Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Насколько бесцеремонно обращались со светлым именем - М.И. Кутузова и пристрастно сочиняли всякие небылицы о нем, можно судить по такому выражению историка М.И. Богдановича: "Не будем сравнивать Кутузова, как полководца, с гениальным его противником" (то есть с Наполеоном. - Н. Г.).⁷

Одним из проповедников якобы необычайных качеств Наполеона был служивший сначала в французской, а потом в русской армии космополит генерал Жомини. В своих сочинениях Жомини превозносил Организационные принципы, стратегию и тактику Наполеона. Эти работы оказали резко отрицательное влияние на творческий рост русской национальной военно-теоретической мысли, так как подменяли собой изучение гениальных принципов воспитания и боевой подготовки войск, стратегии и тактики основоположников русского военного искусства А.В. Суворова и М.И. Кутузова.

Из 2500 различных книг, брошюр и статей на темы Отечественной войны 1812 года, написанных до Великой Октябрьской социалистической революции, всего только несколько произведений относительно добросовестно освещают военные события 1812 года. Это труды русских авторов: изданная в 1819 году книга полковника Ахшарумова "Описание войны 1812 года"; опубликованные в 1882 году материалы Н.Ф. Дубровина "Отечественная война в письмах современников (1812-1815 гг.)"; напечатанные в конце прошлого столетия сочинения А.Н. Попова; появившиеся с 1901 года документы военно-ученого архива по войне 1812 года.

Историческая наука в СССР встречала на пути своего развития попытки отдельных авторов выступить с пересказом целого ряда порочных извращений буржуазно-дворянских фальсификаторов истории.

В частности это сделал историк М.Н. Покровский, который в своих статьях, касаясь войны 1812 года, отрицал справедливый и национальный характер этой войны, пытаясь доказать, что Наполеон пошел на Россию в интересах самосохранения. Кроме того, М.Н. Покровский отрицал значение всенародной партизанской войны.

Победу над армией захватчиков, одержанную великим русским народом и русской армией во главе с Кутузовым, М.Н. Покровский также отрицал, а поражение Наполеона изображал как результат неурядиц в его собственной армии.

Величайшее внимание, которое уделяет наша большевистская партия вопросам истории, в частности Отечественной войне 1812 года и М.И. Кутузову, ярко выразилось в том, что гениальный вождь и учитель советского народа И.В. Сталин указал советской исторической науке пути правильного освещения этих величайших в истории народов России событий, дал марксистско-ленинскую оценку деятельности и роли М.И. Кутузова.⁸

Основываясь на указаниях И.В. Сталина, советские историки добились значительных успехов в дальнейшем изучении и издании документов Отечественной войны 1812 года, документов о жизни и полководческой деятельности М.И. Кутузова.

На основе указаний И.В. Сталина советские историки впервые в исторической литературе разработали такой важнейший вопрос, как подготовка и проведение русской армией под руководством М.И. Кутузова замечательного контрнаступления, приведшего к гибели агрессивной армии Наполеона.

За последние годы изданы: сборник документов и материалов "Фельдмаршал Кутузов", первый том многотомного издания документов "М.И. Кутузов", монография П. Жилина "Контрнаступление Кутузова 1812 г.", удостоенная Сталинской премии, монография Л. Бескровного "Отечественная война 1812 года и контрнаступление Кутузова" и другие работы.

Появление этих новых документальных материалов и исследований основательно помогло советским историкам и сыграло огромную роль в исправлении целого ряда ошибок в освещении событий Отечественной войны 1812 года. Неоценимую услугу оказал советской исторической науке теоретический и политический журнал ЦК ВКП (б)"Большевик", выступивший в 1951 году против ряда искажений событий Отечественной войны 1812 года и неправильной оценки роли М.И. Кутузова в работах некоторых советских историков: академика Е.В. Тарле, профессоров М.В. Нечкиной, С.Б. Окунь, И.И. Полосина и М. Брагина.

Ознакомление с последней работой Е.В. Тарле "Михаил Илларионович Кутузов - полководец и дипломат" свидетельствует о благоприятном влиянии большевистской критики и несомненной пользе самокритики. Несмотря на весьма существенные недочеты, главным из которых является отсутствие стройной системы взглядов, в статье академика Е.В. Тарле уже есть отдельные правильные штрихи в оценке полководческого творчества М.И. Кутузова, относящиеся к плану войны и Бородинскому сражению. Эти сдвиги являются доказательством того, что при изучении в дальнейшем Отечественной войны 1812 года совершенно необходимо продолжать выполнять указание товарища Сталина: "Нельзя двигаться вперёд и двигать вперёд науку без того, чтобы не подвергнуть критическому разбору устаревшие положения и высказывания известных авторитетов".⁹

Отечественная война 1812 года и ее герои

На рассвете 12 июня 1812 г. армия Наполеона вторглась пределы России. За два дня до этого французский посол в Петербурге вручил в российском министерстве иностранных дел разрыве дипломатических отношений и объявлении войны.

