VDV-1568 (669709), страница 4
Текст из файла (страница 4)
том числе было доставлено во Владивосток, как следует из других публикаций, золота на 191 млн. руб.
Рассмотрим теперь судьбу золота, которое, как отмечалось ранее, атаман Г. М. Семенов изъял в Чите из эшелона, следовавшего из Омска во Владивосток. Из изъятого количества золота не менее 5,8 т оказалось в руках японцев.
В январе 1920 г., совершив труднейший марш в Читу, прибыл из-под Иркутска, после неудавшейся попытки взять город и освободить А. В. Колчака, отряд генерала В. А. Каппеля. Сам генерал погиб во время похода. Этот отряд, насчитывающий 15 тыс. закаленных на войне бойцов, в основном офицеров, объединился с казачьими частями атамана Г. М. Семенова, в результате была сформирована Дальневосточная армия (ДВА). На содержание этой армии Г. М. Семенов выделил 39 ящиков с золотыми монетами и слитками.
В сентябре 1920 г. Красная Армия подошла к Чите. Накануне ухода из Читы Г. М. Семенов отправил партию золота на имя российского военного атташе в Токио генерала Подтягина, якобы для закупки оружия, хотя уже было ясно, что оружие ДВА не потребуется, ибо она покинула территорию России. Это золото было депонировано в японском банке «Иокогама спеши банк».
ДВА под напором Красной Армии перешла в Китай. Командование уже после перехода русско-китайской границы приняло решение разделить полученные от Г. М. Семенова 39 ящиков золота.
Это решение было принято 19 ноября 1920 г. на станции Манчжурия Китайско-восточной железной дороги. На военном совете присутствовал начальник тыла ДВА генерал П. П. Петров. Его сын в наше время в 80-х гг. передал профессору Дипломатической академии МИД СССР В. Г. Сироткину документы из семейного архива. Как видно из этих документов, военный совет ДВА решил разделить 39 ящиков на две части: 17 из них, где содержались золотые монеты на сумму 1050 тыс. руб. передать командующим четырех корпусов на непредвиденные расходы, связанные с содержанием эвакуируемых войск; 22 ящика, в которых находились золотые монеты и слитки на общую сумму 1270 тыс. руб., ввиду реальной угрозы захвата их Красной Армией или китайскими грабителями, было решено передать под расписку главе японской военной миссии на станции Манчжурия. Выполнить эту операцию поручили генералу П. П. Петрову. 22 ноября начальник миссии полковник японской армии Р. Идзомэ выдал расписку :
«РАСПИСКА.
Дана сия расписка японской военной миссией на ст. Маньчжурия начальнику снабжения Дальневосточной Армии Генерального штаба генерал-майору Павлу Петровичу Петрову в том, что Японской Военной Миссией на ст. Маньчжурия принято на гранение двадцать (20) ящиков с золотой монетой и два ящика с золотом в слитках. (Далее перечисляются номера ящиков.) Все ящики опечатаны сургучной печатью и имеют пломбу. Вышеозначенные ящики с золотой монетой и золотыми слитками составляют собственность Дальневосточной Армии и никакому отчуждению по чьим бы то ни было заявлениям не подлежат. Обязуюсь по первому требованию Генерального штаба генерал-майора П. П. Петрова или по его доверенности выдать все принятое на хранение. Что подписями и приложением печати свидетельствуем.
Ноября «22» дня 1920 года.
Станция Маньчжурия. Подпись полковника Идзомэ».
Первые попытки вернуть это золото были предприняты сразу же в декабре в связи с необходимостью рассчитаться за военные поставки. Ценности не только не были возвращены, но Р. Идзомэ уехал из Маньчжурии, не поставив в известность русских партнеров о судьбе переданного ему на хранение золота.
В феврале 1920 г., когда Уссурийское казачье войско покидало Хабаровск, полковник Савицкий и войсковой старшина Клок изъяли из
местного отделения банка 38 пудов, т. е. более 600 кг, золота и передали его под расписку командиру японского пехотного полка полковнику Суги. Последний выдал расписку о приеме золота.
До эвакуации японцев из Хабаровска золото находилось в ведении генерала Ямади, который затем передал его на хранение в японский «Чосен банк». В октябре 1922 г., когда японцы эвакуировались из России, золото переправили в японский город Симоносеки.
