41889 (686960), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

Дальнейшее развитие указанных имен на -i с основой на -ma (-mä) представляют названия орудия или средства действия на -in с основой на -ime. Основа в данном случае является аналогично преобразованной. С одной стороны, i фонетичное, в случае исчезновения a (ä) после m, обобщилось по всем формам. С другой стороны, и по образцу случаев, где нуль в номинативе единственного числа выступал при основах на -e [vanhus (vanhukse-) ‛старик’, и т.п.], совершилась замена основы на -a (ä) основой на -e. Следует добавить, что при переработке дифтонга, создавшегося путем нарастания i на предшествующий гласный, произошло обобщение слогового i за счет oi. Пример: nostin ‛подъемник’, ‛рычаг’ (от nosta ‛поднять’), painin ‛пресс’ (от paina ‛давить’, ‛жать’)³⁴.

Следует думать, что названия орудия или средства на -in (-ime-) сложились не в независимой позиции, а в позиции определения, т.е. в случаях вроде nostin-puu ‛поднятие-дерево’, ‛подъемник-дерево’, откуда могло извлекаться nostin ‛подъемник’, ‛рычаг’.

От имен на -in с основой на -ma (-mä) произошли имена на -mo (-mö) или -imo (-imö), обозначающие место какого-либо действия, вроде veistämö ‛корабельная верфь’ ‛деревообделочная мастерская’ (от veistää ‛вырезать’), polttimo ‛винокурня’ (от poltta- ‛жечь’). Следует думать, что названия места действия сложились не в независимой позиции, а в позиции определения, т.е. в случаях вроде polttimo-kota букв. ‛жжение-шалаш’, ‛место жжения-шалаш’, откуда могло происходить polttimo ‛место жжения’, ‛винокурня’.

От имен на -ma (-mä) производятся имена на -mukse- (-mykse-), ном. ед. ч. -mus (-mys), обозначающие существо действия; например: aikomus ‛намерение’, anomus ‛просьба’, eksymys ‛заблуждение’, elämys ‛переживание’, kokemus ‛испытание’, ‛опыт’, kärsimus ‛испытание’, ‛мука’, rikkomus ‛преступление’, toivomus ‛надежда’, vaatimus ‛требование’. Значение суффикса -kse- здесь, как и многих других имен действия, не совсем ясно. В связи с именами на -ma (-mä) находятся имена на -minen с основой на -mise-. Эти имена ныне обозначают обычно протекание действия, например, antaminen ‛давание’, näkeminen ‛видение’.Раньше эти имена имели более конкретное значение. Оно сохраняется в карельском языке (например, Stalinan sanominen sana ‛Сталина говорение слово’, ‛Сталиным говоримое слово’). Это более конкретное значение отражается в подобных герундиям формах на -minen и -mista (-mistä).

То обстоятельство, что перед нами не -mainen (-mäinen), а -minen, объясняется, по-видимому, тем, что рассматриваемые образования произведены непосредственно не от имен на -ma (-mä), а от имен на -me. Последние возникли на аналогичных началах под влиянием случаев вроде aidas ‛жердь для забора’ – aidakse- вместо -in < -ma (-mä) могло устанавливаться -in < -me. Когда-то образования на -me были более распространены, чем ныне, и составляли значительную «конкуренцию» именам на -in < -ma (-mä). Об этом говорят случаи вроде asemassa ‛вместо’ (при asema ‛место’, ‛положение’).

Важную роль играет также суффикс -ja (-jä) или, в случае отпадения a (ä), -i. Этот суффикс встречается в двух случаях.

1. В именах типа muisti ‛память’, paini ‛борьба (спорт)’, työnti ‛толчок’, oppi ‛учение’, anti ‛дар’, paisti ‛жарение’, ‛жаркое’. Здесь сохраняется основное значение – конкретное содержание действия.

