76725-1 (639935), страница 2
Текст из файла (страница 2)
А п о л л о н. Посмотри хорошенько.
Г е ф е с т. Клянусь Зевсом, я не вижу клещей!
(VII 1, 2)3
Над олимпийскими богами автор насмехается также в диалогах "Зевс трагический", "Собрание богов", "Морские разговоры", "О жертвоприношениях". Лукиан скептически настроен и по отношению к другим религиям и их адептам: он смеется над культом сирийской богини ("О Сирийской богине"), над христианами ("О смерти Перегрина").
Сатирически Лукиан изображает и сторонников всех философских направлений. Ни одно не близко его сердцу. В диалоге "Икароменипп" он говорит:
"Эти люди распределились на школы, придумали самые разнообразные лабиринты рассуждений и называют себя стоиками, академиками, эпикурейцами, перипатетиками и другими еще более забавными именами. Прикрываясь славным именем Добродетели, наморщив лоб, длиннобородые, они гуляют по свету, скрывая свой гнусный образ жизни под пристойною внешностью. В этом они как нельзя более напоминают актеров в трагедиях: снимите с них маску и шитые золотом одеяния — и перед вами останется жалкий человек, который за семь драхм готов играть на сцене".
Лукиан сердито нападает на философов и в диалогах "Продажа жизней", "Рыбак", "Гермотим" и др.
Литературные явления Лукиан высмеивает, создавая пародии. Пустоту второй софистики он показывает в пародии "Похвала мухе". Здесь подробно описывается внешний вид мухи, способ полета, другие качества и даже доказывается, что ее душа бессмертна. Утопические романы и рассказы писатель пародирует в "Правдивой истории". Вихрь, подхвативший корабль действующих лиц этой пародии, поднимает его очень высоко. Гонимый ветром, этот корабль приплывает на Луну, где живут конекоршуны, капустокрылы и другие существа, которыми правит мифический Эндимион. Путешественники гостят еще на Утренней Звезде, осматривают другие светила и снова приплывают на Землю. Здесь корабль проглатывает огромный кит, внутри которого растут леса, живут два человека и множество страшилищ. Герои претерпевают много приключений, потом, освободившись из кита, попадают на Остров Блаженных и в другие сказочные края.
Живые диалоги, простые, ясные, остроумные рассказы принесли писателю заслуженную мировую славу. К Лукиану обращался Эразм Роттердамский, когда писал "Похвальное слово глупости", образ Тимона у Лукиана заимствовал Шекспир в своем "Тимоне Афинском", ему подражали Ф. Рабле и Дж. Свифт, у него учились Вольтер и Виланд. Его атеизм высоко ценили классики марксизма.
Однако надо сказать, что изящным остроумием, знанием жизни и неисчерпаемой фантазией мы восхищаемся, читая только одно или несколько произведений Лукиана, а в целом его творчество дышит каким-то холодом и грустью, потому что для автора нет ничего святого, он все отрицает, все критикует, над всем насмехается. Попытавшись жить во многих городах, переворошив все философские направления и течения, познакомившись со всеми религиями, Лукиан нигде не остановился, не нашел, на что опереться. Не весело, а жутко читать автора без родины, без Бога, без принципов.
Лонг (II или III в. н. э.) считается писателем, на котором заканчивается тысячелетняя история греческой литературы. Однако о последнем ее авторе, как и о первом, мы почти ничего достоверного не можем сказать. Возможно, он жил на острове Лесбос, а возможно, только слышал о нем или создал его в своем воображении. Если он действительно имел имя Лонг, тогда последнее произведение греческой литературы символически отражает сложившуюся ситуацию: латинское имя автора показывает усилия римлян утвердиться в Греции, а греческий дух произведения — тщетность этих усилий.
Во времена греческого ренессанса ожил жанр романа, на который теперь большое влияние оказывала риторика. При чтении кажется, что простые герои романов получили высшее образование у риторов второй софистики: их монологи и споры составлены по всем правилам красноречия. Это характерно и для романа Лонга "Дафнис и Хлоя". Кроме того, Лонг старается писать периоды колонами одинаковой длины, иногда даже рифмуя их. Повествование в таком случае как бы ритмически качается на волнах:
"Деревья в плодах, равнины в хлебах, нежное всюду цикад стрекотанье, плодов сладкое благоуханье, овечьих стад веселое блеянье. Можно было подумать, что самые реки сладостно пели, медленно воды катя, а ветры как будто на флейте играли, ветвями сосен шелестя; и яблоки будто в томленье любви падали с веток на землю; и солнце — любя красоту — всех заставляло снимать одежды" (I 23).
Для композиции романа характерна симметрия, а принцип параллелизма считается основным. Например, история о том, как нашли Дафниса, в первой книге примерно такой же продолжительности, как и история о том, как нашли Хлою. Затем части одинакового объема приходятся на мотивы нимф, совместной пастьбы, волчьей ямы и т. д. В шестнадцатом разделе этой книги в споре Дафниса и Доркона из-за Хлои сначала говорит Доркон, потом речью подобной продолжительности его аргументы отражает Дафнис. Так составлены три первые книги, а в четвертой мотивы более переплетены, но параллелизм сохраняется [15, 9—65].
"Дафнис и Хлоя" — не совсем типичный греческий роман, и от других отличается прежде всего тем, что это буколический роман. Его основные герои — пастухи. Может быть, не обязательно связывать это сочинение с мистериями в честь Диониса, как это иногда делается [11, 195], но мимоходом можно заметить, что традиционные пастушеские имена, которыми названы герои романа, некогда были именами богов. Дафнис пришел из сферы покровителя стад и растительности Аполлона, Хлоя, придававшая силы всходящим хлебам, была божеством из окружения Деметры или Матери Земли.
