2886-1 (634722)
Текст из файла
Пародическое цитирование в «Безумном волке» Н. Заболоцкого
С. Бойко
Поэма Николая Заболоцкого «Безумный волк» (1931) — произведение «задержанное», то есть своевременно не соотнесенное с историко-литературным контекстом. Оно было опубликовано после смерти поэта в 1965 году. Лишь относительно недавно, причем в зарубежной славистике1 (опередившей в этом отношении отечественные исследования), «Безумный волк» был прочитан на широком фоне русской и советской культуры: обозначена связь между образом «нового леса» и господствующими идеями социализма, где «члены общества работают сообща под руководством мудрого Председателя», испытывают «энтузиазм по поводу НТР»2 и не поют панихид по отринутому прошлому3 .
«Безумный волк» имел особое значение в творческом развитии Заболоцкого, и сам поэт это сознавал. Никита Заболоцкий сообщает по поводу чтения у Пастернака в августе 1953 года: «Кроме “Безумного волка” Николай Алексеевич читал и другие свои стихи. Поэма понравилась Пастернаку, и его авторитетное мнение было очень важно для Заболоцкого, ибо сам он считал это произведение одним из своих серьезных достижений, чем-то вроде своего “Фауста”»4 . Эта оценка говорит и о большой философской нагрузке произведения, и о связи его с гетеанским текстом5 (как известно, в неопубликованном сборнике 1933 года поэму предварял эпиграф из Гете: «Hцr’! Es splittern die Sдulen ewig grьner Palдste»6 ).
В то же время гетеанские отсылки — это вовсе не единственный слой литературного претекста в поэме. «Безумный волк» построен и на пушкинских реминисценциях. Они прозрачны и, несомненно, рассчитаны на легкое опознание. Каждая из трех частей поэмы связана со «своим» пушкинским претекстом.
Глава первая, «Разговор с медведем», соотносится с пушкинской «Сказкой о медведихе» (1830). В своей неоконченной сказке Пушкин показал двух готовых к бою хищников: медведиху и мужика с рогатиной, их жестокие намерения («И сама мужику выем»), кровавые подробности убийства («Он сажал в нее рогатину, / Что повыше пупа, пониже печени», «Распорол ей брюхо белое, / Брюхо распорол да шкуру сымал» и т. п.). Аналогично Волк Заболоцкого вначале еще не расстался со своим хищным естеством: «Я, задрав собаки бок, / Наблюдаю звезд поток»7 . Его план самосовершенствования также связан с жестокими, кровавыми действиями — но теперь уже направленными на самого себя: «Я закажу себе станок / Для вывертыванья шеи. / Сам свою голову туда вложу, / С трудом колеса поверну». Его собеседник, медведь, в свою очередь предстает охотником-живодером: «Приятно у малиновок откусывать головки», «Конский я громила!» — говорит он.
Помимо мотивной преемственности «Сказка о медведихе» намечает также общую композиционную канву «Безумного волка». В обоих произведениях после сцен убийства в животном царстве следует собрание всех жителей леса. «В ту пору звери собиралися / Ко тому ли медведю, к боярину» — далее в «Сказке о медведихе» идет перечень лесных жителей с краткой характеристикой каждого: «Прибегал туто волк-дворянин, / У него-то зубы закусливые, / У него глаза завистливые, / Приходил тут бобр, торговый гость…» — затем ласочка, белочка, лисица, горностаюшка, зайка-смерд, целовальник-еж.
В «Безумном волке» это отразилось в главе «Собрание зверей», где на месте сословий выступают профессии: вслед за Волком-студентом представляются Волки — инженеры, доктора, музыканты, рассказывая «какое у них занятие».
Итак, «Разговор с медведем» заимствует у «Сказки о медведихе» образы, темы, мотивы, а поэма — композиционную канву. В речи Волка много слов, присущих языку Пушкина: для друзей и юных жен, ужель, презреть, светильник и т.п. В первой главе есть и цитата из «Евгения Онегина»: «Все это шутки прежних лет»8 , — говорит Волк о былых своих охотничьих победах. Цитата взята с сохранением ритмического рисунка из VIII главы: «С Онегиным он вспоминает / Проказы, шутки прежних лет», — причем герои Пушкина и Заболоцкого, произносящие эти слова, оба пережили судьбоносные перемены в жизни.
В экспозиции второй главы («Монолог в лесу») также содержится пушкинская цитата:
Вокруг него холмы из глины
Подставляют солнцу одни половины.
Другие половины лежат в тени.
И так идут за днями дни.
Последние слова — из «Сказки о мертвой царевне…»: «Им она не прекословит, / Не перечат ей они. / Так идут за днями дни». И в «Сказке…», и в «Безумном волке» они говорятся на фоне похожих пейзажей: поэт завел героя в самую глубину дикого леса.
