не в лавке Вилла Вимбла, а в тронном зале дворца: «This apartment, which you no doubt profanely suppose to be the shop of Will Wimble the undertaker – a man whom we know not, and whose plebeian appellation has never before this night thwarted our royal ears – this apartment, I say, is the Dais-Chamber of our Palace, devoted to the councils of our kingdom, and to other sacred and lofty purposes».

Председатель продолжает: «The noble lady who sits opposite is Queen Pest, our Serene Consort».

Для обозначения пространственных отношений опять используется наречие «who sits opposite is Queen Pest».

Завершается новелла тем, что художественное пространство расширяется – герои выходят на середину комнаты, потом на улицу, бегут к «Беззаботной»:

«Jostling King Pest through the open trap, the valiant Legs slammed the door down upon him with an oath, and strode towards the centre of the room. Here tearing down the skeleton which swung over the table, he laid it about him with so much energy and good will, that, as the last glimpses of light died away within the apartment, he succeeded in knocking out the brains of the little gentleman with the gout. Rushing then with all his force against the fatal hogshead full of October ale and Hugh Tarpaulin, he rolled it over and over in an instant. Out burst a deluge of liquor so fierce – so impetuous – so overwhelming – that the room was flooded from wall to wall – the loaded table was overturned – the tressels were thrown upon their backs – the tub of punch into the fire-place – and the ladies into hysterics. Piles of death-furniture floundered about. Jugs, pitchers, and carboys mingled promiscuously in the melee, and wicker flagons encountered desperately with bottles of junk. The man with the horrors was drowned upon the spot – the little stiff gentleman floated off in his coffin – and the victorious Legs, seizing by the waist the fat lady in the shroud, rushed out with her into the street, and made a bee-line for the «Free and Easy, » followed under easy sail by the redoubtable Hugh Tarpaulin, who, having sneezed three or four times, panted and puffed after him with the Arch Duchess Ana-Pest».

Таким образом, мы видим, что в новелле «King pest» Э. По, описывая место действия, ведет читателя во внутреннее пространство, при этом вводит в произведение описание интерьера (пивной, лавки гробовщика), который описывает подробно, используя традиционные для английского языка языковые средства выражения категории локальности (активно использует прилагательные при описании, создавая зрительные образы интерьера. Интересен тот факт, что описывая интерьер, автор включает в его представление описание внешности людей, именно это помогает создать ощущение ужаса. При уточнении взаимного расположения героев употребляет наречия, предлоги с существительными). Выводя героев из помещений, Э. По лишь намечает их путь: улица, барьер, отделяющий зачумленный город.

Подчеркнем, что роль художественного пространства в этой новелле очень огромна, постепенно сужаясь, затем, расширяясь, оно ведет нас во внутреннюю ткань произведения.

Рассмотрев особенности воплощения категории локальности в новеллах Эдгара По, отметим, что автор редко помещает своих героев в такую конкретную обстановку, чтобы можно было точно определить, где, в какое время, в какой среде происходит событие. Обстановка в его произведениях чаще всего условна.

Поставив себе почти экспериментаторскую цель – изучить человеческое естество в возможностях тела и духа, автор тем самым обрек себя на абстрагирование от конкретной человеческой личности, как бы «очистив» ее от примет места. Писатель наблюдает человеческую психику вне конкретно-исторических обстоятельств человеческого бытия.

Художественное пространство, созданное в произведениях Э. По, включает в себя исключительные обстоятельства, в которых проявляются характеры героев.

Изучение особенностей творческой манеры Э. По как писателя-новеллиста и специфики созданного им художественного пространства позволяет сделать следующие выводы:

1. Для творческой манеры Э. По характерны сочетание фактографичности и фантастичности, наличие подробностей, рисующих обстоятельства действия, фантастичность сюжетов, которые, в конечном счете, рисуют только возможное в реальном мире.

2. Э. По создает особое художественное пространство, в которое попадают его герои, – исключительные обстоятельства, в которых проявляется сущность человека.

3. Э. По использует разные способы создания категории локальности: иногда представляет описание пейзажа или интерьера, которые наиболее полно рисуют место действия (наиболее характерно это для психологических новелл писателя), чаще всего использует яркие и емкие детали, штрихами изображая пространство, в котором живут герои.

4. Пространство в новеллах Э. По то сужается, то расширяется по отношению к персонажам, чаще всего оно конкретное (комната, замок, пивная и т.п.), иногда может быть абстрактным (то ли лавка гробовщика, то ли тронный зал).

