4043-1 (634907), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

Вместо того чтобы объяснить процедуру, в результате которой из предложений Еще секретари будут мне указывать или Всякая сволочь будет по ночам беспокоить можно извлечь стоящий за ними смысл, вовсе не равный сумме значений составляющих частей, предпочитают сообщать об очередном значении будущего времени, полагая, таким образом, свою ученую миссию исполненной.

Очевидно, что процедуры, обеспечивающие правильную рецепцию предложений и текстов на русском языке, практически совершенно необходимы тем, кто изучает русский язык как неродной. Особенно в тех случаях, когда значение целого не есть простая сумма значений частей и когда то или иное составляющее значение может быть не только извлечено из памяти, но получено в результате достаточно ясных и несложных процедур.

Гораздо более интересные перспективы сулит, в частности, для культурологии тот вклад, который наука о русском языке может внести, изучив свой предмет с позиций создателя речевых сообщений. Речь идет о тех комбинациях значений, которые могут или не могут, легко или с большими или меньшими трудностями быть выражены по-русски. Причем в первую очередь представляют интерес не предметы быта («...панталоны, фрак, жилет – всех этих слов на русском нет»), но внутренние, интеллектуальные, духовные, эмоциональные, нравственные характеристики человека, а также те оценки, которые человек дает отдельным частям окружающего его мира.

Каким можно, а каким нельзя стать по-русски? Очевидно, что объективно существуют такие свойства человека, которые являются врожденными (курносый, родовитый, немец и др.), и такие, которые могут быть приобретены в жизни (толстый, образованный, пессимист и др.). В русской языковой действительности формы глагола стать с трудом сочетаются с такими словами, как, например, добрый, щедрый или радушный, а сочетаясь с врожденными качествами, дают дополнительный эффект в виде «стать похожим» (американизироваться) или «на время» (раздобриться). Значит, в соответствии с законами русского языка (sic!) есть свойства, которые человеку нельзя приобрести в принципе, можно приобрести лишь формально или лишь, так сказать, напрокат, на время, причем эта русская языковая оценка свойств человека далеко не во всем совпадает с логикой реальной жизни.

Рассмотрим в качестве еще одного примера возможности русского языка в плане оценочной («нравится – не нравится») модификации обозначений предметов, лиц, признаков. Оказывается, в частности, что имена лиц очень легко модифицируются в сторону «плюс», несколько труднее в сторону «минус», а вот названия различных национальностей наоборот, очень легко – в сторону «минус» (почти все) и почти никогда в сторону «плюс». А как обстоит дело в других языках, каковы их картины мира на этих участках, что именно дает (или не дает) тот или другой язык для связанных с ним менталитетов, облегчая или, наоборот, затрудняя определенное речевое поведение? Ср. отмеченное впервые не специалистами по русскому языку отсутствие в русском языке нейтрального обращения к незнакомому человеку (пример, по которому русский язык противостоит многим европейским языкам и совпадает с некоторыми восточными).

3.2. Сочетаемость

Нетрудно увидеть, что все поставленные вопросы упираются в одну проблему – сочетаемость единиц (морфем внутри слова, слов в словосочетании и предложении) в русском языке

Сугубую важность установления правил сочетаемости языковых единиц русского языка остро осознали в самом начале своей активной работы преподаватели русского языка как неродного. Решить эту задачу должен был словарь сочетаемости слов русского языка П. Н. Денисова и В. В. Морковкина. Однако этот труд не промоделировал путь от значения к его форме

И до сих пор в процессе обучения русскому языку как неродному обсуждается заведомо тупиково поставленный вопрос об употреблении того или иного слова, в то время как подобный вопрос можно поставить лишь в четкой зависимости от того, какое именно содержание говорящий хочет выразить. Короче говоря, ориентация на правильность по отношению к форме, а не на правильность по отношению к замыслу – вот та фундаментальная ошибка в постановке вопроса о сочетаемости языковых единиц, которая привела к серьезнейшему пробелу в наших знаниях о русском языке. Пробелу, обидному не только в связи с возможным плодотворным взаимодействием знаний о русском языке со знаниями о русской культуре. Отсутствие представлений о правилах сочетаемости русских языковых единиц, без сомнения, мешает сознательному обучению речевой деятельности на русском языке и как на неродном, и как на родном. Наблюдения показывают, что многие вчерашние школьники, видимо, благодаря обучению риторике, довольно бойко строят русские предложения и тексты, но становятся в тупик, если от них требуется, например, не схоластическое «заменить глагол несовершенного вида на глагол совершенного вида», а прибавить значение «результативность», выразить не с помощью специальных слов, но имплицитно свое положительное или отрицательное отношение к описываемому событию, перевести изложенное в форме официального сообщения в форму дружеского рассказа, а не просто определить принадлежность к определенному стилю речи...

Наиболее слабое место в науке о русском языке – это правила сочетаемости языковых единиц, выявленные на семантической основе.

* * *

Итак, как кажется, науке о русском языке еще рано умирать. При внешне уважительном отношении власти. При общественном спросе и на формальную правильность речи, и особенно на умение адекватно воспринимать чужие мысли и точно выражать свои. При надежде на то, что наука о русском языке, соединив свои достижения с достижениями других наук о человеке вообще и о русскоговорящем человеке в частности, позволит глубже понять эти феномены и разумнее использовать знания о них. Весь вопрос в том, есть ли у нас возможность выполнить чрезвычайно трудные и именно потому раньше не выполненные задачи в условиях, когда в нашей жизни соединились нищета и множество соблазнов.

Едва ли...

Список литературы

Апресян Ю. Д. Избранные труды. Т. 2. Интегральное описание языка и системная лексикография. – М., 1995. – С. 5.

Жолковский А. И., Мельчук И. А. О семантическом синтезе // Проблемы кибернетики. Вып. 19. – М., 1967.

Лобанова Н. А., Слесарева И. П. Учебник русского языка для студентов-иностранцев. – М., 1982.

Логический анализ языка / Под ред. Н. Д. Арутюновой. – М., 1989, 1990, 1991, 1992, 1993, 1994, 1995, 1997, 1999.

Милославский И. Г. Краткая практическая грамматика русского языка. – М., 1987.

Успенский В. А. О вещных коннотациях абстрактных существительных // Семиотика и информатика. Вып. 11. – М., 1979.

Формановская Н. И. Русский речевой этикет: лингвистический и методический аспекты. – М., 1987.

Характеристики

Список файлов сочинения