55098 (670287)
Текст из файла
http://monax.ru/order/ - рефераты на заказ (более 900 авторов в 250 городах СНГ).
С окончанием Крымской войны в истории России началась новая полоса. Современники называли ее эпохой Освобождения или эпохой Великих реформ. Получилось так, что предыдущий период истории прочно соединился с именем Николая I, а новый — с именем его преемника.
Александр II вступил на престол уже немолодым человеком — в 36 лет. Трудно сказать, что больше повлияло на его решение отменить крепостное право — “Записки охотника” или Крымская война. После нее прозрели многие, в том числе и сам царь. В 1856—1857 гг. в ряде южных губерний произошли крестьянские волнения. Они быстро затихли, но лишний раз напомнили, что помещики сидят на вулкане. Крепостное хозяйство таило в себе и другую угрозу. Оно не обнаруживало явных признаков скорого своего краха и развала. Оно могло просуществовать еще неопределенно долгое время. Но свободный труд производительнее подневольного — это аксиома. Крепостное право диктовало всей стране крайне замедленные темпы развития. Крымская война наглядно показала растущее отставание России. В ближайшее время она могла перейти в разряд второстепенных держав. Сознавая необходимость преобразований, Александр II не знал, как приступить к ним. У него не было ни плана реформ, ни руководящих принципов. Некоторые из этих произведений, написанные с блеском и талантом, оказали сильное воздействие и на общественное мнение, и на царя. Потребовалось создать систему центральных и местных учреждений специально для разработки крестьянской реформы. К августу 1859 г. проект был подготовлен. Помещики не возражали против наделения крестьян землей, но требовали за нее выкуп, несоразмерный с ее стоимостью. Заветной же мечтой крепостников было так или иначе похоронить реформу. Но Александр II проявил необыкновенную настойчивость: «Вам известно происхождение крепостного права. Оно у нас прежде не существовало: право это установлено самодержавною властию и только самодержавная власть может уничтожить его, а на это есть моя прямая воля». [3]
Все слои населения понимали, что крепостное право неестественно и изжило себя.
Из года в год распространяется между помещичьими крестьянами мысль о свободе. Было много случаев неповиновения крестьян своим помещикам, которые происходили не от притеснения или жестокого обращения, а только от мысли иметь право на свободу.
Накануне реформы происходили крестьянские волнения в ряде губерний.
Из Жандармских отчетов Александру II за 1855—1860.
1855 г. Между крестьянами, по объявлении высочайшего манифеста о государственном ополчении происходили в некоторых местах беспорядки.
В Киевской губернии, особенно в трех уездах, где еще памятно казачество, помещичьи крестьяне православного исповедания, по недоразумению и по нерасположенности к владельцам, просили дозволения всем ополчиться, с зачислением их в казаки и с освобождением от работ в пользу помещиков.
Было много случаев, что крестьяне и дворовые люди, увлекаемые слухами о свободе, не вносили оброка, отказывались от исполнения разных обязанностей и не хотели повиноваться. Ослушники скоро обращались к повиновению убеждениями владельцев или исправительными наказаниями.
В Воронежской губернии обнаруживалось массовое движение помещичьих крестьян, которые толпами приходили в Воронеж, объявляя желание поступить на военную службу. Крестьяне эти обращены к порядку короткими внушениями и им сделаны надлежащие вразумления. Между тем превратные толки о свободе и слухи о волнении жителей Киевской губернии возбудили неповиновение помещичьих крестьян и в других уездах Воронежской губернии. В Бобровском и Павловском уездах это волнение доходило до того, что в имении Звегинцевых, по прибытии туда губернатора и воинской команды, толпа возмутителей бросилась на солдат, а понятые казенные крестьяне не оказали последним никакого содействия. В Острогожском же уезде крестьяне помещика Вульферта, требуя смены управителя и уменьшения работ, вооружились кольями, оскорбили окружного начальника и прогнали понятых. Беспорядки эти прекращены строгими мерами, немедленно принятыми губернатором. Зачинщики буйства преданы военному суду, и из них наиболее виновные заключены под стражу.
Для усмирения этих волнений в Воронежскую губернию командирован был флигель- адъютант полк. князь Багратион.
Наконец, являлись люди, которые по неблагоразумию или дерзости входили в неуместные суждения и давали ложный толк настоящим событиям. Так, в Санкт-Петербурге служащий в одном доме дворецким Петр Курилов трактире вел разговор насчет освобождения крестьян.