2. В именах типа muistaja ‛тот, кто помнит’, painaja ‛тот, кто давит, жмет’, työntäjä ‛тот, кто толкает’, и т.п. Это – название действователя; в карельском языке отсюда происходят активные причастия незаконченного действия.

Следует думать, что названия действователя на -ja (-jä) сложились не в независимой позиции, а в позиции определения, т.е. в случаях вроде muistaja-mies ‛память-человек’ ‛тот, кто помнит (человек)’, откуда могло происходить muistaja ‛тот, кто помнит’. Рассматриваемый суффикс сыграл громадную роль в истории формирования глагола.

Имена на -ja (-jä) иногда получают суффиксные осложнения, не сдвигающие заметно их значение. Особого указания требуют имена на -jan (-jän) при основе на -jame- (-jäme-); раньше на -jain (-jäin) при основе на -jame- (-jäme-). Сюда относятся имена вроде asujan ‛обитатель’ (ср. asuja в том же значении), kulki(j)an ‛путник’, бродяга’ (ср. kulkija ‛путник’. Отметим случаи вроде eläjäin > eläin (eläime-) ‛животное’ (ср. eläjä ‛то, что живет’), kasvajain > kasvain ‛растение’ (ср. kasvajan ‛то, что растет’). Суффикс -in < -ime вместо первоначального -in < -ma (-mä) здесь, несомненно, по происхождению выделительный суффикс³⁵.

Особого указания требуют также имена на -jas (-jäs) при основе на -jaa- (-jää-) из -jaha- (-jähä-). Сюда относятся имена вроде kuoli(j)as ‛мертвый’ (lyödä kuoliaaksi ‛избить до смерти’; kuolija ‛тот, кто умирает’), puhelikas ‛говорливый’ (ср. puhelija ‛поговаривающий’). Суффикс -s здесь тот же неясный суффикс, что, например, в именах на -kas (-käs) при основе на -kkaa--kkää-) из -kkaha- (-kkähä-).

С именами на -i и на -ja (-jä) связаны имена на -io (-iö) из -ijo (-ijö). Слоговое i в этих именах появилось как фонетическая переработка e в соответствующих случаях, а затем оказалось обобщенным. Значение этих имен разнообразное. В части случаев наличествует значение, характерное для имен действия вообще как первоначальное. Примеры: tappio ‛ущерб’, ‛урон’, huomio ‛внимание’, arvio ‛оценка’, häviö ‛гибель’.

В другой части случаев наличествуют значения, характерные для имен действия как производные. Примеры одного рода: olio ‛нечто существующее’, ‛существо’, ‛предмет’; luopio ‛некто отрекающийся’, ‛ренегат’. Примеры другого рода: hylkiö ‛нечто отвергнутое’, ‛отбросы’, ‛отверженец’; heittiö ‛нечто брошенное’, ‛дрянь’, ‛негодяй’. Примеры третьего рода: keittiö ‛место, где варят’, ‛кухня’; säiliö ‛место, где хранят’, ‛хранилище’, ‛резервуар’. Указанные различные значения возникли, надо думать, в позиции определения при различных определяемых.

Имена на -io (-iö), производные от глаголов, которые сами являются производными от имен, могут трактоваться как производные прямо от имен. Так, построив ряд aita ‛изгородь’ – aitaa ‛огородить’ – aitio ‛огороженное место’, ‛ложа’, извлекают из них укороченный ряд aita ‛изгородь’ – aitio ‛ложа’. Это переводит суффикс -io (-iö) в число суффиксов отыменных имен. Суффиксом -io (-iö) как суффиксом отыменных имен в последнее время весьма широко пользуются при создании новых терминов: sormio ‛клавиатура’ (от sormi ‛палец’), jalkio ‛педаль’ (от jalka ‛нога’), kolmio ‛треугольник’ (от kolme ‛три’), neliö ‛квадрат’ (от neljä ‛четыре’) и т.п. Среди имен на -io (-iö) есть такие, которые не относятся к числу j-овых по происхождению.

