59053 (672930), страница 2
Текст из файла (страница 2)
В мае 1934 года после долгой болезни умер Менжинский. Спустя месяц, 11 июля, Сталин создал народный комиссариат внутренних дел, во главе которого поставил Генриха Ягоду. ОГПУ вошло в состав нового наркомата в качестве Главного управления внутренних дел. Кроме того, под командой Ягоды находились ГУЛАГ, Главное управление пограничной и внутренней охраны, милиция, пожарные и система паспортного контроля. Также при НКВД было создано Особое совещание, которое имело право приговаривать к ссылке до 5 лет, депортации или направить на работу в концентрационный лагерь.
1 декабря 1934 года психически неуравновешенный коммунист Леонид Николаев застрелил Сергея Кирова, ближайшего соратника Иосифа Сталина, который еще в 1926 году направил своего старого друга вычистить зиновьевцев из ленинградского комитета партии.
Смерть Кирова стала сигналом для начала новой крупномасштабной чистки. Офицеры из Москвы обнаружили в архиве ленинградского НКВД дело об антисталинской группе комсомольцев, которые в течение 1934 года несколько раз собирались для обсуждения проблем истории партии. Осенью чекисты раскрыли этот «заговор», но Киров не посчитал комсомольцев опасными и запретил их арестовывать. Теперь Сталин превратил молодежный дискуссионный клуб в гнездо убийц с громким названием «Ленинградский террористический центр». Кроме этого, генсек лично составил список подобного «Московского центра», в который вошли Каменев, Зиновьев и их бывшие сторонники, проживавшие в столице. Уже 15 декабря на собрании ленинградского горкома партии, занявший место Кирова Жданов объявил, что убийство было организовано молодежной секцией зиновьевской оппозиции. На следующий день в Москве были арестованы Зиновьев и Каменев. Через неделю они были приговорены - Особым совещанием НКВД к административной ссылке за недостатком улик об их участии в убийстве. С членами «Ленинградского центра» все обстояло гораздо хуже. 29 декабря 1934 года они в ходе закрытого судебного заседания были приговорены к высшей мере наказания и в тот же день расстреляны.
Однако Зиновьев и Каменев не успели отбыть к месту ссылки. Уже в середине января 1935 года они были повторно тайно судимы за «организацию» убийства Кирова и отправлены в Верхне-Уральскую тюрьму для политических заключенных. Зиновьев захватил с собой в камеру несколько связок книг о фашизме — похоже, он начинал понимать, что происходит в стране. В мае 1935 года Сталин создал тайную комиссию по государственной безопасности, в которую кроме него вошли Ежов, Жданов, Маленков и еще несколько членов ЦК. Спустя месяц в местные комитеты ВКП(б) было спущено «Закрытое письмо» об обязательном поиске врагов внутри партии. Тогда же Сталин в третий раз судил Каменева и Зиновьева якобы за подготовку покушения на свою персону. Суд удвоил им пятилетний срок, полученный в январе. Но это было только начало. За месяц до этого в лубянских подвалах были собраны 300 бывших оппозиционеров, которых начали готовить к грандиозному процессу. В течение лета 1936 года подготовка к процессу была полностью завершена. Зиновьев и Каменев согласились признать свою «вину» в обмен на жизнь. Сталин пообещал, что никто из обвиняемых не будет расстрелян и, конечно, обманул. В полдень 19 августа 1936 года в Колонном зале Дома Союзов было открыто первое судебное заседание по делу троцкистско-зиновьевского блока. 24 августа все было кончено — суд приговорил всех 16 обвиняемых, успевших дать публичные показания на Рыкова, Томского и Бухарина, к расстрелу.
В сентябре 1936 года Ягода был смещен с поста главы НКВД, а через два года расстрелян по обвинению в убийстве Менжинского и Горького. Его сменил Николай Ежов, которому предстояло выполнить самую грязную часть «великой чистки», а затем последовать за своим предшественником. Он был полностью предан своему хозяину и настолько глуп, что до самого конца так и понял, какую роль ему уготовил генсек. Роль эта представляла собой невероятный и от этого еще более ужасный симбиоз стрелочника, палача и козла отпущения.