5. Средства выражения категории локальности в новеллах Э. По традиционны для английского языка: имена существительные и прилагательные, предлоги, наречия и др. Выбор конкретного языкового средства зависит от художественной задачи писателя.

Заключение

Картина мира, моделируемая в художественном тексте, в частности, и при помощи категории локальности, оказывается пропущенной через индивидуальное сознание художника. «Здесь», «сейчас» и т.д. представляют собой окружение человека. Через их изображение в художественном тексте показана познавательная деятельность человека в процессе его общения с миром.

Категория локальности в лингвистике и литературоведении связана с понятием художественного пространства.

Важную роль организация художественного пространства имеет в новеллах Э. По, так как позволяет увидеть важные закономерности в творчестве писателя.

Эдгар По стремился узнать человека «вообще» – уловить и сформулировать закономерности человеческого поведения, которые ярче всего проступают при исключительных обстоятельствах. Поэтому яркими штрихами писатель создает особое художественное пространство, в которое попадают его герои, – исключительные обстоятельства, в которых проявляется сущность человека.

Список использованной литературы

1. Edgar Poe Selected Tales. Penguin Books. A Penguin / Godfrey Gave Edition. – 1994 – 406 p.

2. Эдгар По. Рассказы. М.: Правда, 1982 – 448 с.

3. Бахтин М.М. Формы времени и хронотопа в романе. // М. Бахтин. Вопросы литературы и эстетики. – М. Художественная литература, 1975. – С. 234–407.

4. Боброва М.Н. Романтизм в американской литературе XIX века. – М.: Высшая школа, 1972. – 284 с.

5. Валгина Н.С. Теория текста. – М.: Логос, 2003. – 268 с.

6. Гусев В.И. К соотношению философских и литературоведческих категорий в контексте современной интерпретации классики. // Филологические науки. – 2007. – №3 – С. 34–42.

7. Есин А.Б. Принципы и приемы анализа литературного произведения. – М.: Флинта: Наука, 2003. – 248 с.

8. Иванова О.Я. Лингвокультурная специфика словообразовательной категории локативности (на материале русского и английского языков). Автореф. … уч. степ. канд. филолог. наук. – Ставрополь, 2004. – 22 с.

9. История зарубежной литературы XIX века. В 2 ч. Ч. 2. /Под ред. Н.П. Михальской. – М.: Просвещение, 1991. – С. 10 – 20.

10. Карасев Л.В. Маятник Эдгара По // Вопросы философии. – 2005.– №8. – С. 82–90.

11. Кухаренко В.А. Интерпретация текста. – Л.: Просвещение, 1978. – 327 с.

12. Кухаренко В.А. Практикум по интерпретации текста. – М.: Просвещение, 1987. – 176 с.

13. Литературный энциклопедический словарь / Под общ. ред. В.М. Кожевникова, П.А. Николаева. – М.: Советская энциклопедия, 1987. – 752 с.

14. Лотман Ю.М. Культура и взрыв. – М.: Гнозис, 1992. – 270 с.

15. Лукин В.А. Художественный текст. Основы лингвистической теории и элементы анализа. – М.: Издательство «Ось – 89», 1999. – 192 с.

16. Новиков Л.А. Художественный текст и его анализ. – М., 1988.

17. Ноздрина Л.А. О категориальном статусе некоторых лингвистических явлений // Вестник ВГУ, Серия лингвистика и межультурная коммуникация, 2001. – №2. – С. 39 – 45.

18. Самосудова Л.В. Хронотоп в современной лингвистике / Л.В. Самосудова // Филологические заметки: Межвузовский сб. науч. тр. / МГПИ им. М.Е. Евсевьева. – Саранск, 1999. – С. 71–74.

19. Современный философский словарь / Под общ. ред. В.Е. Кемерова. – Лондон – Франкфурт-на-Майне – Париж – Люксембург – Москва – Минск: Издательство «Панпринт», 1998. – 1064 с.

20. Сыродеева А. Мир малого. Опыт описания локальности. – М.: ИФРАН, 1998. – 200 с.

21. Тапина А.Ф. Филологический анализ текста. – М.: Флинта: Наука, 2006. – 240 с.

22. Хализев В.Е. Теория литературы. – М.: Высшая школа, 2002. – 437 с.

1 Карасев Л.В. Маятник Эдгара По // Вопросы философии.-2005.-№8.- С.87.

Характеристики

Список файлов курсовой работы