Важнейшая реминисценция «Монолога в лесу» уже введена в широкий научный оборот. В 1968 году, то есть по следам первопубликации поэмы, И. Смирнов в статье, посвященной «ритмико-фразовым уподоблениям», провел сопоставительный анализ «Завещания» Заболоцкого со стихотворением «Мой дар убог, и голос мой негромок…» Е. Баратынского, а также анализ второй части «Безумного волка» в сопоставлении с «монологами пушкинского “Бориса Годунова”» 9 . При этом отрывок «Уж десять лет, / Как я живу в избушке…» именуется пародией10 , наделяемой, впрочем, со ссылкой на Тынянова, «одновременно утверждающим и отрицающим характером отталкивания»11 .
Как пародическую Юрий Тынянов определил ту ситуацию, в которой происходит «применение пародических форм в непародийной функции»12 . Чтобы определить, в чем же функция этих цитат и реминисценций, остановимся на философском содержании «Безумного волка».
Поэма посвящена — отвлекаясь от анимализации героя — теме преображения человека, переходу его в более одухотворенные сферы бытия, к новым возможностям, а следовательно — к большей ответственности за мироздание. В этом плане, а также с учетом гетеанских реминисценций Заболоцкого, авторская оценка «Безумного волка» как «своего “Фауста”», то есть программного произведения, подтверждается. Замысел поэмы сосредоточен на гуманизации бытия, понятой как конкретная и выполнимая задача, как миссия героя-протагониста. В самом деле, Волк, возвысивший дух и очеловечивший свою природу, стал живым примером для всех собратьев, которые ныне предстают «как инженеры, судьи, доктора». Но великий Гладиатор Духа не останавливается на достигнутом, он мечтает о левитации как о следующем качественном скачке, пока недоступном Волкам, — и, увы, становится лишь Великим Летателем Книзу Головой. В заключительном монологе поэмы Волк-Председатель сопоставляет два великих подвига Безумного — свершенный и несбывшийся:
Мечты Безумного нелепы,
Но видит каждый, кто не слеп:
Любой из нас, пекущих хлебы,
Для мира старого нелеп.
Века идут, года уходят,
Но все живущее — не сон:
Оно живет и превосходит
Вчерашней истины закон.
Таким образом, задача, на решение которой Безумный волк нацеливал свои повседневные дела, поистине грандиозна. Она предполагает восхождение всего сущего к высотам одухотворенного бытия: «Туда, на звезды, вперед!» Мы знаем, что гуманизация мироздания была неподдельным, подлинным пафосом всего творчества Заболоцкого, ей посвящены и «Торжество земледелия», и «Лодейников», и «Творцы дорог»; в силовом поле этой космогонической мысли находятся и малые формы Заболоцкого, такие его классические стихотворения разных лет, как «Завещание» и «Прощание с друзьями», «Метаморфозы» и «Не позволяй душе лениться…». Это указывает на автопсихологизм образа Безумного волка, во многом выражающего мировосприятие Николая Заболоцкого13 , его аксиологию и телеологию.
Какова же оценка героя, по-советски говоря, в свете стоящих перед ним задач? Становясь отшельником, Безумный волк предполагает «дать своей науки плод», и действительно, в начале второй главы он надеется, что «порастряс частицы мирозданья», получил первые результаты своей научно-практической деятельности. Именно в этом месте и проступает вышеупомянутая отсылка к «Борису Годунову». Реминисценция эта развернутая, связанная с несколькими уровнями поэтического текста, то есть прозрачная, рассчитанная на легкое опознание.
Уж десять лет,
Как я живу в избушке.
Читаю книги, песенки пою.
Имею частые с природой разговоры.
Мой ум возвысился и шея зажила.
А дни бегут. Уже седеет шкура,
Спинной хребет трещит по временам.
Крепись, старик. Еще одно усилье,
И ты по воздуху, как пташка, полетишь.
Прецедентным текстом является монолог Пимена из сцены «Ночь. Келья в Чудовом монастыре». Заболоцкий воспроизводит ритмику и белый стих «Бориса Годунова». Кроме того, он использует знаковую цитату:
Еще одно, последнее сказанье —
И летопись окончена моя,
Исполнен долг, завещанный от Бога
Мне, грешному. Недаром многих лет
Свидетелем Господь меня поставил
Не много лиц мне память сохранила,
Не много слов доходит до меня,
А прочее погибло невозвратно...
На тематическом уровне Заболоцкий, во-первых, воспроизводит рефлективные слова героя о жизненном предназначении. Во-вторых, важно пристальное внимание Пимена/Волка к внешнему миру. Этот мир дан в опыте дискретными фрагментами, но он воссоздается как целое благодаря творческому усилию персонажа (для Пимена это искомое целое — историческая реальность, для Волка — природная).
