30963-1 (668069), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Первое поселение усуней было обнаружено в Чуйской долине, вблизи села Луговое в предгорьях Киргизского Алатау. До раско­пок это был холм-тобе, скрывавший остатки жилищ с глинобитны­ми стенами и обмазанными глиной полами. На полах находились открытые очаги, на которых готовилась пища. Большое количество

обломков крупных глиняных сосудов, каменные зернотерки и мотыги свидетельствуют о том, что жители поселения занимались земледелием, сочетая его с придомным скотоводством.

В горных районах Тянь-Шаня поселения усуней встречены во многих горных ущельях. Одно из них Актас находится на берегу речки Курайлы, неподалеку от села Кегень. Здесь были открыты остатки пяти жилых и хозяйственных построек, стены которых сложены из камня. Рядом с поселком обнаружены древние поля, которые орошались выведенными из реки арыками.

Хозяйство усуней. Китайские источники характеризуют усуней как кочевников. В них пишется, что усуни «не занимаются ни земледелием, ни садоводством, а со скотом перекочевывают с места на место, судя по приволью в еде и воде».

Действительно, скотоводство сыграло в жизни усуней определя­ющую роль. Природные условия в Семиречье позволяли кочевать в меридиональном направлении от зимовок, расположенных в Моюнкумах и Прибалхашье, к альпийским лугам, расположенным высоко в горах, где летом на горных травах скот жирел и набирал сил на зиму. Расстояние между зимовками и летовками было небольшое — от 30 до 100 км. Поэтому усуни могли долгое время оставаться на местах зимовок и летовок, а также в предгорьях на весенне-осенних пастбищах. Там они строили стационарные жили­ща, заводили рядом поля и огороды. Доказательством оседлости и занятия земледелием служат усуньские поселения с их стационар­ными жилищами, большим количеством тяжелой глиняной посу­ды, зернотерками, каменными мотыгами, остатками злаков.

По археологическому материалу прослежено, что роль земледе­лия увеличивалась от раннего периода истории усуней к позднему.

Таким образом, хозяйство усуней было комплексным — ското-водческо-земледельческим. Усуни разводили лошадей, овец, коз, коров, двугорбых верблюдов, ослов. В стаде преобладали овцы и лошади. Из источников известно, что богатые усуни содержали до 500 голов лошадей. Лошади были разных пород, в том числе и высокопородные скакуны. На золотых бляшках из усуньского кургана Тенлик изображен всадник на крупном высоком жеребце.

Питались усуни мясной и молочной пищей, из зерна выпекали хлеб, на огородах и в садах выращивали овощи и фрукты.

Одежда знатных была из шелка и тонких шерстяных тканей, рядовые люди одевались в одежду из грубошерстяной ткани, кожи, овчин. Шелк завозили из Китая, меняя его на-коней, или получая в качестве подарков и дани.

Посуду изготавливали в большом количестве, ее лепили из глины, видимо, женщины, а мужчины вырезали из березы столики-блюда, кубки, черпаки для кумыса.

Усуни разрабатывали месторождения меди, свинца, олова, золо­та, умели плавить железо, из которого изготавливали ножи, мечи, кинжалы, наконечники стрел. Из цветного камня и благородных металлов делали бусы, серьги, украшения на одежду.

Усуньское общество не было однородным, в нем были богатые — племенная и родовая знать, дружинники, жрецы — и рядовая масса скотоводов и земледельцев. О развитии частной собственности у усуней свидетельствуют находки печатей из глины, камня, найденные при раскопках усуньских курганов. О том, что некото­рые усуньские военачальники и крупные чиновники имели золо­тые и медные печати, говорят письменные источники. Частная собственность распространялась не только на скот, но и на землю. Источники свидетельствуют о развитой системе должностей у верхушки общества. Наряду со свободными общинниками в общес­тве усуней были рабы, в основном из военнопленных.

Социальные различия в усуньском обществе хорошо прослежи­ваются по археологическим материалам. Курганы усуней по разме­ру делятся на три группы: большие, диаметром до 80 и высотой до 15 м; средние, диаметром до 15 и высотой до 2 м и наиболее многочисленные маленькие курганы, диаметром до 10 и высотой до 1 м. В больших курганах при раскопках, если могила не разграблена, археологи находили большое число украшений из золота, оружие, много глиняной посуды. Так, в кургане Тенлик в захоронении были обнаружены золотые бляшки, нашитые на одежду, золотые серьги, железная булава, обтянутая золотом, бронзовое зеркало. В маленьких курганах в могиле стоят один-два глиняных сосуда, рядом со скелетом лежат железные ножи. Похороненные здесь люди когда-то носили бронзовые серьги, бусы. Таким образом, и письменные источники, и археологический материал свидетельствуют о том, что общество усуней достигло уровня государственности".