Далее, важную роль играет суффикс -pa (-pä), на слабой ступени -va (-vä) или, в случае отпадения -a (-ä), – -o (-ö) или -u (-y). Напомним, что -o (-ö) и -u (-y) в непервых слогах могли получаться на месте сочетания гласный (заканчивающий одну морфему) плюс p, v (составляющие другую морфему). Рассматриваемый суффикс употребляется в двух случаях³⁶.

1. В именах типа ajo ‛гон’, kylvö ‛сев’, isku ‛удар’, näky ‛вид’. Здесь сохраняется основное значение – конкретное содержание действия. В оборотах типа kuulen lintujen laulavan (или kuulen lintujen laulun) ‛слышу птиц пение’, сохраняется иной звуковой вид основы этих имен.

2. В именах типа antava ‛дающий’, puhuva ‛говорящий’ (ном. ед. ч. раньше antavi, puhuvi); с сильноступенным p syöpä ‛едящий’, käypä ‛идущий’ > ‛ходячий’ и т.п. (ном. ед. ч. раньше syöpi, käupi). Эти имена дали начало p-овым причастиям. По линии пассивных причастий произошли некоторые особые явления. На основе p-овых причастий получились формы 3 л. ед. ч. наст. вр.

Следует думать, что значение образований второй группы сложилось не в независимой позиции, а в позиции определения, т.е. в случаях вроде antava-ihminen ‛подача-человек’, ‛дающий человек’, откуда могло происходить antava ‛дающий’. Немаловажную роль играет и суффикс -na (-nä). Этот суффикс употребляется в двух случаях.

1. В именах типа kiljuna ‛рев’ (при kilju ‛реветь’), humina ‛шум’ (при humise ‛шуметь’).

2. В именах типа antanut ‛давший’, syönyt ‛съевший’. Здесь n-овый суффикс выступает с осложнением. Эти образования приняли функцию причастий.

Суффикс -ka (-kä) дает себя знать в образованиях на -e(k), вроде koe ‛проба’, ‛попытка’, este ‛препятствие’, piste ‛угол’, ‛точка’, sade ‛дождь’, aloite ‛начинание’, todiste ‛доказательство’. Здесь суффикс выступает в фонетической переработке, с одной стороны, в исходе основы аналогически установилось e вместо a (ä), а с другой стороны, перед суффиксом обобщилось e. Данный суффикс сыграл громадную роль в истории формирования глагола³⁷.

Суффикс -ta (-tä) лег в основу формирования t-овых инфинитивов и герундиев. Когда-то были t-овые имена действия, сохранявшие основное значение. Они целиком вошли в процесс формирования инфинитивов и герундиев и не сохранились обособленно. Указанный суффикс -ta (-tä) имеет связь с суффиксом -ea (-eä) из -et+a (-et+ä) в громадном количестве прилагательных вроде kostea ‛сырой’. Связь можно разъяснить на следующем примере. При kostu- ‛увлажняться’, которое предполагает былое kosta ‛увлажнять’, мы находим kostea (их kostet+a) ‛увлажненный’ и далее ‛влажный’, ‛сырой’, e в последнем примере обязано обобщению e во всех подобных случаях. Первоначально kostea значило собственно «увлажнение», но в сочетаниях типа kostea-maa ‛увлажнение-земля’, ‛увлажненная земля’ приобрело значение «увлажненный» и далее «влажный», «сырой».

Что связь именно такова, ясно при привлечении мордовских данных. Там есть не только прилагательные на -одо, -еде, вроде калгодо ‛твердый’, ‛жесткий’, сееде ‛частый’, ‛густой’, но и образования, яко сохранившие действенное значение, вроде озадо ‛севший’ (сон озадо ‛он севший’, т.е. ‛он сидит’; сон озадо ашти ‛он севший пребывает’, ‛он севши пребывает’, т.е. ‛он сидит’), стядо ‛вставший’, пумзядо ‛опустившийся на колени’.

