53267 (668448), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

самым тупым сверстникам. Кстати, заработок за репетиторство и стол были немалым подспорьем семье, когда умер отец.

Дома у Фрунзе не было своей библиотеки. Но Миша, как и Саша Суворов, знал всех великих полководцев древности. Книги о них он нашел в библиотеке знаменитого этнографа и путешест­венника Ф. В. Пояркова, с сыном которого -— Эра­стом — дружил и учился. Миша помогал Поярко­ву при раскопках курганов. Ученый поражался его любознательности. Он рискнул отправить Эраста, Михаила и еще двух гимназистов восьмого класса в экспедицию по горам Тянь-Шаня. Четверо юно­шей с вьючными лошадьми прошли по неведомым тропам три тысячи километров и собрали коллек­ции насекомых, растений, большой этнографичес­кий материал. Тысяча двести листов гербария, собранного Михаилом, были отправлены в Пе­тербург и вошли в ботанический фонд Академии наук.

Прекрасно зная русский язык, чувствуя красо­ту и точность родного слова, сочиняя стихи, Фрун­зе всю жизнь учил языки иностранные. Он знал не­мецкий, французский, киргизский, польский, чи­тал по-английски и итальянский.

Что же касается его любви к чтению и книгам вообще, то вот что вспоминает А. А. Додонова, у матери которой пришлось после болезни скры­ваться Михаилу Васильевичу от жандармов:

«Перед отъездом из Москвы Михаил Василье­вич накупил много разных книг — по философии, биологии, литературе, искусству, беллетристику. В первые же дни приезда на отдых он установил определенный распорядок дня. Утром делал физ­культурную зарядку и обливался до пояса холод­ной водой. Затем мы вместе пили чай, и Михаил Васильевич уходил гулять...

Часов в одиннадцать садились за изучение философии, а вечером обычно читали художест­венную литературу. Выяснилось, что Михаил Ва­сильевич читал очень много, а главное, много ду­мал. И если я раньше знала о нем как о револю­ционном борце, то теперь передо мной раскрылась личность исключительная, человек очень культур­ный и эрудированный».

Чтение, размышление над прочитанным — это работа. И Фрунзе утром, на свежую голову читает книги серьезные, а вечером отдыхает за чтением беллетристики. Запомни эту закономерность, этот порядок и сам придерживайся его.

Великих полководцев отличает мужество. Был ли мужествен Фрунзе в той мере, которая превос­ходит обычные представления о силе человече­ского духа? Да, был. Еще когда учился он в гимна­зии, произошел с ним такой случай. Со старшим братом Костей заночевал он в степи в разрушенной глиняной постройке. Братья поступили опромет­чиво — в таких местах всегда есть ядовитые змеи и насекомые. На руку спавшему Михаилу заполз­ла фаланга. Проснувшись от щекотания, он ни единым движением не потревожил паука — вздрогни жилка на руке, фаланга моментально укусила бы, а весной ее укус смертелен. Проснул­ся и Костя. Не шевелясь братья смотрели на фалан­гу и дождались, когда она сползла на землю.

Приговоренный к смертной казни за револю­ционную работу, Михаил Васильевич — а было ему чуть больше двадцати лет — держался в тюрь­ме с достоинством и не терял бодрости. Брат писал о свидании с ним во владимирской следственной тюрьме: «Во время десятиминутного свидания че­рез две решетки и в присутствии двух надзирате­лей я не заметил у Миши никаких признаков уны­ния или беспокойства за свою участь: он рассказы­вал об организации в тюрьме столярной мастер­ской, о своих занятиях языками и философией в самом бодром и жизнерадостном тоне».

Мужественное поведение в немалой степени помогло ему добиться замены казни каторгой и ссылкой, а впоследствии бежать из-под ареста.

На войне, ты знаешь это, случаются моменты, когда военачальник должен быть на самой первой линии боя. У Фрунзе таких случаев было столько, что он мог бы одолжить другому полководцу.