Вначале пограничную реку Неман переплыли на лодках отряды прикрытия, потом по наведенным понтонным мостам на противоположный берег переправился авангард. А затем двинулись пехотные дивизии, кавалерийские корпуса, артиллерия, Но тих и пустынен был восточный берег Немана - ни русской разведки, ни воинских частей, ни мирных жителей, "Великая армия", как называли 600-тысячную военную армаду Наполеона начала движение по просторам Российской империи в тишине и безлюдье.

Передовые русские полки 1-й армии стояли в ста километрах восточнее, под Вильно. Никто не спешил немедленно сразиться с Наполеоном, никто не стремился дать ему генеральное сражение, о чем он так мечтал с первых же часов вторжения. С самого начала война стала приобретать длительный, маневренный характер, уводящий наполеоновскую армию вглубь России.

Из трех возможных направлений наступления, которые рассматривал французский император, - на Петербург, Киев и Москву, Наполеон выбрал московское направление. Он говорил: "Если я возьму Киев, я возьму Россию за ноги; если я овладею Петербургом, я возьму ее за голову; заняв Москву, я поражу ее в сердце".¹⁰

Русское командование не имело точных сведений о том, куда направит Наполеон основную часть своих сил, сконцентрированных на западных границах империи. Поэтому русские войска были раздроблены. Основная, 1-я, армия во главе с героем русско-шведской войны генералом М.Б. Барклаем-де-Толли занимала правый фланг русской армии и стояла заслоном под Вильно, готовясь, в случае необходимости, прикрыть петербургское направление. Южнее располагалась 2-я армия, возглавляемая генералом П.И. Багратионом. В ее задачу входило предотвращение прорыва Наполеона на московском направлении. От 1-й армии эту военную группировку отделяло 100 км. Киевское направление защищала 3-я Западная армия под командованием генерала А.П. Тормасова. Общая численность русских войск, размещенных на западной границе, составляла около 240000 человек.¹¹

"Великая армия"¹², сосредоточенная Наполеоном у границ России и насчитывавшая 600 с лишним тысяч человек, состояла из трех групп войск. Основная часть армии входила в состав левого крыла, которым командовал сам Бонапарт. Отдельные корпуса этой части армии возглавляли талантливые французские маршалы - Даву, Ной, Удино. Именно левое крыло первым и начало переправу в утренних сумерках 12 июня и устремилось на Вильно. Войска центра подчинялись приемному сыну Наполеона - генералу Богарне. Задача этой группы заключалась в том, чтобы не дать' возможности объединиться силам 1-й русской армии, стоящей под Вильно, и 2-й армии. Правым крылом армии командовал брат Наполеона Жером. Задача этой группы войск состояла в обеспечении с юга поступления левого ударного крыла армии. Для атаки Петербурга был направлен корпус маршала Макдональда, с которым русские под водительством А.В. Суворова дрались еще в Италии. В составе "Великой армии" находились тридцатитысячный австрийский корпус, приданный к основной группировке левого крыла и прусские части, входившие в корпус Макдональда. Кроме того, в "Великую армию" входили воинские части из подвластных Наполеону стран. То были итальянцы, португальцы, испанцы, швейцарцы и представители других народов. Шел в составе армии Наполеона и конный польский корпус генерала Понятовского - участника восстания 1794 г. и военного министра Герцогства Варшавского, ставшего сателлитом Франции. Это было поистине нашествие на Россию "двунадесяти языков", как говорили в то время. Хорошо известно, что определяющими факторами в ходе большой войны являются не только численность и вооружение войск, но и дух армии, мастерство ее командиров. Французская армия была сформирована по демократическому принципу на основе всеобщей воинской повинности. Это делало ее действительно народной армией. Ее маршалы и генералы были талантливы и имели огромный боевой опыт. Но в составе "Великой армии" находилось множество инонациональных частей. Некоторые из них шли на войну по принуждению. Захватнические планы Наполеона были им чужды. Это делало "Великую армию" разношерстной, не спаянной единым духом.

