CBRR2741 (668617), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Старое значение бояр как землевладельцев еще удерживалось, хотя слово боярин имело смысл сановника. Вотчины были боярские и монастырские, и еще новгородских землевладельцев. Земельные владения делали военную службу обязательной. Все земледельцы, кроме новгородских, не владели землей как частной собственностью, так черносошные пользовались ей на правах общинных владений. Крестьяне снова могли переходить с земли на землю в Юрьев день, но Судебник дополнил новыми пошлинами и увеличил размер пожилого. Число холопов стремились уменьшить. Так отменялось правило, что поступивший на службу к хозяину без ряда становился его холопом. Детям боярским запрещалось продаваться в холопы, но в дальнейшем разрешили тем кто еще не перешел на действительную службу. Судебник запрещал отдаваться в холопы за рость, и следовательно предотвращал случаи порабощения из-за нужды. Впрочем неоплатный должник после правежа отдавался в холопы, но для выплаты суммы не превышающей 15руб. Кроме того при отдаче в холопы выборные судьи делали об этом доклад царю. Беглый холоп не возвращался сразу хозяину, а ему предлагали прежде заплатить долг и если решительно не мог возвращали.

В 1550г появляются распоряжения об отмене местничества : т.е должность стали давать не по сословному признаку, как в армии, так и в свету . Но в 1551г появляется распоряжение устанавливающее разницу воевод между собой, т.е. назначение воеводой, принимая во внимание службу отцов. Эти противоречия указывают на разногласия в правящей верхушке. После господства Рады местничество вновь обрело полную силу. Выборное земское начало бурно развивалось в тот период, но когда происходили ссоры между волостями и частными лицами, и волости обращались с жалобой царю, то царь возлагал разбирательство на лиц, которых выбирали не посадские и крестьяне. Также было и когда волостные крестьяне тягались между собой, и когда малые деревни, не будучи в состоянии противостоять большинству обращались за помощью к суду наместников. Вообще у крестьян в то время интересы представляла община, которая также сдавала налоги, а не конкретные лица. И люди, управляющиеся выборными, находились под властью царских чиновников по государственным повинностям (посошная служба, городовое дело).

Реформирование Церкви.

В 1551г состоялся Собор Русской церкви по пересмотру порядков церкви, ее управления и обычаев. При открытии собора Иван IV говорил длинную речь, опять каялся и приглашал помогать в управлении как духовных так и светских. Церковь Иван тогда сильно почитал и даже доверил ей рассмотрении дел земского устройства. Акты этого собора дошли до нас в 100 вопросах- ответах и потому этот собор наименован Стоглавым. Тогда управление в церкви было очень схожим с мирским наместничеством и владыка в монастыре напоминал удельного князя. У него был совет из собственных бояр, управлявших и судивших в епархии. Его судьями были его же наместники и десятильники, а при них, как в земстве, недельщики и доводчики. Белое духовенство и монастыри были обложены множеством пошлин, например летняя и зимняя дани, въезжее, перехожая куница и.т.д., от которых некоторые освобождались по велению владыки. Владыки раздавали свои земли в поместья, эти земли переходили от владельца к владельцу не по наследству, а по воле архиерея. Дети боярские, на его земле, служили владыке и одновременно царю. Суда у них было 2 : духовный (вера, благочестие) для духовенства и мирян и мирской над лицами, исключительно находящимися под опекой церкви. Как суд так и управление в церковном ведомстве страдали большими злоупотреблениями. Бояре владыки, дьяки, десятильники всеми средствами притесняли сельских священников. Собор не отменил суда бояр, т.к. это была традиция, но учредил из священников старост и десятских, которые должны были присутствовать на суде десятильников, плюс на эти суды допускались еще земские старосты и целовальники вместе с земским дьяком. Всякое дело писалось в 2-х экземплярах и одна сторона проверяла другую. Избираемые старосты и десятские из священников должны были присматривать за церковным благочинием. Они же доставляли к владыке все поборы. Дело дошло и до книг: они издавна переводились и греческого и отчасти с латыни, переписывались и продавались. Как переводы так и переписки исполнялись плохо, а все письменное без разбора относили по невежеству к церкви, в том числе и ересь, что вносило путаницу. Собор установил духовную цензуру, доверяя ее поповским старостам и десятским, которые могли забраковывать книги, не допустив до продажи, а книгописцы состояли под их надзором. Собор постановил завести училища и поверил их устройство избранным духовным, которые должны были открывать училища в своих домах. Вопрос об иконописи был также затронут, т.к. замечены были большие злоупотребления и постановил утвердить особый класс иконописцев, под надзором святителей, а кроме них иконы чтоб никто не писал. Тогдашние монастыри были особой заботой. Наделенные селами и имеющие большие доходы они представляли подобие рая для своих начальников. Архимандриты и игумены окружали себя родными, превращая монастырское достояние в выгодный бизнес. Родня селилась в монастырях, настоятель раздавал им села, посылая в качестве приказчиков. Управление монастырским имением осуществлялось не старцами, а произволом настоятеля. Монахи также находились в его безусловной власти, как и священнослужители монастырских сел. Они могли терпеть нужду, находясь в ведомстве очень богатого монастыря, т.к. не имели права претендовать на его доходы, хотя настоятели жили в роскоши. В редких монастырях держался порядок и благочестие, как подобает: трапезы были скромными лишь у бедняков питавшихся со стола властей.