Мещанин Румянцев в одной из гостиниц, на вопрос рабочих, помещичьих крестьян Тверской губернии, что нового в газетах, отвечал, как бы читая, что высочайше повелено всем помещичьим крестьянам Тверской губернии выдавать, по явке в Санкт-Петербург, вольные, а те, которые пожелают сами остаться в крепостном состоянии, будут платить помещикам вместо оброка по 50 копеек за десятину; слушавшие крестьяне обрадовались было, но на другой день буфетчик гостиницы объяснил им, что ничего подобного не было в газетах; это их огорчило.
Крестьяне, со своей стороны, при ожидании переворота в их судьбе, находятся в напряженном состоянии и могут легко раздражиться от какого-либо внешнего повода. У них, как выражаются помещики, руки опустились, и они не хотят ни за что приниматься с усердием. [1]
Из этих отчетов можно сделать вывод, что крестьяне находились в состоянии предвкушении свободы и медлить было уже невозможно.
В 1855 г. А. И. Герцен приступил к изданию в Лондоне альманаха “Полярная звезда”. Поместив на обложке силуэты казненных декабристов, он подчеркнул, что их традиции и идеалы продолжают жить. В альманахе печатались материалы о декабристах, Пушкине, Белинском, Чаадаеве.
Успех “Полярной звезды” привел Герцена к мысли о выпуске периодического бесцензурного издания, которое могло бы быстро откликаться на текущие события, пропагандировать идеи освободительного движения.
В первом номере Герцен выдвинул программу из трех пунктов: 1) освобождение крестьян; 2) упразднение цензуры; 3) отмена телесных наказаний. В дальнейшем Герцен уточнил, что он имеет в виду освобождение крестьян с землей, выкупленной государством.
В то время Герцен не затрагивал, например, вопроса о конституции. Но реализация даже минимальной программы во многом изменила бы обстановку в России.
В 1856—1857 гг. вернулись из ссылки декабристы и петрашевцы. Им, правда, запретили жить в столицах. Бывшие ссыльные разъехались по провинции и в дальнейшем приняли активное участие в подготовке и проведении крестьянской реформы. Многие из них гласно или негласно сотрудничали в “Колоколе” и “Полярной звезде”.
В начале 1858 г. журналам было разрешено печатать статьи по крестьянскому вопросу. Тогда же Н. Г. Чернышевский опубликовал в “Современнике” записку Кавелина. И Чернышевский, и Кавелин были в то время сторонниками отмены крепостного права сверху, в результате реформы. Это совпадение, однако, не свидетельствовало об их идейной близости.
Кавелин был либералом, приверженцем западного пути развития России. Социалистических идей он не разделял, но к их сторонникам относился с присущей ему терпимостью.
Николай Гаврилович Чернышевский, уроженец Саратова и выпускник Петербургского университета, был социалистом, материалистом и атеистом. Российскую крепостническую действительность он ненавидел, но не меньшее отвращение вызывал у него капиталистический строй, утвердившийся в западных странах. Вслед за Герценом Чернышевский полагал, что, используя русскую крестьянскую общину, можно “перепрыгнуть” через капитализм и построить социалистическое общество на заранее разработанных разумных основаниях. Поэтому он считал, что общину нужно во что бы то ни стало сохранить там, где она существует, и путем убеждений и разъяснений создать там, где крестьяне не знают общинного землепользования. Но община казалась Чернышевскому все же несовершенной организацией: в ней было общественное пользование землей, но каждая семья трудилась отдельно. В дальнейшем, считал Чернышевский, произойдет переход к коллективным формам труда.
В 1857 г. в “Современник” пришел Николай Александрович Добролюбов. Он как литературный критик явно превосходил Чернышевского, но был менее искушен в жизни, а потому отличался большей прямолинейностью и беспощадностью в оценках. Особое раздражение вызывали у Добролюбова бесконечные либеральные разговоры, за которыми он не видел дела. Все либеральное движение Добролюбов считал “обломовщиной”, а либералов — “лишними людьми”. Разочаровавшись в “обломовщине”, критик возложил все надежды на “народное дело”, как иносказательно называл он революцию.