Генералы Семенов, Петров и Подтягин в 20-30-х гг. пытались вернуть через суд переданное японцам золото. Решение предъявить иск о возврате золота созрело не без помощи либеральных элементов в руководящих кругах Японии. Здесь имелись определенные влиятельные группы, которые закулисно поддерживали белых генералов. Либеральные депутаты обвинили бывшего военного министра, а затем премьер министра Угаки в использовании российского золота для финансирования своей консервативной партии. В этих кругах велась сложная политическая игра против генералов Квантунской армии.
Возможный судебный процесс мог стать трибуной для обвинения генералитета этой армии в нарушении законов и обычаев Японии во время интервенции в Россию в 1920-1922 гг. Впоследствии один из японских исследователей обнаружил в парламентской библиотеке в Токио судебное дело по вопросам семеновского золота объемом, как видно было из этого дела, 1200 страниц. Японский суд признал наличие в банках страны российских золотых активов, но удовлетворить иск генералов отказался, сославшись на то, что они уже не имеют официальных полномочий для того, чтобы распоряжаться государственным золотом. Тем самым еще в те годы Япония признала наличие в стране российского золота и даже продемонстрировала готовность вернуть его «официальным» властям. Имеются доказательства, что золото России использовалось межбанковских операциях с участием японского правительства. Об этом свидетельствует факт перечисления банком «Иокогама спеши банк» крупной суммы процентов в связи с проведением операций с российским золотом в доход японского государственного бюджета.
В 1945 г. американская военная администрация ликвидировала «Иокогама спеши банк» и «Чосен банк» как пособников японского милитаризма, однако их преемником стал созданный американской оккупационной администрацией «Бэнк оф Токио», который, слившись с «Мицуба бэнк», вошел в первую десятку крупнейших банков мира.
Документы, собранные акционерным обществом закрытого типа «Российское золото», свидетельствуют о том, что именно предшественники этого банка пользовались российским золотом, и банк должен нести ответственность за возврат драгоценного металла Российской Федерации.
Еще в 1922 г. на всемирной Генуэзской конференции, когда большевики добивались дипломатического признания у Запада, они использовали имеющиеся данные о присвоенном государствами Антанты золоте из запасов, которые хранились ранее в Казани. На конференции стоял вопрос о признании Советской Россией довоенных царских долгов. Этот вопрос по настоянию России следовало бы рассматривать вместе с возвратом и зачетом в счет долга оказавшегося за границей царского золота. По данным русской делегации это золото оценивалось в 215 млн. золотых монет, не считая 60 млн., которые правительство адмирала А. В. Колчака передало фирме «Синдикат» и другим частным банкам в качестве золота для получения кредита но закупке оружия. В результате предъявленных контрпретензий обсуждение вопроса о взаимных обязательствах, возникших во время первой мировой и гражданской войн, было решено отложить на будущее время.
Судьба российского золота и других ценностей, оказавшихся за рубежом после разгрома белого движения и ухода интервентов, интересовала многих бывших государственных деятелей и ученых-историков. Одну из попыток определить их стоимость предпринял бывший управляющий Финансами Дальневосточной республики А.И.Погребецкий. Эта демократическая республика была образована в апреле 1920 г. в Восточной Сибири на Дальнем Востоке после разгрома белого движения. В ноябре 1922 г. республика вошла в состав РСФСР.
На основе данных А. И. Погребецкого и собственных изысканий бывший министр финансов белого правительства В. И. Моравский подготовил справку о наличии российского золота за границей. Эта справка была обнаружена в архивах Гуверовского института войны, революции и мира в Калифорнии. Пользуясь этими документами и результатами собственных исследований, российский ученый Н. К. Аблажей и американский ученый Н. В. Моравский (сын бывшего министра) составили и опубликовали в 1996 г. информацию, из которой видно, что правительство А. В. Колчака в октябре 1919 г. депонировало 81,5 млн. руб. золотом, основная часть которого была использована для оплаты вооружения. Остаток же неиспользованной суммы колебался по сообщениям эмигрантской прессы в пределах 12-14 млн. руб. золотом.
В китайском городе Цинцикар генерал-губернатор задержал в 1920 г. 350 тыс. руб. золотом, а таможня китайского города Харбин задержала 6 марта 1920 г. 316 тыс. золотых рублей.
До сих пор речь шла о той части золотого запаса России, которая хранилась в Казани. Другая часть запаса хранилась в Нижнем Новгороде, и его судьба связана с мирным договором, который в марте 1918 г. Россия заключила с Германией. Этот договор вошел в историю под названием «Брестский мир». К нему было составлено секретное соглашение, по которому Россия, потерявшая по договору Белоруссию, Украину, Прибалтику и часть Польши, должна была выплатить контрибуцию в размере 245 т 564 кг золота.
