60353 (673677), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Эта проблема была разрешена с изобретением особой гребенки, в зубьях которой были просверлены отверстия. Через последние пропускались все четные нити основы, нечетные же свободно проходили между зубьями гребня, подвешенного на подобие качелей на верхнем брусе станка. Когда нужно было выдвинуть на первый план четные нити, ткач тянул («дергал») к себе гребенку; при образовании второго зева гребень отодвигался назад от своего нормального положения, чем и достигалась перемена нитей основы. Это устройство сохранилось в настоящее время в рогожном производстве, где образование зева осуществляет бердо с глазками для одного ряда нитей и со щелями — для другого.
Еще удобнее, чем в вертикальной раме, было применение гребня в горизонтальном станке, вследствие того, что здесь для подъема берда с одной группой нитей приходилось только тянуть за веревку, необходимое же затем опускание этой группы нитей осуществлялось простым падением берда, оттягивавшим своей тяжестью нити, продетые через глазки, вниз.
Переход к производству более плотных тканей из тонкой пряжи, не выдерживавшей дергания грубым гребнем, и невозможность при значительном увеличении количества нитей основы приспособить для образования зева гребень достаточной величины, заставили ткачей перейти (вероятно в эпоху сельской общины) к ремизному аппарату в форме нитяных планок. Однако развитие этого принципа относится уже к эпохе рабовладельческого общества, поэтому мы сейчас на нем не будет останавливаться.
Если из гребня развились ремизки, то это же орудие явилось исходным в создании берда, как инструмента для прибоя протянутой уточной нити. Первоначально прибой осуществлялся плоской дощечкой, которую ткач держал за рукоятку и которая служила, вероятно, одновременно и для пропуска уточной нити и для последующей ее забивки (концом дощечки). Затем эта последняя функция перешла к гребню. Для лучшей раскачки гребень стал прикрепляться к батану, подвешивавшемуся к верхнему брусу станка. Что касается палочки, на которую наматывалась нить утка, то она представляла собой на первых этапах развития ткацкой техники простое веретено. Неудобство, связанное с задеванием такой палкой нитей основы при быстрой прокидке утка, заставляло делать ее как можно более узкой, в результате чего наиболее употребительной становится, в конце концов, игла, применявшаяся уже раньше в операциях сшивания тканей. Один конец ее заостряется (для лучшего скольжения), другой — более толстый — служит для намотки утка.
Дальнейшая эволюция выражается в заострении обоих концов иглы и в устройстве в них ушков, через которые пропускаются нити утка попеременно при прокидке вперед и назад. В этой двусторонней игле, применение которой значительно ускорило темп работы на ткацком станке, мы имеем по существу уже прототип будущего* челнока. Такой примитивный челнок, в сочетании с устройством для образования зева, встречается, например, у племени баттаковна Суматре. В их ткацком деле «существует более сложное приспособление, где соединение продольных нитей... и вплетение поперечных нитей совершается сразу, и где челнок, с которым женщины баттаков очень ловко обращаются, весело бегает туда и назад».
Наиболее поздним изобретением в ручном ткачестве, выходящем уже из рамок первобытнообщинного строя был, по-видимому, навой, большей частью отсутствующий в ткацких станках народов, находящихся на ступенях сельской общины, и даже в римском станке рабовладельческой эпохи. Очевидно, вплоть до последних этапов родового общества, основа привязывалась в ткацких станках к задним перекладинам (в горизонтальном типе) или к верхнему брусу (в вертикальном типе).
Итак, основные элементы ручного ткачества: рама, товарный валик, ремизный аппарат, батан с бердом и примитивный челнок, созданы были техникой доклассового общества.
Необходимо остановиться еще на вопросе о происхождении не простых (миткалевых), а более сложных ткацких переплетений, образуемых подъемом определенных групп нитей основы. По мнению некоторых археологов производство таких тканей могло предшествовать изготовлению миткалевых материй, так как при отсутствии ремизного аппарата оно требовало в операции перебора нитей основы меньшей затраты труда, чей при отборе всех четных и нечетных нитей. Для образования нескольких зевов приходилось отбирать нити, находящиеся друг от друга в равных интервалах: например, 1, 5, 9, 13, 17, 21; 2, б, 10, 14, 18, 22; 3, 7, 11, 15, 19, 23; 4, 8, 12, 16, 20 (4 зева) и т. п. «Ткач, который работает более чем двумя зевами, ткет киперную или атласную ткань. По видимому, обитатели свайных построек уже дошли до этого, потому что в Иргенгаузене у Преринона найдены киперные ткани».