Бесспорно, что в подавляющем большинстве прилагательных на -ea (-eä) связи с именами действия не прощупывается. В некоторых случаях глаголы, от которых произошли такие прилагательные, исчезли. Но важнее другое: -ea (-eä), возникнув на сравнительно узком участке лексики на почве развития имен действия, с течением времени было осмыслено как показатель собственно прилагательных и соответственно получили широчайшее распространение вне всякого отношения к именам действия.

Нелишне отметить, что связь имен прилагательных на -ea (-eä) с именами действия подтверждается фактом использования в лексических гнездах, куда входят эти прилагательные, других суффиксов имен действия, в частности суффикса -u (-y). Так, перед нами kauhu ‛ужас’, kauhea ‛ужасный’; kipu ‛боль’, kipeä ‛больной’; koru ‛украшение’, korea ‛красивый’; maku ‛вкус’, makea ‛вкусный’; sumu ‛мгла’, ‛туман’, sumea ‛мглистый’, ‛туманный’.

При всем этом в прилагательных на -ea (-eä) остается много неясного. Например, неясно, почему перед -ea (-eä) так часто наблюдается k (aukea ‛открытый’, oikea ‛прямой’, vaikea ‛тяжкий’, ‛трудный’, kerkeä ‛быстрый’, ‛проворный’, korkea ‛высокий’, tärkeä ‛важный’, virkeä, vireä ‛оживленный’, ‛деятельный’, karkea ‛грубый’, ‛жесткий’, julkea ‛наглый’, selkeä ‛ясный’, ‛безоблачный’, valkea ‛белый’, ‛бледный (по цвету)’, rohkea ‛смелый’, ruskea ‛рыжий’, ‛коричневый’, и т.п.)³⁸.

Некоторые явления суффиксации имен действия заключают в себе неясности. В частности, есть суффиксы, по-видимому, сложные по происхождению, однако не поддающиеся удовлетворяющему анализу. Таков, например, суффикс -nta (-ntä), а также, с i-овым осложнением, -nto (-ntö) – здесь перед нами -ai (-oi), или -nti – здесь перед нами -ai (-äi) > i. Примеры: kutsunta ‛зов’, nautinta ‛пользование’, istunto ‛заседание’, sovinto ‛соглашение’, tuonti ‛ввоз’, vienti ‛вывоз’.

Заключение

В современном разговорном финском языке, однако, имеются некоторые тенденции к переходу от синтетического выражения к аналитическому. Так, в свободной речи большинство финнов предпочло бы говорить, например, mun talossa (с mun, соответствующим русскому мой и английскому my) вместо talossani, а форма глагола kirjoitettuasi обычно встречается только в письменном языке - разговорный язык использует аналитическое выражение, приблизительно соответствующее английскому. Склонение использует суффиксы только в финском языке. Первоначально система была чисто агглюнативной: суффиксы просто "приклеивались" к словам. (Сравните это, например, со старой индоевропейской системой изменения гласного, которая все еще живет в неправильных английских глаголах: sing/sang/sung.) Однако, в настоящее время суффиксы могут вызывать изменения в корне слова, приводя к явлениям, похожим на склонение (например: juon 'я пью', join 'я пил'), и для нескольких суффиксов имеются альтернативные формы. Типичные изменения в основе слова³⁹:

- конечый -i в существительных часто (но не в новых заимствованиях типа grilli) изменяется к -e- в склонённых формах, например генитив от kivi 'камень' будет kiven (с -n как генитивным суффиксом);

- конечное -nen (что довольно обычно в прилагательных и встречается также в существительных) в номинативе ед. ч. переходит в -se- (или -s-) в других формах, например: hevonen 'лошадь' > hevoset 'лошади';

- деградация согласных: удвоенные согласные kk, pp, tt часто (в основном перед закрытыми слогами) заменяются одиночными k, p, t, например: генитив от lakki 'кепка' будет lakin;

Характеристики

Список файлов курсовой работы