Как выглядит Безумный на фоне Пимена? Деятельность монаха-летописца понятна, формы ее общепризнанны, цель его ясна и достижима. Безумный, напротив, находится в беспорядочных поисках форм и методов. Он в самом деле «открыл множество законов» и преуспел в некоторых опытах («из растенья воспитал собачку») и наблюдениях («Береза сообщает мне свои переживанья, / Учит управлению веток…»). Однако для окружающих он деятель непунятый («Звери вкруг меня / Ругаются, препятствуют занятьям…») и для самого себя зачастую — маг-неудачник, комичный («Однажды шерсть нечаянно поджег — / Весь зад сгорел, а я живой остался»), нередко в поисках гуманности получающий обратный результат («Из одной березы / Задумал сделать я верблюда … / Головка выросла, а туловища нет»; «При опытах тонул четыре раза...» и проч.).
На фоне несуетного, спокойного, целеустремленного труда Пимена Безумный — несмотря на всю свою одержимость или благодаря ее избытку — выглядит разбросанным, бестолковым, неуспешливым — по-клоунски комичным. В самом деле, он «смешон / Для друзей и юных жен». Так пародическое использование «Годунова» комически окрашивает героя-протагониста с его торопливо-конструктивистским пафосом преобразования природы и жаждой вселенской справедливости. При этом с иронией показано мироощущение самого автора, который сочувствует устремлениям Безумного.
Третья часть поэмы, «Собрание зверей», представляет картину осуществленной мечты. В репликах Председателя и молодых Волков обрисован новый лес, который находится в процессе бурного строительства. Всякое наличное достижение Волков ценится ими не столько само по себе, сколько в качестве ступеньки к следующему этапу преобразовательной деятельности: «Мы, особенным образом складывая перекладины, / Составляем мостик на другой берег земного счастья» и т. п.
Таков полет строителей земли,
Чтобы потомки царствовать могли.
Перед нами развернутая метафора строительства, известная как одна из основополагающих в мышлении ХХ века: «Ассоциация общества со зданием, домом, который человек строит, чтобы в нем жить, присутствует не только в социологии и экономике, но и в обыденном сознании»14 . Именно эта ассоциация является важной чертой советского мышления, что проявляется, в частности, в представлениях о строительстве социализма, коммунизма и т. п. Метафора общества-сооружения предполагает возможность плана или замысла, допускает произвольный выбор инженерных решений, которые могут быть такими или иными по воле человека. Иначе говоря, такая метафора делает строителя творцом-демиургом, который волен созидать по-своему, основываясь на свободно избранных принципах. Именно такими строителями предстают Волки «нового леса», которые, опираясь на технику и науку, словно на уже сооруженные стропила, готовятся пересоздать бытие по законам гуманизма:
А мы, построив свой квартал,
Волшебный пишем интеграл
А мы, подняв науки меч,
Идем от мира зло отсечь.
Здесь, в итоговой главе «Собрание зверей», возникает еще одна разработанная и прозрачная пушкинская реминисценция. Как и отсылка к «Борису Годунову», она проявлена на разных уровнях поэтического текста, опознается легко и однозначно15 . Пушкинским «знаком» является адресация к «Пиру во время чумы». Глава построена на сходстве отдельных монологов с претекстом на уровнях метра и белого стиха. Заимствуется также общий принцип неоднородной ритмики произведения. У Пушкина ритмически выделены песня Мери «Было время, процветала…» и гимн Вальсингама в честь чумы: «Когда могущая Зима…», — что, ввиду малого объема трагедии, создает впечатление заметного разнообразия ее стиха. У Заболоцкого каждая реплика третьей главы отличается собственным ритмическим рисунком.
Одновременно, на основе сходства с формой «маленькой трагедии», заимствуется множество сюжетных элементов. Во-первых, это собрание персонажей, посвященное мировоззренческим вопросам. Во-вторых, воспоминание героев о погибшем достойном согражданине (соответственно Джаксон и Безумный волк), — в обоих случаях печальное воспоминание служит отправной точкой диалогов. В-третьих, центральным становится образ Председателя, который выполняет роль резонера: у Пушкина — в песне «Когда могущая Зима…», у Заболоцкого — в монологе, венчающем поэму.
В обоих случаях к Председателю обращается более молодой участник собрания. В «Пире во время чумы» монолог юноши открывает драму:
Молодой человек
Почтенный председатель! Я напомню
Характеристики
Тип файла документ
Документы такого типа открываются такими программами, как Microsoft Office Word на компьютерах Windows, Apple Pages на компьютерах Mac, Open Office - бесплатная альтернатива на различных платформах, в том числе Linux. Наиболее простым и современным решением будут Google документы, так как открываются онлайн без скачивания прямо в браузере на любой платформе. Существуют российские качественные аналоги, например от Яндекса.
Будьте внимательны на мобильных устройствах, так как там используются упрощённый функционал даже в официальном приложении от Microsoft, поэтому для просмотра скачивайте PDF-версию. А если нужно редактировать файл, то используйте оригинальный файл.
Файлы такого типа обычно разбиты на страницы, а текст может быть форматированным (жирный, курсив, выбор шрифта, таблицы и т.п.), а также в него можно добавлять изображения. Формат идеально подходит для рефератов, докладов и РПЗ курсовых проектов, которые необходимо распечатать. Кстати перед печатью также сохраняйте файл в PDF, так как принтер может начудить со шрифтами.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