23 января 1937 года начался «процесс семнадцати». На этот раз судили Радека, Пятакова, Сокольникова и еще 14 бывших сторонников Бухарина. Подсудимые, прошедшие длительную подготовку на Лубянке, дали показания на Рыкова и Бухарина. Спустя неделю 13 человек, сидевших на скамье подсудимых в Колонном зале, были приговорены к расстрелу. А через месяц состоялся пленум ЦК ВКП(б).
За пять дней до начала пленума, 18 февраля 1937 года, после беседы со Сталиным застрелился по-прежнему симпатизировавший Бухарину Орджоникидзе. Февральско-мартовский Пленум Сталин превратил в погребение Бухарина и Рыкова. 27 февраля 1937 года Центральный Комитет ВКП(б), 70 % которого будут расстреляны в ближайшие несколько месяцев, утвердил выводы комиссии о необходимости выдачи «фашистско-троцкистских заговорщиков» в руки правосудия. Рыкова и Бухарина арестовали на месте и отвезли на Лубянку. 2 марта 1938 года они вместе с Ягодой и еще 18 своими бывшими сторонниками, объединенными Ежовым и Сталиным в «правотроцкистский блок», сели на скамью подсудимых в Доме Союзов. Через 11 дней, когда немецкие танки переползали чехословацкую границу, суд объявил свой всем заранее известный приговор — расстрел.
Если уничтожая своих бывших оппонентов Сталин добивал политических трупов не первой свежести, то затеянная им чистка командного состава носила совсем другой характер — генсек неожиданно для всех пустил под нож почти все руководство РККА. Командование поддерживало и обеспечивало выполнение всех начинаний Сталина, включая коллективизацию (исключение составил Блюхер, который, ссылаясь на сложную обстановку в Китае, добился некоторой модификации методов раскулачивания на Дальнем Востоке). Тем не менее, Иосиф Сталин решил основательно почистить армейские ряды.
В январе 1937 года органы НКВД арестовали по обвинению в троцкизме 525 офицеров РККА. 11 мая Сталин перетасовал будущих военных «заговорщиков» как колоду карт. Так, Тухачевский был отправлен командовать Приволжским военным округом, а Якира перевели из Киева в Ленинград. Спустя две недели решением ЦК все главные фигуры будущего процесса были арестованы и переданы в руки Ежова. В начале июня на Военном совете при наркоме обороны (через несколько месяцев 12 его членов будут репрессированы) были заслушаны доклады Ворошилова и Ежова о раскрытом заговоре. Через несколько дней, 11 июня 1937 года, состоялся закрытый суд над Тухачевским, Якиром, Уборевичем, Корком, Эйдеманом, Фельдманом, Примаковым и Путной. Председателем суда Сталин назначил Ульриха. Рядом с ним сидели маршалы Буденный и Блюхер, командармы 1-го ранга Шапошников и Белов, командармы 2-го ранга Алкснис, Дыбенко, Кашин и комдив Горячев. В состав суда должен был войти и начальник ПУРККА Гамарник, но он предпочел застрелиться. Пройдет немного времени, и все члены этого суда, кроме Шапошникова и Буденного, будут арестованы. Судебное заседание длилось несколько часов, после чего все, включая согласившегося сотрудничать со следствием в обмен на жизнь Примакова, были приговорены к расстрелу.
Процесс над Бухариным и чистка в армии стали лебединой песней Ежова. Внимание Сталина привлек его земляк — партийный босс из Закавказья Лаврентий Берия, которого в июле 1938 года генсек сделал заместителем Ежова. В августе Николай Ежов по совместительству занял пост наркома водного транспорта (в этом назначении не было ничего необычного, поскольку данное ведомство ведало каналами, которые строили заключенные концлагерей). 8 декабря 1938 года Берия окончательно занял место Ежова, который бесследно исчез в подвалах Лубянки. По неполным и приблизительным данным в 1937—1938 годах было арестовано около 5,5 млн. человек, из них примерно 700—900 тыс. расстреляны.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
