india-russ (669504), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Второе. Коренные национальные интересы России и Индии совпадают. Обе страны стремятся не допустить, чтобы на смену двуполярному миру пришел мир однополярный, с явным доминированием одной группы стран или одного "центра влияния". Оба государства осудили агрессию США и Великобритании против Ирака в декабре 1998 г. Россия заинтересована в том, чтобы Индия оставалась единой и неделимой страной, чтобы ее роль на глобальном и региональном уровнях постоянно возрастала, чтобы она заняла одно из ведущих мест в мировой экономике и политике, в международных организациях. С другой стороны, и Индии нужна великая, единая и сильная Россия, как один из важнейших центров мирового влияния.
Между Россией и Индией существуют разные подходы к Договору о нераспространении ядерного оружия и Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Это, пожалуй, самые крупные расхождения между нашими странами по ключевым международным проблемам. Но по этим вопросам Индия расходится и с США, и многими другими государствами. Расхождения такого рода существовали во времена Советского Союза и не мешали нашей дружбе. Наличие этих расхождений не мешает США и другим членам западного сообщества вкладывать миллиарды долларов в индийскую экономику.
Третье. В результате изменений геополитической ситуации в Азии и особенно на пространствах, разделяющих границы России и Индии, образовалась зона особых интересов и повышенной заботы обеих государств. Эта зона характеризуется политической и социальной нестабильностью, чревата конфликтами, которые могут иметь продолжение и на территориях России и Индии и угрожать их внутриполитической стабильности и территориальной целостности. А это значит, что российско-индийское сотрудничество в современных условиях приобретает жизненно важное значение для обеих стран.
"Доктрина Гуджрала", определяющая приоритеты внешней политики Индии и названная по имени ее автора - Министра иностранных дел, - имеет много общего с концепцией внешней политики России.
Оба государства придают первостепенное значение отношениям с соседями. Таким образом, районы, находящиеся между границами России и Индии, попадают в зону их взаимных интересов. Сотрудничество Индии с государствами Средней Азии и Казахстаном отвечает интересам России, поскольку оно служит противовесом активности соседних мусульманских стран, США и других западных государств. По той же причине Индии выгодно присутствие в этом регионе России.
Ключевую роль на азиатском материковом геополитическом пространстве, как известно, играют Россия, Индия и Китай. Для России, как и для Индии, Китай - не выбор, а судьба. При любых условиях и Россия и Индия должны стремиться к миру и взаимопониманию с этой великой азиатской страной.
Но отношения Москвы и Дели с Пекином в прошлом не были простыми. Москву и по сей день беспокоит нелегальная миграция китайцев в Сибирь и на Дальний Восток. Отношения между Индией и Китаем осложняют проблема тибетских беженцев а также удержание части индийской территории в Гималаях, захваченной китайцами в 1962 г. Но у России, Индии и Китая есть и общие интересы - мир, стабильность в Центральной Азии, противодействие исламскому и всякому другому экстремизму и сепаратизму, борьба с международным терроризмом и наркобизнесом.
Исторический опыт (в том числе и негативный) показывает, что Россия и Индия способны влиять на отношения в треугольнике Пекин-Москва-Дели. А это значит, что российско-индийское взаимодействие на этом направлении не может быть компенсировано их сотрудничеством по отдельности с любой третьей страной. В последние годы внешняя политика Китая претерпела заметные перемены. Развивается его сотрудничество с Россией и с Индией, что содействует интересам мира и стабильности в Азии.
Имеются достаточно благоприятные возможности для наращивания российско-индийского торгово-экономического и научно-технического сотрудничества. Обе страны располагают большими природными ресурсами, научно-техническим потенциалами, растущими внутренними рынками; решают сходные задачи - перестройки производства на базе современных технологий и выхода на мировые рынки наукоемкой продукции; испытывают при этом одинаковые трудности и при решении своих стратегических задач могут в основном рассчитывать на собственные силы. К тому же экономики обеих стран взаимно дополняют друг друга.
С учетом сказанного напрашивается идея - в перспективе вести дело к организации крупномасштабной кооперации природных, научно-технических и производственных потенциалов России и Индии, их растущих рынков для ускорения темпов экономического развития и обеспечения обеим странам достойного места в системе международного разделения труда. Задача не из легких. Но даже частичное продвижение в этом направлении могло бы стать серьезным ускорителем развития России и Индии.