§ 5. Государство Кангюй

Впервые Кангюй, в китайском произношении Канцзюй, упоми­нается в письменных источниках II в. до н. э. В 138 г. китайский император Уди отправил торговое посольство во главе с князем Чжан Цянем в страны Запада. Через 13 лет, претерпев много трудностей, Чжань Цянь вернулся. В составленной им записке впервые были охарактеризованы неведомые ранее в Китае государ­ства. Среди них был назван Кангюй, в ставке правителя которого Чжан Цяну удалось побывать лично.

Согласно сведениям китайского посла, «Кангюй лежит почти в 200 ли от Давани (Ферганы) на северо-запад. Это кочевое владение в обыкновениях совершенно сходствует с юечжисцами; имеет до 90 тыс. войска и по малосилию своему признает над собой на юге власть юечжисцсв, на востоке власть хунну. Яньцай лежит в 2000 ли от Кангюя на северо-запад. И это кочевое владение, в обыкно­вении совершенно сходствует с Кангюем. Войско более 100000 лежит при большом озере, которое не имеет высоких берегов. Это есть северное море». В «Повествовании о Западном крае» в «Истории старшего дома Хань» о Кангюе говорится подробнее. Так, сообщается о том, что «кангюйский владетель пребывание имеет в стране Люени в городе Битянь. От Лоюени семь дней пути до летнего владетелева местопребывания. Народонаселение состо­ит из 120 000 семейств, 600000 душ; строевого войска 120000 человек». Из этих же источников известны эпизоды внешней политики Кангюя, когда он в 46—36 гг. до н. э. поддержал северных

гуннов во главе с Чжичи, а затем выступил против них, объединив­шись с усунями и китайцами. В 85 г. Кангюй поддержал ферганцев, восставших против китайского наместника Кашгара Бань Чао. Сообщается также, что «Кангюй... горд и дерзок и никак не соглашается делать поклонение перед старшими. Чиновников, посылаемых к нему от наместников, сажает ниже усуньских послов. Князьям и старшинам подают кушание прежде, а потом уже посланным от наместника» ¹².

Общей тенденцией политики Кангюя на протяжении всего периода его существования было стремление сохранить под своим контролем участок Шелкового пути от Ферганы до Приаралья, шедшего по Сырдарье, И это им удавалось. В пользу активного функционирования Шелкового пути по Сырдарье вверх на северо-запад на Кавказ и в Причерноморье, а также на юг в Иран, на Ближний Восток и в Индию свидетельствуют находки, сделанные при раскопках городищ и некрополей кангюйцев и жителей Яньцай-Аланья: китайские монеты и зеркала, коралловые бусы из Индии, бронзовые фибулы-застежки из Европы, резные камни-инталио из Ирана.

Сложным является вопрос об этническом характере населения Кангюя. До сих пор нет единого мнения о том, на каком языке говорили кангюйцы. По мнению А. М. Бсрнштама, кангюйцы были тюркоязычным народом. Другие исследователи полагают, что кангюйцы принадлежали к кругу североиранских скотоводчес­ких племен, которые лишь в середине I тыс. н. э. под влиянием переселения на Сырдарью тюркских племен стали менять свой этнический облик и язык. Б. А. Литвинский считает, что кангюй­цы были потомками ираноязычных саков. Название Кангюй, по его мнению, можно истолковать как название одного из сакских племен — «люди в кожаных одеждах» (или доспехах)¹³.

Археологические исследования последних лет позволяют пред­ставить внешний облик кангюйцев по рисункам их современников. Они дошли до нас в виде гравированных изображений на костяных пластинках, некогда нашивавшихся на кожаную основу. Пластины были обнаружены при первых раскопках кангюйских курганов рубежа первых веков вблизи городища Курган-Тепе в Самарканд­ской области. На одной из них изображена сцена сражения конных и спешенных витязей, на другой — конная охота. Все участники баталии и охоты принадлежат к единому этническому типу. У всех вытянутые, заостренные к макушке головы с невысоким лбом. Волосы зачесаны вверх, у висков убраны назад за уши. Глаза ромбовидные, носы крупные, с небольшой горбинкой, энергичные подбородки. Портрет венчают свисающие до подбородка усы и бородка. На воинах на кафтаны надеты защитные доспехи из нашитых пластинчатых, полуовальных либо чешуйчатых пластин;

на головах округлые шлемы, шеи покрыты бронированными воро­тниками; облегающие штаны, натянутые штрипками под ступня­ми.

Оружие представлено длинными копьями с ланцетовидными наконечниками; длинные двулезвийные мечи, ножны которых крепятся к поясу двумя ремешками, сложносоставной лук, стрелы с трехгранными наконечниками; длинный трехчастный колчан с широким отделением для лука и двумя узкими — для стрел. Овальный щит обит пластинами. У одного из воинов имелся боевой топорик — клевец." Бронированные всадники сидят на незащищенных доспехами конях. Гривы коней подстрижены, меж­ду ушами — челка, собранная в пучок.

