Masters (639142), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Большим недостатком всех психоаналитических исследований Л.С.Выгодский называет их небрежное отношение к анализу формы, и единственное исследование, которое, по его мнению, избежало этого недостатка - это исследование З.Фрейда "Остроумие и его отношение к бессознательному", которое тоже исходит из сближения остроты со сновидением. При этом З.Фрейд отмечает, что при всем сходстве острота для психолога коренным образом отличается от сновидения. "Важнейшее отличие заключается в их социальном соотношении. Сновидение является совершенно асоциальным душевным продуктом; оно не может ничего сказать другому человеку... Острота является, наоборот, самым социальным из всех душевных механизмов, направленных на получение удовольствия".[73,162] "Этот тонкий точный анализ, - по мнению Л.С.Выгодского, - позволяет Фрейду не валить в одну кучу все решительно произведения искусства, но даже для таких трех близко стоящих форм, как остроумие, комизм и юмор, указать три совершенно разных источника удовольствия. Единственной погрешность самого Фрейда является попытка толковать сновидения вымышленные, которые видят герои литературного произведения как действительные. В этом сказывается тот же наивный подход к произведению искусства, который обнаруживает исследователь, когда по "Скупому рыцарю" хочет изучить скупость действительную".[25,42]
В этом мы не можем ни согласиться с Л.С.Выгодским. Действительно, основная ошибка не только 3.Фрейда, но и всех психологов, обращающихся к анализу текстов, это полное приравнивание ими художественного произведения с реальной писателю действительности, с имевшими место у него переживаниями, и то тождество, которые исследователи психологи видят между автором и главным героем произведения.
Следующая работа, на которой мы остановимся, это «Бессознательное, функциональная асимметрия, язык и творчество» В.В.Иванова (1994г.), в которой автор занимался исследованием функциональной асимметрии мозга. Его гипотеза заключается в допущении, что бессознательное связано прежде всего с правым полушарием, в норме немым. В частности было обращено внимание на возможность участия именно правого полушария в формировании сновидений. Кроме того, по мнению исследователя, «осознанное понимание сферы пола, характерное для взрослого, относится к доминантному по речи (левому) полушарию».[62,46]
Применительно к анализу творческой личности и собственно творчества, эти открытия приобретают следующую интерпретацию: "правое полушарие отвечает за образность пушкинского "Я помню чудное мгновение", но не за известный левополушарный авторский прозаический комментарий к биографическому эпизоду, отраженному в этом стихотворении. Личная драма Блока, как и соотношение между разными жанрами стихов (возвышенных, обращенных к Софии, и непристойных) Владимира Соловьева, подлинники которых, как и писем, продиктованных им самому себе от имени Софии, написаны разными подчерками, возможно, разными руками, и это может объясняться тем же отличием образного (инфантильного или сублимированного надсексуального) содержания эмоций правого полушария и вербализуемой (в том числе в цинических или эротических высказываниях) половой активности левого полушария и контролируемых им подкорковых областей. Любовь и творчество в норме, как и бред, в патологии могут быть соотнесены именно с правым полушарием, а осознаваемый разумом секс - с левым. Левое и правое полушария противопоставлены и как системы управления, с одной стороны, положительными эмоциями (вплоть до эйфории), с другой стороны, депрессией и тенденцией к саморазрушению". [62,47]
"В гипотетической форме можно было бы предположить, что самоубийство (или близкие к этому формы поведения, например, провоцирующие дуэль у русских поэтов Х1Хв.) и фрейдовский "институт смерти" можно связать с правым полушарие (самоубийство - предельный случай, который с этой точки зрения можно описать как убийство правым полушарием левого)".[62,47]
Обращаясь к трактовке творческого процесса, В.В.Иванов говорит, что "цензура левого полушария в некоторых случаях должна быть снята (заторможена) для усиления или хотя бы для обеспечения творческой образной деятельности. С этим связано четкое отрицательное отношение к психоанализу крупных художников слова. Всем известны часто повторяющиеся нападки Набокова на венскую школу. Стоило бы посвятить особый психоаналитический этюд выяснению причин этой враждебности автора "Лолиты" (фрейдисткое истолкование которой естественно напрашивается) к Фрейду. Позволю себе привести один пример из собственных воспоминаний. Как-то я спросил А.Д.Ахматову, почему она так враждебна к психоанализу. На это она мне ответила, что если бы она прошла курс психоанализа, искусство для нее было бы невозможно..." "После того, как творческая образная функция правого полушария заторможена из-за включения психоаналитической вербализации, среди разных функций этого полушария побеждает депрессивная - деструктивная".[62,51]