С развитием ремизного аппарата в простых ткацких станках тот же принцип получил применение и в производстве киперных тканей; стали привязывать отобранные группы нитей к отдельным палочкам, попеременным дерганием которых и достигалось образование нескольких зевов. В простом ткачестве такой способ употребителен, например, у племени даяков с острова Борнео. На их ткацких станках с вертикальной рамой «при вплетении так называемой уточной: нити — ткачихи не принимают своими примитивными ткацкими челноками одну продольную нить за другой, но эти продольные нити» е 1,3, 5, 7, 9, 11 таких нитей связываются маленькими узлами при помощи поперечной палочки, так что при протягивании этой палочки между четными и нечетными продольными нитями образуется свободное пространство, через которое проводят ткацкий челнок рукой. Далее, уточная нить крепко прижимается гребнеобразным инструментом к протянутым прежде уточным нитям, а затем ткачиха принимает деревянным ткацким станком продольные нити 2, 4, 6, 8, 10 и т. д. и протягивает их вперед, так что теперь между этими нитями и нитями 1, 3, 5, 7, 9 и т. д. образуется свободное пространство, через которое протягивают ткацкий челнок с новой уточной нитью. Как видим, этот способ очень утомительный и отнимает много времени. Он требует от ткачихи большой находчивости и ловкости».
Крашение. Если происхождение основных областей текстильного производства — прядения и ткачества, опирающихся на механические орудия, мы можем восстановить в довольно последовательной связи, то о технике крашения тканей, имеющей дело с химической аппаратурой и химическими веществами, в родовом обществе мы знаем гораздо меньше.
Несомненно, что первоначально переход от простой одежды к крашеной был связан с развитием разнообразных форм татуировки тела, служившей целям украшения. Приемы окраски тела переносились в дальнейшем на одежду, и это стало принимать систематический характер с появлением тканей в качестве постоянного вида одежды.
Мы должны различать разрисовку материй от ее крашения, причем первая, по-видимому, зародилась раньше, чем второе.
Из минеральных красок, употреблявшихся у племен поздней коммуны, наиболее распространенным был красный глинистый железняк, находившийся в большом количестве на поверхности земли, и некоторые другие цветные минералы.
Древним китайцам (приблизительно за 4000 лет до н. э.) были известны некоторые красители естественного и животного происхождения, например растительное индиго, кермес (красный краситель, входящий в один из видов червеца) и так называемый китайский зеленый или локао, встречающийся в некоторых разновидностях крушины и принадлежащий, согласно новейшим исследованиям, к флавоновым производным. Черной краской для тканей, как показывают микроскопические анализы остатков древних материй, служил растертый уголь, смешанный с жиром, или черные споры грибов. Желтая краска добывалась из дикой резеды, синяя из растения, известного под названием синильника. По свидетельству Геродота (V в. до н. э.) племена, населявшие в то время Кавказ, употребляли в качестве красильного вещества раздавленные и растертые в воде листья, содержащие, по видимому, какие-то бродящие жидкости. Красным красителем нередко служила кровь убитых животных или павших в бою врагов, которой пропитывали одежду или намазывали свое тело. В качестве клеющих веществ (прикрепляющих красок) пользовались жирами и различными соками растений, содержащими сахар.
Наилучшим образом требованиям стойкости окраски удовлетворяли хлопчатобумажные ткани; поэтому, наибольшие достижения в красильном деле мы наблюдаем у народов жарких климатических поясов, давно знакомых с культурой хлопчатника. Малая Азия, Египет и, в особенности, Индия являются, по видимому, родиной разрисованных и крашеных тканей, распространившихся отсюда в эпоху рабовладельческого общества ко всему культурному Востоку и в странах южной Европы.
Вероятно здесь, как и в Китае и Японии, зародились первые способы набивки тканей, т. е. нанесения на них стандартных рисунков путем специальной подготовки подлежащих окраске и неокрашиваемых мест. Переход к этим методам от простого вырисовывания всех линий узора вызвал огромное повышение производительности труда красильщика.
Другой, распространенный главным образом в южной Азии, прием носит название бандана и заключается в завязывании при помощи узелков тех мест ткани, которые желают предохранить в дальнейшем от действия краски. При этом уже после нанесения узора одной краской можно новой комбинацией узелков и последующим опусканием ткани в чан со второй краской получить другой по цвету и форме узор. Этот метод позволял производить разноцветные ткани, отличавшиеся порою высокими художественными достоинствами.2
Способы восковой набивки и бандана в настоящее время применяются малайскими племенами на острове Суматра и острове Ява. Первый способ широко распространен и в современной Индии. Узорчатые ткани, изготовленные при помощи восковой набивки, называются в Японии «шибори», а на острове Ява — «икат».
Библиографический список
1. Богаевский, Б. Техника доклассового общества, Изд. Акад. Наук Москва
2. Богаевский, Б. Техника первобытно-коммунистического общества. Москва „Очерки истории техники докапиталистических формаций',
3.Энгельс, Диалектика природы, Партиздат,Москва.
3. Тейлор, Э. Первобытная культура, Гос. соц.-экон. издат. Москва,
4. Е Липперт. История культуры,
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