Археологические памятники. В районах, где когда-то господ­ствовали кангюйцы, археологи выявили большую группу памятни­ков и отнесли их к археологическим культурам (культурой считает­ся совокупность определенных памятников, предметов, учрежде­ний, идей, образов поведения и т. д.) — каунчинской и отрарско-каратауской. Первая была распространена в Ташкентском оазисе, вторая — в районах среднего течения Сырдарьи и предгорьях Каратау до Таласа.

Наиболее хорошо изученным памятником каунчинской культу­ры является поселение Актобе неподалеку от Чардары, располо­женное на правом берегу Сырдарьи. Один из раскопов полностью вскрыл дворцовое здание, прямоугольное в плане, размером 28 х 18,5 м. Дворец состоял из пяти крестообразно расположенных помещений, входного комплекса и двух коридоров, огибающих постройку с запада и востока. В центре находился квадратный зал (3,6 х 3,6 м), который сообщался со всеми остальными помещения­ми арочными проходами. Он был когда-то перекрыт плоской кровлей.

Помещения, расположенные вокруг зала, перекрыты коробовы-ми сводами, а одно из них — куполом, который является одним из ранних типов купольных перекрытий в Средней Азии и Казахста­не. Важную роль в конструкции здания играла крыша, на которую можно было попасть по лестнице и через люк в своде. Стены, перекрытия, арочные проходы во дворце выполнены из прямоугольного и квадратного сырцового кирпича.

Поселения кангюев обычно окружены курганными могильника­ми, из них раскапывались Шаушукумский, Жаман-Тогай, Торебай-Тумсык. Захоронения совершались в катакомбах с дромосом, перпендикулярным их длинной оси. В могилах находились парные и единичные захоронения по одному, два и более сосудов, бусы, железные пряжки, сурьматши (приборы для краски бровей).

Одним из крупных центров концентрации памятников отрарско-каратауской культуры являлся Отрарский оазис. На ле­вом берегу р. Арыси на сравнительно небольшой территории (около 100 кв. м) находятся остатки двух десятков бугров — тобе — различной величины: Пшук-Мардан, Костобе, Чаштобе, Сейтман-Тобе, Ахайтобе, Чольтобе и др.

Самый крупный носит название Кокмардан, по названию урочища, где сосредоточено основное число памятников. Развали­ны состоят из двух частей: основного бугра и всхолмлений рядом с ним. Основной бугор — центральная часть городища — находится на острове, образованном на месте слияния двух древних протоков Арыси. Площадь бугра чуть более двух гектаров, а наибольшая высота 15 м. Севернее, в полукилометре обнаружен городской

некрополь, состоящий из нескольких десятков оплывших курганов высотой до 2—2,5 и диаметром до 15 м.

Раскопки велись одновременно на городище и курганном мо­гильнике. Дома, как правило, однокомнатные (вторая комната была кладовой), заглублены в землю, вернее в культурный слой, поэтому с улицы в них вели три-пять ступенек. Замечено, что двери у дома устраивались вблизи одного из углов. Напротив входа, ближе к центру, находился прямоугольный напольный очаг.

По периметру комнаты у стен стояли невысокие суфы-лежанки. В углах, у стен, устраивались сосуды для воды и-пищи, обычно это хумы, водоносные кувшины, горшки.

Рядом с очагом на полу лежали зернотерки и жернова. Целые или в обломках, они найдены почти в каждом доме. Иногда в домах сооружался специальный постав для жернова.

Хозяйство, ремесло, сельское хозяйство. Как обычно, основной материал, который находят археологи при раскопках древних городов и поселений, — керамика: сосуды для приготовления пищи — котлы, горшки с крышками, сковороды, очажные подставки;

сосуды для переноски воды — широкогорлые кувшины с одной или двумя ручками, кувшины с горизонтальной ручкой, двуручные | горшки. Как уже отмечалось, продукты хранились в больших И сосудах — хумах, которые вкапывали в землю. И, наконец, столо­вые, изящно сделанные кружки, кувшины, чаши.

Кангюйцы умели выплавлять железо, делать из него предметы обихода. Найдены круглые крицы — заготовки железа, из которых кузнецы выковывали серпы, ножи, наконечники стрел.

Из кости изготавливались накладки для сложносоставных лу­ков, ручки ножей, булавки, застежки, различного рода амулеты. Интересны амулеты из фаланг волка, орла, собаки. Оригинальны выточенные из кости булавки с фигурными головками.

Ювелирные изделия и украшения делались из золота, бронзы. Найдена, например, бляшка из золотой фольги с вставкой из красного камня, оконтуренного ложной зернью. Бусы делали из граната, сердолика, бирюзы, разноцветного стекла.

Характеристики

Список файлов реферата