"Среди примеров, иллюстрирующих взаимодополнительность психоаналитической вербализации и творческой образной переработки, цензурируемых левым полушарием... комплексов, приведу биографическую предысторию "Степного волка" Германа Гессе... Гессе, несколько лет страдавший тяжелейшей депрессией, сразу после окончания первой войны начал проходить курс психоанализа. Его жизненная ситуация все отягощалась, облегчение не наступало, невроз усиливался. В трагической и художественно выкристаллизовавшейся форме этот круг депрессивных переживаний выражен у Гессе в позднее опубликованном стихотворении "Степной волк". Но только художественная сублимация в замечательном одноименном романе принесла Гессе освобождение от страданий. Тогда и возникает тот просветленный взгляд на мир, который присущ позднему Гессе. Творчество оказалось завершением процесса лечения, начатого психоанализом».[62,52]
Следующее исследование – Л.Салямон «О физиологии эмоционально-эстетических процессов» (1968г.). Исследователь поднимает важную для нас проблему соотношения физиологии и литературоведения (так как физиология является основой психологии для нас ее интеграция с литературой так же представляет интерес). Л.Салямон отмечает, что «физиологические и эстетические явления упоминаются вместе, обычно для их противопоставления». И "порой высказываются опасения, что физиологический анализ художественного творчества" либо "может "убить" самое искусство", либо "может привести к вульгарной биологизации гуманитарных наук". [62,215]
Говоря о необоснованности этих опасений, автор утверждает: «Никогда еще анализ явления не устранял самого явления. Исследование механизмов мышечного сокращения не отразилось на походке людей... Творчество не исчезнет от того, что его физиологические механизмы станут специалистам более понятны».[62,215 ]
Кроме того, Л.Салямон подчеркивает, что "физиология не имеет также претензий (и, конечно, возможностей) поглотить или подменить литературоведение". Это же мы можем сказать и в отношении психологии: используя ее данные, ее научные достижения, мы не стремимся заменить психологическим анализом литературоведческий анализ содержания произведений. Но без ее помощи мы не смогли бы полноценно раскрыть механизмы творческого процесса, сущность формирования личности писателя.
Последняя монография, к которой мы обратимся, это «Психофизиологические аспекты изучения творчества» В.С.Ротенберга (1982г.), где предлагается оригинальная трактовка творчеств. Исследователь считает, что «…творчество - это разновидность поисковой активности, под которой нами понимается активность, направленная на изменения ситуации или на изменение самого субъекта, его отношения к ситуации, при отсутствии определенного прогноза желательных результатов такой активности».[62,570]
По мнению автора, когда человек отказывается от поисковой активности в ситуации, которая его не удовлетворяет, он становится более уязвимым к вредным воздействиям, что может даже привести к его гибели. На основании этого В.С.Ротенберг делает вывод, что "с биологической точки зрения наличие или отсутствие поисковой активности более существенно, чем эмоциональная оценка ситуации".[62,571]
Далее исследователь говорит, что "творчество... одна из наиболее естественных форм реализации потребности в поиске. Разумеется, мы учитываем существование наряду с ней других мотивов творчества - потребности в самоутверждении, признании со стороны других членов общества и т.д." И при этом "для людей творчески одаренных сам поиск нового... приносит гораздо большее удовлетворение, чем достигнутый результат и тем более - его материальные плоды". [62,572]
В противовес сторонникам психоанализа В.С.Ротенберг утверждает, что "в процессе творчества, когда единственной целью и главной радостью является постижение или созидание, никакие неудачи не являются настолько психотравмирующими, чтобы заставить прекратить поиск, ибо отрицательный результат - это тоже результат, и он означает только, что необходимо расширить зону поиска. Нo если в это время в центре внимания оказываются собственные переживания, если неудачи воспринимаются не с точки зрения их значения для дальнейшей деятельности, а только как угроза престижу, тогда они становятся психотравмирующими и могут вести к внутреннему конфликту и активизации недостаточно изжитых комплексов".[62,573] Неврозы, которые отрицательно сказываются на творческой продуктивности, по мнению В.С.Ротенберга, также являются проявлением отказа от поиска.