Нередко люди уходили в монастырь доживать, отдавая все состояние его стенам и терпели там лишения и унижения. Те же ,что уходя оставляли за собой что-то в миру, пользовались почетом. В монастырях гнали вино, варили пиво, устраивали пиры. Нередко в монастыри приезжала знать, чтобы отдохнуть и поразвлечься в то время как настоятель угождал им и выпрашивал пожертвования. С женским полом было все в порядке, нередко монахи обоих полов сожительствовали, а по двору бегали дети мужского пола. Многие уходили из монастыря из-за деспотизма и разврата настоятелей окружения и бродяжничали, но в других монастырях их принимали неохотно. Некоторые находили убежище в мирских церквях, построенных богатыми для себя и таких церквей было множество, но большинство из них пустовало. Часто бродячие монахи и в особенности монашки промышляли пророчествами и видениями, ходя по деревням в голом виде и изредка впадая прилюдно в транс, а спиртное в этом помогало. Бывало бродяга чернец строил маленькую церковь, собирал ругу на ее содержание, а затем ее пропивал. При невежестве духовенства богослужение проходило непристойно, в особенности заутреня и вечерняя, одновременно читали канон и кафизмы, причем делалось это машинально. При этом духовные позволяли себе во время служения быть пьяными, ругаться, а иногда и драться. Естественно это не добавляло уважения к церкви и миряне находились в храме в шапках, громко болтали, смеялись, ругались матом. В поминальные дни церковь становилась подобием рынка: туда приносили яйца, калачи, пироги, печеную рыбу, кур и блины. Попы брали все это в алтарь, а иногда ставили на жертвенник. В монастырях настоятели, ожиревшие от изобилия, не священнодействовали, монахи пьянствовали и по неделям не было службы.

