8413 (645088), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Тиранство Иоанна Грозного, пробудившееся после падения Сильвестра и Адашева, летописцы называли, чуждою бурею…
"Была она послана, — добавил Н.М. Карамзин, — как бы из недр ада"…
По Москве тогда прокатилась волна опричного террора. Людей казнили без суда, убивали в домах и на улице.
И только "исповедник правды" – митрополит Филипп осмеливался возвышать свой голос в защиту невинных страдальцев...
1.
Из жития преподобного Иринарха известно, что в 1567 году, когда "глад на Руси бысть велик", Илье пришлось отправиться на заработки.
Работал он у крестьянина, недалеко от Нижнего Новгорода.
Однажды — это было на Успенский пост 1568 года — без всякой видимой причины, разразился Илья рыданиями.
— Что с тобой? — спросил удивленный хозяин.
— Отец мой представился! — ответил сквозь слезы Илия. — Вижу светлых юношей… Несут моего родителя на погребение.
Когда Илия вернулся домой, отца уже не было в живых. Мать рассказала, что похоронили его еще в Успенский пост…
Было это, должно быть, уже поздней осенью, может быть, как раз 4 ноября 1568 года, когда опричники вывели митрополита Филиппа из Успенского собора и повезли в Тверской Отрочь монастырь.
"Я пришелец на земле, — говорил о себе святитель Филипп, — и за истину благочестия готов потерпеть и лишение сана и всякие муки".
2.
Можно рассуждать, что, вырезая старинные роды и целые города, Иоанн IV Васильевич пытался сломить, и фактически сломил, хребет удельной и местнической психологии…
Наверное, это так…
Но вместе с тем есть в этом рассуждении и изрядная доля лукавства.
Что толку уничтожать удельную психологию, если на смену старой знати поднималась новая, цепко держащаяся за власть аристократия… Она отличалась необыкновенным честолюбием, но умела жертвовать честью, когда этого требовали обстоятельства карьеры…
Местничество было злом для России...
А эти люди? События смуты доказали, что они представляют собою еще большее зло для страны, да и сама смута собственно из произведением и является...
Слухи о московских казнях несомненно доходили до Ростова, куда после смерти отца переехал Илия со своим братом…
Здесь братья купили дом и начали заниматься торговлей.
И тут нужно сказать, что хотя с раннего детства знал будущий преподобный о предстоящем служении, однако, приступать к нему не спешил.
Возможно, он и тяготился мирской жизнью, но никаких попыток "умереть для мира" не предпринимал.
Вот и после смерти отца, когда хозяйство, очевидно, перешло к старшему брату, Илия не уходит в монастырь, а переезжает со средним братом Андреем в Ростов, где покупает дом и начинает заниматься торговлей…
Здесь, в Ростове, как сказано в Житии, "он познакомился с одним человеком, купеческого звания, по имени Агафоником, любившим читать книги, подружился с ним и стал постоянно беседовать о Божественном писании, ища душевного спасения".
3.
Появление купца Агафоника в Житии святого, на первый взгляд, странно...
Обычно Жития упоминают имена лишь тех людей, которые или свидетельствуют о чудесах, совершенных святыми, или сыграли чрезвычайно важную роль в их духовном становлении...
Между тем Житие сообщает лишь в том, что купец Агафоник любил читать книги и беседовать с Илией о Божественном писании.
Дело, разумеется, благочестивое, но на Руси тогда очень многие любили читать книги и беседовать о Божественном Писании, так что ничего особо примечательного в этой благочестивой привычке Агафоника нет…
Почему же тогда Житие святого удостоило его упоминания?
Если мы ответим на этот вопрос, мы яснее представим и самого преподобного Иринарха.
Житие не сообщает, учился ли он грамоте...
По ряду косвенных свидетельств можно предположить, что книжная премудрость будущему подвижнику была неведома...
Если это так, то сразу делается понятным включение в Житие купца Агафоника, и промедление с вступлением в монастырь самого Илии.
Жития святых, которые читал Агафоник, беседы с ним, помогли Илие увидеть Путь, который он прозревал и раньше, но не знал, как приступить к осуществлению его.
"Подготовившись таким образом, — пишет святитель Дмитрий Ростовский, — Илия взял святой крест, благословился им и собрался в путь"...
Отметим тут, как точно совпадает хронология внутреннего предуготовления преподобного Иринарха к монашеской жизни с событиями истории России.