Сравнивая свой подход к понятию творчества с психоаналитическим представлением о творчестве как о сублимации нереализованных потребностей, исследователь приходит к следующим выводам. "Если субъект вынужден отказаться от удовлетворения некоторых потребностей, если за счет этого зона поисковой активности поневоле оказывается суженной, то компенсаторно может усилиться поиск в творчестве. Нo в принципе не менее вероятна и другая возможность - вынужденный отказ от поиска способов удовлетворения важных потребностей может оказаться столь травмирующим, что поведение по типу отказа распространиться и на другие виды активности, в том числе и на творчество. С другой стороны, ориентация на творчество может быть воспитана с самых ранних лет и тогда совсем не обязательно сужение поля жизненной поисковой активности для того, чтобы субъект из всех форм самореализации выбрал именно творчество. Вот почему нет и не может быть однозначной связи между фрустацией и творческой активностью, и концепция сублимации не дает объяснения всем имеющимся фактам и не может считаться универсальной". [62,574]
Второй аспект, затрагиваемый В.С.Ротенбергом в работе -это роль межполушарной асимметрии, изучение которой он считает одним из наиболее перспективных направлений в исследовании психофизиологии творчества. «Можно сказать, что в основе любого творчества (и художественного, и научного) лежат взаимодополняющие отношения между двумя типами мышления», (которые связаны с функциями левого и правого полушария). «Действительно, для творческого акта необходимо видеть действительность во всей ее сложности и многогранности, воспринимать ее такой, какая она есть, что и достигается благодаря возможностям пространственно-образного мышления. Однако это только первый этап творческого процесса, этап инсайта. Для того чтобы результаты деятельности пространственно-образного мышления превратить из "вещи в себе" в вещь для нас, их необходимо проанализировать, критически оценить и организовать в некоторую систему. Этот этап уже не возможен без участия логико-вербального мышления. Оно обеспечивает направление творческой активности и ограничивает ее потенциальную хаотичность».[62,578]
"В. настоящее время имеются прямые доказательства решающего значения для творчества правополушарного мышления, создающего специфический пространственно-образный контекст. Показано, что при органическом поражении левого полушария мозга у художников и музыкантов практически не страдают их артистические способности, а иногда даже повышается уровень эстетической выразительности творчества".[62,580]
На этом этапе исследования В.С.Ротенберг делает вывод: "творческая деятельность, следовательно, является защитной для здоровья субъекта не только потому, что это оптимальный способ реализации поисковой активности, но и потому, что при этой деятельности создаются условия для наиболее полного использования особенностей правополушарного мышления".[62,586]
И еще один аспект, который затрагивает исследователь, это отношения между сновидением и творчеством. "Исследований, посвященных влиянию быстрого сна и сновидений на процессы творчества, - отмечает автор, - относительно немного. Установлено, что у лиц с высоким творческим потенциалом в сновидениях более выражены первичные процессы мышления (т.е. более активно невербальное образное мышление) по сравнению с контролем".[62,588]
Теоретические аргументы этого вопроса сводятся к следующему. Выше уже говорилось, что образное мышление играет определенную роль на этапе созревания творческого решения и на этапе инсайта, "озарения". Но «заключительным этапом любого творческого акта является организация, критический анализ и приведение в упорядоченную систему результатов активности образного мышления. Без этого этапа творческий акт останется, что называется "вещью в себе", будет представлять хаотическое разнонаправленное движение отрывочных идей и образов и, соответственно, не будет иметь почти никакого социального значения. Для этого последнего этапа творчества решающим является взаимодействие вербального и невербального мышления.
В сновидениях нарушены условия для такого взаимодействия. Особенность сновидно измененного сознания заключается в его своеобразной диссоциации».[62,589]
«Признавая, что в сновидениях есть определенные предпосылки к творческому решению, - В.С.Ротенберг вынужден одновременно констатировать, - что эти предпосылки часто нейтрализуются другими свойствами сновидно измененного сознания. Следовательно, свершение творческого акта не может относиться к числу основных функций сновидения". [62,591]
Кроме того, В.С.Ротенберг считает, что «особенно велико значение сновидений при неврозах. В сновидениях осуществляется временное разрешение мотивационного конфликта. С этой целью сновидения активно используют все возможности образного мышления, и этому очень способствует отсутствие контроля со стороны вербального мышления и сознания. В то же время работа сновидений постоянно направляется второй функцией сознания - функцией видения себя как "субъекта-личности", которая в сновидениях остается сохранной. После успешного действия сновидений уменьшается невротическая тревога и соответственно восстанавливаются творческие возможности». [62,591]
"У сензитивных личностей, - по данным исследователя, - выявлена зависимость между образностью, подробностью, необычностью и эмоциональной насыщенностью сновидений, с одной стороны, и творческой продуктивностью - с другой. Высокая сензитивность (т.е. чувствительность ко всем изменениям среды) обеспечивает восприятие реальности во всей ее сложности и противоречивости. Это необходимая предпосылка успешного творчества, нo это же в принципе является предпосылкой для развития внутренних конфликтов, и если эти конфликты не удается разрешить с помощью механизмов психологической защиты, они могут препятствовать творчеству. Одним из важнейших механизмов психологической защиты является быстрый сон. Чем выше функциональные возможности образного мышления, тем успешнее творчество и тем богаче сновидения. Сновидения действительно являются творческим актов, но с ограниченной задачей - образное мышление используется в них для решения мотивационного конфликта».[62,592]
Таким образом, и творческая продуктивность, и сновиденческая активность могут быть независимыми следствиями двух других феноменов - сензитивности и силы образного мышления. Но реальные отношения еще сложнее, ибо сновидения, способствуя восстановлению поисковой активности и устраняя невротическую тревогу, тем самым косвенно содействуют творческой продуктивности. И наконец, «состояние творческого подъема, близкого к инсайту или непосредственно следующего за ним, может на какое-то время уменьшить потребность в сновидениях за счет очень высокого уровня поисковой активности. В эти периоды сам творческий экстаз, счастливая поглощенность любимым делом полностью спасает от внутренних конфликтов».[62,593]
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