Некоторые составляющие такой кооперации уже определены межправительственными соглашениями. Это - электроэнергетика, металлургия, электроника, информатика, ядерная физика и т.д. Но реализация этих направлений продвигается крайне медленно. Мешает многое, в том числе конкуренция транснациональных корпораций, глубоко внедрившихся в экономику Индии и захвативших за время спада индийско-российского делового сотрудничества даже те ниши на индийском рынке, которые в свое время удерживал СССР, а также неподготовленность российских коммерческих структур к условиям свободной конкуренции, недостаточное информационное обеспечение и т.д.
Есть две главные, на наш взгляд, причины, устранение которых может помочь решить все другие. Первая заключается в том, что программы сотрудничества, принятые обеими странами, имеют нередко разрозненный ("штучный") характер, недостаточно увязаны между собой. Возьмем программу военного сотрудничества, которая рассчитана до 2005 г. Как известно, российский ВПК, кроме производственных мощностей, располагает новейшими технологиями, которые могут с успехом найти применение и в гражданских областях производства, связи и т.д. Более широкий подход к программе военного сотрудничества и увязка ее с другими программами могли бы оживить обмен высокими технологиями, инвестиционное сотрудничество, которые до сих пор не получили достаточного развития. Можно было бы продумать вопрос более рационального использования индийских долгов.
Вторая причина состоит в том, что обе страны (это меньше относится к Индии и в основном касается России), пройдя через этапы прямого государственного вмешательства в экономику, слишком уверовали во всесилие решений, постановлений, соглашений и т.д. Слабо используются такие декларированные соглашениями формы сотрудничества, как совместное предпринимательство, участие в выполнении ключевых общенациональных программ друг друга и т.д.
Чтобы заработали программы и соглашения, государство должно увязать усилия разрозненных частных структур с общегосударственными интересами, создать систему поощрения именно тех родов и направлений деятельности, которые отвечают его приоритетам - в виде льготного кредитования, гарантий, развития инфраструктуры и так далее.
Разработка всеобъемлющей и долгосрочной программы двустороннего сотрудничества и механизмов ее реализации не под силу одним только государственным структурам. Представляется необходимым создать постоянно-действующую российско-индийскую общественную комиссию (семинар, конференцию и т.п.), в которую входили бы представители государственных и деловых структур, науки, общественных организаций обеих стран и которая, после тщательного изучения, могла бы вносить предложения правительственным организациям. 25 февраля 1997 г. Комитет по международным вопросам Государственной Думы Российской Федерации провел парламентские слушания на тему "Россия и Индия в XXI веке". Выслушав доклады и выступления депутатов Думы и Федерального собрания, руководителей министерств и ведомств, представителей науки и общественных организаций, Комитет заключил: "Развитие отношений с Индией является стратегическим приоритетом для России. В XXI веке роль российско-индийского сотрудничества в обеспечении государственных интересов России на международной арене будет возрастать".
Подтверждением этого вывода служат результаты двусторонних переговоров России и Индии во время двухдневного визита в Дели Е.М.Примакова в декабре 1998 г. Обсуждались вопросы дальнейшего расширения экономического, военно-технического сотрудничества. Индия чрезвычайно заинтересована в этом, ибо 70% индийского вооружения - российского производства.
Подписанное Соглашение между Россией и Индией рассчитано до 2010 г. и включает поставки изделий высоких военных технологий, в том числе баллистических ракет, атомных подводных лодок. Общий объем поставок составит примерно 16 млрд. долл.
Визит российского премьера в Индию показал, что индийско-российские отношения выходят из застоя, в котором пребывали с 1991 г., и имеют такой потенциал, что в будущем веке во многом будут определять лицо международных отношений.
V Индия в политике России на Востоке
Объявив себя правопреемницей СССР, Россия отказалась от главного порока, приведшего к гибели Советской империи, – великодержавной импровизации, которой злоупотребляли в Кремле.
Постсоветское российское руководство отказалось от поляризации и идеологизации, через призму которых рассматривался мировой процесс; от преувеличения роли силы и любования собственным “историческим величием”; от иерархии отношений с другими странами, то есть главных принципов политики бывшего Советского Союза.