Герои романа не индивидуализированы, индивидуализируются только определенные группы действующих лиц: опекуны Дафниса и Хлои — работящие и бережливые, горожане — избалованные любители удобств, а некоторые — и совсем испорченные. Следуя буколической традиции, Лонг старается создать красивый, идиллический мир. Злодеи, несчастья, беды появляются и исчезают, не оставляя следов, будучи не в состоянии нарушить гармонию. Только честные и набожные Дафнис и Хлоя живут в этом мире постоянно. Они ощущают гармоничную связь с силами и божествами природы и дожидаются их помощи. Нимфы и даже могучий Пан, символизирующий жизненные силы природы, охраняют, помогают и выручают молодых героев. Найдя настоящих родителей и узнав о своем высоком происхождении, Дафнис и Хлоя отказываются от искусственности и роскоши и остаются в горах. Правда, одна только жизнь в деревне не делает человека нравственным. В деревне живет и беспутный почитатель Хлои Доркон. Преклонение перед природой и почитание сельских богов, умеренные потребности, скромность и даже наивность даны не каждому. Они доступны людям только такой благородной души, какая была у Дафниса и Хлои.
Мы, люди рубежа XX и XXI столетий, избалованы большими прозаическими произведениями со сложными психологическими коллизиями, широкими панорамами истории и быта, изображением скрытых явлений подсознания, рядом с которыми роман Лонга на первый взгляд может выглядеть примитивным. Однако, углубившись, мы с удивлением видим, что его страницы проповедуют великую мудрость: мир прекрасен, если человек не жаден до богатства, если у него доброе сердце, если он любит людей и животных, растения и источники как своих братьев и понимает, что не силы природы должны ему служить, а он обязан придерживаться вечных мировых законов. Тогда становится ясным, что одно из последних произведений античности — роман "Дафнис и Хлоя" проповедует нестареющие ценности, значительные идеи, а мелодраматически звучащие риторические монологи героев и ритмические периоды под стать настроению патетического любования миром.
Список литературы
1. Altheim F. Alexander und Asien. Tubingen, 1953.
2. Bengston H. Griecische Geschichte. Munchen, 1965.
3. Cahen E. Callimaque et son oeuvre poetique. Paris, 1929.
4. Der antike Roman. Berlin, 1989.
5. Droysen J. G. Geschichte des Hellenismus. Gotha, 1878. I—III.
6. Helm R. Der antike Roman. Gottingen, 1958.
7. Hirzel R. Plutarch. Leipzig, 1912.
8. Korte A. Hellenistische Dichtung. Leipzig, 1925.
9. Lawinska-Tyczkowska J. Bukolika Grecka. Wroclaw, 1981.
10. Lesky A. Geschichte der griechischen Literatur. Munchen, 1971.
11. Merkelbach R. Roman und Mysterium in der Antike. Munchen und Berlin, 1962.
12. Perry B. E. The Ancient Romances. A Literary-Historical Account of their Origins. Berkeley-Los Angeles, 1967.
13. Rohde E. Der griechische Roman und seine Vorlaufer. Leipzig, 1914.
14. Schachermeyr F. Alexander der Grosse. Wien, 1973.
15. Schonberger O. Einfuhrung. — Longos. Hirtengeschichten von Daphnis und Chloe. Berlin, 1989, 9—65.
16. Stoess F. Apollonios Rhodios. Bern—Leipzig, 1941.
17. Taeger F. Das Altertum. Stuttgart, 1950.
18. Tarn W. W. Alexander the Great. Cambridge, 1966.
19. Toynbee A. Some Problems of Greek History. Oxford, 1969.
20. Walbank F. W. Die hellenistische Welt. Munchen, 1983.
21. Willamowitz-Moellendorff U. Hellenistische Dichtung. Berlin, 1924, I—II.
22. Ziegler K. Plutarchos und Chaeronea. Waldsee, 1949.
23. Ziegler K. Das hellenistische Epos. Leipzig, 1966.
24. Аверинцев С. С. Плутарх и античная биография. М., 1973.
25. Античный роман. М., 1969.
26. Бахтин М. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975.
27. Боннар А. Греческая цивилизация. М., 1962. III.
28. Грабарь-Пассек М. Буколическая поэзия эллинистической эпохи. — Феокрит. Мосх. Бион. Идиллии и эпиграммы. М., 1958, 189—229.
29. Крутоус В. П. О "мелодраматическом". — Вопросы философии, 1981, N 5, 125—136.
30. Левек П. Эллинистический мир. М., 1989.
31. Лосев А. Ф. История античной эстетики. Ранний эллинизм. М., 1979.
32. Моммзен Т. История Рима. Провинции от Цезарей до Диоклетиана. М., 1949.
33. Ранович А. Б. Эллинизм и его историческая роль. М.—Л., 1950.
34. Рожанский И. Д. Античная наука. М., 1980.
35. Тарн В. Эллинистическая цивилизация. М., 1949.
36. Чистякова Н. А. Античная эпиграмма. М., 1979.
37. Чистякова Н. А. Эллинистическая поэзия. Л., 1988.
38. Шофман А. С. Восточная политика Александра Македонского. Казань, 1976.
39. Эллинизм: экономика, культура, политика. М., 1990.
40. Эллинистическая техника. М.—Л., 1948.
41. Ярхо В. Н. У истоков европейской комедии. М., 1979.
42. Ярхо В. Н. Менандр — поэт, рожденный заново. — Менандр. Комедии. Фрагменты. М., 1982, 380—435.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