В ночь на 8 июня 1919 года красные начали пе­реправу через реку на подступах к Уфе, находив­шейся в руках колчаковцев. Внезапно, без единого выстрела Иваново-Вознесенский полк, входивший в Чапаевскую дивизию, переправился на враже­ский берег. Переправлялись на двух стареньких пароходиках, захваченных у белых. Командую­щий группой армий Фрунзе в это время был не в штабе, а у переправы. Потому что здесь решалась судьба всей операции.

Иванововознесенцы на рассвете, после артил­лерийской подготовки, атаковали неприятеля и на­чали успешно продвигаться. Когда наши пушки были сняты с огневых позиций, чтобы переправ­ляться через реку, два колчаковских полка при поддержке 12 орудий атаковали полк красных. Расстреляв все патроны, наши начали отступать. Броневики, съехав с парохода, застряли в песке и не могли помочь своим. Почему-то не прилетели наши самолеты. Так под угрозой срыва оказалась зся операция. Если бы колчаковцам удалось сбро­сить иванововознесенцев в реку, мы лишились бы плацдарма на вражеском берегу. Из-за этого при­шлось бы откладывать освобождение Уфы. Колча­ковцы, проморгав один раз высадку нашего десан­та, в другой раз такой оплошности не допустили бы, реку охраняли бы тщательно. А Уфа была во­ротами на пути Красной Армии в Сибирь.

Видя это, Фрунзе оставил руководить перепра­вой В. И. Чапаева, а сам переплыл на пароходе ре­ку. Выхватив у чьего-то ординарца винтовку и су­нув ему поводья своего коня, Михаил Васильевич побежал навстречу отступающей цепи. Увидев любимого командира, полк ринулся в атаку. Два крайних батальона закрепились на отбитых пози­циях. А со средним Фрунзе обратил колчаковцев в бегство. Были захвачены пулеметы, пленные. По­ложение было восстановлено. Сам командующий вернулся с двумя винтовками, отбитыми у неприя­теля.

Позже бомбой, сброшенной с аэроплана белых, в куски разорвало коня командующего, а сам он был тяжело контужен. Чапаеву стоило большого труда уговорить командующего уехать с перепра­вы. Вскоре был ранен пулей в голову и Чапаев — тоже с аэроплана. Но наступление шло успешно. К концу дня 9 июня Уфа была взята. За эту опера­цию Фрунзе получил свой первый орден Красного Знамени.

Еще большее мужество показал Михаил Ва­сильевич раньше, разрабатывая и осуществляя свой знаменитый удар во фланг наступавшему фронту колчаковцев. Правда, это мужество не бы­ло таким видным, как в штыковой атаке.

Колчак на большом пространстве наступал с востока к Волге. Южной группе армий, которой Командовал Фрунзе, надлежало отступать к реке и за Волгой укрыться от сильного врага. Военные специалисты считали, что у нас нет сил, чтобы сдержать неприятеля. Но что значит отступать за Волгу? Это значило потерять на ее восточном бере­гу громадные запасы хлеба. А самое главное, ког­да-то такую широкую реку Красной Армии при­шлось бы форсировать с боями. Ведь никто не со­бирался отдавать Колчаку навечно Заволжье и Сибирь.

Михаил Васильевич не мог согласиться с таким решением. Он видел условия для победы. В тылу Колчака начались восстания. Если бы удалось по­теснить неприятеля, он оказался бы между двух огней — между Красной Армией и повстанцами. А это верная победа над врагом. Нет, настоящий полководец не имел права упустить такое стечение обстоятельств, второй раз оно не повторилось бы. Слабое место в колчаковском фронте — корпус из крестьян, мобилизованных насильно. По этому корпусу и надо нанести главный удар. Но какими силами наносить его? Из каких войск создать ударный кулак? Никто из военных специалистов таких войск не видел. Фрунзе мужественно пошел на оправданный риск, взял для ударного кулака гарнизоны городов. Нет, он не оставил города на произвол судьбы — для их обороны были сформи­рованы рабочие отряды. Можно представить, ка­кую громадную ответственность брал на себя пол­ководец. Какое великое мужество надо было иметь, чтобы решиться на это!

