30701 (657981), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Характер российского общества в отличие от западноевропейского определяется не столько соглашением подданных и государственной власти об обоюдном соблюдении законов, сколько молчаливым сговором об обоюдной безнаказанности при их нарушении. Вследствие этого в России государство выступало не примиряющим, а усмиряющим началом, а подданные - безмолвствующим большинством или бунтарями.
Патернализм берет начало со времен Петра I, когда в России складывается особый тип государства, символом которого стало «отеческое», бюрократическое попечительство государя и государственной власти о благе народа, общественной и личной пользе своих подданных.
Для России, постоянно испытывавшей давление как с Запада, так и с Востока, была непрерывная потребность в обороне, поэтому Московское государство с самого начала формировалось как «военно-национальное», что привело к усилению политики внутренней централизации и внешней экспансии. Такая политика обеспечивала территориально-государственную целостность российского общества и блокировала тенденции к дезинтеграции. Осуществлялось это насильственно со стороны государственной власти, принуждавшей население принимать любые лишения при решении задач мобилизационного развития. Отсюда проистекали деспотические черты государственной власти, опиравшейся в основном на военную силу и военные методы управления.
Особая роль внешних факторов вынуждала правительство выбирать такие цели развития, которые постоянно опережали социально-экономические возможности страны. Так как эти цели не являлись органическим продолжением внутренних тенденций развития, то государство, действуя в рамках старых общественно-экономических укладов, для достижения «прогрессивных» результатов прибегало в институциональной сфере к политике «насаждения нового сверху» и к методам форсированного развития экономического и военного потенциала.
Государственная власть играла в истории России двойственную роль. С одной стороны, она превратила Россию в великую державу, при этом перманентно прибегая к антигуманным средствам управления, зачастую от имени народа уничтожая многие тысячи и даже миллионы людей.
С другой стороны, в России сама государственная власть становилась непосредственной причиной кризиса государственности и даже развала государства. За четыре столетия российская цивилизация пережила три национально-государственные катастрофы: в ходе первой смуты 1605-1613 гг. прекратили существование и династия Рюриковичей, и российская государственность; вторая смута 1917-1921 гг. покончила с монархическим государством и династией Романовых; результатом третьей смуты 1990-х гг. стал развал СССР.
Отчужденность общества и государственной власти, достигающая своего предела накануне кризиса российской государственности, во многом объясняет и то равнодушие, с которым российское общество воспринимает падение политических режимов, и ту способность русских людей отвернуться от власти в трудную для нее минуту, и ту их готовность проявить себя самым неожиданным и радикальным образом на крутых поворотах истории. Так было и в начале XVII в., и во время свержения самодержавия в России, и в период крушения коммунистического режима в СССР.
Еще одна особенность государственной власти связана с проведением в России реформ «сверху». Реформаторская элита с инновационным типом культуры, в основе которого - критический целерациональный, технократический стиль мышления, была больше озабочена целями развития и его организационными формами, чем ценностными ориентациями людей. Ей казалось, что посредством административного воздействия на сложившуюся ситуацию достаточно человека поставить в особые организационные условия, чтобы он вынужденно или осознанием необходимости, изменив свои жизненные установки, стал решать новые задачи0.
Заключение
В заключение следует сказать, что приведенные выше доводы и рассуждения, на наш взгляд, показывают, как два различных подхода к определению власти — "каузальный" и "системный", упомянутые в самом начале, могут быть примирены. Оставаясь "каузальным", понимание различных форм и типов власти вместе с тем хорошо согласуется и со многими положениями, развиваемыми сторонниками чисто "системного" понимания этого фундаментального социального феномена.
Хочется отметить, что политическая власть может быть достигнута как насильственным, так и ненасильственным путем. На наш взгляд насильственный путь, каким являются любые революции, перевороты и войны, никогда не давал власти больших преимуществ и уверенности в завтрашнем дне, ведя очень часто к не менее насильственным контрдействиям. И наоборот, ненасильственный, или эволюционный, путь двигал власть всегда медленно, но верно, к доверию народа и устойчивости своего положения.
Список литературы
-
Андреев Д. Пространство российской власти: В поисках оптимальной формулы// Свободная мысль – XXI.- 2004.- №3.- С. 13.
-
Баранов Н.Б. Легитимность власти: политический опыт России// Социально-гуманитарные знания.- 2008.- №1.- С. 18-21.
-
Дибиров А., Пронский Л.О природе политической власти// Вестник МГУ: Социология и политология.- 2002.- №2.- С. 49-50.
-
Курскова Г.Ю. Политический феномен власти// Социально-гуманитарные знания.- 2000.- №1.- С. 89.
-
Соловьев А.И. Власть в политическом измерении// Вестник МГУ: Политические науки.- 1997.- №6.- С. 57.
-
Соловьев А.И. Политическая власть в обозрении российских ученых// Вестник МГУ: Политические науки.- 1998.- № 4.- С. 21.
-
Юрьев А.И. Классификация партий по их политической аргументации// Власть.- 1997.- №7.- С. 47.
0 Юрьев А. И. Классификация партий по их политической аргументации// Власть.- 1997.- №7.- С. 47.
0 Дибиров А., Пронский Л. О природе политической власти// Вестник МГУ: Социология и политология.- 2002.- №».- С. 49-50.
0 Дибиров А., Пронский Л. О природе политической власти// Вестник МГУ: Социология и политология.- 2002.- №2.- С. 50.
0 Дибиров А., Пронский Л. О природе политической власти// Вестник МГУ: Социология и политология.- 2002.- №2.- С. 52- 54.
0 Дибиров А., Пронский Л. О природе политической власти// Вестник МГУ: Социология и политология.- 2002.- №2.- С. 54-56.
0 Баранов Н. Б. Легитимность власти: политический опыт России// Социально-гуманитарные знания.- 2008.- №1.- С. 18-21.