В те годы “Современник” был весьма популярен. Широкая читательская публика разбиралась в сельском хозяйстве еще меньше, чем ее кумиры, позиция которых представлялась им поэтому безупречной. С особым упоением “Современник” читала определенная часть студентов, семинаристов, гимназистов. [2]
Если теоретическая мысль и моральное чувство объединяли русских людей в одинаковом положении крестьянской реформы и отмены крепостного строя, то, с другой стороны, практические, житейские условия указывали на естественное вырождение старого крепостного порядка. Под влиянием государственного роста, завоеваний XVIII в. и успехов внешней торговли Россия первой половины XIX в. «разрывала с натуральным строем прежнего времени, в котором обмен и обрабатывающая промышленность играли незначительную роль, и быстро переходила к расширению обмена и к увеличению фабрично-заводского производства» (слова проф. Довнар-Запольского). В этой экономической эволюции землевладельческое дворянство приняло свое участие. Оно увеличило запашки в целях хлебного экспорта и испытывало разные виды фабричного производства.
Вся тяжесть усиленного землепашества и новых форм труда пала на крепостное крестьянство и истощала его физические силы. Прирост крепостного населения в северной половине государства стал падать, а с 1835 г. вместо прироста уже наблюдалась убыль, объясняемая не только перемещением населения на юг, но также и истощением его на непосильной работе. Вместе с тем становилось явным обеднение и оскудение крепостного крестьянства, и росло в его среде острое недовольство своим положением.
Таким образом, рост торгово-промышленного оборота в стране ухудшил и обострил крепостные отношения и возбуждал в помещиках опасения за будущее. В то же время попытки усовершенствования и усложнения помещичьего хозяйства не содействовали увеличению материального благополучия самих помещиков. Водворение новых форм хозяйства далеко не всегда удавалось; помещичьи фабрики обычно не выдерживали конкуренции с купеческими, более богатыми и технически совершенными.
Подневольный барщинный труд оказывался непригодным для улучшенных способов производства: один из ученых хозяев того времени (Вилькинс) справедливо заметил, что барщиной обычно называлось «то, что медленно, нерадиво, без всякой охоты делается». Поэтому среди крепостных владельцев к середине XIX в. выросло разочарование в успехе их земельного и фабричного хозяйства и сознание того, что они попали в кризис.
Недовольны положением дел были даже те помещики, которые в черноземной полосе вели барщинным трудом примитивное полевое хозяйство. Плотное крепостное население черноземного района, не уходившее в отхожие промыслы и не имевшее кустарных, умножилось настолько, что не все могло быть использовано на пашне; некуда было девать рабочие руки и надо было даром кормить лишние рты. Это естественно порождало мысль о необходимости коренных хозяйственных перемен и даже о преимуществах наемного труда. Затрудненность хозяйственной обстановки помещиков усложнялась их долгами. По разным причинам к середине XIX столетия более половины помещичьих имений оказались заложенными в правительственной «сохранной казне»; по некоторым подсчетам, «в среднем, задолженность помещиков составляла более 69 рублей с души крепостных», что составляло более 2/3 их средней стоимости. Столь огромная задолженность была вызвана как тяжестями военного времени начала XIX в., так и хозяйственными неудачами и неумением жить сообразно со своими доходами.
Сознание хозяйственного кризиса угнетало помещиков; настроение недовольной крепостной массы их пугало; недостаток денежных средств приводил к мысли о несовершенствах и устарелости крепостного порядка. Даже и те помещики, которые не были захвачены высокой освободительной идеей, думали, что близок конец старого порядка, и не сомневались в том, что нужна его реформа; они только боялись, что реформа окончательно их разорит.
По новому закону, крепостное право помещиков на крестьян было отменено навсегда, и крестьяне признаны свободными безо всякого выкупа в пользу помещиков. Государственная власть не видела в этом никакого нарушения прав помещиков.
Характеристики
Тип файла документ
Документы такого типа открываются такими программами, как Microsoft Office Word на компьютерах Windows, Apple Pages на компьютерах Mac, Open Office - бесплатная альтернатива на различных платформах, в том числе Linux. Наиболее простым и современным решением будут Google документы, так как открываются онлайн без скачивания прямо в браузере на любой платформе. Существуют российские качественные аналоги, например от Яндекса.
Будьте внимательны на мобильных устройствах, так как там используются упрощённый функционал даже в официальном приложении от Microsoft, поэтому для просмотра скачивайте PDF-версию. А если нужно редактировать файл, то используйте оригинальный файл.
Файлы такого типа обычно разбиты на страницы, а текст может быть форматированным (жирный, курсив, выбор шрифта, таблицы и т.п.), а также в него можно добавлять изображения. Формат идеально подходит для рефератов, докладов и РПЗ курсовых проектов, которые необходимо распечатать. Кстати перед печатью также сохраняйте файл в PDF, так как принтер может начудить со шрифтами.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