А тут еще обнаружилось предательство. Один из комбригов — бывший царский офицер — уска­кал с приказом о наступлении к Колчаку. Что оста­валось делать Фрунзе? Он отдал новый приказ:

наступать по старому плану, но на четыре дня раньше, в тот же день, как стало известно о преда­тельстве, пока Колчак не перегруппировал свои войска.

Наступление удалось. Колчаковский фронт покатился назад, к своей гибели.

В сложных условиях вели красные борьбу с бандами Махно на Украине. У махновцев были опытные командиры. Они умело руководили нале­тами банд на красные отряды. Банды казались неуловимыми. Захваченных в плен красноармейцев махновцы зверски мучили. В этой войне успех дела решали не пушки, не пулеметы, а дерзость и отвага командиров.

Когда ликвидацию махновцев поручили Фрун­зе, он начал с того, что сделал своих командиров, в большинстве молодых и неопытных еще, не ме­нее храбрыми, чем командиры врага. Но как уда­лось такое? Что он, отдал .приказ быть храбрым? В таком случае приказом много не сделаешь. Прос­то Михаил Васильевич показал сам примеры храб­рости.

В одной из разведок Фрунзе и трое его спутни­ков столкнулись, что называется, нос к носу с эс­кадроном махновцев. Причем сам батька Махно ехал в первом ряду. В неравной схватке погиб один красноармеец. Фрунзе ранило пулей в бок, а плащ на нем был прострелен в семи местах. Конечно, полководец рисковал жизнью, которая была нуж­на и ему самому, и всей армии. Но риск и тут был оправдан.

Умел ли Фрунзе предвидеть действия против­ника, умел ли разгадывать его планы? Ведь это одно из главнейших качеств полководца. Да, умел.

Наполеон к народу относился высокомерно и презрительно. Суворов, все годы враждуя с царя­ми, видя их глупость, алчность, жестокость, не представлял себе страны без царя. При всей заботе о солдатах оба полководца видели в них только инструмент для достижения цели, выгодной клас­су богатых. Но самая могучая сила на земле — трудящиеся, а не богатые. Быть полководцем ар­мии трудового народа — значит командовать са­мой могучей силой.

Рассказывают, что еще маленьким мальчиком Фрунзе на вопрос, кем он будет, когда вырастет, ответил: «генералом». Конечно, это был ответ ре­бенка. Однако обстоятельства жизни постепенно делали его именно генералом, но генералом крас­ным.

Мать Фрунзе, Мавра Ефимовна, была русской, отец, Василий Михайлович — молдаванин. Отец служил фельдшером в Пишпеке (теперь город Фрунзе). Городским властям не понравилось, что он принимает в больнице киргизов. За такое нару­шение порядка его уволили со службы. Маленький мальчик, захотевший стать генералом, жалел от­ца и, может быть, именно тогда подумал, что по­рядки, разделяющие людей по сортам, порядки никуда не годные.

В городе Верном гимназист Фрунзе жил в семье поляка Сенчиковского, еще юношей сосланного сюда за участие в восстании против царя. Вспоми­ная молодость, многими вечерами рассказывал ссыльный старик о герое освободительной борьбы Ярославе Домбровском. Он был русским офице­ром и получил орден за храбрость. Потом готовил восстание в Польше, но был вынужден бежать из родной страны. А погиб он в Париже, командуя войсками Коммуны. Не этот ли генерал был воен­ным идеалом Михаила Фрунзе?

