30719 (657992), страница 9
Текст из файла (страница 9)
Вторая категория проституток, гораздо более многочисленная, это – проститутки одиночки, т.е. живущие каждая порознь, иногда вдвоем. Они составляют главную заботу комитета в деле санитарного надзора за ними. Хотя при подчинении каждой проститутки надзору ей внушается единственная ее обязанность – являться раз в неделю к медицинскому осмотру, в какой ей угодно день, – хотя об этой обязанности и упомянуто в выдаваемом ей бланке, но немногие добросовестно выполняют ее. Добросовестностью относительно явки к осмотру отличаются немки и те из русских, которые по материальному своему положению составляют среднюю ступень.
Кроме двух упомянутых категорий, в комитете существует рубрика «комиссионных женщин». Это такие женщины, которые доставляются из полицейских участков, как подозреваемые в развратной жизни или же заведомые проститутки, но взятые в ночное время на улицах. Всех таких женщин опрашивают, производят над ними медицинский осмотр, уже состоявшим под надзором делают внушение избегать улиц вообще в особенно в ночное время, из числа подозреваемых некоторые подчиняются медицинскому надзору добровольно, другие же отпускаются без подчинения, но остаются под полицейским надзором.
По правилам С.-Петербургского врачебно-полицейского комитета, проститутки должны являться для медицинского осмотра: из домов терпимости – два раза в неделю, со своих квартир (одиночки) – один раз в неделю. Что касается степени точности в выполнении требования об осмотре, то по данным за три года (1888–1890) видно, что число осмотров за эти годы шло, постепенно увеличиваясь, при одном и том же числе проституток (в 1888 г. было 86.121 осмотров, в 1890 г. – 103.904).
Для медицинского осмотра проституток в Петербурге устроены особые помещения при полицейских домах, в трех крайних пунктах (в последние годы все публичные дома Петербурга сосредоточены по окраинам города).
Говоря о регламентации проституции, любопытно отметить факт постепенного уменьшения числа публичных домов. Это явление замечено и в Петербурге и в Париже. Так, в Петербурге за 20-ти летний период с 1872 г. высшая цифра публичных домов приходится на 1879 г., когда их было 206 (с 1528 женщ.); с тех пор она падала постепенно и в 1891 г. дошла до 69 с 608 женщ. С другой стороны, в Париже видим то же: в 1843 г. там было 235 домов терпимости; в 1860 г. –194; в 1870 г. – 125; в 1883 г. – 101; в 1889 г. – всего только 66 (с 726 женщ.). При этом, однако, замечается и такое явление: тогда как в Петербурге число регламентированных проституток хотя и медленно, но постепенно растет (в 1872 г. их было 2532; в 1883 г. – 4700; затем однако идет падение – в 1890 г. их было всего до 3000), в Париже число регламентированных проституток падает с 4.159 В 1846 г. до 2.833 в 1883 и 1.730 в 1889 г. Причину сокращения числа публичных домов, быть может, не без основания, видят в возрастающем развитии различного рода заведений, содействующих разврату, без неприглядных сторон публичных домов, в роде etablissements en garnis, debits de boisson и т. под. Д-р Федоров объясняет сокращение в Петербурге домов терпимости запрещением продавать в них спиртные напитки и постепенным выселением публичных домов на окраины столицы. В Москве же, прибавляет он, дома терпимости расположены в центральных частях города, торговля спиртными напитками в них процветает, поэтому и публичных домов там вдвое больше против Петербурга. В заключение очерка полиции проституции в России необходимо упомянуть о работах «Съезда по обсуждению мер против сифилиса в России». Съезд этот состоялся в Петербурге в начале 1897 года (он заседал с 15 по 22 января). Он был посвящен всестороннему обсуждению вопроса о распространенности сифилиса в России, о причинах большого развития его, a также о наиболее целесообразных мерах борьбы с этою и другими венерическими болезнями. В частности, в работах съезда значительное внимание было уделено и вопросу о проституции и мерах по отношению к ней.
Съезд признал, что «проституция является главнейшим и самым могучим агентом распространения сифилиса и венерических болезней в городах». С другой стороны, съезд нашел возможным формулировать положение о том, что «проституция – трудноискоренимый элемент социального строя» и что «развитию ее способствуют, главным образом, неблагоприятные экономические условия, упадок общественной нравственности, умственное недоразвитие, стремление к быстрой и легкой наживе и, наконец, врожденные порочные наклонности, как последствия вырождения». Борьба с этими факторами может быть тем успешнее, чем шире развивается забота государства и общества в отношении к развитию условий экономического благосостояния и духовно-нравственного прогресса. Но рядом с этим необходимо тщательно заботиться о тех мерах, которые могут по возможности ослабить вредные последствия и проявления проституции при наличном положении дела.
Работы съезда обнаружили, что настоящее положение надзора за проституцией представляется далеко неудовлетворительным.
Города, где за проституцией имеется надзор, могут быть подразделены, несмотря на разнообразие в деталях, на три группы. К первой относятся города, где имеются врачебно-полицейские комитеты (Петербург, Москва, Варшава, Одесса, Рига, Нижний Новгород); ко второй группе относятся города, где надзором ведают городские санитарные комитеты или другие учреждения, действующие самостоятельно и не составляющие органа полиции. К третьей, наиболее многочисленной группе, принадлежат города, в которых фактический надзор всецело находится в единичном ведении чинов общей полиции. В некоторых городах этой категории имеются при полицейских управлениях комитеты, характер которых чисто совещательный. Такие комитеты, за малыми исключениями, не имеют никакого фактического значения. В очень многих городах решительно никакого надзора за проституцией не существует. В некоторых даже больших городах (напр. Харьков) надзор распространяется только на женщин домов терпимости, a одиночки остаются вне всякого контроля. Повсеместно деятельность врачебно-полицейских комитетов парализуется недостатком числа агентов, которым поручен розыск тайных проституток и наблюдение за ними. Многие из предписываемым законом и административными распоряжениями правил не выполняются. Так, несмотря на существующее узаконение, во многих городах проститутки, заболевшие сифилисом, не пользуются бесплатным лечением.