Русская армия тоже была армией народной, хотя ее формирование проходило на основе подневольной рекрутской повинности и двадцатипятилетнего срока службы. Эта армия в основном была славянской: в ее составе были русские, украинцы, белорусы. Инонациональные части составляли в ней незначительный процент и представляли собой отряды легкой кавалерии. Давность службы делала армию высокопрофессиональной, а защита родной земли сплачивала войска, объединяла их, поднимала патриотический дух и солдат, и командиров. Во главе армий, корпусов, дивизий на разных этапах войны также стояли выдающиеся для своего времени военачальники - М.И. Кутузов, М.Б. Барклай-де-Толли, П.И. Багратион, А.П. Ермолов, Н.Н. Раевский, М.А. Милорадович, Я.П. Кульнев, П.А. Коновницын, Д.С. Дохтуров, атаман Донского казачьего войска М.И. Платов. Получив урок при Аустерлице, а затем столкнувшись с неудачным началом Отечественной войны 1812 г., Александр I на этом этапе войны не претендовал на военные лавры и под давлением военных отошел от непосредственного руководства отступающими войсками, хотя по-прежнему осуществлял общее политическое и стратегическое руководство военными событиями. При этом он показал железную волю, несгибаемость, высокий патриотизм. На последующих этапах войны, набрав боевого опыта, Александр I проявил незаурядные полководческие способности, личную отвагу¹³.

В начавшейся борьбе огромное значение имело экономическое обеспечение войны. На Францию, по существу, работала военная промышленность всей тогдашней Европы. Но и русская промышленность представляла собой мощную силу и в ходе войны обеспечила армию всем необходимым. Однако на первом этапе войны большой перевес противника в количестве войск, их мобилизованности, боевой готовности играл решающую роль.

Участие в войне на стороне Франции, Австрии и Пруссии резко изменило соотношение сил. На западной границе Наполеон имел почти трехкратный перевес в силах. Поэтому русское командование отказалось от своих первоначальных планов атакующих действий и с первых же дней войны выбрало оборонительную тактику.

Для того чтобы выведать планы русских, Наполеон перед вторжением направил в Вильно своего представителя графа Нарбонна с очередными упреками в адрес России в связи со срывом Тильзитского мира. Александр ответил, что он стремится сохранить мир и не предпримет наступательных действий. Эти слова окончательно укрепили Наполеона в правильности выбранной стратегии войны: все решить одним ударом по направлению Вильно - Москва, навязать русским генеральное сражение и, пользуясь огромным перевесом сил, разгромить сначала 1-ю армию, потом и 2-ю, не дав им соединиться. Французский император рассчитывал закончить военную кампанию быстротечно и заставить русского монарха подписать продиктованный ему мирный договор. Наполеон надеялся раз и навсегда покончить с мощью России, вернуть ее к допетровским границам, отторгнуть ее западные территории в пользу своих союзников, навязать России свой экономический диктат. Затем он планировал обрушиться на Англию. Тогда вся Европа была бы у его ног.

Александр I узнал о начале военных действий, будучи на балу в Вильно. Он тут же направил к Наполеону генерала А.Д. Балашова с личным письмом, в котором предлагал начать переговоры. Но Наполеон даже не принял царского посланца и приказал ему следовать вместе с армией в Вильно. И только там, заняв город и не обнаружив нигде русских войск, отошедших вглубь страны, он дал Балашову аудиенцию. Наполеон обрушил на генерала град упреков, отказался вести переговоры и дерзко спросил у него, каков самый короткий путь на Москву. На этот вопрос генерал находчиво ответил: "Карл XII шел через Полтаву". Война вступила в свои права.

Вначале 1-я Западная армия, уходя на восток и избегая генерального сражения, предполагала встретить неприятеля в лагере на реке Дрисса, притоке Западной Двины. Считалось, что атакуя лагерь, французы увязнут здесь, а во фланг им ударит подошедшая 2-я армия П.И. Багратиона. Поначалу Александр I утвердил этот план. Но когда стал вырисовываться огромный перевес сил противника, против 2-й армии Наполеон направил войска своего брата Жерома и корпус маршала Даву, чтобы не дать Багратиону подойти к 1-й армии Барклая-де-Толли, стало ясно - этот план не годен. Теперь русские поставили перед собой задачу сохранить обе армии, не вступая с неприятелем в крупные сражения, и как можно скорее объединить свои силы.

Таким образом, объективная обстановка, сложившаяся на театре военных действий, требовала отступления русских армий вглубь страны. Одновременно эта вынужденная тактика постепенно стала перерастать в стратегию всей войны и приняла четкие концепционные очертания. В то же время появилось твердое убеждение, что сокрушить агрессора можно было силами не только армии, но и всего народа. Первым эти идеи сформулировал сам Александр I. Он уже в начале войны, когда перевес сил Наполеона окончательно определился, пришел к мысли о необходимости использовать пространство страны, мужество и упорство народа и ни в коем случае не соглашаться на мирные переговоры с противником до полного его изгнания. Уже в Вильно он говорил Нарбонну: "Император Наполеон - великий полководец", но на моей стороне, как видите, пространство и время". А позднее, когда пришлось оставить Дрисский лагерь, в одном из писем он писал: "Решиться на генеральное сражение столь же щекотливо, как и от оного отказаться. Но, потеряв сражение, трудно будет исправиться для продолжения кампании".¹⁴

Характеристики

Список файлов реферата