После окончания гимназии Фрунзе продолжил учение в Петербургском политехническом инсти­туте на экономическом факультете. Почему не занялся он изучением биологии, словесности, ме­дицины? Ответ он дал сам в письме брату: «Ты спрашиваешь, почему на экономическое? Милый Костя, экономика — это основа всего. Мы будем с тобой лечить больного, а через год или через месяц он погибнет от голода, от грязи, от холода в своем убогом жилье! Лечить надо глубже — изменить всю жизнь, чтобы не было бедности и лишений ни у кого никогда...

...слиться с самым передовым классом совре­менного общества — с рабочим классом, жить его мыслями и надеждами, его борьбой и в корне пе­ределать все—такова цель моей жизни...»

Чтобы всю свою жизнь отдать назначенной це­ли, Михаил Васильевич в 1904 году вступил в пар­тию.

Но когда же он по-настоящему, всерьез захотел стать военным? Вероятнее всего, 9 января 1905 го­да, когда царские войска расстреляли мирную демонстрацию рабочих в Петербурге. Михаил в Кровавое воскресенье был на Дворцовой площади, своими глазами видел преступление царя, его са­мого задела пуля карателя. В тот день он понял, что рабочим нужно оружие и что нужны рабочему классу свои командиры.

Михаил в Пишпеке и Верном охотился на каба­нов — стрелять он умел, там же научился ездить на коне. Этого было мало, и он начинает изучать по книгам искусство управления войсками.

Партия посылает его, студента четвертого кур­са, агитатором в Шую и Иваново-Вознесенск. Сло­во большевика — сильное оружие, но товарищ Ар­сений—так его звали ткачи для конспирации— создает вооруженные рабочие дружины. В том же 1905 году с отрядом шуйских рабочих Фрунзе при­ехал в Москву и сражался рядом с московскими рабочими на баррикадах Красной Пресни. А в 1917-м, когда началась Октябрьская революция, он привез в Москву тысячный отряд ткачей. Первы­ми, кто ворвался в Кремль, занятый юнкерами, бы­ли бойцы его отряда. Так Фрунзе стал красным генералом.

Чудо-богатыри были готовы на подвиг, если вел их Суворов. Старая гвардия обожала Наполеона. Но ни тот, ни другой не знали, что такое любовь трудового народа и что такое истинная вера солдат в своего полководца. Фрунзе знал эту веру и лю­бовь. Знали ее и знают полководцы-коммунисты.

В 1907 году Фрунзе арестовали. И как только стало известно об этом, все шуйские фабрики огла­сили окрестность тревожными гудками, машины остановились, толпы рабочих и их семьи двину­лись к тюрьме освобождать большевика Арсения.

В Южную группу армий входила 4-я армия. Она считалась самой недисциплинированной. Были командиры, которые никому не подчинялись — захотят, выполнят приказ, не захотят, останутся на месте, а то и уйдут с позиций. Странно, что подоб­ное могло быть в армии! Но ты не забывай о вре­мени. Красная Армия только создавалась, обучен­ных командиров не было, а к дисциплине тогда относились как к хитрости господ, придуманной ими, чтобы держать народ в повиновении.

И вот в командование 4-й армией вступил Фрунзе. Непривычная фамилия дала повод прово­каторам пустить слух, что он генерал из бывших белогвардейцев, говорили также, что он немецкий генерал «фон Фрунзе». Дело дошло до того, что бригада, которой командовал двадцатитрехлетний Плясунков, ушла со смотра, назначенного новым командующим. Больше того, Плясунков потребо­вал от Фрунзе объяснений, почему тот осудил его действия. Вот как описывает этот случай И. С. Ку-тяков (комбриг Чапаевской дивизии):

«Настроение бойцов и начсостава бригады Ми­хаилу Васильевичу было известно. Несмотря на это и всю напряженность обстановки, Фрунзе при­шел на собрание без сопровождающих. Команд­ный состав этим поступком был ошеломлен: один, без всякой охраны пришел в штаб бунтующей бригады.

Характеристики

Список файлов реферата