Все еще бушевало яростным огнем царствование Иоанна Васильевича Грозного…
При грозном царе не удержался ни мудрый Алексей Адашев, ни святитель Филипп (Колычев), ни лиходеи Басмановы. Зато поднимались и крепли роды царского шурья — Романовых и Годуновых…
Путь Годуновых в царские "шурья" был труднее, чем у Романовых.
Брак родственницы Годуновых Евдокии Сабуровой с царевичем Иваном оказался неудачным. И когда, несколько месяцев спустя, шведская пуля сразила в Ливонии могущественного тестя Бориса Годунова — Малюту Скуратова, падение Годуновых стало неизбежным, но Годуновы и тут устояли.
Более того...
Царевич Федор женился на Ирине Годуновой — сестре Бориса…
Глава третья
На пути между Ростовом и Угличем стоит монастырь святых страстотерпцев Бориса и Глеба, основанный по благословению преподобного Сергия Радонежского его учениками Феодором и Павлом(6).
В 1434 году, во время 17-летней междоусобной войны, в этом монастыре нашел убежище великий князь Василий II Васильевич со своей матерью Софьей Витовной.
Вернувшись на московский престол, Василий II Васильевич не забыл спасшую его обитель, и в 1440 году крестил здесь своего сына – будущего собирателя русской земли Ивана III Васильевича.
С тех пор русские цари регулярно приезжают в монастырь и подобно смиренным чернецам живут в кельях. Известно, что и царь Иоанн Грозный дважды изъявлял желание принять в этих стенах постриг, но за государственными заботами так и не исполнил своего намерения.
1.
Как бы вместо него и пришел в этот монастырь тридцатилетний Илия.
— Зачем, чадо, пожаловал к нам? — спросил игумен Антоний.
— Желаю, отче, ангельского образа! — ответил Илия. — Постриги меня Бога ради, невежду и селянина, причти к избранному Христову стаду и ко святой дружине твоей.
"Игумен, — пишет святитель Дмитрий Ростовский, — сердечными очами узрел, что юноша пришел от Бога и принял его с радостью постриг в ангельский образ и нарек ему в иночестве имя — Иринарх".
Узловой момент в истории начального периода иноческого служения Иринарха связан опять-таки с Агафоником.
Он пришел в монастырь, когда Иринарх уже нес послушание на монастырской пекарне и "немало дней" провел у него. Проводив друга и возвращаясь назад, Иринарх усиленно размышлял, "как бы ему спастись, и дал обещание идти в Кириллов Белозерский монастырь, или в Соловецкий".
Почему у Иринарха возникли такие мысли после прощания с Агафоником?
В Житии преподобного не сообщается ничего о содержании бесед, но понятно, что Агафоник, привыкший поучать Илию, продолжал держать себя с Иринархом, как учитель.
Но дело, конечно, не в ущемленном тщеславии святого...
Просто мирская мудрость Агафоника не соответствовала постигаемой Иринархом мудрости смиренного иноческого бытия. Обидеть своего прежнего наставника Иринарх не хотел, но и оживать для мира на пути стяжания Святого Духа тоже не собирался.
И вот, на лесной дороге, вспоминая радостное волнение, испытанное во время встречи с другом, и заскорбел душою Иринарх о нарушении монастырского затвора.
Видимо, чтобы избежать в дальнейшем подобных искушении, он и принимает решение уйти в далекий монастырь, где уже не будет никого, кто смог бы напомнить о прежней жизни в миру, где ничто не помешает заниматься спасением.
— Уйду... — перекрестившись, проговорил Иринарх, и тут же раздался Голос:
— Не ходи ни в Кириллов, ни на Соловки. Здесь спасешься!
Оглянулся Иринарх, но никого не было на лесной дороге. И тут второй раз прозвучало:
— Здесь спасешься!
Страшно стало, задрожал Иринарх... И снова, в третий раз, явственно услышал Голос.
— Здесь спасешься! — упали слова.
Описание искушений преподобного Иринарха — это описание поиска им предназначенной ему святости.
Попытаемся снова сопоставить даты его жизни с историческими событиями…
Напомним, что Откровение было даровано Иринарху на дороге из Ростова в Углич, когда еще бушевало грозное царствие Иоанна IV, дважды изъявлявшего желание принять в стенах Борисо-Глебской обители постриг.
Учитывая, что Иринарх провел в монастыре уже несколько лет — он прошел начальное послушание и уже мог принимать в монастыре знакомых — можно предположить, что случилось это в начале восьмидесятых годов XVI века.