В сентябре 1918 г. 93 т 536 кг были сданы Имперскому банку Германии. Отправка из Нижнего Новгорода в Берлин остальной части золота была приостановлена в связи с революцией в Германии. Вскоре Брестский договор и соглашение к нему были Россией денонсированы.
После поражения Германии в первой мировой войне российское золото оказалось в распоряжении французской армии. Командование оккупационных войск решило, что это трофей Франции, но другие страны-победительницы Германии с этим не согласились. В результате переговоров было принято решение депонировать 93,5 т золота во французском банке под контролем Великобритании, Франции и США. Впоследствии Великобритания и США перестали проявлять интерес к этому золоту. При заключении в июне 1919 г. договора между странами-победительницами в первой мировой войне и Германией в его текст была включена статья 259, где отмечалось, что золото в количестве 93,5 т принадлежит Российскому государству и помещается на ответственное хранение во Францию. Стоимость этого золота по современным ценам составила бы более 1 млрд. долл.
В 1963 г. статус этого золота юридически и фактически был подтвержден соглашением на уровне правительств СССР и Франции. Из этого золота 45 т русская сторона согласилась отдать, а французская - принять в счет погашения старых российских долгов в пользу Франции. Это соглашение еще раз подтвердило, что оставшиеся 48,5 т принадлежат России.
Недавно создан экспертный совет, который совместно с акционерным обществом «Российское золото» ведет исследование документов, связанных с царским золотом, находящимся за рубежом и возможностью воз вращения его стоимости в Россию.
В печати уже появилось сообщение, что временное буржуазное Российское правительство, руководившее страной в феврале-октябре 1917 г. отправило в Швецию для закупки военного снаряжения 3,7 т. золота, которое по современным ценам стоит около 45 млн. долл. Еще в 1928 г. было получено подтверждение, что золото находится в хранилище шведского банка. Ни одной винтовки, ни одного патрона Россия от Швеции в счет этого золота не получила.
Учитывая, что в настоящий момент Россия начала признавать царские долги, она вправе претендовать на возврат ей и царского золота, оказавшегося за рубежом. Часть золотого запаса царской России была израсходована на финансирование зарубежных коммунистических и рабочих партий для активизации их деятельности по форсированию мировой революции. Эти деньги передавались через Народный Комиссариат по Иностранным Делам РСФСР. Всего этот Комиссариат израсходовал за границей в течение 1920-1921 гг. 12 млн. золотых рублей, т.е. 9,2 т. золота.
Безусловно, здесь были и деньги на содержание дипломатических представительств, однако эта сумма могла быть во много раз меньше. Дополнительным аргументом такого вывода является официальная ведомость о выдаче золотых монет, обнаруженная в архивах Госбанка СССР. В ней отмечено, что в период с 1 октября 1920 г. по 15 мая 1921 г. на нужды коммунистического Интернационала было выдано 2984 тыс. руб. золотом.
Отправка золота за рубеж продолжалась и в последующие годы. Поэтому траты золота, возвращенного из Сибири в Казань, и золота, хранившегося в Нижнем Новгороде и Москве, имеют непосредственное отношение к стремлению большевистского руководства установить советскую форму правления в других странах мира.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
Октябрьская революция 1917 г., связанные с ней гражданская война и интервенция стран Антанты повлекли за собой резкое снижение уровня золотодобычи в России.
В 1917 г. было добыто 28 т золота. Это более чем в 2 раза меньше уровня 1914 г. В последующие годы падение добычи резко ускорилось. В 1918 г. было добыто 17,2 т. В 1919 г. золотодобывающая промышленность была национализирована, вследствие этого в 1920 г. добыли 3 т, а в 1921 г. только 2,5 т.
После революции и гражданской войны России пришлось восстанавливать и по существу заново создавать золотодобывающую промышленность. Для этого требовались неординарные решения, в том числе введение особых льгот и преимуществ работникам отрасли.
Однако в дальнейшем внимание правительства к золотодобывающей промышленности существенно ослабло. Были отменены льготы, установленные для государственных предприятий и старательских артелей. Проводилась неоднократная реорганизация отрасли с лишением оперативно-хозяйственной самостоятельности предприятий и сокращением численности инженерно-технического персонала в производственных звеньях: на рудниках и приисках.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