Собор решил это исправить. Он запретил держать в монастырях вино, кроме фрязских вин, запретил совместное проживание монахов и монашек, наказал отчитываться письменно по доходам и расходам. Издал постановление против пустынь и было велено эти пустыни соединять вместе, подчинять монастырям или просто уничтожать. Собор установил предел церковных вотчин, хотя существующие земли были оставлены за владыками и церковь не могла получать новые земли без согласия царя. Все вотчины отданные боярами после смерти Василия III изымались в пользу государства. Видно что порядки и обычаи тогда были не стандартизированы жестко и поэтому имело место некоторое варьирование, так кое-где не погружали в воду при крещении, а всего лишь обливали. В крестные должен был идти только один человек, а не двое разных полов. Жениху должно было быть не менее 15 лет, а невесте не менее 12 лет. Языческий обычай наговаривания, применялся к обрядам: просфирни наговаривали на просфоры и тем приписывалась лечебная сила, подобно тому в великий четверг приносили в церковь соль, которую священники клали под престол и держали до 7-го четверга по Пасхе: и приписывали ей лечебную силу для скота. Эти и другие языческие обряды, такие как гадания и астрология, были запрещены Стоглавым собором. Собор боролся с весьма распространеными в то время языческими обычаями, например, на поминках народ сходился на кладбище, пел там и танцевал вместе со скоморохами и музыкантами, а также пьянствовал. Таким веселым днем в особенности являлась суббота перед пятидесятницею, а в великий четверток был обычай “кликать мертвых”, когда жгли солому, а также клали труть в разрез палки, поджигали с обоих концов, клали в воротах или раскладывали там и сям возле рынка и перескакивали через это с женами и детьми. В празднество купалы как и канун рождества христова, а также Понедельник Петрова устраивались пляски и веселья, а в последний ходили в рощу и ... Запрещая эти праздники, собор вообще запрещал увеселения в любых формах, как то шахматы, карты, гусли, сопли, дудки, театральные представления и пляски женщин. Стоглавый собор узаконил выкуп русских, попавших в плен к татарам, раньше их выкупали армяне, греки, турки и перепродавали нашим. Издержки на выкуп легли на бремя народа в виде всеобщего налога. Про Стоглав мы знаем немного, т.к. то что дошло из списков датировано XVIIв, а в них есть противоречия, например постановление о сугубой аллилуйе скорее включено раскольниками, потому как председатель собора Макарий придерживался тригубой аллилуйи.

Присоединение Казани.

Покорение Казанского царства было одной из важнейших задач внешней политики, т.к. теперь оно было в руках врага Сафа-Гирея и допекала русским хуже Батыя убивая, сжигая и уводя людей. Кроме того плодородные волжские земли и волжский торговый путь были очень заманчивы, правда первые походы на Кзань окончились неудачей: 47-48гг, 49-50гг. Набеги были варварски жестоки: выкалывали пленникам глаза, рубили руки, ноги и уши, а также носы, а иногда вешали за ребра на гвоздях. Русских пленников в Казани было много и они продавали их толпами как скот восточным купцам, приезжавшим для этого в город. Политическая обстановка в Казани была неустойчивой. В 1546г его сместил Шик-Алей, освобожденный из заточения Еленой Глинской, но тот долго не задержался и Сафа вернулся. Тот спустя непродолжительное время упился, ударился об угол и умер. Царем Казани стал его сын Утемш-Гирей под регентством матери Сююн-Беки. В 1551г начадась подготовка к решающему походу. Русские построили близ Казани (в 60км) крепость Свияжск всего лишь за месяц, а затем покорили горную Черемису, т.е. чувашей- смирный земледельческий народ на правом берегу Волги прежде находящийся под властью Казани. Казанцы раздраженные активностью русских, отдали Сююнь-Беку с сыном и отпустили часть пленных русских, а Шиг-Алея вернули на трон в надежде возврата чувашей, конечно возврата не последовало. От Шига народ требовал возврата прежних пределов царства, а он узнавши о путче уладил его, убив зачинщиков при помощи стрельцов и казанцы пошли жаловаться в Москву и в Казань прибыл Адашев. Шиг признался Адашеву что в городе ему небезопасно, потому что он не только нагрубил казанцам, но и пообещал вернуть чувашей. Адашев пояснил, что чувашей не отдадут, т.к. посему бог решил, а пленных русских те еще держат, что не по условию. Шиг предложил свой побег, и Адашев посоветовал ему прибегнуть к помощи русских войск, но Шиг заявил, что свой народ не предаст и лучше, если что, с боями отступит. Адашев уехал. А казанские князья прибыли в Москву и предложили нашему посадить в Казани наместника вместо Шиг-Алея. Царь согласился. Адашев вернулся в Казань подвинул с престола Шиг-Алея и отбыл в Свияжск, объявив что в Казань прибудет царский наместник. Казанцы прикинулись согласными, но когда после им сообщили, что наместником будет князь Семен Микулинский, они заперли город, не пустили наместника и пригрозили взять Свияжск. Все раскольники в Казани примирились, сплотились и встали на защиту веры. Даже чуваши примкнули к Казани от радости правления русских. В город прибыл царевич Едигер с 10000 воинов. В Москве решили идти с большим ополчением в 100000 воинов и ликвидировать Казань как царство и принудили Ивана IV последовать с ним. Крымский хан Давлет-Гирей хотел помочь казанцам, но был отбит у Тулы. В 1552г русские осадили Казань, гарнизон которой насчитывал около 30000 воинов, деревянными турами, 100 пушками и 150000 воинами, а с тыла на нас нападали чуваши и черемисы в то время как казанские колдуны с успехом насылали ливень, превращая землю в болото. Русские не лыком шиты, послали в Москву за чудодейственным крестом, с частичкой “животворящего древа”. Через 12 дней оно прибыло и войско поднялось духом. Исход осады решил немецкий инженер-подрывник. И так спустя 2 месяца осады русские ворвались в крепость и взяли ее. Иван IV, не участвуя в сражении, торжественно въехал в покоренный город полный трупов. Пленный Едигер признал поражение и решил крестится. В крепости было найдено несколько тысяч пленников христиан, не отданных по договору. Черемисы и Чуваши поклялись платить ясаки. Бояре старались удержать Ивана в Казани всю зиму, для присмирения разнородцев в обширных казанских владениях: мордву, чувашей, черемисов, вотяков и башкирцев. Но Иван впервые не согласился, Анастасия была на последних днях беременности, и он сильно хотел домой. Шурья поддержали его в порыве и тогда произошло первое столкновение их с боярами. Иван не только уехал, но распорядился направить конницу, против мнения бояр, осенью по такой дороге на которой пропало большинство лошадей. Царица родила сына, царь Едигер принял крещение, как и несколько казанских князей. В память завоевания Казани был заложен храм Василия Блаженного. Покорение Казани подчинило русским значительное пространство на востоке до Вятки и Перми, а на юге до Камы и открыло путь дальнейшему продвижению. Русь еще несколько раз боролась с восстаниями татар и черемисов, но уже в 1553г была учреждена Казанская епархия, послужившая залогом господства русских. Первым архиепископом стал игумен Гурий. Началось строительство церквей, монастырей, заселение русскими.