А 1581 год памятен в истории России… Это год — знаменитого похода Ермака, положившего начало присоединению к России Сибири… Это год, когда в припадке гнева Иван Грозный убил своего сына Ивана…
Дорога, где находился Иринарх, вела из Ростова в Углич, где многие годы спустя под ножом убийцы закончится жизнь царевича Дмитрия — последнего прямого наследника Ивана Калиты.
Тогда и начнется на Руси Смута.
Невидимо, неощутимо для современников ткется гибельная сеть, что будет накинута на Святую Русь... Но так же невидимо выковывается и духовный меч, чтобы отразить погибель...
Иринарх мог трудиться Богу и на Соловках, и в Кирилло-Белозерском монастыре, но он нужен был здесь...
2.
Вскоре инока Иринарха перевели из пекарни в пономарскую службу.
Обязанностью его стало звонить в колокола.
И Иринарх звонил.
Звонил в 1584 году, когда, собравшись поиграть в шашки, умер царь Иван IV Васильевич, и на престол взошел Федор Иванович…
В это царствие Русь вступила с двумя кланами царских родственников — Романовыми и Годуновыми...
Шли они след в след друг за другом.
Сам Никита Романович превратился теперь в дядю царю, а его сыновья, Никитичи, стали двоюродными братьями Государя.
Зато Борис Годунов занял при Фёдоре то же место, что Никита Романович занимал при Грозном — любимого шурина.
Сильно возвысился он. И закипели на Москве боярские смуты. Составлялись заговоры, чтобы развести царя Федора с Ириной Годуновой. Особенно усердствовали в этом князья Шуйские и митрополит Дионисий.
Но Борис Годунов крепко стоял. Жестокой была его расправа. Свели с престола и сослали в Хутынский монастырь митрополита Дионисия… Многих князей Шуйских удавили...
Возвещая об этих событиях, и звонил инок Иринарх.
Звонил он в колокола, когда в 1591, голодном году, убили в Угличе царевича Дмитрия.
Звонил, когда в 1598 году умер, не оставив наследника, царь Федор Иоаннович — последний отпрыск великой династии Рюриков.
И все строже, все беспощаднее смирял свое тело борисоглебский звонарь. По ночам предавался молитве и бдению, спать укладывался прямо на землю.
Ветхой стала одежда, а новую Иринарх не хотел брать.
3.
Когда, дотлев угольками Федорова царствия, истаяло Калитино племя, на русский престол избрали Бориса Годунова.
Сопернику его — Богдану Бельскому выщипали, по волоску бороду и сослали в Нижний Новгород.
Романовы, хотя и выдавали себя за союзников Годунова, тоже вступили в борьбу за русский престол, но развернутые ими против Годунова боевые действия совершались тайно, и пока оставались неприметными для посторонних наблюдателей.
Однако сделавшегося вдруг подозрительным Бориса Годунова Романовым обмануть не удалось…
Когда был подан донос, что у Александра Никитича Романова, в казне приготовлено "всякого корения" для отравления царя, Борис приказал произвести обыск. "Коренья" нашли, и начался "сыск", длившийся около полугода.
И что-то Борису Годунову, по-видимому, удалось узнать.
Разумеется, не про "коренья", а про слухи, распускаемые о царевиче Димитрии. И тогда Годунов решил навсегда покончить со своими коварными союзниками.
Ночью 26 октября 1601 года стрельцы подожгли дом бояр Романовых...
Александра Никитича — сослали на Белое море, Михаила Никитича - в Пермскую землю, Ивана Никитича — в Пелым, Василия Никитича — в Яренск.
Федора Никитича Романова (будущего патриарха Филарета) заключили в Антониево-Сийский монастырь, что в девяноста верстах от Холмогор, и насильно постригли в монахи. Его жену "замчали" в Заонежский Толвуйский погост и тоже постригли. Дочку Татьяну и сына Михаила (будущего царя) с тетками сослали в Белоозеро…
Кара была жестокой…
Однако, как свидетельствуют документы, еще более жестоко поступили с ближними слугами Романовых. Почти все они были казнены.
Историки этому обстоятельству особого значения не придают, но может быть, именно в нем и скрыты сведения, какие именно коренья были отысканы в доме Романовых.
"Кореньями" этими мог быть подготовленный Федором Никитичем кандидат в самозванцы, слухи о котором, как свидетельствуют современники, уже тогда поползли по Москве…
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