Исходя из того, что основным для России является выведение страны из “экономического шока” и определение модели цивилизованного развития, внешняя политика, по-видимому, должна прежде всего способствовать интенсификации внутренних преобразований, быть предельно реалистичной и прагматичной.
Россия одновременно является крупной европейской и азиатской державой, и на этих двух основных геополитических направлениях – европейском и азиатском – она должна умело и гармонично определять свои приоритеты. Партнерство России с Западом, комбинационное и подвижное, будет укреплять ее отношения с Востоком и Югом. Партнерство с Востоком и Югом обеспечит самостоятельность в контактах с Западом. “Вестернизация” же или “остернизация” российской политики, какими бы доводами это ни обосновывалось, неизменно вызовет недоверие тех или других, рано или поздно приведет к дисбалансу, а то и к тупиковой ситуации.
Переход от тотальной конфронтации с Западом к тотальному братанию с ним, как это делалось во времена, когда во главе российского МИДа был А. Козырев – пример того, с чего нельзя было начинать нашему российскому МИДу, переступившему границы разумного в стремлении к союзничеству с НАТО, ЕЭС, США и другими “сильными мира сего”. В свое время те, кто группировался вокруг Б. Ельцина, критиковали М. Горбачева за “отсутствие внутренней стратегии и тактики” и за отсутствие внешней тоже. Бывший президент СССР улыбался Западу, пытаясь скрыть полную беспомощность, проявленную им в своей собственной стране. В “переходный период”, когда внутренние реформы так же тормозились в России, как они тормозились в СССР, команда Б. Ельцина заторопилась сначала с “западным имиджем”, а после А. Козырева с “восточным”, зная, что эти “имиджи” создавались в тех же кабинетах, но они не спасли их от политического банкротства. Тогда царедворцы навязывали свои взгляды старевшим лидерам КПСС, потом Б. Ельцину. Кому теперь?
На глобальном уровне отказ от конфронтации, блоковости, снижение уровня вооружений супердержав, несомненно, способствовали потеплению международной обстановки, но это потепление не опустилось на региональные уровни. Более того, оно выдвинуло на передний план проблему безопасности, во всяком случае, для России, Формула оборонной достаточности, рожденная как альтернатива формуле силового паритета, оставила ее “конструктора” М. Горбачева без “варшавского зонтика”. После распада СССР на роль ядерных держав претендуют до десятка государств. Но главное: в натовских тучах не рассеялась опасность ядерного дождя, и это тогда, когда Россию пытаются оставить не только без зонтика, но и без плаща.
Надежда на “мировой порядок” с помощью ООН, которую лелеял Б. Ельцин, – это была надежда, что и ООН заступится за нас, как она заступилась за Кувейт. Но это и включение “зеленого света” для действий США и их союзников в регионах, на что недвусмысленно нам намекают на Востоке.
Такая амплитудизация российской политики – не что иное, как проявление старой мессианской, традиционной закваски пожертвовать национальными интересами во имя красивой идеи стать цивилизованным государством и, конечно же, – снова в “авангарде борьбы за торжество свободного рынка”.
Будет обидно, если так же нелепо мы бросимся в другую крайность: неожиданно отвернемся ото всех, вместо того чтобы заняться дозировкой своей реакции на процессы в мусульманском и немусульманском мире в зависимости от своей выгоды, а не от того, что скажет или как прореагирует на это Европа или Америка, или еще кто.
Как представляется, наиболее приоритетным в политике России на Востоке в XXI веке должен стать азиатско-тихоокеанский регион. Там живут наши соседи, близкие и дальние. Самые крупные из них – Индия, Китай, Япония – расположились по нашему юго-восточному периметру.
Бывшие советские руководители, даже когда они отвлекались от “западных дел”, никак не могли “подобрать ключи” к расположенному рядом “азиатскому дому”. Прохладно-негативной была реакция этого “дома” и на инициативы Л. Брежнева, и на “сибирские речи” М. Горбачева. Не захотели “азиаты” ни сесть за “круглый стол”, чтобы, как в Хельсинки 1975 г., признать нерушимость послевоенных границ, ни принять бывший “полуазиатский” СССР полноправным членом своих региональных экономических структур. Не подобрал ключи к этому дому и Б. Ельцин.
Общую азиатскую политику возрожденной России в одну формулу свести весьма трудно, но надо стремиться к тому, чтобы в этом “уравнении” было как можно меньше неизвестных величин.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