С другой стороны, привлечение к надзору нигде не обставлено достаточными гарантиями, исключающими возможность произвола. Особенно прискорбные в этом отношении «случаи бывают в городах, где нет врачебно-полицейских комитетов и подобных им учреждений. В частности, при отбирании подписки в добровольном согласии подчиниться надзору, нередко злоупотребляют непониманием и безграмотностью женщин.
Съезд в своих работах остановился на подробном рассмотрении того, что должно быть сделано для упорядочения системы надзора за проституциею. По его заключению, следует установить общие руководящие начала надзора за проституцией и противодействия ее развитию, обязательные для всей Империи. Дело надзора должно находиться в руках особого коллегиального учреждения, которому следует подчинить как врачебную, так и распорядительную часть надзора. По мнению съезда, дело это повсеместно должно быть передано в ведение городских общественных управлений или заменяющих их учреждений. Необходимо ведение точной статистики проституции, для чего нужно установить форму, общую и обязательную для всех городов Империи. В настоящее время трудность надзора за явкою к осмотрам одиночек в больших городах обусловливается недостаточным числом и качеством предназначенных для того агентов. Поручение этого дела чинам общей полиции возможно только в малых городах. В средних и больших городах необходима специально предназначенная для надзора за проститутками агентура.
Больничное лечение сифилиса и венерических болезней должно быть обязательным и бесплатным для проституток всех категорий. При этом съезд счел нужным отметить в своих постановлениях необходимость позаботиться о нравственном воздействии на проституток. «Пребывание их в больницах должно быть обставлено таким образом, чтобы время не проходило в праздности и тоске о прерванной профессии. Время это, наиболее удобное для нравственного воздействия на них целесообразным трудом по вкусу каждой, чтением, посещением церкви и различными развлечениями в стенах больницы, должно быть временем телесного и душевного отдыха от атмосферы разврата и пьянства. Администрация больниц и частные общества могут обнаружить здесь широкую деятельность на пользу несчастных женщин».
Дома терпимости съезд принципиально признал нежелательными, но при условии существующего надзора они могут быть терпимы впредь до улучшения надзора за проституцией вообще. В этих домах на санитарные условия следует обращать большее внимание, чем это делалось до сих пор; необходимо было бы установить известную обязательную норму санитарных требований. Где возможно, осмотр проституток следует поручать женщинам-врачам.
В интересах общественной нравственности следует принять меры к возможному ограничению уличной провокации со стороны проституток. Все формы вербовки женщин, известные под именем «торговли живым товаром», должны быть строго преследуемы. Необходимо, по мнению съезда, больше заботиться об охране несовершеннолетних: «опекуны должны быть назначаемы не только для охраны имущества, но, главным образом, и для охраны личности сирот». Следует установить минимальный возраст в 16 лет для одиночек и в 18 лет для домов терпимости; только с достижением этого возраста проститутка может быть зарегистрирована. Проституток моложе 16 лет, которые не могут быть отданы на попечение родителей или опекунов, следует помещать в благотворительные учреждения до достижения 16-летнего возраста, но не оставлять на свободе.
Сосредоточив свое внимание, главным образом, на мерах по отношению к проституции в городах, съезд коснулся также и вопроса о проституции среди сельского населения. Сельская проституция существует, главным образом, в виде тайной проституции; профессиональный характер она принимает в селениях торгово-промышленных, фабрично-заводских, в местах расположения войск и вообще там, где условия жизни приближаются к условиям городских пунктов. В селах и деревнях с незначительным пришлым населением, жители которых занимаются, главным образом, земледелием или кустарными промыслами, профессиональная проституция почти вполне отсутствует. Сельская проституция представляет значительную опасность, особенно в виду почти полной бесконтрольности ее. Влияние сельской проституции на распространение сифилиса подтверждается не только указаниями на заражения от сельских проституток, но и повышением процента половых заражений сифилисом среди сельского населения. Сельская проституция, как явление сравнительно новое, мало изучена, имеющиеся о ней сведения скудны и отрывочны; поэтому прежде всего необходимо изучение ее. В отношении к сельской проституции важнейшими мерами должны быть: а) установление постоянного правильного надзора в селениях, где она развита; б) установление временного надзора в местах временного скопления людей и в) обеспечение больничного лечения заболевших сифилисом проституток. В местах расположения войск, где не имеется земских или сельских врачей, осмотры проституток должны быть возложены на военных врачей и на вольнопрактикующих за плату от учреждений, ведающих народное здравие. Количество врачей и больниц в селах, деревнях, посадах, местечках, и пр. должно быть увеличено вообще, a в особенности в губерниях, в которых нет земских учреждений.
Вот наиболее существенные из результатов занятий съезда по обсуждению мер против сифилиса, поскольку развитие этой болезни имеет соотношение с проституцией. В этих заключениях съезда есть много важных и полезных указаний на слабые стороны действующей системы регламентации проституции, и надо надеяться, что, сообразно с этими указаниями, в эту систему будут внесены нужные исправления и дополнения.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