Начало разногласий.

Царь уже чувствовал недовольство своей зависимостью, и иногда он его проявлял: сказал как то даже опекунам, после покорения казанского царства: ”Бог меня избавил от вас”. В 1553г Иван заболел горячкой и написал завещание, в котором объявлял младенца Дмитрия своим прямым наследником. Но многие бояре отказались присягать, т.к. не хотели попадать под власть Захарьиных, которые управляли бы от имени младенца, а горький опыт уже имелся. Спор между боярами шел горячо и среди отказавшихся был двоюродный брат царя Владимир Андреевич, и это дало право царю трактовать отказ от присяги бояр, как тайное намерение после его смерти возвести на престол Владимира. На следующий день царь призвал бояр и обратился к присягнувшим: ”Не дайте боярам извести моего сына, бегите с ним. А вы Захарьины чего испугались, думаете бояре и вас пощадят?” После таких слов все бояре один за другим присягнули, как и Владимир Андреевич. Владимира обвинили, что когда царь лежал больной, тот раздавал жалование своим детям боярским. Бояре, не любившие его, стали подозревать, и решили не пускать к больному государю. За Владимира заступился Сильвестр и этим подготовил в дальнейшем враждебное отношение к себе со стороны Ивана. Иван ,как ожидали, не умер, но выздоровел и сделал вид, что ничего не помнит, но затаил большую злобу на потенциальных “изменников”. Люди как Иван IV не уверенны в начале, но когда уверены в удаче то идут нагло как танки. Чем дольше сдерживается их стремление страхом, тем сильнее они будут, уверовши в себя. Иван уже ненавидел Сильвестра как и Адашева и недоверял приближенным как раньше, не любил бояр, и тоже не доверял им. У него все еще были ясны воспоминания о пожаре в Москве, когда рассвирепевший народ не церемонился с родней государя и недалек был от посягательства на сохранность его велличества. Иван не был уверен, что с ним не сделают чего либо дурного, если он пойдет против опекунов. При этом Сильвестр умело внушал ему богобоязненность и оперировал волей царя, что позже подтверждал сам Иван. Бояре же не проявляли более непокорности и даже когда один из них резко высказался против присяги, его поймали, и бояре осудили его на смерть, правда Иван заменил наказание ссылкой, не без участия Сильвестра.

Характеристики

Список файлов реферата